Магия древних вулканов

Рубрика:  

Предлагаем вашему вниманию ещё один очерк хабаровского историка и публициста Владимира Васильевича Иванова-Ардашева.

*    *    *

Хотя в неолите люди стали селиться оседло, этот вовсе не значит, что у них поубавилось тяги к странствиям. Даже напротив! Изобрели лодки, стали переплавляться через реки, озера, морские проливы. Уходили в неведомые края...

Это можно наглядно представить по экспонатам Хабаровского музея археологии. Когда он открывался, среди экспонатов, подаренных японскими учеными, оказались и древние изделия из обсидиана, до сих пор интригующие посетителей своим магическим блеском.

Что же это за изделия? И почему именно черный обсидиан стал символом научных контактов?

Обсидиан, или вулканическое стекло, наши пращуры использовали еще в глубокой древности, изготавливали из него изделия удивительной остроты. Даже сейчас хирурги-офтальмологи не прочь обзавестись такими лезвиями, использовать их при тончайших операциях. Но обсидиан довольно редок, и ради его магических кристаллов первобытные охотники рисковали жизнью, забираясь в "грохочущие земли".

Одна из таких богатых на вулканы территорий простиралась некогда от устья Амура до нынешнего Корейского полуострова, включая в себя Сахалин и будущие Японские острова. Этакий гигантский сухопутный вал, опоясывавший внутренние водоемы. И по этому сухопутному мосту бродили мамонты, бизоны и прочие животные-исполины, на которых и охотились пращуры, пришедшие с Азиатского континента.

Ученые давно подметили сходство древних культур Приамурья и Японии, особенно усилившееся в эпоху неолита, когда уровень мирового океана в результате глобального потепления и таяния ледников повысился, и сухопутный перешеек превратился во множество островов. К тому времени люди изобрели лодки, и сообщение с континентом стало привычным делом.

И поныне японцев, словно магнитом, тянет на север, к устью великой реки, откуда и пожаловала на острова немалая часть их предков, другие же пришли с юга, и это общение в далеком прошлом, конечно же, волнует воображение, зовет к научному поиску.

И на острие этого поиска, подобно первобытным охотникам, идут археологи. Каждый полевой сезон они отправляются в совместные с россиянами экспедиции. И все чаще их можно увидеть в одной команде с сотрудниками Хабаровского музея археологии.

— Личные контакты в науке играют большую роль, — считает хабаровский археолог Игорь Шевкомуд. — Было время, когда наш музей, образно говоря, сидел на финансовой мели. И если бы не совместные экспедиции, многое бы до сих пор осталось неисследованным, а то и вовсе бы погибло для науки. А так — множество важных открытий, выход на лучшие зарубежные лаборатории, публикации сразу на нескольких языках. И это, замечу, на весьма выгодных для музея условиях, когда все находки, сделанные на нашей территории, остаются российскими...

Начиналось же сотрудничество так. Лет пятнадцать назад в Хабаровский краеведческий музей, переживавший тогда бедственное финансовое положение, приехала группа японских археологов. Встреча могла бы стать обычным "визитом вежливости", если бы не давнее знакомство Игоря Шевкомуда с одним из гостей, ученым Хирофуми Като. Вспомнили встречу в Иркутске, где Като-сан, будучи аспирантом, "грыз камни палеолита", поговорили о "свежих" находках. Так и зародился проект по изучению древнейшего прошлого низовьев Амура.

Средства, которые тогда выделялись на одну экспедицию, сейчас покажутся не ахти какими большими — тысяч пять долларов, но они привели к сенсационным научным открытиям.

С тех пор сотрудничество значительно расширилось. В нем участвуют научные работники многих японских университетов, а хабаровские археологи побывали на раскопках древних памятников острова Хоккайдо.

Теперь уже никого не удивляет сходство древних культур востока Сибири и Японии, череда миграционных волн, протекавших некогда по Приамурью. А на исходе палеолита, примерно 15 тысяч лет назад, наш регион и вовсе стал местом величайшего феномена - изобретения керамики. Причем датировка наиболее ранних керамических изделий с каждым полевым сезоном удревняется.

