ДЕНЬ, КАНУВШИЙ В ВЕЧНОСТЬ (мысли накануне праздника, которого нет)

Рубрика:  

Вот и наступил последний месяц осени – ноябрь. Для людей старшего поколения, живущих в России этот месяц всегда ассоциировался с  7-е ноября – днём Великой Ок­тябрьской социалистической революции,  главным государственным праздником Советскою Союза. Пришли новые времена, и  этот праздник ушел в прошлое – канул в лету, в вечность. Начался и уже более четверти  века продолжается очередной пересмотр русской истории, которая, как очень верно кто-то заметил, у России непредсказуемая: вдруг оказалось, что 73 с лишним года (с 1917 по 1991) . . .

мы сами, наши родители, деды, а кое у кого и прадеды жили неправильно, шли не туда, и что 25-го октября (то есть 7-го ноября по новому стилю) 1917 года вообще произошла величайшая ошибка ис­тории. И не будь Ленина, Троцкого,  большевиков, нанятых на немецкие деньги, масонов и евреев (как говорится, нужное под­черкнуть),  так ничего бы и не случилось.

Но давайте выключим телеви­зор и радио, отложим подальше «свободную» и «всезнающую» прессу и попробуем сами порассуждать и понять, что же произошло в 1917 году, было ли это событие таким уж уникальным в истории человечества, могут ли быть у истории ошибки и что ждет нас впереди на «светлом» пути в капиталистическое будущее – на «вершину» развития человечества. Возможно, наши выводы будут не­сколько неожиданны...

Сейчас часто можно услышать, что революция 1917 года в России и последующая семидесятилетняя жизнь нашей Родины – ошибка истории, которая могла произойти лишь в многострадальной России.

Полагаю, что у истории вообще не бывает ошибок. Рождение вели­чайших гениев и круглых дураков, святых и ужасных злодеев, взлет и падение великих цивилизаций, ти­рания и демократия, страшные войны и кровавые революции – лишь проявления бесконечного многообразия природы (или про­мысла Божьего, скажут верую­щие), мало зависящие от того, нра­вится нам это или нет. Ведь челове­ческое общество, как и отдельный человек, – часть природы, от законов которой нам никуда не деться, как бы мы ни кичились тем, что мы «цари природы» и «венец творения»  –  природа нас в «царском венце» упорно не признаёт.  А чтобы полу­чить представление о степени уни­кальности Октября 1917 года, мы сейчас совершим небольшую экс­курсию в прошлое.

Начнем, пожалуй, с античнос­ти... Например, как называть свер­жение царей и тиранов и образова­ние городов-республик в Древней Греции? А изгнание царя из города Рима и образование республики, которая стала затем великой Рим­ской империей? Если изменение политического строя в государстве — революция, то это были самые настоящие революции! Да разве они были только в Греции и Риме?

В XVIвеке борьба за независимость испанских провинций пере­росла в революцию, которая поро­дила республику, ставшую основой современных Нидерландов; а в се­редине XVIIвека английская рево­люция на время уничтожила  королевскую властьи вызвала жестокую граж­данскую войну.

В конце XVIIIвека грянула Ве­ликая французская революция, свергнувшая тысячелетнюю фран­цузскую монархию, вызвавшая на родине Просвещения и энцикло­педистов всплеск небывалой жес­токости и потрясшая всю Европу.

Кстати, и в Англии, и во Франции, и в Нидерландах монархия была вновь реставрирована, и лишь во Франции очередная революция вновь создала республику (навсегда ли?).

Но это все примеры из учебни­ков истории для средней школы. Если же мы хорошенько покопа­емся в книгах, то обязательно най­дем еще массу свидетельств о рево­люциях в других странах и эпохах, причем свидетельств иногда про­сто поразительных...

Вот, например, строки  из одно­го любопытного исторического до­кумента: «Смотрите: свершились дела, которые никогда не могли свершиться. Царь захвачен бедны­ми людьми... Смотрите: было приступлено к лишению страны цар­ской власти немногими людьми, не знающими закона...».

Догадайтесь, откуда это?

Нет, это не из «Окаянных дней» Бунина. И не из современных телевизионных сильно политизированных «исторических» передач...

Не буду долго испытывать тер­пение читателя – это цитаты из так называемого «Речения Ипувера», описания современником собы­тий, произошедших в Египте, по мнению одних ученых, в ХХ–XVIIIве­ке до нашей эры, а по мнению дру­гих – еще раньше: в ХХIII–ХХIIве­ках до Рождества Христова, когда рухнуло Древнее царство Египта, оставившее после себя первое из семи чудес света – великие пирамиды.

