Мой брат, который стал героем

Рубрика:  

«АЛИКОВИЧИ МЫ»

Мы с Пашкой росли, как обычные брат с сестрой. Пашка поколачивал меня – я бежала ябедничать родителям, а потом ждала возмездия. Папа наказывал брата, потому что «старший всегда виноват». В остальные дни мы мирно ходили в сад за ручку, смотрели фильмы про Рембо, Терминатора и прочую недевчачью ерунду.

Пашка имел такое качество характера – увлечь других тем, что его интересовало. Когда он занялся всерьёз фотографией, папа купил для него фотоаппарат «Любитель». Вся семья собиралась в тесной хрущёвской ванной, освещённой красным фонарём, проявляя снимки, которые сделал брат.

Пашка любил всё новое и интересное. Он всегда чем-то занимался: музыкальная школа по классу флейты, потом – по классу гитары, школа выживания, которой руководили Михаил Николаевич Сапижев, многочисленные походы, конькобежный кружок, волейбол, лыжи, рукопашный бой, кикбоксинг, бодибилдинг, армрестлинг… Не бывало так, чтобы Пашка сидел без дела. Ему было, куда и с кем пойти. Друзей и в саду, и в школе, и в лицее, и уже во взрослой жизни было много. Паша был душой компании: и пошутит остро, и блеснёт какой-нибудь цитатой из киноклассики или литературы.

Как-то, находясь в очередной длительной командировке, поставил себе цель выучить наизусть «Сказ про Федота Стрельца» Леонида Филатова. И выучил! На моей свадьбе, на второй день, гости по традиции выкупали торт, но не за деньги, а исполняя творческий номер. Паша читал «Слово о полку Игореве». Я, как филолог, безумно гордилась им. Вот это воля, вот это память! Это мой брат! Крепко обняв меня, он любил повторять: «Аликовичи мы!» (не Рюриковичи, а Аликовичи – отчество у нас необычное).

ОТПУСК БЫЛ РАСПИСАН ПО МИНУТАМ

Безумная любовь у нас с Пашкой началась, когда он поступил в Рязанское высшее военное десантное командное училище. Тогда не было мобильных телефонов, и мы писали друг другу нежные поучительные (с его стороны) письма. Паша никогда никого не забывал и слал письма всем: маме, папе, тёте, бабушке, братьям, друзьям, своей девушке. Когда только успевал при этом ставить в училище рекорды по гиревому спорту, рукопашному бою, бегу, ходить в походы, совершать марш-броски?!

Наша семья с нетерпением ждала приезда Паши в очередной отпуск. Он появлялся в Шелехове – и весь город знал об этом. Отпуск был расписан чуть ли не по минутам, но времени хватало на всё: встречи с друзьями, походы на Байкал, помощь родителям по даче и дому. Однажды папа с братом красили балкон – ничего особенного. Если бы не девятый этаж – это усложняло задачу. Паша привёз с собой альпинистское снаряжение и красил балкон, спустившись с крыши. Его бесстрашие восхищало!

НА РУКАХ ВЫНОСИЛ БЕСЛАНСКИХ ДЕТЕЙ

В 2002 году Паша окончил училище и единственный из всего выпуска и единственный за всю историю Шелехова попал в центр специального назначения «Вымпел» ФСБ России. Мы понимали всю ответственность, риски, но гордость за Пашу нас переполняла. Мама всегда тревожилась, когда он долго не выходил на связь. И сердце её никогда не обманывало: мама всегда чувствовала, когда у Паши командировка на Кавказ.

1 сентября 2004 года оставило кровавый след в истории России терактом в школе №1 города Беслана. Мой брат участвовал в освобождении заложников. Он на руках выносил измученных детей и оставшихся в живых их родителей. Запомнились увиденные на одном из документальных кадров слова на стене: «Вымпел, Альфа! Ребята, спасибо вам за наших детей!». Сколько безысходного горя пришлось ему увидеть в те страшные дни! И сколько жестокости… Паша потерял друзей. Они тоже были героями. Вечная память героям Беслана! Не могу и представить, какая боль жила в огромном и добром сердце моего брата. Думаю, эта рана не заживала у него до последних дней. За боевые действия в Беслане брат получил медаль «За Отвагу». Было ещё много операций на Кавказе, в которых участвовал мой доблестный Пашка.

