НЕОБЫЧНАЯ ИСТОРИЯ «БОГА ВОЙНЫ»

Рубрика:  

С удовольствием представляем нашего нового автора из города Уфа (Башкортостан). Агте Владимир Сергеевич, родился в 1958 году в Красноярске.

С детства увлекался историей, но выбрал профессию инженера - окончил Уфимский авиационный институт им С. Орджоникидзе с дипломом инженера-механика. Почти тридцать лет занимался ремонтом медицинской техники.

В 1990-е увлёкся исследованием истории своего рода. Тогда же появились первые публикации на исторические темы, в частности об экспедиции Николая Христиановича Агте.

Два года работал журналистом.

 Наконец, увлечение историей стало профессией - в настоящее время работает заведующим Музеем истории развития образования в Республике  Башкортостан. 

Член Союза журналистов России. Публиковался в различных периодических изданиях разных регионов России. Имеет авторскую колонку на сайте "Общественно-научное переформатирование" (http://pereformat.ru/avtory/). Также переодически публикуется на сайте "Русское поле" (http://russkoepole.de/) российских соотечественников в Германии.  Основная тематика публикаций: философия истории, забытые судьбы и события, альтернативный взгляд на известные события.

НЕОБЫЧНАЯ ИСТОРИЯ «БОГА ВОЙНЫ»

Быть может, я никогда бы не узнал об этой удивительной истории, если бы, находясь в Петербурге летом 2004 года, случайно не попал на старый Варшавский вокзал. Когда-то я сам уезжал с него из Ленинграда в Ригу, а сейчас вокзала как такового уже не было: здание находилось на реконструкции, а на подъездных путях разместились экспонаты железнодорожного музея.

Чего здесь только не было: вдоль платформ выстроились в ряды паровозы, тепловозы, электровозы, пассажирские и грузовые вагоны. Рядом с маленькими, похожими на игрушечные, маневровыми паровозиками стояли огромные локомотивы, возившие экспрессы по Транссибу. Соседствовали друг с другом паровозы, повидавшие Первую мировую войну, и те что, неся на себе красные звёзды, портреты Ленина и Сталина,  лозунг «Вперёд к коммунизму»,  под стать стахановцам трудились в годы первых пятилеток. Бок о бок с вагоном бронепоезда времён Великой отечественной войны стояла одна из первых советских электричек. Вот эти паровые гиганты везли комсомольцев 50-х годов прошлого уже века покорять целину, а эти мощные электровозы везли  спустя двадцать лет составы  с молодыми  строителями БАМА.  Казалось, вся история нашей Родины за последние сто  лет отразилась в этих железных созданиях. Но один  экспонат резко выделялся из общего ряда, производя особенное впечатление.

Это была огромная железнодорожная артиллерийская установка. На табличке, установленной  рядом приводились её технические характеристики и излагалась  краткая история:

«Железнодорожная артиллерийская установка ТМ-3-12. Калибр орудия –   305 мм. Максимальная дальность стрельбы – 30 км. Скорострельность – 2 выст./мин. Вес – 340 т. Построена на николаевском государственном заводе им. А.Марти в 1938 г. Всего построено 3 установки данного типа, при этом использованы орудия демонтированные с линкора «Императрица Мария». Участвовали в Советско-Финской войне 1939-1940 гг. С июня по декабрь 1941 г. принимали участие в защите советской военно-морской базы на полуострове Ханко (Финляндия). Выведены из строя советскими моряками при эвакуации базы, впоследствии восстановлены финскими специалистами с использованием орудий русского линкора «Александр III». Состояли на вооружении до 1991 г, списаны в 1999 г.  Установка поступила в музей в феврале 2001 г.».

На первый взгляд здесь нет ничего необычного: ну, сделали установку (правильнее – транспортёр), участвовала она в войне, была взорвана при отступлении своими же; ну, восстановили её после войны,  и послужила она ещё. Ну, и что?!

Но если бы сталь могла говорить, то эта огромная пушка – «бог войны», как часто называют артиллерию – могла бы нам рассказать свою долгую историю, начавшуюся почти сто лет назад, и мы бы поразились, сколько в этой истории  трагических событий и удивительных поворотов.

Однако, сталь безмолвствует. Вместо неё на страницах книг, журналов и газет говорят живые и жившие раньше люди, и с их помощью мы сейчас познакомимся с удивительной историей «бога войны».

