И СТАЛ ОСТРОГ СТОЛИЦЕЙ ПРИАМУРЬЯ

Рубрика:  

Кумарский оазис на левом берегу Амура при впадении речки Береи, в силу исключительно благоприятных природно-климатических обстоятельств, сопутствующих ему, не мог не привлечь внимания людей с самых древних времен. Леденящее дыхание Северной Сибири, свободно проникающее по долинам вдоль меридиальных хребтов, отсекает небольшая, но довольно высокая гряда со скалистыми, отвесными склонами.

Амур, приняв на правом берегу весьма полноводную речку Хумархе, открывающую водный путь в глубь Маньчжурии, выгибает крутую излуку сначала на север, проломив себе русло у стен Большого утеса, а затем под большим углом поворачивает к югу. Протоки и ерики, пойменные озера и по сей день изобилуют рыбой. В теплом, не знающем обжигающих сиверов, микроклимате узкого прибрежья свободно произрастали южные плоды и фрукты.

И нынче на Кумаре в открытом грунте, не ведая пленок и теплиц, вызревают огурцы, дыни, маньчжурские арбузы, томаты. Чего не скажешь о Шимановске, лежащем к северу всего-то на дистанции в каких-нибудь полтораста километров.

Человек облюбовал для постоянного проживания обетованные эти места с незапамятных времен.

...Пограничный дозор получил приказ осмотреть местность в ближних тылах заставы вдоль склонов гряды, соединяющей отроги Верхнего и Нижнего Кумарских утесов, обрывающихся на амурском берегу отвесными каменными стенами. Шли без тропы, в сплошных зарослях лещины, молодого березняка, маньчжурских дубков и лиственниц, перевитых лианами лимонника и дикого винограда, ориентировались по компасу. Изредка сквозь стену леса проглядывали вершинные конусы гряды.

Моросил мелкий сибирский дождичек-севок. Висела в воздухе тончайшая водяная пыль, перемешанная с назойливым гнусом. Мошкара набивалась за воротник, лезла в глаза, мешала дыханию...
Вышли к подножью хребта. В скальном обнажении зияло углубление-полугрот. Сверху, как полка, нависает каменная плита.

Такая же пещерка, где можно переждать ливень под каменной кровлей, встречает солдат и при подъеме на Нижний Утес...
Старший наряда разрешил зайти под навес, дабы отряхнуться от влаги, перевести дух...

Вглядевшись в каменные стены пещеры, обнаружили концентрические круговые узоры, волнистые линии, примитивно очерченные силуэты животных и людей... Древние писаницы!
Голосом тысячелетий заговорили вдруг сквозь шорох дождя, дробно падающего на листву, эти древние камни... Не было под рукой отметины, чтобы как-то обозначить на местности затерявшуюся в густых зарослях каменную пещерку с рисунками древних художников.

Вернувшись, доложили о находке начальнику заставы. Но отыскать вновь пещеру так и не сумели...

Русские казаки пришли на Кумару, сплавляясь по Амуру, сначала с отрядом Василия Даниловича Пояркова, а позднее - под началом Ерофея Павловича Хабарова.

На Верхнем или Большом Кумарском утесе атаман Хабаров приказал поставить острожек. Его остатки обнаружили много лет спустя на вершине утеса военные инженеры, когда строили вышку для поста наблюдения. Культурный слой земли, напластавшийся в течение столетий, был изрядно переворошен, срезан бульдозером, о чем впоследствии немало сожалели археологи. Однако ученые добыли убедительные свидетельства в пользу того, что на утесе стоял русский казачий острог...

Горное гнездо Хабарова не принесло военной славы атаману. Ярошка, как бы это выразиться поделикатнее, кроме воинской, отличался еще и другими доблестями. Запросто запускал руку в пушную царскую ясачную казну. Был скор на тяжелые заушенья собственных казаков, которых всячески притеснял и умучивал. Без пощады жег и разорял городки дючеров, ачанов, дауров, нарушая наказ царя-батюшки и якутского воеводы, чтобы ласково привечали казаки иногородцев под высокую государеву руку...

По приказу думского дворянина Дмитрия Зиновьева Ерофея Хабарова заковали в кандалы и под конвоем доставили в Москву перед ясные очи самого царя Алексея Михайловича Тишайшего. По доброте душевной царь простил Хабарова, однако строго-настрого запретил ему появляться на Амуре.

Преемником Ерофея Хабарова Зиновьев назначил казачьего голову Онуфрия Степанова сына по прозвищу Кузнец. Это был, не в пример Ярошке, достойнейший человек, которому, однако, сильно не повезло ни в личном, ни в историческом плане. В честь Хабарова названы столица Дальнего Востока, узловая станция Ерофей Павлович в Амурской области, а также есть и деревня Хабаровка в верховьях Лены, где удалой атаман закончил свой жизненный путь.

