Диалог

Рубрика:  

История пропавшей девушки

Путь

Вячеслав Кожевников философ и поэт. Когда я впервые взяла в руки его маленькую книжку под названием «Путь постороннего», то была приятно удивлена. Его фраза «Каждый должен идти своей дорогой, но пути тех, кто идёт к Богу, обязательно сольются» - заставила меня задуматься над смыслом жизни и внимательно просмотреть свою жизнь. А я иду какой дорогой?

Кожевников считает, что завершая жизненный цикл, мы стремимся вернуться к истокам, подобно лососю, возвращающемуся к месту своего рождения. 

Счастлив тот, кому это удаётся. В детстве человек любит мечтать, рассуждать, петь, но жизнь постепенно наполняется проблемами, заботами, и он почти забывает о своём предназначении. Только освободившись от суеты, человек снова может делать то, к чему зовёт его душа. Кто такой Кожевников? Критики приписывают ему принадлежность к каким-то политическим или религиозным течениям, но он не состоит, ни в каких партиях, религиозных конфессиях, сектах, союзах и т. п. Он считает себя посторонним. Он любит гулять по окраинам жизни в стороне от других. Он не надевает масок и говорит то, что думает. Он не стремится кому-то понравиться, так как покой души для него важнее признания. Он никого не призывает следовать за ним. Именно об этом он пишет в своей книге.

Иду я сквозь миссионеров строй,
И от речей их голова кружится.
Ведь каждый говорит: « Пойдёшь за мной –
Тогда твоё спасенье состоится».
И каждый почему-то убеждён,
Что истинную веру представляет,
Поэтому всех ближе к Богу он
И лучше, чем другие, Бога знает.
На перекрёстке тысячи дорог,
Мне выбрать путь душа моя поможет.
Кто ближе к Богу – знает только Бог,
А человек об этом знать не может.
Бог никого к добру не принуждает,
Чтоб отвращенье в душу не вошло.
Пусть каждый сам путь жизни выбирает,
Насилие добром – двойное зло.

Стихи Кожевникова мне понравились, и я старательно записала их в свою тетрадь. Неожиданно прозвучала знакомая мелодия.
Телефонный звонок.

-Алло! Здравствуйте! Мне посоветовали вам позвонить и дали этот номер телефона. Я знаю, что Вы пишете рассказы. А я хочу Вам рассказать свою историю. Знаете, если описать мою жизнь, то это будет бестселлер! Конечно, же, нужно только изменить фамилию и моё имя. Я не хочу, чтобы люди показывали на меня пальцем и говорили: "Это о ней мы прочитали". Скажите, а это возможно?

- Что возможно? - не поняла сразу я.
- Написать книгу по моему рассказу.
- Конечно, возможно. Приезжайте ко мне, поговорим, познакомимся поближе и займёмся Вашей книгой. А что Вы хотите от меня?
- Я хочу, чтобы Вы мне помогли.
-  Хорошо. Приезжайте.

Встреча

...Раздался стук в дверь. Я открыла дверь и увидела молодую девушку в чёрной одежде. Брюки, свитер, длинный жилет и головной платок. 
- Заходите. Вы Юля?
- Да. Знаете, может быть, я приехала не вовремя и вы заняты. Я могу  приехать в другой день.
- Юля, я ждала тебя, и у меня нет никаких дел. Самое важное для меня - это ты. Если ты позвонила мне, значит, в этом была необходимость. Я очень рада твоему приезду. Заходи.
- Хорошо. Я сейчас отпущу водителя такси. Скажу, чтобы он за мной приехал через несколько часов.
Юля вышла на улицу и через несколько минут вернулась вновь в мой своеобразный кабинет с креслом, компьютером и письменным столом.

Девушка села в кресло. Её глаза немного погрустнели и она произнесла:
- Я расскажу Вам свою историю. Но только я не хочу, чтобы читатели знали, что героиня моего рассказа - это я. Хотя многие эпизоды из моей жизни настолько индивидуальны, что по ним можно меня вычислить.
- Если ты боишься последствий, то тогда не надо рассказывать. Я не священник и тайн не могу хранить. Скорее наоборот. Я расскажу всем о тебе и твоей жизни. Ты же сама хотела бестселлер. Ну что, передумала?
- Мне страшно. Страшно от того, что моё имя будет на устах людей, и будут перемалывать мои косточки.
- А разве это не было? Разве твоё имя не было предметом обсуждения людей? Ты же хочешь своим рассказом или оправдать свои поступки или наказать себя... Так что же ты хочешь?
- Я хочу рассказать о том, что я попала в ...
Юля заплакала. Я терпеливо ждала продолжения её рассказа. Она вздохнула и начала свой рассказ.