ЗЛОЙ РОК ТРЁХ РУССКИХ ЛИНКОРОВ

Всё началось 17 октября 1911 года, когда на заводах «Руссуд» и «Наваль», что в черноморском  городе Николаеве, были заложены три однотипных мощнейших линкора (линейных корабля): «Императрица Мария», «Императрица Екатерина II» и «Император Александр III». Уже чувствовалось приближение большой войны, и русское морское командование загодя готовилось к ней, стремясь обеспечить превосходство русского Черноморского флота над вероятным противником – кораблями Турции и Германии.

Но судьба этих красавцев линкоров оказалась трагической: ни один из них, не одержал громких побед и даже не погиб героически  в бою – все они закончили свои дни бесславно, не принеся той пользы, какой от них ждало Отечество.

«Императрица Мария» и «Императрица Екатерина II»,   после ввода в строй в 1915 году стали сильнейшими кораблями на Чёрном, прекратив господство германских кораблей «Гебен» и «Бреслау». «Императрица Мария» получила такую репутацию у противника, что, как писал позднее один из её бывших матросов, «…когда появлялась «Мария» в море, все немецкие корабли уходили. На Чёрном море её уже никто не трогал…».   Но на рассвете 7 октября 1916 года, стоя на якоре в Северной бухте Севастополя, «Императрица Мария»  затонула  после страшного взрыва артиллерийских погребов,  унеся жизни 228 членов экипажа. Тайна её гибели до сих пор не раскрыта, хотя существует и  версия, что это была диверсия германских агентов.

«Императрица Екатерина II», ставшая с июня 1915 года именоваться «Императрицей Екатериной Великой» в апреле 1917 года была переименована в «Свободную Россию», а «Император Александр III» тогда же был переименован в «Волю», и с этими названиями два оставшихся линкора встретили Октябрьскую революцию. В апреле 1918 года после заключения в Брест-Литовске мирного договора (Брестский мир) между Советской Россией и кайзеровской Германией немецкие войска оккупировали большую часть Украины, Крым и подошли к Севастополю. Дабы избежать захвата немцами, корабли Черноморского флота по приказу советского правительства стали уходить в Новороссийск. Одними из последних уже под огнём германских полевых батарей покидали Севастополь линкоры «Свободная Россия» и «Воля».

Но немцы вскоре потребовали вернуть все ушедшие корабли назад, угрожая в противном случае начать наступление по суше и захватить Новороссийск.

Начальник Морского генерального штаба Евгений Андреевич Беренс подготовил доклад о положении Черноморского флота, на который В.И.Ленин наложил резолюцию: «Ввиду безысходности положения, доказанной высшими военными авторитетами, флот уничтожить немедленно. Председатель СНК В.Ульянов (Ленин)», и 28 мая 1918 года командующему и комиссару Черноморского флота за подписью Ленина была отправлена секретная телеграмма: «Ввиду явных намерений Германии захватить суда Черноморского флота, находящиеся в Новороссийске, и невозможности обеспечить Новороссийск с сухого пути или перевода в другой порт Совет Народных Комиссаров, по представлению Высшего военного совета, приказывает Вам с получением сего уничтожить все суда Черноморского флота и коммерческие пароходы, находящиеся в Новороссийске». Для контроля  выполнения этой директивы в Новороссийск был послан один из лидеров большевиков на Балтийском флоте Фёдор Фёдорович Раскольников.

Настроения черноморских моряков разделились. Часть из них согласилась с решением исполняющего обязанности командующего Черноморским флотом командира «Воли» А.И.Тихменёва вернуться в Севастополь.  Другую же часть моряков, поддержавшую приказ Ленина, возглавил  молодой командир эскадренного миноносца «Керчь»  Владимир Андреевич Кукель – внук прославленного исследователя  Дальнего Востока адмирала Геннадия Ивановича Невельского.

 Он то и стал непосредственным и главным исполнителем затопления Черноморского флота.  Именно пять торпед, выпущенных «Керчью» завершили короткую жизнь «Свободной России», похоронив линкор на дне Цемесской бухты у Новороссийска.