«ДУШОЙ Я ОТДЫХАЮ ТОЛЬКО В ШЕЛЕХОВЕ»

Мы, конечно, о многом не знаем, потому что об этом было запрещено говорить. Мама, догадываясь, что Павел в командировке, вскользь спрашивала: «Ну что, Паш, ты ТАМ?». И было всё понятно, если он отвечал: «Там, мам». И в очередной раз он мужественно боролся с терроризмом, защищая наше спокойствие. Благодаря моему брату не случились десятки планируемых боевиками терактов. По новостным сводкам можно было только следить за работой «Вымпела», и то не всегда СМИ освещали очередной захват банд подполья. Паша очень возмужал за десять лет службы в «Вымпеле». Он даже постарел. Но о своей усталости никому не говорил, хотя этого было не скрыть: появились глубокие морщинки, грусть в его бездонно добрых глазах…

Когда он приезжал домой в отпуск, признавался: «Душой я могу отдыхать только здесь, в родном Шелехове». И он действительно отдыхал здесь Иногда мы с ним дурачились, как дети: корчили друг другу гримасы, «кололи» острыми шутками… И, глядя на Пашу на гражданке, я (и не только) не задавалась вопросом: как может такой улыбчивый добряк служить в «Вымпеле»?

И МИР ПЕРЕВЕРНУЛСЯ…

Паша был верным другом. Ещё в детстве родители воспитали в нас умение дружить. «Нет уз святее товарищества» эту цитату из «Тараса Бульбы» часто повторяет мама. Однажды Паша спас жизнь своему другу Косте Скороходову. В «Вымпеле» их называли братьями (хотя они просто однофамильцы), они были чем-то схожи внешне. На том же месте, где настигла судьба Пашу, несколько лет назад подорвался на фугасе Костя – ему оторвало ноги. Не дожидаясь, пока друг истечёт кровью, Пашка, рискуя жизнью, бросился к нему по заминированному полю. Несколько километров до вертолёта Паша нёс Костю на руках.

24 января ничто не предвещало беды в нашей семье. Разве что впервые порвалась цепочка моего сына, подаренная любимому племяннику Пашей. Но мы не привыкли придавать значение мелочам. А вечером узнали страшную весть, которая перевернула наш мир. В голове пульсировала мысль: это всё не с нами, это неправда, просто какая-то ошибка… Не верилось до тех пор, пока мы не встретились в Москве.

Он лежал такой суровый, мужественный, с точёным профилем. Такой родной. Я всё пыталась отогреть его руки, щёки. Паша, мой Пашка… Подполковника Скороходова и подполковника Кайтукова, Пашиного командира, погибшего вместе с ним, похоронили на Николо-Архангельском кладбище города Балашиха, на аллее Славы вместе с почившими героями, незаметно охранявшими наш покой.

Мой брат герой. Я всегда это знала. Я горжусь им. У Паши остался маленький сын Егорка, как две капли воды похожий на него.

Вечная тебе память, мой дорогой брат!

Ты будешь всегда в моём сердце, моя кровиночка, мой добрый рыцарь – самый умный, самый сильный и самый красивый!

 

Юлия КРИЦКАЯ

*     *     *

В конце августа этого года на стене Шелеховского лицея установлена мемориальная доска погибшему герою, Павлу Скороходову, который когда-то в нем учился. На торжественное открытие памятника пришли родственники, многочисленные друзья, коллеги по службе, спецназовцы «Альфа» и мэр города Шелехов. Все они поделились воспоминаниями о нашем герое и выразили свое соболезнование семье погибшего.

 

На фотографиях:

1. Брат – Павел Скороходов

2. Сын Павла Скороходова — Егор

3. Спаситель и спасенный

 

Газета «Байкал-61» № 9-10 – 2015

г. Иркутск

Исправьте в тексте ошибку, город ШелехоВ, а не ШелеховО!

Спасибо за подсказку. Исправлено.