Исповедь

Я была очень религиозной. Я ходила в православную церковь. Мои родители были только рады тому, что я часами просиживала над церковными книгами. Я училась в одиннадцатом классе и как многие девушки мечтала о карьере фотомодели. Я любила одевать красивую, яркую одежду и демонстрировать её. Я также посещала театр моды и на подиуме я всегда была в числе лучших. Мне аплодировали стоя. Училась в школе я на отлично и  мне должны были вручить золотую медаль. Однажды, в церкви я познакомилась с молодым человеком. Он готовился к служению в церкви и должен был стать в ближайшее время стать священником. И он предложил стать его женой. Я решила, что так уготовано судьбой. Я согласилась. Я отказалась от школы и своей карьеры модели. Я стала матушкой. Мне льстило, что люди, старшего возраста называли меня уважительно - матушка Юлия. Мы жили с мужем дружно и  проблем не возникало. Но я не могла забеременеть. А нам хотелось иметь детей. 

Мы молились. Но молитвы не доходили до Бога и так проходил год за годом. Я решила посетить святые места. И поехала к источнику Серафима Саровского. Там я увидела больных - парализованных, хромых, слепых. Все мечтали об исцелении. А я просила только одного - рождения ребёнка. Наверное, Серафим помог мне. Я родила мальчика спустя девять месяцев, и вновь посетила чудесный источник. Я благодарила Бога. Я была счастлива и в благодарность за произошедшее чудо назвала своего сына Серафим. Там же возле источника было как всегда многолюдно. И неожиданно в страшном припадке забилась женщина, из её рта пошла пена. "Бесы, Бесы!"- промелькнуло в моей голове. Я отошла в сторону. Какой-то страх поселился в моей голове. Сначала я не придала этому значению.

Но когда я вернулась домой, то различные беды и проблемы стали как из рога изобилия сыпаться на меня. Мой сын отказался от моего грудного молока. Он плакал и отворачивался от груди. А молока было много. Но мой сын не хотел сосать... Я не знала что делать. Мне посоветовали кормить кашей и молочными смесями. И Серафимчику понравилась такая еда, и его полностью пришлось перевести на искусственное кормление. А я мучилась от избытка молока. Моя мама решила забрать Серафимчика к себе, чтобы я смогла привести себя в порядок. Грудь болела и горела. Я температурила. Ходила с перевязанной грудью. Так продолжалось почти две недели. Сына я не видела. Муж отвёз его к своим родителям, моя мама не могла заботиться о Серафимчике. Она работала и не могла уделять ему много внимания.

Через месяц мне стало лучше, и Серафимчик вновь появился в нашем доме. Но он забыл меня. Он плакал и не хотел идти ко мне на руки. Я расстраивалась и плакала вместе с ним. А однажды в присутствии свекрови у меня началась истерика. Она не хотела давать мне смеси для кормления и не давала на руки сына. Я не выдержала обиды и бросила бутылочку со смесью на пол. Она разбилась... И вот тогда-то я услышала от своей свекрови фразу, что я Порченная. Что во мне бесы есть и они отталкивают ребёнка от меня. Я не знала что делать...

Мой муж поговорил со своими родителями, и они опять забрали моего сына. Его увезли. А меня отправили к моей матери. Мама внимательно выслушала моего мужа и решила, что мне надо отдохнуть. Началась послеродовая депрессия. Я принимала какие-то лекарства, какие-то таблетки... Я уже не помню, что именно мне давали. Однажды я пошла в парк и вдруг увидела своего Серафимчика. Его держала на руках незнакомая женщина. Я бросилась к ней и хотела его отнять. Но меня грубо оттолкнули, и я упала на землю. Со мной случился приступ. Мне потом рассказали, что я страшно кричала и из моего рта шла пена... Но я этого не помню. Когда я очнулась, то рядом была мама. Она ласково гладила меня по рукам и  лицу. Я была в больнице. Мне было плохо. Голова болела, и обида мешала говорить. Но я проглотила ком в горле и спросила:

- Где Серафим?
- Это был не Серафим. Ты ошиблась. Ты бросилась к чужой женщине и хотела забрать у неё ребенка.
- Этого не может быть. Это был мой сын. Мой Серафимчик.
Мама переглянулась с врачом и больше ничего мне не ответила. Она уехала, пообещав навещать меня.

Вскоре в больницу приехал мой муж. Он также сказал, что я ошиблась, что наш сын находится в другом городе и никак не мог попасть в чужие руки.