А вот имя Онуфрия Кузнеца не отмечено на карте. Станица Кузнецово, где дислоцируется одна из застав Шимановского отряда, названа по имени иркутского миллионщика, золотопромышленника Евлампия Кузнецова, финансировавшего амурские сплавы генерал-губернатора Муравьева.

Талантливый администратор и удачливый военачальник, Онуфрий Кузнец много сделал для заселения русскими обширного приамурского края. При нем поднялись наши остроги на обоих берегах Амура в Игнашино, Солдатово, Монастырщине, Кумаре. Позднее при Никифоре Романове сыне Черниговском, сюда хлынул поток русских поселенцев, вольных пахарей.

Кстати, именно Кумарский острог Онуфрий Кузнец определил своей столицей. Отсюда он управлял Приамурьем, простирая русское влияние вплоть до устья великой реки.

Казаки покорили и освоили громадные просторы Сибири, Дальнего Востока, Крайнего Севера, как сказал бы Суворов, не числом, а уменьем. Они были мастерами так называемой речной войны. Малыми отрядами, искусно маневрируя на местности, используя по преимуществу водные пути, сосредоточиваясь в стратегически важных пунктах, казаки наносили противостоящим силам смелые, точно выверенные сокрушительные удары, рассеивая, обращая в паническое бегство большие массы вражеской конницы.

На Амуре люди Онуфрия Кузнеца впервые за всю историю казачьей сибириады столкнулись с противником, имевшим на вооружении пушки. Причем калибр казачьих пищалей не шел ни в какое сравнение с огневой мощью орудий, применявшихся маньчжурами в столкновениях с русскими.

Кумарский острог Онуфрия Кузнеца стоял на раздольном, низменном и плодородном берегу Амура с правой стороны при устье реки Хумархе (Кумарки). Нынче здесь находится китайский город Хума.

Через год после закладки первых прясел в стены острога сюда пришли полчища хэйлунцзянского цинского губернатора Маньаданя: десять тысяч войска - конница и пехота, артиллерия крупного калибра, огромные камнеметы. Навалившись решительным штурмом на Кумарский острог, богдойцы, однако, не достигли успеха. Выждав момент, казаки, сидевшие в остроге, совершили дерзкую, отважную вылазку. Они разметали в прах многократно превосходившего в силах и средствах противника. Маньчжуры разбежались по окрестностям, побросав и утопив в болотах свои пушки и камнеметы.

Март 1655 года вошел в историю как начало отсчета славных военных побед русских казаков, впервые в Сибири и на Дальнем Востоке встретившихся с противником, вооруженным новейшими по тому времени огневыми средствами.

Онуфрий Степанович Кузнец недолго управлял Приамурьем. В 1658 году, снарядив военную экспедицию для вызволения угнанного в полон маньчжурами тунгусского князя Гантимура, Кузнец возглавил казачью флотилию на бусах (так на Амуре назывались большие лодки), отправившуюся вверх по Сунгари. Атаман совершил досадный промах, не выставив в авангарде боевого охранения, и угодил в засаду, устроенную цинами. Отряд Кузнеца был разбит. А сам он утонул в Сунгари.

Князь Гантимур и его племя вырвались-таки из маньчжурского плена. Сын князя принял православие и был наречен русским именем - Павел Петров сын. В дальнейшем дружина Павла Петровича Гантимурова помогала русским при обороне от маньчжуро-китайцев  Албазинской крепости.

Онуфрий Кузнец погиб в лето Господне 1658-е. Ровно через двести лет под стены Кумарских утесов пришли солдаты 14-го линейного батальона майора Василия Языкова (впоследствии дослужившегося до подполковника). Они заложили большую казачью станицу Кумару, которая процветала в удобном месте более ста лет. В советское время в Кумаре располагался районный центр. Здесь дислоцировался штаб Кумарского кавалерийского пограничного отряда.

Сильнейший удар Кумаре нанесла принятая на вооружение «твердыми ленинцами» попытка удушения так называемых «неперспективных деревень». Ликвидация деревни губительным образом отозвалась в нынешние реформаторские дни. Огромный клин богатейших, уникальных для Амурской области черноземов вверх от Большого Кумарского утеса - около четырех тысяч гектаров - брошен, много лет не распахивается, зарос ковылями и полынью.
Но иного пути, кроме как вновь запустить в сельскохозяйственный оборот эти земли, не существует. Так сказал глава администрации Шимановского района Станислав Васильевич Пасюк...

Евгений Корякин, военный корреспондент, член СВГБ, лауреат премии Московской городской организации союза писателей России "М.Ю. Лермонтов. 1814 - 1841"