«Бредут и в зной, и в стужу…»

Рубрика:  

          *   *   *

Бредут и в зной, и в стужу,

По летней по жаре...

Никола людям нужен –

На Промзинской горе.

 

Ты древле агаряны

Отгнал от веси той,

И ныне христианом

Заступник ты святой.

 

Ногами топчут лужи,

Бредут и млад, и стар –

И даже ночью вьюжной,

Дабы познать Христа, –

К подножию Креста.

 

На той горе великой,

Духовной средь вершин

Твоим, Никола, ликом

Врагов ты устрашил.

 

Бежали вражьи рати,

Народ же ликовал.

А лик Николы, братья,

Он Промзинским назвал.

 

Но в век (подлее нету) –

И зорька не светла,

Когда не видно Света, –

Икона та ушла...

 

Ушла от зла неверья,

Сокрылася от глаз.

От Мирового Зверя

Спасай, Никола, нас.

 

Хвалу мы возсылаем

Блаженному в святых,

Твоим моленьем – пламя

И в сердце, и в усты.

 

Бредут и в зной, и в стужу...

Взыграй, душа светла,

И пусть пурга не кружит,

Всех ждёт нас Николай.

 

Письмо Александру Прохоренко, офицеру

    Спецназа, павшему смертью храбрых

                 в Сирии в марте 2016 г.

 

Здравствуй, Саша, а проще Сашок,

Русспецназ на далёкой Пальмире.

Как ты умер, то мне невдомёк,

Но не стало тебя в этом мире.

 

– Мама, мама родная, прощай,

Скоро ангелы протрубят, –

Так пророк, что от Бога, вещал.

– Вызываю огонь на себя...

 

Я пишу из Симбирска письмо,

Ты ж вошёл в рая Божью обитель.

Как решиться на подвиг ты смог?

Вижу лик твой и новенький китель.

 

– Я не кланялся деньгам, вещам,

Смерть встречаю, всех ближних любя.

Русь – Россия, земной Дом, прощай!

Вызываю огонь на себя...

 

Взрыв, и тела совсем уже нет,

А душа в полк небесный зачислена Богом,

На лице её ангельский свет,

Жил ты мало, свершил очень много.

 

– Я присягу хранить обещал

И не ныть. Ухожу, не скорбя.

Здравствуй, вечность, земное, прощай!

Вызываю огонь на себя...

 

– Александр, спецназ от небес !

Здравствуй, воин от ангельской рати.

Русь молитвы приносит тебе,

На земле твои  други и братья.

 

             *   *   *

 

Когда путь долгий предстоит,

То что нам тело укрепляет

И что нам душу окрыляет,

Какая радость беды растворит?

И что возьмём с собой в дорогу?

Молитву к Богу, молитву к Богу.

 

Когда враги вокруг кричат

И чёрный ворон смерти кружит,

Душа тоскою занедужит,

И гаснет на ветру свеча,

На что надежды хоть немного?

Молитву к Богу, молитву к Богу.

 

Когда пьянящий вкус победы

Вином туманит ясный разум,

Всё изменилось вдруг и сразу,

Рассыпались, как пепел, беды.

Так чем же пройдена дорога?

Молитвой к Богу, молитвой к Богу.

 

Стези земной вот завершенье,

И всё земное здесь оставим,

Душа же память пролистает,

Былых событий совершенье –

Чем благодарен ты премного?

Молитвой к Богу, молитвой к Богу.

 

                  В Афганистане

 

Прошли все сроки, сложились судьбы,

Я дембельский альбом листаю.

Тогда не знали, как это будет

В Афганистане, в Афганистане.

 

Тогда не знали мы жар пустыни

И снег колючий, и горный ветер,

Как тело друга помалу стынет,

А мир от взрывов уже не светел.

 

И как нас только не пытали,

Мы предавать друзей не стали,

Наш путь усеян не цветами

В Афганистане, в Афганистане.

 

А друг мой ранен, он умирает,

В его глазах застыла вечность.

Над горным, диким, но чуждым краем,

Над телом друга заката свечи.

 

А мы сжимаем в руках оружье.

Живых и мёртвых святое братство.

И пусть стервятник поганый кружит,

Простое имя в сердцах солдатских.

 

Живым к краям родным вернуться

И к роднику припасть устами.

На то, что было, оглянуться

В Афганистане, в Афганистане.

 

Простое имя, родное «мама»,

Его мы в письмах поминаем.

Пройдя войны жестокой пламя,

Родные плечи обнимаем.

 

Прошли уж годы, иных уж нету,

Я дембельский альбом листаю.

Войны той песня не допета

В Афганистане, в Афганистане.

 

                    *   *   *

 

Вот горный склон в верёвочных перилах,

Опять хрустит под триконями лёд.

Из памяти картину эту смыло

В квартире городской, за годом год.

 

Припев:

Приходят времена иные,

И мы другие, мы уже не те.

Высокогорных раций позывные

Остались на Памирской  высоте.

 

Гитары старой тихий разговор,

Комфорт суровый дружеской палатки

И времени река у белых гор,

И дым воспоминаний, привкус сладкий.

 

Чрез годы, да вернуться чтоб к друзьям,

Пьянит нас ожиданье новой встречи.

Глаза в глаза, так честно, не скользя,

А время-то, пожалуй, не излечит.

 

Вот жизни склон, уже иссякли силы

И  клевета метёт, и ветер спины гнёт.

Когда-то с нами это уже было,

Маршрут сей жизни вверх, за годом год.

 

Приходят времена не те,

А может это мы – иные.

Нужны на должной высоте

Радиостанций наших позывные.

 

           Не унывай, душа

 

А если не досталось ни гроша,

О денежках я вовсе и не плачу.

Всё это миф о сладостной удаче.

Не унывай, пропащая душа.

 

Не унывай, ведь ты ещё жива,

Жива по непонятной всем причине,

И даже после множества починок

В тебе живут и мысли и слова.

 

А если не досталось ни гроша

Ни от наследства, ни от той делёжки.

Ни доли, ни процента, ни одёжки,

То всё одно, не унывай, душа.

 

Ведь уцелела ты среди событий

Без видимой на то причины.

Тебе благое – свет лучины,

Да не погрязнеши в уютном быте.

 

А если не досталось ни гроша

В застолье мирового пированья,

Зато ты помнила своё призванье,

А потому не унывай, душа.

 

Не унывай, ведь ты еще поёшь,

Хотя нет голоса и зримой всем причины,

Вокруг тебя коварные личины,

Но к Свету всё одно идёшь.

Не унывай, душа! Не унывай, душа!

 

                                               Горемыкин Игорь

 

http://www.velykoross.ru/