К 160-летию первого сплава по Амуру

Рубрика:  

"Первым сплавом я открыл Амур".

                                        Н.Н. Муравьёв

В этой статье показывается огромная деятельность генерал-губернатора Восточной Сибири Н.Н. Муравьева по организации и проведению по Амуру первой военной экспедиции-сплава летом 1854 года. Экспедиция положила начало практическому решению политической задачи - возвращению России и россиян на берега Амура и приморских гаваней Тихого Океана.

В начале 1853 года у генерал-губернатора Н.Н. Муравьева в Восточной Сибири было все готово для практических силовых действий для возвращения русских на Амур. Была проведена реформа управленческого аппарата, он стал более компактным и более работоспособным. И самое важное, в массе своей проникнут главной идеей генерала - вернуть России Амур. Генерал подбирал единомышленников...

Все войска подчинявшиеся генерал-губернатору Восточной Сибири были стянуты в Забайкалье. Было сформировано Забайкальское казачье войско. Генерал чутко учитывал историческую традицию Сибири с времен Ермака: брали Сибирь казаки и они же ее защищали... Собраны средства как из экономии на бюрократии, так и за счет спонсорства сибирских предпринимателей.

Г.И. Невельской твердо стоял в устье и низовьях Амура и манчжуры -китайские правители, даже пальцем не пошевелили, чтобы изгнать оттуда упорного капитана 1 ранга и его Амурскую экспедицию. В своих плаваньях по Амуру он доходил до будущего Софийска и все дальше уходил от устья Амура вдоль по морскому побережью на юг - к незамерзающим портам Восточного моря. Как итог - экспедиция стала именоваться правительственной, и был отброшен камуфляж с маскировкой ее под торговую факторию Российско-Американской компании. Ничего неделанье манчжурско-китайской бюрократии было фактическим, молчаливым признанием права русских не только на истоки и устье Амура, но и на все русло, остававшееся в течение 200 лет практически пустынным. Настало время не тактико-подготовительных, а решительных стратегических и политических действий.

Император Российский Николай 1 вызвал Н.Н.Муравьева в Санкт-Петербург. На 22 апреля (4 мая) 1853 года был назначен доклад Н.Н. Муравьева. Это был не рядовой доклад одного из 10 генерал-губернаторов. Это был важнейший доклад. Поэтому на доклад были приглашены Наследник Престола Александр, Великий князь Константин Николаевич и военный министр. Решался политический вопрос о будущем Амура. А фактически о будущем России на Тихом Океане. Император вводил в курс  восточной политики своих преемников. Были выслушаны доклады Муравьева и топографа полковника генерального штаба Ахте, вернувшегося из экспедиции по Становому хребту.

Далее я цитирую официального имперского биографа Н.Н. Муравьева М.И. Барсукова (1891 г.): «После докладов и изучения карты Амура, составленной топографами, Николай 1 заявил о том пространстве, которое лежит от реки Бурей (потом ее стали звать Бури-Чардымовка, а теперь на этом месте Амурский бульвар нашего Хабаровска - В.Г.П.), до моря: «Итак, это наше».

Обратившись к военному министру, Государь сказал: «Так и снеситесь об этом с китайцами». Потом, подозвав к общей карте Амура Муравьева, Николай 1 сказал ему: «Все это хорошо, но я ведь, должен посылать защищать из Кронштадта (указывая на устье Амура)». Муравьев ответил ему: «Кажется, нет надобности, Государь, так издалека», и, проведя рукою по течению Амура из Забайкальского края, прибавил: «можно и ближе подкрепить». Государь при этих словах положил ему руку на голову и сказал: «Эх, Муравьев, ты, право, когда нибудь сойдешь с ума от Амура!» Муравьев отвечал: «Государь! Сами обстоятельства указывают этот путь». Государь, ударив его по плечу, сказал: «Ну, так пусть же обстоятельства к этому и приведут: подождем». Таков канонический текст, вошедший в историю. Из него предельно ясно, что главным двигателем Амурского дела был Н.Н. Муравьев. И Николай 1 был доволен его деятельностью.