Далее Ипусер пишет строки, очень напоминающие стенания некоторых современных монархи­стов, либералов и демократов по поводу 1917 года: «Воистину: бла­городные в горе, простолюдины же в радости... Воистину: земля пере­вернулась подобно гончарному кругу. Разбойник стал владельцем богатств; богач превратился в гра­бителя... Смотрите: тот, который не мог построить себе даже хижи­ну, он стал теперь владельцем до­ма... Смотрите: владельцы роскош­ных одеяний теперь в лохмотьях. Тот, который никогда не ткал для себя, теперь владелец тонкого по­лотна... Смотрите: простолюдины страны стали богатыми. Собствен­ники богатств стали неимущи­ми...».

Но, кажется, мы слышали подобное и где-то еще... Ну, ко­нечно же: «Кто был ничем, тот станет всем!». Похоже, хотя эти знаменитые строки коммунис­тического гимна – «Интерна­ционала» – будут написаны лишь через четыре тысячи лет после «Речения Ипувера».

Итак, перед нами свидетель­ство об антимонархической ре­волюции, произошедшей четы­ре тысячелетия назад. Не было еще ни марксизма, ни большевиков, ни денег германского ге­нерального штаба, по причине отсутствия не только штаба, но и самих германцев, да и денег вообще еще не было – не изобрели. Ленин еще не родился, пресловутые масоны даже тео­ретически появятся лишь тыся­чу лет спустя при строительстве царем Соломоном храма в Ие­русалиме (именно к этому со­бытию легенда возводит начало истории ордена «вольных ка­менщиков»), да и евреи еще толком не образовались как на­ция и не создали свою нынеш­нюю религию (иудаизм), а рево­люция, поди ж ты, уже сверши­лась, и царь был свергнут! И на кого же все валить? Непонятно!

Но, может быть, причины революций кроются не в проис­ках масонов и большевиков, а в чем-то другом? Но тогда в чем, и что же это такое – револю­ция?

Вот как трактует этот вопрос «Философский словарь», из­данный в 1963 году: «Револю­ция социальная – коренной пе­реворот в жизни общества, означающий низвержение отжив­шего и утверждение нового, прогрессивного общественного строя. В отличие от теоретиков либеральной буржуазии и оппортунизма, рассматривающих социальные революции как случайность, марксизм-лени­низм учит, что революции – это необходимый, закономерный результат развития классового общества. Эпоха социальной революции завершает процесс эволюции, постепенного созре­вания в недрах старого общест­ва элементов или предпосылок нового общественного строя».

В третьем издании Большой Советской Энциклопедии (том 21-й, 1975 год) дается более широкое понятие революции: «Ре­волюция (от позднелатинcкого «revolutio» – «поворот», «перево­рот»), глубокое качественное из­менение в развитии каких-либо явлений природы, общества или познания (например, геологиче­ская революция, промышленная революция, научно-техническая революция, культурная револю­ция, революция в физике, рево­люция в философии и т. д.). Наи­более широко понятие револю­ции применяется для характери­стики общественного развития. Понятие революции – неотъем­лемая сторона диалектической концепции развития. Оно рас­крывает внутренний механизм закона перехода количественных изменений в качественные».

Если мы принимаем это оп­ределение революции (а оно, пожалуй, все-таки более логич­но и научно, чем объяснение революций происками масо­нов), то становится ясно, что революции – неизбежное явле­ние истории, ибо причина их возникновения – один из фун­даментальных законов миро­здания, отменить и изменить который невозможно ни импе­раторскими или президентски­ми указами, ни постановления­ми ЦК или Политбюро, ни даже принятым послушным большинством Государственной Ду­мы «новым законом природы». Уж не знаю, понимали ли авто­ры вышеприведенных статей в «Философском словаре» и БСЭ, что к революции придет и соци­алистическое общество (я специально привёл цитаты из книг советского периода), по­скольку в его недрах тоже зреют новые общественные отноше­ния. Если и понимали, то вслух это сказать, к сожалению, не могли – социализм, по мнению тогдашних идеологов, победил окончательно и бесповоротно, и август 1991 года не допускался даже в страшном сне. Ныне апостолы либеральных идей до­казывают нам, что вместе с по­всеместной победой капитализ­ма  наступит, наконец, долго­жданный «конец истории». Что ж, уроки прошлого им явно не пошли впрок – они наступают на те же очень больно бьющие грабли, что и их незадачливые предшественники, доказательством чему является мировой финансовый кризис, долговая кабала и угроза банкротства многих стран, события в Северной Африке и на Ближнем Востоке, в соседней Украине и далёких США,  в испанской Каталонии и на Корейском полуострове – всё это напоминает отдалённые раскаты грома перед приближающейся грозой.

