Трагедия красного маршала

Рубрика:  

Карьера маршала Василия Блюхера, одного из самых известных советских военачальников 1920-х – 1930-х годов, рухнула столь же стремительно, сколь и взлетела вверх. Ее финалом стала неудачная операция на озере Хасан в 1938 году. Во время боев с японскими войсками советские части понесли большие потери. РККА потеряла 960 человек, тогда как с японской стороны погибли 650 человек. По мнению советского руководства, ответственность за неудачи нес непосредственно командующий Дальневосточным фронтом маршал Василий Блюхер.

31 августа 1938 года в Москве, на Главном военном совете РККА, состоялся «разбор полетов». Присутствовали на нем Сталин, Ворошилов, Буденный, Щаденко, Шапошников, Кулик, Локтионов, Павдов, Молотов, Фриновский. Был вызван и маршал Блюхер. На повестке дня был вопрос о том, что произошло на озере Хасан, почему советские войска понесли такие потери и как действовал командующий Дальневосточным фронтом Блюхер. Кстати, от должности командующего, к моменту «разбора полетов», Блюхер был уже отстранен.

Действительно, операция на озере Хасан оказалась не очень удачной по причине действий командующего. Маршал Иван Конев, например, считал, что Блюхеру просто не хватило современных военных знаний – он остановился на уровне двадцатилетней давности, событий Гражданской войны, и это привело к плачевным последствиям для советских солдат. Свою роль сыграла и самоуверенность маршала. Он часто действовал самостоятельно и даже вопреки позиции центрального руководства страны. Например, когда 20 июля 1938 года Япония предъявила СССР ультиматум, потребовав передать Японии часть советской территории у озера Хасан, командовавший Дальневосточным фронтом маршал Блюхер принял абсолютно авантюрное решение – попытаться урегулировать конфликт между СССР и Японией миром.

Стоит ли говорить, что у командующего фронтом не было и не могло быть полномочий на подобные переговоры. Но Блюхер, не оповестив Москву, отправил на границу специальную комиссию, которая установила, что виноваты якобы советские пограничники, нарушившие границу на три метра. После этого Блюхер допустил новую ошибку – он связался с Москвой и стал требовать ареста начальника пограничного участка. Но советское руководство инициативу маршала не поняло и не одобрило, потребовав от Блюхера немедленно отозвать комиссию и приступить к своим прямым обязанностям – организации военного отпора готовящемуся японскому нападению.

Откуда у маршала Блюхера было такое стремление к своевольным, самостоятельным действиям, да еще в 1938 году, когда власть была максимально жестка к любым отклонениям от курса. Многих партийных и военных деятелей карали за куда меньшие поступки и куда менее странные инициативы. Судя по всему, Блюхер был уверен в своей непотопляемости – ведь удача улыбалась ему давно, широкой улыбкой. Так, незадолго до событий на озере Хасан, в декабре 1937 года, Василия Блюхера избрали депутатом Верховного Совета СССР, чуть позже включили в состав Президиума Верховного Совета СССР. Очевидно, это обстоятельство тоже позволило Блюхеру рассматривать самого себя не только как военачальника, но и как политического деятеля.

Василий Блюхер был в числе первых пяти советских военачальников, которым присвоили звания маршалов. 21 ноября 1935 года маршальские звания получили народный комиссар обороны СССР Климент Ворошилов, начальник штаба РККА Александр Егоров, заместитель народного комиссара обороны Михаил Тухачевский, инспектор кавалерии РККА Семен Буденный и командующий Особой Дальневосточной армией Василий Блюхер. Причем должность, которую занимал Блюхер, не предполагала такого высокого звания. Очевидно, что Сталин рассматривал Блюхера как очень перспективного военачальника, который в обозримом будущем, во-первых, мог совершить большие победы над вероятным противником – Японией, а во-вторых – занять более высокую должность в системе Наркомата обороны. В то время Василию Блюхеру завидовали многие военачальники – командующий Особой Дальневосточной армией пользовался явной симпатией Сталина. При этом почти все 1920-е и 1930-е годы Блюхер проводил на Дальнем Востоке – он так и не получил «московского» назначения и более высоких постов в Наркомате обороны.

За почти два десятилетия, проведенных на Дальнем Востоке, Блюхер, судя по всему, почувствовал себя едва ли не «хозяином» этого огромного и богатого региона. Шутка ли – с 1921 года быть «главной военной властью» всего советского Дальнего Востока. Еще 27 июня 1921 года 31-летний Василий Блюхер, прежде командовавший 51-й стрелковой дивизией, воевавшей в Крыму, был назначен председателем Военного совета, главнокомандующим Народно-революционной армии Дальневосточной республики и военным министром ДВР. Так началась дальневосточная, самая долгая, эпопея в жизни и карьере Василия Блюхера.