Итак,  из трёх черноморских линкоров-близнецов остался только один – «Воля». Команда «Воли» отказалась затопить свой корабль, и 19 июня1918 года вернула его в Севастополь, предпочтя сдать линкор немцам, которые 15 октября 1918 года включили его в состав своих ВМС на Чёрном море.   Но 11 ноября 1918 Первая мировая война закончилась поражением Германии, и победители – англичане сначала увели линкор в Турцию как трофей, а затем передали его белым властям юга России, и он в конце концов оказался у барона Врангеля. Но Красная армия, прорвав мощные укрепления на Перекопе и форсировав залив Сиваш («Гнилое море»), занимает Крым. Остатки войск Врангеля, а также большое количество гражданских лиц, для которых советская власть была неприемлема, на судах и боевых кораблях эвакуируются в Турцию. Уходит вместе со всеми и линкор «Император Александр III», побывавший уже «Волей», а теперь (с октября 1919 года) носящий имя одного из лидеров белого движения – «Генерал Алексеев». Всем кажется, что корабли, как и люди лишь временно покидают Россию, что вскоре они вернутся на Родину, но для большинства людей и для всех кораблей,  уходящих осенью 1920 года из Севастополя в Стамбул,  этому не суждено будет  случиться никогда.

После долгих скитаний 29 декабря 1920 года 33 черноморских корабля встали на свою последнюю стоянку во французской колонии Тунис на африканском берегу Средиземного моря в небольшом порту Бизерта, где моряки-черноморцы и их семьи, вывезенные из России, основали небольшую русскую колонию. Стоявшие в гавани суда и боевые корабли Черноморского флота превратились в жильё для колонистов, дети которых прямо здесь же играли и учились в школе. Вместе с тем, на кораблях, которые по-прежнему несли андреевский флаг, шла служба в соответствие с уставами русского императорского флота. Флагманом русской  эскадры, этого осколка старой России, был линкор «Генерал Алексеев».

Но более или менее спокойная, хотя и чрезвычайно трудная жизнь оторванных от Родины людей продолжалась недолго: в 1924 году Франция признала Советскую Россию (СССР) и интернировала находящиеся в Бизерте  корабли-эмигранты.  Всем, кто жил на них, предписывалось сойти на берег и принять французское или иное  гражданство, без которого их жизнь стала бы просто невыносимой, так  как они оказывались гражданами несуществующего государства – Российской империи, фактически же – лицами без гражданства. Но некоторые моряки всё же предпочли остаться гражданами той старой России, обрекая себя на мытарства и нищету.

Корабли же покинувшие Россию, не погибшие в бою и не сдавшиеся врагу, были вынуждены спустить андреевский  флаг в порту бывших союзников.

Последним командиром русской эскадры в Бизерте был контр-адмирал Михаил Андреевич Беренс –  родной брат штурмана легендарного «Варяга», а затем командующего всеми морскими силами Советской России в годы Гражданской войны Евгения Андреевича Беренса, давшего заключение о необходимости затопления Черноморского флота в Новороссийске в 1918 году.  В 1924 году Евгения Андреевича в составе Советской делегации отправили в Тунис для осмотра стоявших там русских кораблей, но возможная встреча с братом не состоялась: Михаил Андреевич специально уехал на это время из Бизерты, чтобы избежать даже самой возможности такой встречи.

Советская комиссия, осмотрев корабли, приняла решение не возвращать их в Россию, а разобрать на металлолом заграницей.  Вслед за другими кораблями черноморской эскадры и её флагман –  линкор «Генерал Алексеев», когда-то бывший «Александром III», а затем носивший гордое имя «Воля», окончил свои дни в неволе, интернированный в чужом порту, и был отправлен в  1936 году  для разборки на металлолом во французский Брест,  будучи последним из злополучной тройки черноморских линкоров. Вырученные же от продажи металлолома средства пошли на погашение долгов царской России – той России, которой до последней минуты оставались верны моряки-черноморцы. Их же судьба разбросала по всему миру, следы многих затерялись вовсе. Михаил Андреевич Беренс умер и похоронен в Тунисе во время Второй мировой войны в 1943 году.  Из всей русской колонии в Бизерте к концу ХХ века осталась лишь Анастасия Александровна Ширинская-Манштейн – маленькая девочка, которую в 20-ом году вывез из Севастополя её отец –  командир  эсминца «Жаркий» Александр Манштейн. Недавно в России вышла книга воспоминаний Анастасии Ширинской «Бизерта. Последняя стоянка»…

Но вернёмся в 30-е годы ХХ века – на горизонте уже полыхают зарницы приближающейся Второй мировой войны, и вся эта история получит неожиданное продолжение.

