Забытая миссия Г. Уоллеса

Рубрика:  

В доступных изданиях о деятельности советской дипломатии в годы Второй мировой войны отсутствует информация о пребывании вице-президента США Г. Уоллеса в нашей стране, в том числе на Дальнем Востоке. Коротко сообщается лишь о его миссии в Китае  в июне—июле 1944 года.  Только в книге воспоминаний нашего посла в США А.А. Громыко довольно подробно рассказано о Г. Уоллесе. 

Уоллес, как политический деятель, кото­рый представлял собой видную фигуру среди приверженцев поли­тики Ф.Д.Рузвельта, и заслуживает того, чтобы о  нем рассказать особо.

Путь его миссии в Китай пролегал по авиатрассе АЛСИБ через Чукотку, Колыму, Якутию и далее через Сибирь и Среднюю Азию.

На наш взгляд, в ходе визита в нашу страну он должен был решить (или подготовить их решение) несколько вопросов, по современным меркам имеющих геополитическое значение:

- личное изучение внешнеполитической  деятельности руководства СССР как военно-политического союзника США по антигитлеровской коалиции;

- рекогносцировочное изучение восточных районов Советского Союза как плацдарма для войны с Японией, а также возможности страны и региона по оплате поставок товаров по ленд-лизу;

- особое внимание уделить изучению попыток милитаристской Японии к установлению с 1943 года «особых» отношений с Советским Союзом;

- изучить возможности использования секретной трассы «Z» в Казахстане для поставок американской военной техники в Китай.

Его визит в Советский Союз преследовал не только цели взаимопонимания, изучения образа жизни советских людей и тех коренных социальных преобразований, которые про­изошли в советской стране. Было и другое. Как известно, в первый период войны обстановка на фронтах сложилась для нашей страны трудная. Враг оккупировал большую территорию, в том числе нема­ло жизненно важных экономических районов нашей Родины. Враж­дебно настроенная к Советам зарубежная пресса была полна пред­сказаний о «скором экономическом крахе» СССР. Американские промышленные магнаты, финансовые и политические воротилы так­же не скрывали своего мнения на этот счет. Это не могло не ска­заться на политическом курсе американского правительства в воп­росе об оказании военной и экономической помощи Советскому Союзу. В конгрессе раздавались голоса, что Америка не может под­вергать себя риску, не имея гарантии платежеспособности Сове­тов. Более здравые голоса отвечали скептикам: «Если будет повер­жена под ударами фашистской машины Россия, тогда не устоит и Америка».

Высокий потенциал северо-восточных районов СССР давно привлекал правящие круги Америки. Но ясного представления о нашем северо-востоке за рубежом не имелось. Его рисовали диким, необжитым краем. И все же о богат­ствах недр советской Колымы уже тогда ходили легенды. В этой связи поездка вице-президента США Генри Уоллеса в города Магадан, Якутск и Комсомольск-на-Амуре в мае 1944 года должна была многое прояснить.

Приметный самолет СИ-47 полковника  И.П. Мазурука, на котором совершал свои маршруты вице-президент, можно было видеть во многих аэропор­тах Колымы и Чукотки. Дальновидный американец понимал, что, не­смотря на еще слабую техническую оснащенность и невысокую организацию труда, транспортные затруднения, освоение Колымы идет полным ходом и результаты труда горняков и золотодобытчи­ков налицо. Кульминацией его пребывания на Севере, «колымским сюрпри­зом» оказалось посещение одного из сусуманских приисков. Подчеркнем, что значительная часть колымского   золота шла в США для оплаты поставок грузов ленд-лиза и перевозилась дальстроевским пароходом «Трансбалт». Как теперь известно, сразу после окончания войны с Японией он был потоплен американской подлодкой ?!?    

Высокому представителю американского правительства дружелюбно были открыты все «двери» на земле колым­ской, поскольку было известно, что Генри Уоллес горячий сторонник президента Ф. Рузвельта в проводимом им политическом курсе на сближение и расширение политических и экономических контактов с Советским Союзом.

