Море по колено

Рубрика:  

Свела меня как-то служба с одним офицером. Ничем он не выделялся из общей массы, служил как все.  Наш герой имел звание «капитан», и судя по всему это был его «потолок», потому-то по возрасту он считался  не перспективным. Капитан занимал должность начальника солдатского клуба и, не спеша «тащил службу». Фамилия у офицера была красивая: Светлов, а имя: Сергей.

     Сошлись мы с ним на почве рыбалки. И, хотя, заядлыми рыбаками мы с ним не были, но посидеть с удочкой на тихой таёжной речушке, покормить комариков, а, если повезёт, то ещё и сварить ушицу из пойманных хариусов и ленков, да отведать всё это под водочку, куда как здорово!

      Имел  Сергей один недостаток (других я не замечал), уж больно не разговорчив он был.  Но, правда, до первой рюмки. Зато потом не остановишь. И говорить начинал так складно и ладно, что заслушаешься. И порой не отличишь, когда он правду говорит, а когда красиво привирает, потому что преподносит все в такой упаковке, что не хочется даже и думать о том, что он может соврать, дабы не разрушить забавную правдивую сказку.

      Справедливости ради нужно заметить, что капитан Светлов воевал в Афганистане, и, хотя по его словам, там не геройствовал, однако медаль «За боевые заслуги» заработал. Многие офицеры полка уважали Светлова за его честность и порядочность. Ну, а что по службе ему не повезло, то не один он такой.    

     Заглянул я однажды к нему в клуб. Зайдя в кабинет, увидел капитана, чуть ли не лежащим на столе с карандашами в руках.

   - Здесь принимают в кукрыниксы?, - задал я с порога вопрос, видя как Сергей создает очередной «шедевр» - стенную газету для солдатской казармы.

   - Здесь, - улыбнулся Сергей и протянул мне пару карандашей.

   - А ну-ка, слабо ли тебе пролезть под мою правую руку и добавить колориту в картину?

  - Так это запросто,  - с готовностью ответил я и, взяв карандаши, попытался помочь Сергею.

     - Хотя, не нужно мне помогать, мой друг. Картина уже готова. Вот, полюбуйся.

     Я подошёл поближе к столу и оценивающе посмотрел на произведение искусства.

   - Впечатляет. Главное достоинство  газеты - это изобилие  красного революционного цвета, - с иронией произнес я.

    Сергей это понял и улыбнулся.

- Да, так задумано автором.  Ведь как ни крути, а мы в красной армии служим, - засмеялся Сергей и немного погодя, продолжил:

- Я вспоминаю, в Афгане был у нас художник-юморист, офицер-метеоролог рисовал всякие безобидные шаржи на друзей.  Кто видел его рисунки, «животы рвал» от смеха. Помню один рисунок, состоявший из четырех сюжетов:

1-ый: светит яркое солнце, на столбике термометра 40 градусов. В будке сидит  синоптик читает книгу.

2-ой: звонит по телефону командир. Синоптик берет  трубку и, не отрываясь от книжки, представляется командиру: «Старший лейтенант Коробов. Слушаю вас».

3-й: - Какая погода?  

В это время на будку сверху забрался прапорщик  с бутылкой воды. Синоптик, не отрываясь от чтива, высовывает руку в открытую форточку. Прапорщик плеснул из бутылки  на руку синоптика и тот бодрым голосом доложил командиру; «Дождь». 

4-й:  Гневное лицо командира.

   - Я тебе дам, дождь!

   Мы с Сергеем от души посмеялись, оценив остроту армейского юмора. И тут я понял причину веселости Сергея. 

- Ты знаешь, без ста граммов, - ударив ладошкой себя по горлу, произнес Сергей, - краски тусклые. Зато сейчас смотри, как играют.

- Пикассо позавидовал бы, - одобрительно произнес я и тут же задал вопрос: «На рыбалку в субботу поедем?»