Уже 23 апреля Н.Н. Муравьев за «примерно-ревностные труды Ваши по развитию благосостояния обширного края» был пожалован званием кавалера Императорского и Царского ордена Белого Орла. Это был редчайший орден Российской империи. Это было царское поощрение генерал-губернатора на дальнейшие активные действия. Летом Императором было приказано Г.И. Невельскому занять остров Сахалин, где был открыт уголь, и бухту Де-Кастри на берегу Татарского пролива.

По приказу Невельского 23 мая(4 июня) 1853 года лейтенант Н.К. Бошняк с тремя своими славными спутниками якутскими казаками Семеном Парфентьевым, Киром Белохвостовым и якутом Иваном Мосеевым на нанайской лодке открыл прекрасную бухту названную им Императорской гаванью. В этой гавани могли разместиться все тогдашние флоты европейских государств. А 1(12) августа 1853 года Г.И. Невельской на транспорте «Байкал» основал в ней военный пост. Транспорт обошел вокруг Сахалина. На юге острова в бухте Анива был основан Муравьевский пост на Сахалине, был основан Муравьевский пост на Сахалине. Им командовал майор Н.Б. Буссе. При нем была команда в 100 человек солдат переброшенных с Камчатки.

Таким образом, транспорт «Байкал» в 1853 году был первым русским военным судном прошедшим по Татарскому проливу с севера на юг. Это были великие географические открытия русских моряков. Зиму 1853-54 года Н.Н. Муравьев провел в Санкт-Петербурге. В Забайкалье развернулась масштабная подготовка к военной экспедиции русских по Амуру. Огромную практическую работу выполнил капитан-лейтенант П.В. Казакевич. Н.Н. Муравьев руководил каждым шагом своих помощников через курьеров. После начала 27-28 марта 1854 году войны с Англией и Францией встал вопрос о переброске оружия и солдат для обороны Тихоокеанских портов и Русской Аляски от возможных нападений англо-французского флота.

Николай I дал разрешение на сплав по Амуру. Но Император лично предупредил генерала: «но что бы и не пахло пороховым дымом». Но больших вооруженных сил у восточно-сибирского генерал-губернатора не было. Потому Российско-Американская компания объявила о своем нейтралитете в этой войне... А что оставалось делать? Силы Британской и Российской империй на Тихом океане были слишком неравными. Потому Н.Н. Муравьев и сосредоточил свои весьма скромные силы на защите Петропавловска на Камчатке и устья Амура.

Необходимо отметить, что Н.Н. Муравьев видел в англичанах главных врагов России на Востоке и наоборот видел в американцах людей дружески расположенных к русским. Поэтому когда ему стало известно, что в северную часть Тихого океана может зайти эскадра коммодора Перри Муравьев направил срочно в порт Аян М.С. Волконского с личным предложением американцу о встрече в устье Амура. А то, что устье Амура было проходимо для морских кораблей, было важнейшей государственной тайной Российской империи. Но Н.Н. Муравьев готов был доверить ее американцам. То, что Перри не встретился с Муравьевым ничего не меняет. Муравьев, с завистью государственно мыслящего управленца, наблюдая на прогресс Калифорнии, проданной россиянами бойким американцам, мечтал из новой страны на Амуре сделать своеобразный мотор модернизации России путавшейся в оковах крепостнических пережитков феодализма.

7 (19) мая 1854 года Н.Н. Муравьев прибыл из столицы империи в Шилкинский завод. Отсюда 14(26) мая началась историческая первая военная экспедиция русских по Амуру. Во главе ее двигался первый русский пароход «Аргунь» с паровой машиной в 60 сил. Пароход был изготовлен в Сибири на деньги золотопромышленника А.Г.Кузнецова. Правда, делали его рабочие каторжане. Н.Н.Муравьев придавал появлению парохода во главе экспедиции важное психологическое значение. Именно на пароходах англичане входили в главные реки Китая и оставались непобедимыми против многочисленных китайских войск вооруженных стрелами, копьями, саблями и только частично устаревшими кремневыми ружьями. И именно английские пароходы с новейшими пушками внушали панический ужас китайским солдатам. Так что русская политическая элита к борьбе с дряхлеющей китайской властью подходила вполне по европейски. Только вот осваивали возвращенные территории типично по-русски.