В своей официальной речи в Магадане – столице «валютного цеха» страны, кроме обычных слов приветствия и благодарно­сти за теплый прием, оказанный ему и его соотечественникам, он гово­рил о высокой миссии антифашистской коалиции четырех великих держав. 

Определенный интерес для американцев представляло и  начавшееся в 1943 году строительство железной дороги от Комсомольска-на-Амуредо Советской Гавани. Это был второй выход к Тихому океану и в то время представлял стратегический объект. Кроме того, в строящийся порт Ванино по ленд-лизу американцы поставляли паровозы   для этой дороги.

А.А. Громыко отмечает, Г. Уоллес смог основа­тельно пополнить свои познания о России и нашем народе во время посещения Магадана, Якутска, Комсомольска-на-Амуре, Иркутска, Красноярска, Новосибирска, Алма-Аты, Ташкента и некоторых дру­гих городов.    

После возвращения в США он сообщил А.А. Громыко, что эта поездка по Советскому Союзу произвела на него огром­ное впечатление.  И потом не раз Г. Уоллес подтверждал это мнение. Он, можно ска­зать, открыл для себя Советский Союз, увидев своими глазами ве­личие духа, самоотверженность и стойкость нашего народа.

В беседах Г. Уоллес обычно по своей инициативе заводил раз­говор на тему об общности интересов США и СССР в международ­ных делах. Полностью отдавая себе отчет в том, что эти госу­дарства принадлежат к разным общественным системам, он разви­вал тезис,  что американский и советский народы имеют все возможности для плодотворного сотрудничества. Обе державы располагают ко­лоссальными естественными ресурсами, огромными промышлен­ными потенциалами. Он верил, что Советский Союз восстановит свою пострадавшую от войны экономику и будет успешно ее развивать. Но советско-американское сотрудничество должно означать преж­де всего исключение военных столкновений между США и СССР.

В теоретическое обоснование необходимости мирного сотруд­ничества США и СССР и принципа мирного сосуществования Уол­лес особенно не углублялся, даже не очень любил вникать в эту, как он называл, «высокую материю». Он рассуждал категорично: «Американцы и русские никогда не должны ни убивать друг друга, ни вообще допускать развязывания новой войны».    

Несомненно, что особый интерес у американцев был к советско-японским отношениям. Напомним, что министр иностранных дел Японии М.Сигэмицу с осени 1943 года начал раз­рабатывать идею специальной миссии в Москву.  10 сентября посол Сато впервые со­общил об этом В.М. Молотову и уже через три дня получил вежли­вый, но решительный отказ. Сыграло свою роль и то, что Сато не имел детальных инструкций: в Кремле от него требовали под­робностей предполагаемой миссии, а Токио стремился сначала заручиться принципиальным согласием на её прием. Потом эта история будет повторяться с завидной регулярностью.

Разгром армий союзников по «оси» в Северной Африке, успехи Красной армии, капитуля­ция Италии и отказ Советского Союза от любого мирного по­средничества между Москвой и Берлином подводили японских дипломатов к мысли о необходимости эффектного дипломати­ческого демарша. Кстати, с этого времени отношение японских властей к советским дип­ломатам стало быстро и заметно меняться к лучшему. Причин­но-следственная связь вполне очевидна.

М. Сигэмицу попытался повторить свои мирные предложения в апреле 1944 года, в связи с заключением рыболовного соглаше­ния, но с тем же успехом. Новый советский ответ содержал лишь ссылку на предыдущий, добавить к которому было нечего. Пакт о нейтралитете оставался в силе, но, как свидетельствуют рас­секреченные в декабре 1996 года материалы закрытых заседаний нижней палаты японского парламента, министр уже осенью 1943 года предвидел возможность скорого расторжения пакта Мос­квой, как только он станет ей не нужен.

Летом 1944 года американская дипломатия предприняла активные попытки стабилизировать положение правительства

Чан Кай-ши, объединить гоминьдановские армии и силы, руководимые Коммунистической партией Китая во главе с Мао Цзедуном, под единым командованием. Для решения этой геополитической задачи в июне 1944 года в Китай и был направлен вице-президент США Генри Уоллес в качестве личного представителя президента Рузвельта.