Когда в 1890 году в деревне Барщинка Рыбинского уезда Ярославской губернии в семье крестьянина Константина Блюхера и его жены Анны Медведевой родился сын Василий, никто и представить себе не мог, что через тридцать лет он будет занимать генеральские должности. Год учебы в церковно-приходской школе – вот и все образование будущего красного маршала в те годы. Потом была «школа жизни» - мальчик в магазине, чернорабочий на машиностроительном заводе в Петербурге, слесарь на вагоностроительном заводе в Мытищах. Юный Блюхер, как и многие представители рабочей молодежи того времени, увлекся революционными идеями. С завода в Петербурге его уволили за участие в митингах, а в 1910 году вообще арестовали – за призывы к забастовке. Впрочем, в современной литературе приводят и другую версию – что никаким рабочим и, тем более, революционером, в то время Василий Константинович Блюхер не был, а служил приказчиком у одной купчихи, попутно выполняя, скажем так, обязанности интимного характера.

В 1914 году началась Первая мировая война. 24-летний Василий Блюхер подлежал призыву на военную службу. Он был зачислен в 56-й кремлёвский запасной батальон, а затем направлен в состав 19-го Костромского полка 5-й пехотной дивизии в звании рядового. Вскоре он был награжден Георгиевской медалью IV степени, удостоился Георгиевских крестов III и IV степени и был произведен в младшие унтер-офицеры. Впрочем, если факт награждения медалью достоверен, то о Георгиевских крестах и присвоении звания младшего унтер-офицера документальных сведений историки не находят. В любом случае, достоверен факт тяжелого ранения Блюхера разорвавшейся гранатой. Блюхера доставили в военный госпиталь, где буквально вытащили с того света. Из-за полученных ранений Блюхера комиссовали с пенсией первого разряда.

Вернувшись к гражданской жизни, он устроился в гранитную мастерскую в Казани, затем работал на механическом заводе. В июне 1916 года Блюхер стал членом Российской социал-демократической рабочей партии большевиков. Октябрьскую революцию он встретил в Самаре, где стал членом Самарского Военно-Революционного Комитета, помощником начальника Самарского гарнизона и начальником губернской охраны революционного порядка. С этих должностей среднего звена и началась военная карьера Василия Блюхера в Советской России.

В качестве комиссара сводного отряда уфимских и самарских красногвардейцев Блюхер участвовал в боевых действиях на Урале, где возглавил Челябинский Военно-революционный комитет. Рабочие отряды Южного Урала действовали в чрезвычайно сложной обстановке. В Сводном отряде южноуральских партизан Блюхер стал заместителем командира. Постепенно отряд расширился и включал в свой состав 6 стрелковых, 2 кавалерийских полка, артиллерийский дивизион. К сентябрю 1918 г. эта рабочая армия насчитывала около 10 тысяч человек и вскоре была преобразована в 4-ю Уральскую (с 11 ноября 1918 года — 30-ю) стрелковую дивизию. Командиром стрелковой дивизии был назначен Василий Блюхер. Так 28-летний демобилизованный солдат, вчерашний рабочий с годичным образованием, занял генеральскую по меркам старой армии должность командира стрелковой дивизии.

За 54 дня отряды Блюхера прошли 1,5 тысячи километров по труднодоступной местности – горам, лесам, болотам Южного Урала, разгромив 7 неприятельских полков. За это комдив Василий Блюхер был удостоен ордена Красного Знамени под номером 1. Благодаря Уральскому походу, вчерашний никому неизвестный рабочий моментально вошел в военную элиту молодой Советской России. 6 июля 1919 года Блюхер возглавил 51-ю стрелковую дивизию, прошедшую от Тюмени до озера Байкал. В июле 1920 г. дивизию перебросили на Южный фронт – для борьбы с Врангелем, после разгрома которого дивизия была передислоцирована в Одессу, а Блюхер, будучи ее командиром, стал и начальником Одесского гарнизона.

В июне 1921 г. он стал председателем Военного совета, главнокомандующим Народно-революционной армии Дальневосточной республики и военным министром ДВР. Именно под командованием Блюхера были разгромлены действовавшие в Забайкалье, Монголии, на Дальнем Востоке белые формирования барона Унгерна, генерала Молчанова и другие. Звездным часом Блюхера стала Волочаевская наступательная операция, после которой комдива отозвали в Москву.