В «СОВЕТСКОМ ГИБРАЛТАРЕ»

Ещё в годы Первой мировой войны русские военные инженеры разрабатывали проекты железнодорожных транспортёров, на которых бы были установлены морские дальнобойные орудия, снятые с устаревших, недостроенных или сильно повреждённых и не подлежащих ремонту кораблей. Одним из зачинателей этого направления был инженер А.Г. Дукельский с Металлического завода в Петрограде – завода, занимавшегося изготовлением башенных артиллерийских установок для боевых кораблей. Но революция и Гражданская война не дали осуществиться этим планам.

К ним вернулись лишь в 1923 году всё на том же Металлическом заводе в Петрограде, где под руководством уже известного нам А.Г.Дукельского был разработан железнодорожный транспортёр под 356-мм орудие для береговой обороны.  Затем был ряд других разработок, а в 1936 году был утверждён проект транспортёра ТМ-3-12 под 305-мм морские орудия, с поднятого в мае 1919 года и разобранного на металл в 1927 году  линкора  «Императрица Мария». Да, да, того самого, погибшего в Севастополе в 1916 году. Ровно через двадцать лет после гибели корабля его орудия главного калибра вновь оказались нужны Родине. Всё в том же черноморском городе Николаеве, где некогда был построен сам  линкор, теперь на заводе им. А. Марти стали строить железнодорожные артиллерийские установки, и к 1-му января 1939 года было построено три транспортёра ТМ-3-12, которые были отправлены под Ленинград и составили батарею №9. Этой батарее вскоре суждено будет принять участие в прорыве знаменитой «линии Маннергейма» во время Советско-финской войны 1939-1940 годов. А  на нашу Родину уже надвигались ещё более страшные события, и  мощные артиллерийские установки получили новую задачу…

Одним из условий, на которых завершилась советско-финская война, была передача Финляндией Советскому союзу в долгосрочную аренду полуострова Ханко, запирающего с севера вход в Финский залив. Если название Ханко сейчас мало кому о чём говорит, то громкое имя Гангут скажет, пожалуй, гораздо больше: именно возле этого полуострова в 1714 году была одержана первая крупная победа созданного Петром I молодого русского флота над сильнейшим шведским. Говорят, что одна из полосок на воротниках русских военных моряков появилась в знак памяти об этой блестящей победе. Вот на этом то Гангуте и началось строительство советской военно-морской базы Ханко, главной целью которой было в случае начала войны с Германией не допустить прорыва немецко-фашистского флота в Финский залив к Кронштадту и Ленинграду.

Строительство базы шло ударным темпом и днём и ночью, а война приближалась неумолимо, и вот что пишет участник строительства и обороны Ханко Евгений Львович Войскунский о  последних мирных месяцах: «Форсированно шло строительство военно-морской базы. На побережье, среди седых и ржавых скал ставили батареи. Укрепляли сухопутную границу с Финляндией, проходившую по узкому перешейку, – здесь некогда, как говорили на базе, Пётр I велел прорубить просеку… Плакаты призывали: «Превратим полуостров Ханко в неприступный советский Гибралтар!».

Автор выше приведённых строк служил тогда в батальоне, который строил железную дорогу с какими-то бетонированными площадками. Для чего? Никто этого не знал. Но вскоре всё прояснилось: «В начале июня готовая трасса загудела под колёсами тяжёлых транспортёров, несущих две батареи дальнобойных орудий – главный калибр Гангута. И только мы, как говорится, разогнули спины, как грянула война».

Одна из прибывших накануне войны батарей и состояла из трёх установок ТМ-3-12 с орудиями «Императрицы Марии».

25 июня 1941 года Финляндия вступила на  стороне Германии в войну против СССР, и советская база Ханко оказалась в глубоком тылу противника, один на один с его превосходящим силами.  Началась героическая оборона базы, уже1 июля 1941 отбившей первый штурм финских войск.

Е.Л. Войскунский вспоминает: «На Ханко обрушился шквал артогня. Бывали дни, когда на небольшом полуострове площадью 115 квадратных километров рвалось более четырёх тысяч снарядов и мин. Не было тут и клочка земли, недоступной для огня. Не было на Ханко тыла… Мы часто слышали басовитый рёв двенадцатидюймовых орудий: то били по финским тылам тяжёлые батареи капитанов Жилина и Волновского – под этими батареями гудели рельсы железной дороги, построенной нашим батальоном».