Американцы настойчиво добивались не только согласия советского правительства, но и помощи в переброске грузов ленд-лиза из Ирана в Китай для Чан-Кайши по «трассе Z». Как известно,  осенью 1937 года началась  переброска по специальной трассе (в документах обозна­чалась как «трасса Z») военных грузов из СССР китайским армиям Чан-Кайши, сражавшимся против вторгнувшихся японских войск. Автотрасса (2925 километров) начиналась от Сары-Озек (Казахстан) и заканчивалась в Ланьчжоу (Китай). 

Советское правительство, идя навстречу пожеланиям амери­канского правительства, согласилось разрешить 1100 американцам сопровождать 500 грузовиков из Ирана в Китай. Американские военные произ­вели необходимые расчёты, но в Синьцзяне вспыхнули массовые волнения и восстания против местного правления и гоминьдановской администрации.

12 ноября 1944 г. Илийская организация освобождения с помощью советских военных советников провоз­гласила создание примерно на пятой части территории Синьцзя­на (три округа - Илийский, Тачэнский и Алтайский) временно­го правительства Республики Восточный Туркестан. «Трасса Z» проходила юго-западнее, но по самому краю Илийского округа, между территориями, контролируемыми «властью трёх округов» и властями Синьцзяна (теперь, по сути Южного Синьцзяна).

В силу сложившейся в Синьцзяне обстановки советское правительство посчитало целесообразным отложить на некоторое время вышеуказанную операцию по переброске грузовиков в Китай.

Заключение.

Сегодня, когда американская администрация практически возрождает послевоенную политику «большой дубинки», а в мире полыхают локальные войны, уместно будет напомнить некоторые оценки периода Второй мировой войны.  Тогда американские политики трезво оценивали обстановку и считали, что в 1942 г. только героическое сопротивление со­ветского народа представляло собой твердую гарантию спасе­ния мира от фашистского господства, которое грозило не оста­вить места «под солнцем» для США. «Человеческая слабость, — писал позднее бывший государственный секретарь США Эдуард Стеттиниус в книге «Рузвельт и русские», — заключается в том, что люди слишком быстро забывают обстоятельства прошлых лет. Американский народ должен помнить, что в 1942 г. он был на краю катастрофы. Если бы Советский Союз не удержал сво­его фронта, немцы были бы в состоянии завоеватьВеликобри­танию; они могли бы также вторгнуться в Африку, и в этом случае они создали бы плацдарм в Латинской Америке. Президент Рузвельт всегда помнил об этой нависшей опасности».

Примечание:

УОЛЛЕС Генри Эгард (1888- 1945)  - вице – президент США в 1941-1945 гг. от демократической партии. Приверженец политики Ф.Д.Рузвельта, выступал за развитие отношений между СССР и США.

 

Филонов Александр Михайлович, полковник в отставке, ученый секретарь Хабаровского регионального отделения Русского географического общества

Удивительно, уважаемый Александр Михайлович, что после публикации в 2010 году основанного на архивных материалах очерка Владимира Нечипорюка (надеюсь, знаете его) о визите Генри Уоллеса в СССР, продолжаете вслед за полуграмотными краеведами и журналистами твердить о "забытой миссии".

Очень рекомендую пользоваться архивными источниками, а не сомнительными воспоминаниями. На последнее замечание меня подтолкнуло ваше упоминание о Си-47 И.П. Мазурука. Его к пилотированию самолета Г. Уоллеса не допускали. Вице-президент повсеместно летал на своей машине, экипаж которой возглавлял полковник ВВС США Ричард Койда. Исключение составил полет в Магадан. ВПП "Сокола" не могла принять тяжелый Си-54. В Магадан и обратно в Сеймчан Уоллеса на Си-47 доставил экипаж капитана Маслякова.

Вам бы эти вещи тем более следовало знать, если учесть, что в поездке Уоллеса по Дальнему Востоку и Сибири сопровождал главный хабаровский чекист С.А. Гоглидзе. И речь на их встречах шла о куда более важных вещах, чем "о секретной трассе "Z", в которой американцы к лету 1944 года, господствуя в Тихом и Индийском океанах, абсолютно не нуждались.

С уважением, Vikentivch.