И особенно наших японских коллег интересуют наскальные изображения, в том числе лодок с гребцами, которые считаются наиболее древними в Евразии. Лодки когда-то были основным средством передвижения, и на исходе ледниковой эпохи, десять тысяч лет назад, именно гребцы, одетые в шкуры, отправились в дальние походы на север Евразии, а затем отважились и на морские плавания. Свидетельством тому служат наскальные изображения-петроглифы, удивительно похожие друг на друга, но разделенные тысячами километров.

Словно сюжет с лодками передавался от одного племени другому, беря начало где-то на востоке. Конечно, в изображениях лодок с гребцами могло быть и случайное сходство, ведь мысль человеческая работала в одном направлении, но то, что петроглифы с берегов Амура и Уссури древнее сибирских и скандинавских, у ученых не вызывает сомнения.

Так считает и японский этнограф, профессор Кодзуеси Оцука, сотрудник Музея этнологии города Осака, неоднократно бывавший в Приамурье. Он даже начертил схему, на которой петроглифы в виде лодок с множеством гребцов, запечатленные на валунах у Сикачи-Аляна и скалах близ села Шереметьево, извилистыми стрелами уходят на Японские острова, в Сибирь и далее на запад.

Мне довелось побывать с профессором Оцукой на Киинских петроглифах, что южнее Хабаровска, в районе имени Лазо, и наш гость пришел в восхищение от древних наскальных рисунков. В Японии отношение к археологическим памятникам весьма трепетное, и даже самый невыразительный петроглиф тщательно охраняется и становится местом поклонения. Когда японские исследователи приезжают в тот же Сикачи-Алян, они готовы молиться на каждое древнее изображение.

Вот и два последних года благодаря профессору Оцуке, порекомендовавшему эти петроглифы токийским дизайнерам из Арт-колледжа Кавадзава, сюда приезжала группы исследователей во главе с потомственным самураем Окамото Кихэем, которого все почтительно называли «сэнсэем» — наставником. В качестве гида и консультанта в этих поездках наши гости хотели видеть автора этих строк, что предварительно оговорили в электронных посланиях. Рекомендовал меня почтенный Оцука-сан, которому, видимо, запомнились предыдущие встречи, а переписка велась через Тэцу Масумото, большого знатока сибирской археологии и отменного переводчика, с которым мы четыре года назад побывали на Киинских петроглифах.

Общение по интернету для археологов дело привычное, но вот повод к обмену «электронками» оказался внезапным и был связан с событиями в Фукусиме. Как только произошла трагедия на атомной станции, я отправил по интернету сообщение Масумото-сан. Имеет смысл процитировать нашу переписку:

«Уважаемый Масумото-сан! Очень огорчен новостями из Японии. Надеюсь, беда обошла стороной вас и знакомых вам археологов. В России о беде на атомной станции знают и глубоко сочувствуют. Если будете у нас в музее, в командировке, вас встретят с большим уважением и теплотой. Да хранит вас Бог!
Ваш друг и коллега по делам археологическим Владимир Иванов».

 

 «Здравствуйте, Владимир Иванов-сан!
Большое спасибо за сочувствие! Нечего сделать, поскольку судьба такая у нас в великой стране землетрясения. К счастью, на город Осака почти не оказало серьезное влияние теперешнее землетрясение. И с родственниками на северо-востоке уже мы могли связываться. Оказалось, что все близкие могли выжить, хотя после этого перед нами стоят большие трудности. Сколько археологов погибло там, пока еще точно неизвестно. Говорят, что сейчас пора возможности возникновения землетрясения в любом месте у нас. Об этом уже свидетельствуют много данных, в том числе исторические записки и результаты археологических исследований. Мы сами часто можем наблюдать необычные пласты слоев, вызванные бывшими землетрясениями на местах раскопок. На основе таких данных предполагают, что в близком будущем на берегах Тихого океана к югу из Токио, включая Осаку, должны произойти новые землетрясения несравнимо гигантской степени с теперешним. Еще хуже, тем более что у нас в такой маленькой стране всего 53 атомных электростанции, построенных именно на берегах Тихого океана и Японского моря! Беда ужасная! Поскольку человечество хочет комфортабельности, степень опасности беспредельно растет, умножается число жертв! Извлекайте урок из нашей такой истории, пожалуйста. Еще раз спасибо за теплые слова от вас!
С уважением Тэцу Масумото».
 

 

Вот так и общаются археологи между собой наперекор всем трудностям и стихийным бедствиям, укрепляют мосты дружбы.