27 апреля 1923 года Блюхер был назначен временно исполняющим должность начальника гарнизона города Петрограда с исполнением обязанностей командира 1-го стрелкового корпуса, с 1922 г. он был включен в состав ВЦИК. Осенью 1924 г. Блюхера, уже имевшего опыт боевых действий на Дальнем Востоке и в Забайкалье, направили в Китай в качестве военного советника Сунь Ятсена. В Китае Блюхер пробыл до 1927 года, после чего служил помощником командующего Украинским военным округом И. Э. Якира, а 6 августа 1929 года был назначен командующим Особой Дальневосточной армией. Все следующие девять лет жизни Блюхер провел на Дальнем Востоке. В феврале 1934 г. его избрали кандидатом в члены, а в 1937 году – в члены ЦК ВКП (б).

Конечно, для человека без образования это была колоссальная карьера, от которой легко могла «закружиться голова». Так и произошло. К сожалению, вместо того, чтобы заниматься повышением своего образовательного уровня, Блюхер «пустился вразнос» - стал сильно пить. Между тем, ситуация в регионе накалялась. 25 марта 1935 года Блюхеру направили директиву о действиях Особой Краснознаменной Дальневосточной армии в случае войны с Японией, но 7 апреля он, как сообщал затем начальник штаба РККА Егоров в донесении Ворошилову, «заболел известной Вам болезнью» и не выходил до 17 апреля на связь. Естественно, такой образ жизни препятствовал полноценному командованию армией. Тем не менее, 2 июня 1937 года Сталин дал такую характеристику маршалу: «Блюхер отличный командующий, знает свой округ и ведёт большую работу по воспитанию войск». До краха карьеры оставалось чуть больше года.

В начале 1938 года Блюхер даже спрашивал Сталина о доверии к себе, на что Иосиф Виссарионович ответил, что полностью доверяет маршалу. 24 сентября 1938 года, уже после знаменитого «разбора полетов» по итогам боев на озере Хасан, отозванному в Москву Блюхеру выделили квартиру в Доме правительства. Тем не менее, вместо того, чтобы обживаться в новой квартире, через четыре дня, 28 сентября, Блюхер с семьей срочно выехал в Адлер – в резиденцию «Бочаров ручей», где поселился на даче Ворошилова. Судя по всему, до него уже дошли слухи о возможных проблемах. На даче Ворошилова Блюхер с семьей пробыли почти месяц.

Утром 22 октября 1938 года маршал Василий Блюхер, его жена Глафира Лукинична и брат Павел были арестованы. Блюхера доставили на Лубянку, во внутреннюю тюрьму НКВД, где маршал и вчерашний любимец Сталина провел восемнадцать дней. За это время его успели допросить 21 раз. Блюхер дал показания против самого себя, в которых признался в участии в «антисоветской организации правых», в «военном заговоре», в саботаже в военной сфере, а также, для «полноты картины», в пьянстве на рабочем месте и моральном разложении.

9 ноября 1938 года в 22 часа 50 минут Василий Блюхер скоропостижно скончался в кабинете тюремного врача. Согласно официальным результатам вскрытия, смерть маршала наступила от закупорки лёгочной артерии тромбом, образовавшимся в венах таза. Утром 10 ноября тело Блюхера кремировали. Многие источники подчеркивают, что смерть Блюхера явилась закономерным следствием жесточайших пыток и избиений, которым маршал подвергался во время восемнадцатидневного заключения. Были репрессированы и практически все члены семьи Василия Блюхера. Расстреляли его первую жену Галину Покровскую, брак с которой закончился в 1924 году, т.е. за 14 лет до ареста Блюхера. Была расстреляна и вторая жена Галина Кольчугина, а третью жену Глафиру Безверхову осудили на 8 лет лагерей. Был расстрелян и брат Блюхера Павел, служивший командиром авиазвена при штабе ВВС Дальневосточного фронта. Реабилитировали Блюхера в 1956 году. После реабилитации в честь Блюхера были названы улицы, населенные пункты, школы, теплоходы.

Маршала Блюхера можно считать одной из самых неоднозначных и таинственных фигур в советской истории 1920-х – 1930-х гг. Не умаляя его заслуг в годы Гражданской войны, все же стоит отметить, что многие критические оценки военачальника действительно справедливы – это и низкий уровень образования с отсутствием стремления к совершенствованию знаний, и пренебрежение своими обязанностями, и самовольность в принятии решений. Но был ли Блюхер в действительности членом антисталинского заговора? Ответ на этот вопрос давно унесли с собой в могилу участники тех трагических событий.

 

Автор: Илья Полонский

 

https://topwar.ru/history/