Я заплакала. Меня затрясло, и я закричала... Как я могла ошибиться? Как я не могла узнать своего родного и единственного сына? А  мои родственники решила пролечить меня в больнице. И меня положили в психиатрическую больницу. Уколы. Таблетки. Я стала какой-то безразличной ко всему и всем. Я терпеливо ждала исцеления. Но, увы... Время шло, а слёзы не высыхали. Депрессия. Так говорили все. Муж редко приезжал ко мне. И однажды я разговорилась с медсестрой. Она, зная моих родителей и мужа, рассказала о том, что у мужа есть другая женщина и что он хочет от меня избавиться. Поэтому я приложила все усилия для того, чтобы меня выписали из этой проклятой больницы.

Меня  забрали домой. Но дома было плохо. Мне казалось, что за мной постоянно следят. Что-то подсказывало мне, что в моей болезни есть вина и моего мужа. Ведь он священник. Почему он не вылечил меня? Почему он избегает меня? Я стала ему неприятна? Что же произошло? Эти вопросы не давали мне покоя. Самое страшное для меня было то, что я потеряла веру в мужа, бога и справедливость. Если у моего мужа есть другая женщина, то почему он продолжает лгать, ведь он священник... Он учит правильному образу жизни и в то же время поступает неправильно... Я плакала. Я постоянно находилась в тоскливом состоянии, и не было аппетита. Есть не хотелось. Я похудела.

Однажды мой муж пришёл поздно. А я приготовила для него ужин, который  успел остыть... Есть муж не стал. Зазвонил телефон. Он вышел на балкон и стал  тихо с кем-то говорить. Я потихоньку подошла к приоткрытой двери и прислушалась... Он назвал имя "Зоя"  и я сразу я почувствовала боль в груди. Я выскочила и вырвала у него из рук телефон.

«Зоя!? Не смей звонить ей!» - крикнула я и швырнула телефон в стенку. Мой муж ударил меня по лицу… В моих глазах померк свет. Ведь он священник! Как он может лгать мне? Как может поднимать на меня руку? Я вцепилась ему в волосы и с силой затрясла голову. Он едва смог разжать мои руки  и с силой отшвырнул меня в сторону. Я упала и ударилась головой об угол стола.

Странная тишина и темнота возникла вокруг меня, а спустя некоторое время я услышала: «Юля! Юленька! Очнись, очнись! Прости меня! Прости!» Он стоял на коленях и тормошил меня. У меня болела голова. И я поняла, что в этом доме мне больше делать нечего. Я осторожно встала на ноги и пошла в ванную. Умылась. Потом прилегла на кровать. Муж ходил рядом. Я плакала. «Успокойся». Я кивнула головой. Сказала: «Я хочу спать. Оставь меня одну». Он выполнил мою просьбу вышел.

Я не могла спать. Я вспомнила день нашей свадьбы. Моя подруга Зоя пришла в элегантном чёрном платье. А в её руках были две розы, тёмно красные. С каким-то чёрным оттенком… Она протянула эти розы мне с улыбкой и сказала: «Они так красиво смотрятся на фоне твоего белого платья». Конечно же, я удивилась, почему две розы? А подруга сказала: "Не удивляйся, я хочу, чтобы вы всегда были двое…". Эти розы мы положили к памятнику Вечного огня.

Зоя.… Неужели это она так зло пошутила надо мной и моей любовью? Я проснулась рано. Ещё не рассвело. В доме стояла тишина. Я осторожно встала и заглянула в соседнюю комнату. Муж спал. Я тихо переоделась и, взяв с собой паспорт и деньги, вышла из дома. Я  решила уехать подальше из своего города и из жизни мужа  и православной церкви. Я села в такси и приехала на автовокзал. Купила билет в Москву и уехала. Я знала, что меня будут искать и поэтому решила принять все меры для того, чтобы меня не нашли Я отправила маме эсемеску: «Я в монастыре. Звонить не надо. Вернусь, когда станет лучше». Своему мужу я тоже написала сообщение: «Я начинаю новую жизнь. Я хочу развестись с тобой. Приеду через месяц. Не ищи меня». В Москве меня никто не ждал. Я до самого вечера ходила по улицам. Вечером подошла к подземному переходу и села рядом с какой-то бабушкой- нищенкой.

«Чего ты пришла сюда?» - спросила она.
- Мне некуда идти.
- Пошли ко мне. И я согласилась. Я пришла  с ней в её однокомнатную квартиру и прожила с ней один месяц. Я помогала ей по дому, готовила. Стирала. В деньгах я не нуждалась. А через месяц, я вернулась домой. К этому времени я успокоилась и впервые надела короткую юбку и топик. Мне хотелось забыть о своей жизни в церкви. Моя мама была в шоке, увидев меня в таком виде. Может это был мой внутренний протест против той жизни, которая меня отвергла? Не знаю.

