В тесном блоке с королевствами

Рубрика:  

Советский опыт выстраивания отношений со странами, противостоящими транснациональному колониализму, уникален. Боле того, он поучителен и сегодня, в современной геополитической ситуации.

Ровно 90 лет назад король (имам) Йемена Яхья обратился к советскому правительству с просьбой начать переговоры о дружбе и торговле. Он приветствовал «новую – равноправную политику Советского Союза в отношении народов и стран Востока», . . .

отметив «угрозу целостности и суверенитету нашей страны со стороны Соединенного Королевства и нашего ближайшего соседа». Имам имел в виду Саудовскую Аравию.

Москва ответила согласием. В марте 1927-го начались переговоры. 1 ноября 1928 года в Сане стороны подписали договор о дружбе и торговле.

СССР выработал и проводил новую в международных делах, при этом филигранно точную политику в отношении стран, боровшихся с колонизаторами. Многие из них были сопредельны России, граничат с СНГ и сегодня. До начала 80-х годов взаимоотношения СССР с этими соседями были дружественными, что не позволяло Западу создавать плацдармы у южных и юго-восточных границ державы. Но по мере ослабления Советского Союза и тем более с его распадом ситуация изменилась в худшую сторону...

Внешнеполитический опыт, накопленный после октября 1917-го, нелишне вспомнить не только из-за его замалчивания. Он нужен, чтобы тщательно выстраивать долговременные, равноправные, взаимовыгодные отношения при усилении восточного вектора нашей политики.

Советская Россия уже в конце 1917 года официально денонсировала все договоры с западными державами о совместном разделе Ирана, Турции, Китая, Монголии, других стран и территорий. Только этот факт в рекордно короткий срок сделал их стратегическими союзниками новой России. Договоры о границе и сотрудничестве с Ираном, Турцией, Афганистаном (1919–1922) существенно усилили Республику Советов. Военно-техническая и экономическая помощь, оказанная в 1919–1924 годах новой Турции против интервенции западных держав, а также Афганистану и Йемену в их борьбе с британской агрессией, утвердила СССР главным, если не единственным союзником этих стран.

Упомянутый советско-йеменский договор был заключен на 10 лет. 28 января 1939 года его продлили на такой же срок. По признанию Яхьи, сделанному в 1940-м, этот документ «стал первым равноправным и чрезвычайно выгодным нашей стране международным договором. Этим мы обязаны прежде всего искренним отношением Ленина и Сталина и всех народов СССР к нашему народу и к нашей стране».

Йемен в сентябре 1939 года объявил о нейтралитете. Но власти разрешали военным и гражданским судам антифашистской коалиции заходить в порты и территориальные воды страны. Примечательно, что Йемен продолжал поставлять в СССР по бартеру (через Ирак и Иран) кофе, рыбопродукты, тростниковый сахар-сырец, специи. Советский экспорт в эту страну (ткани, оборудование, зерно и мука, древесина, медицинское оборудование и медикаменты) в военные годы почти полностью прекратился, но Сана не потребовала возмещения.

Фактически советско-йеменский договор продолжал действовать и в 50-е годы. Военно-техническая и экономическая поддержка Москвы во время британских вторжений в 1955-м (при подготовке блокады Египта и реоккупации Суэцкого канала) и в 1958-м (в связи с Ираком, где был свергнут пробританский режим) помогла сохранить суверенитет и целостность страны. Десятки советских врачей, геологов, строителей, представителей других профессий помогали Йемену развивать экономику, здравоохранение, образование, социальную сферу. Совокупная доля национальных кадров, получивших образование и прошедших стажировку в СССР, к середине 60-х превысила 40 процентов.

Россия помогала и борьбе Афганистана против британцев еще с 1880-х, но не вводила войска. Эту линию продолжила РСФСР, уже в 1919 году оказав стране крупную военно-техническую помощь. С тех пор отношения с монархическим Афганистаном были дружественными и взаимовыгодными. Король Мохаммед Захир-Шах (1934–1973) посещал СССР чаще других стран, Советский Союз с 20-х годов был главным экономико-политическим партнером Афганистана. Разведки двух стран совместно пресекали деятельность национал-шовинистических групп, их попытки проникновения в советскую Среднюю Азию.

В конце 1941 года, по имеющимся данным, Черчилль предложил Сталину совместно ввести войска в Афганистан (как это было в Иране осенью 1941-го). Но советский руководитель ответил, что «это действие будет там наверняка воспринято как агрессия… В Афганистане свыше трети жителей – туркмены, узбеки, таджики, а их соотечественники имеют свои советские республики. Поэтому ввод советских войск может негативно сказаться на советской Средней Азии».

11 октября 1941 года СССР гарантировал, в том числе от имени антифашистской коалиции, суверенитет Афганистана. Но гарантии обусловливались «удалением из Афганистана немецкой и другой вражеской агентуры, дружественной политикой в отношении СССР и антифашистской коалиции в целом».

Заброшенная через Турцию и Иран в июле 1941-го на север Афганистана германская специальная рота «Бранденбург» организовала там площадки для высадки десантов и склады. По плану «Барбаросса» и директивам вермахта №№ 30 и 32 после захвата Кавказа и Закаспийского региона в Афганистан намечалось направить германский «Индийский легион» (около четырех тысяч солдат и офицеров), немецких и турецких десантников. Им предстояло вторгнуться в Британскую Индию с северо-запада (то есть из Афганистана), одновременно японские войска атаковали бы ее с востока.

Но план провалился благодаря взаимодействию спецслужб союзников и Афганистана. Резиденту советской разведки в этой стране Михаилу Алахвердову удалось нейтрализовать германо-турецкую агентуру. К весне 1942-го в стране была разгромлена и японская шпионская сеть. Афганские спецорганы помогли Москве «заполучить» в 1941–1943 годах около 60 агентов Берлина и Анкары в Средней Азии. В Великую Отечественную Афганистан был надежным тылом СССР. Невоенные грузы из западных стран-союзниц в те годы частично шли через афгано-узбекскую и афгано-туркменскую границы.

Советско-афганская граница была спокойной и в предвоенные годы. Об этом свидетельствует письмо Берии Сталину и Молотову, датированное 5 октября 1940 года: «Данных об антисоветской деятельности спецпоселенцев в Молотовабадском – приграничном с Афганистаном районе Таджикской ССР, как и об их связях с контрреволюционными и басмаческими группами в этой стране, не имеется. Ситуация контролируется».

Подлинно братские отношения были установлены в начале 20-х годов с Монголией и Тувой. Весьма примечательна оценка Чан Кайши, данная в беседе с Махатмой Ганди в 1942 году: «Англичане оказались правы, что не стали полностью подчинять себе Бутан, Непал и Сикким, не включив их в Британскую Индию. Теперь эти страны будут бороться за свою самостоятельность не против Лондона, а на стороне Лондона против Японии, если она вторгнется на восток Индии… СССР тоже проводит такую политику: Тува и Внешняя Монголия (МНР – А. Ч.) хотя всецело зависят от СССР и имеют схожий с СССР режим, но не входят в его состав. Поэтому СССР может опираться на них и в войне с Германией, и в противостоянии с Японией». Характерно и то, что лидеры Монголии и Тувы, по мнению Чан Кайши и Махтамы Ганди, будучи будучи союзниками СССР, проявляют себя именно как национальные лидеры.

 

Автор: Алексей Чичкин

 

http://vpk-news.ru/articles/34983