К сплаву на 85 баржах, лодках и плотах был подготовлен сводный линейный батальон, артиллерия и сотня казаков с лошадьми. Их называли десантом. Кроме того, сплавлялись по Амуру боеприпасы и 25 тысяч пудов продовольствия на целый год. Всего сплавлялось более 1000 человек. Утонул во время купания всего один солдат. На самостоятельно построенной лодке со своим экипажем плыл купец А.Г. Кузнецов, пожертвовавший для солдат экспедиции чай, сахар и сапоги. 30 мая (11 июня) экспедиция прошла устье Бурей, 2(14) июня устье Сунгари, 5 (17) июня устье Уссури и Бурей (Бури).

Есть сведения что, в 1855 году во время второй экспедиции Н.Н. Муравьев высадил у утеса Бури, на месте будущего Хабаровска, пять казаков во главе с унтер-офицером. 9(21) июня в 200 верстах ниже устья Уссури на экспедицию налетела буря и залила большинство лодок. В том числе и лодку Н.Н. Муравьева. Пришлось выгружать на берег и сушить хлеб, сухари, муку и прочие сильно намокшие припасы. Так россияне впервые познакомились с крутым нравом Амура. Примечателен такой факт: подробной карты Амура у руководителей экспедиции не было, шли по генеральной карте Азии. Считали, что до устья Амура осталось 200 верст. Но когда 10(22) июня с низовьев Амура пришла лодка под парусом с мичманом Г.Д. Разградским, то оказалось что ошиблись, до Мариинского поста, основанного Г.И. Невельским, оставалось еще плыть 500 верст. И 800 верст до Николаевска.

14(26) передовые лодки прибыли к Мариинскому посту. Таким образом, если доставка из Кронштадта продовольствия и солдат для Амурской экспедиции требовала до года, то из Забайкалья всего месяц. Более того, провиант, доставленный экспедицией обошелся в 4 рубля 80 копеек за пуд, а Российско-Американская компания (РАК) его поставляла по 7 рублей пуд. К середине 50-х годов XIX столетия РАК, большую часть доходов получала от снабжения закупаемыми ею товарами Петропавловска на Камчатке и других русских портов на Охотском море, чем от собственной деятельности непосредственно на побережье Аляски, где она уже в течение десятилетия терпела убытки. Это важное экономическое обстоятельство в дальнейшем и послужило причиной продажи ставшего невыгодным побережья Аляски и сосредоточения всех усилий страны на более выгодной и реальной задаче - на освоении вновь приобретенных Приамурья и Приморья.

Необходимо отметить, что Н.Н. Муравьев считал, исходя из опыта обороны от неприятеля портов на берегу Тихого океана, что Россия не сможет защищать побережье Аляски и что будет более правильным те небольшие участки на побережье и острова которыми реально владела РАК продать дружественным американцам.

По прибытии экспедиции в устье Амура генерал Н.Н. Муравьев направил Г00 солдат с двумя офицерами на Аляску, 300 солдат на Камчатку. Остальные, в том числе и казаки остались защищать устье Амура от возможных нападений англо-французского флота. Триста солдат посланных в Петропавловск поспели туда как раз во время и оказали решающую помощь в разгроме англо-французского десанта. Сражение в Петропавловске происходившее 20 и 24 августа 1854 года завершилось замечательной победой. Противник потерял до 350 человек убитыми и ранеными. Героизм русских солдат и матросов получил заслуженное признание и в России и за границей.

Успешное окончание первой военной русской экспедиции по великой реке северной Азии подтвердило еще раз правоту Н.Н. Муравьева в течение шести лет настойчиво готовившего все силы Восточно-Сибирского генерал-губернаторства для возвращения россиян наАмур и в гавани Приморья.

Н.Н. Муравьев так докладывал императору о первом сплаве по Амуру: «Мы стали твердою ногой на Амуре; я надеюсь, что никто его у нас больше не отнимет». Император Николай 1 высоко оценил подвиг участников первой русской экспедиции по Амуру, офицеры получили внеочередные звания, ордена, денежные выплаты, солдаты и казаки по 3 рубля серебром.

М.И. Барсуков писал: «Успех нашей первой военной экспедиции составляет эпоху в истории приобретения Амура: эта экспедиция окончательно познакомила нас с берегами судоходной реки и показала нам пригодность ее для сплава, удобство и возможность заселения берегов Амура, при малонаселенности страны, миролюбие местных ее жителей и слабость китайцев, словом она проложила России путь к Восточному океану».

В. Свечников