Муж оформил развод. Я забрала свои вещи. Продала их и уехала на Чёрное море. Там я жила целый год. У меня появились друзья, поклонники. И для меня не стало проблемой найти деньги. Мужчины легко мне их давали. Я красиво одевалась. Танцевала. Пела в ресторанах. У меня ведь музыкальное образование. Но однажды я шла мимо строящейся мечети. Там работали нерусские. Азербайджанцы.

Я подошла к ним и попросила у них помощи. Я решила принять мусульманство. Они внимательно выслушали меня. Один парень – Ариф ласково спросил:
- Ты поссорилась с кем-то?
А я заплакала. Я плакала долго. Мужчины растерянно смотрели на меня, а Ариф подошёл, и обнял меня…  Мне стало легче. Я почувствовала доверие к этому человеку.  Сейчас у меня муж – азербайджанец. Да Ариф стал моим мужем.  И я надеваю эти чёрные одежды.

- Зачем?- Поинтересовалась я.
- Наверное, потому, что больше не верю тем, кто меня предал.
- Странно, а почему ты ушла из православной церкви?
- Наверное потому, что мне было обидно, что со мной так поступили. Муж предал меня. А ведь он священник. Он и сейчас в церкви. Лицемер.

- А сын?
-Сына продолжает воспитывать моя бывшая свекровь. Он не любит меня. Плачет, если я приезжаю.  Я стараюсь не расстраивать его и не приезжаю к нему. А сама плачу.
- Значит, ты протестуешь против несправедливости. Против мужа. Но зачем  ты ушла из одной религии в другую? Неужели это даёт тебе успокоение? Почему ты не стала бороться за мужа и сына? Почему? Знаешь , я видела многих азербайджанцев. Среди них есть мои друзья, но они не ходят в чёрных одеждах. Почему ты так демонстративно показываешь всем, что ты стала другой веры? Ты ведь можешь одеваться по-другому.

- Но я так хочу.
-Я поняла. Ты хочешь рассказать о своей жизни. Ты хочешь сделать книгу. Но какова цель? Чтобы тебя пожалели? Чтобы тобой гордились? Знаешь, я не смогу написать книгу.
- Почему?
- Потому что  я с уважением отношусь и к русским и к азербайджанцам. И не хочу вражды. Твой муж сделал ошибку и причинил тебе боль. Но это не повод для ухода из христианства.  Ты начала другую жизнь. Ты сознательно выбрала его. Тебя никто не заставлял принимать мусульманство. Знаешь, я не осуждаю тебя. Это твой выбор. Ты можешь написать о себе сама. Я не буду делать бестселлер.

- А если книга понравится читателям, и мы сможем заработать много денег?
- Не уверена. Но это твой путь и ты должна пройти его сама.
Юля обиженно посмотрела на меня и, взяв в руки телефон, позвонила. Она вызвала такси.
- Я сейчас уезжаю.

- Напиши сама о своей жизни. Возможно…  Нет, я уверена, у тебя получится лучше, чем у меня. Я не сильно разбираюсь в религии и не смогу донести до читателя твою боль…  А ты сможешь… Ты сильная. И возможно, ты снова резко поменяешь свою жизнь, и станешь опять христианкой… А может снимешь эти чёрные одежды и станешь политиком…

Юля недоверчиво посмотрела на меня и ничего не ответила. Подъехала машина. Девушка уехала. А я задумалась. Права ли я? Я взяла в руки тоненькую книжечку стихов Вадима Кожевникова. Читаю:

Мне жаль популярных поэтов,
Которые, чтобы прожить,
Творят по заказу, при этом
Меняя талант на гроши.
Что стоят их пошлые шутки,
Хвалебные речи в стихах?
Под них наполняют желудки,
А что в головах и в сердцах?
Я оды писать не умею,
Противен мне пафос любой.
И пусть ничего не имею,
Зато не торгую душой.
Свободен как птица, и счастлив:
Стихами за хлеб не плачу.
Вне моды, вне славы, вне власти
Живу и пишу, как хочу.

…Кто он –  Кожевников? Возможно, когда-нибудь наши пути пересекутся… Я перечитывала строки и продолжала думать о девушке. Права ли я? Ведь она позвонила мне…  Ведь она приехала ко мне… А я посоветовала ей написать книгу самой. Вряд ли она будет её писать.… Наверное, она хотела просто выговориться… Ей нужен был слушатель.… Нет, не то. Она хотела написать книгу с моей помощью. Значит ей было о чём сказать.… А я совершила  ошибку, отказав ей…  Я поторопилась с отказом. Надо было поступить иначе…  Я торопливо схватила телефон. Я решила позвонить ей. Но, увы… 
Абонент был недоступен.

Марина Панферова-Лабиринт