Но удержать Ханко не удалось: его защитники были нужнее на обороне Ленинграда, где сложилась очень тяжёлая обстановка. 2 декабря 1941 года по приказу Верховного главнокомандования оборона Ханко завершилась, оставшиеся защитники морем сквозь минные поля под ударами авиации противника были переброшены в Кронштадт и Ленинград, а  укрепления и тяжёлое вооружение базы (в том числе железнодорожные артиллерийские установки) были взорваны. И вновь свидетельство очевидца: «Прощальным салютом был ураганный огонь гангутских батарей. Под грохот канонады артиллеристы взрывали тяжёлые орудия, которые невозможно было вывезти на Большую землю. Страшная работа уничтожения шла и в порту: разогнав, сталкивали в воду автомашины, паровозы, вагоны. Последний конвой покинул рейд Ханко вечером 2 декабря. Мы уходили от «хладных финских скал» домой в Кронштадт и Питер, зажатые кольцом блокады».

Ещё одна жизнь орудий с «Императрицы Марии» завершилась, но, отнюдь, не завершилась эта история…

НА ЧУЖОЙ СТОРОНЕ

Итак, полуостров Ханко вновь перешёл под контроль финнов, которым в числе трофеев достались и взорванные установки ТМ-3-12. Было принято решение их восстановить. Но как это сделать, если главные детали орудий – 305-мм (12-дюймовые) стволы – были взорваны советскими артиллеристами при эвакуации базы?

Финны нашли выход с помощью своих союзников – немцев. Если читатель забыл, напомню, что одновременно с «Императрицей Марией» было построено ещё два однотипных линкора, и один из них – «Император Александр III» был после Гражданской войны уведен своим экипажем  во французскую колонию Тунис, а оттуда отправлен во французский порт Брест, что на берегу Атлантического океана, где и был разобран французами в 1936 году на металлолом. В 1940 году гитлеровцы разгромили Францию, оккупировали значительную её часть, в том числе и город Брест, где в качестве трофеев захватили снятую с русского линкора артиллерию. Часть орудий главного калибра «Императора Александра III» немцы и передали своим союзникам финнам для восстановления батарей Ханко. Другая же часть этих мощнейших орудий была позднее использована гитлеровцами на укреплениях так называемого «Атлантического вала», созданного для защиты побережья Франции от десанта англо-американских войск, союзных СССР.

Такая вот судьба у этих орудий, как, впрочем, и у некоторых людей: покинули они свою любимую Родину с надеждой вернуться на неё, служить ей, а пришлось им против своей Родины и её союзников воевать, а кому и погибнуть за неправое дело…

Ну, а в 1944 году Финляндия была вновь разгромлена Красной армией и вышла из войны. Были переданы Советскому Союзу  восстановленные финнами установки ТМ-3-12, которые ещё почти пол века служили своему Отечеству, пока окончательно не были списаны со службы. Вот тогда-то одна из них и обрела своё последнее пристанище (Последнее ли?) у Варшавского вокзала в Санкт-Петербурге – городе, который за долгую жизнь этой пушки успел уже побывать  Петроградом, стать городом-героем  Ленинградом, и вновь обрести своё первоначальное имя – имя, данное ему его основателем Петром I,  создателем  русского флота.

Вообще-то, здесь можно бы и поставить точку, но…

P.S.

В одной из книг я прочитал, что командующий 11-й немецкой армией, осаждавшей Севастополь в 1942 году генерал-полковник Эрих фон Манштейн оправдывался перед Гитлером за провал двух штурмов города, объясняя свои неудачи фанатизмом русского гарнизона и многочисленностью тяжёлой морской артиллерии, в том числе мощным и точным огнём одного неуязвимого форта с орудиями очень большого калибра. Далее в книге поясняется, что фашистский генерал имел в виду четырехпушечную батарею №30, вооружённую орудиями всё с той же «Императрицы Марии». Именно этим орудиям пришлось вступить в дуэль со специально привезенными из Германии артиллерийскими монстрами –  мортирами «Карл», имевшими калибр 615 мм, а длину снарядов 2 м 40 см. Эту дуэль выиграли русские, советские артиллеристы 30-й батареи: «Карлы» были  выведены из строя огнём советской батареи и увезены на ремонт в Германию. Пушки старого линкора как бы отомстили за его гибель.

Владимир Агте.

На фотографиях:

1. Автор Агте Владимир Сергеевич

2. Линкор "Императрица Мария"

3. Транспортер ТМ-3-12 в музее на Варшавском вокзале в Санкт-Петербурге

4. Транспортер ТМ-3-12 в действии

5. Рисунок транспортера ТМ-3-12