Ни о каком благостном «конце истории» не приходится даже говорить, ибо весь  мир бурлит подобно штормящему океану.

Ну, а чем же закончилась ре­волюция, о которой писал егип­тянин Ипувер четыре тысячи лет назад? Что же было дальше? А дальше все было, как и много раз потом: контрреволюция и рестав­рация старых порядков – время, до боли напоминающее российские  «лихие девяностые». Ощущение этого то ли вре­мени, то ли безвременья ярко выразил современник (насколько такое определение применимо к истории Древнего Египта)  Ипувера в «Беседе разочарованного со своей душой» (приводим отры­вок, убрав для экономии повто­ряющийся перед каждой стро­кой вопрос «С кем говорить мне теперь?»):

С кем говорить мне теперь?

Братья жестоки,

друзья мои стали врагами...

Люди озлоблены;

всюду крадут друг у друга...

Добрый унижен,

жестокий у всех в почете...

Мирные люди в беде,

добро презирают всюду...

Злодей убивает,

смеются все над убитым...

Грабят повсюду, сосед крадет у соседа...

Славят бесчестных,

врагами становятся братья...

Что было – исчезло,

кто жил – того больше нету...

Лишь чужеземцы еще справедли­вы...

Все лица скрывают,

           боятся взглянуть друг на друга...

Жадность во всех сердцах,

не на кого положиться...

Нет справедливых,

страну захватили злодеи...

Нет больше честных,

некому правду доверить...

Спутников нету былых,

в сердце у всех тревога...

Горько скорблю,

но с кем поделиться болью?

С кем говорить мне теперь?

Ныне везде и всюду

зло и несправедливость.

И не подумаешь, что про­шли четыре тысячи лет, –как будто это взято из современной оппозици­онной газеты! Отметим, что, не­смотря на весь пессимизм авто­ра «Беседы», жизнь тогда не кончилась: Египет, пережив за прошедшие с тех пор тысячеле­тия еще множество взлетов и падений, периодов величия и кровавых трагедий, войн, смут, восстаний и революций, суще­ствует и поныне, и так же, как и тысячелетия назад, стерегут вечность великие пирамиды...

Возможно, через тысячи лет будущий историк прочтёт свидетельства о событиях нынешнего века и стенания о том, как всё вокруг плохо, нашего разочарованного жизнью современника из одной из стран мира –  нового «Ипувера»,  «беседующего со своей душой».

...Спустя тысячу лет после тех произошедших в Древнем Египте собы­тий в небольшом соседнем с Египтом государстве Израиль будет править царь Соломон, считающийся автором вклю­ченных в Библию «Книги прит­чей Соломоновых» и «Книги Экклезиаста». И вот что написано в «Книге Экклезиаста»: «Что бы­ло, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем. Нет памя­ти о прежнем; да и о том, что бу­дет, не останется памяти у тех, которые будут после».

До 25 октября 1917 года ос­тавалось «всего» три тысячи лет...

Так что же ждет нас впереди на дороге, по которой мы сейчас идем?

Думаю, что новые революции.

Наверное, не случайно ход времени часто ассоциируется с качающимся маятником: тик-так, тик-так, вправо-влево, влево-вправо. Если сейчас яркий полдень, то впереди темная ночь, если же вокруг мрак и холод предрассветных часов, значит, впереди восход солнца и начало нового дня. И так – в те­чение тысяч и миллионов лет, ибо так велит один из фундаменталь­ных законов мироздания – закон  отрицания отрицания. Сейчас маятник истории идет в одну сто­рону, но, дойдя до мертвой точки, он пойдет в обратную, набирая скорость. И все повторится вновь. Похоже, что новый цикл истории начинается прямо у нас на глазах.

А на листе календаря значит­ся уже не выделенная красным цветом дата – 7 ноября, день, ка­нувший в вечность и  принадлежащий ей,  вот уже ровно  век  заставляющий многих людей, разделенных на два непримири­мых лагеря, яростно спорить о том, как оценивать событие, про­изошедшее в этот день в России в 1917 году. И примирения между этими противоположными лаге­рями пока не предвидится. О со­бытии же, ставшем предметом споров, можно сказать: оно было грандиозным, раз до сих пор бередит умы миллионов людей.

Так что же ждет нас впереди? Поживем – увидим...

 

Агте Владимир Сергеевич, член Союза журналистов России