- Конечно, - ответил Сергей, - Мой «Урал» на ходу.

В субботу, как и договаривались, рано утром мы встретились с Сергеем у гаражей. Его мотоцикл стоял как верный конь в полной готовности.

Рыбалка была удачной. Уха их хариусов получилась на славу. Поев ухи, мы прилегли у костра, и я, предвкушая услышать от Сергея что-то интересное, «настроил свою радиостанцию на прием», то есть настрополил уши. И как всегда не ошибся.

Сергей, слегка раскрасневшийся не так от укусов комаров, а больше, наверное, от «фронтовых ста граммов», плавно начал погружаться в мир воспоминаний, увлекая и меня за собой.

- Произошел со мной в Афгане случай. Как вспомню, так вздрогну, - приступил к рассказу мой товарищ.

- Поехал я как-то в гости к другу. Его часть стояла километрах в ста от нас. Мы с ним в одном училище учились. Его, как и меня, Серегой звали.

Встретил он меня как брата и предложил погостить у него, оставшись на ночлег. Я отправил назад БТР, на котором приехал, и попросил механика-водителя доложить командиру о месте моего нахождения.

Посидели мы с Серегой в тот вечер хорошо: выпили самогона, вспомнили веселые курсантские годы. И не заметили, как полночь наступила. Сергей, по законам афганского гостеприимства, приготовил мне кровать, а сам разложил матрац и заснул на полу богатырским сном. Я вышел на улицу, выкурил сигарету, посмотрел на тусклые звезды и ни с того, ни с сего решил пешком идти в свою часть.

Хотел сказать об этом Сергею, но не стал его будить. Оставил на столе записку и отправился в путь.

Сориентировавшись по звездам, взял курс и пошел по дороге.

Не знаю, сколько по времени я шел, но вдруг в темноте наткнулся на высокий забор. У них там заборы дувалами называют. На ощупь нашел дверь и начал барабанить в нее. Вскоре  дверь  открыли, и я увидел перед собой юношу. Он, увидев нежданного гостя, испугался и отпрянул назад. Послышался мужской голос и к нам подошел мужчина средних лет с черной бородой и в чалме.

     Я поздоровался на русском языке и мужчина пригласил меня в дом. Хозяева пропустили меня вперед, а сами вошли следом за мной. Посреди комнаты на ковре сидели пять или шесть бородачей. Уставившись на меня, они не могли сообразить, как здесь глубокой ночью оказался русский офицер.

     Я так же удивленно смотрел на них, не зная, что сказать.  Хмель разом улетучился. Я начал четко соображать и давать оценку происходящему. Не помню, что я им пытался объяснить, но главное они поняли: пьяный офицер заблудился.      

Они о чем-то посовещались, и самый пожилой из присутствующих  дал какие-то указания юноше, встретившему меня.

     Юноша подошел ко мне и что-то сказал на своем языке, показывая рукой на дверь. Выходя из комнаты, он взял в руки винтовку. Меня это насторожило. И хотя не было смысла убивать меня просто так, но мы были врагами и по законам войны они могли пристрелить меня без всяких на то оснований.

     Я развернулся и вышел вместе с юношей. Он довел меня до двери, через которую мы вошли, открыл ее и показал рукой направление моего движения.

     Медленно ступая  в темноте по незнакомой дороге, я прислушивался, не передернет ли мой провожатый затвор винтовки, чтобы тут же нажать на курок. Время, в течение которого я прошел эти десять или двадцать метров, мне показалось вечностью. Наконец я остановился и оглянулся назад. Ночь была, тюрьмы черней, она может быть и помешала юноше прицелиться мне в спину. Но как бы то ни было, а я ускорил шаг, немного привыкнув к темноте, и направился по дороге подальше от того места, где совсем недавно чуть было не лишился жизни. Благо, бородачи оказались добрыми, или мой неагрессивный пьяный вид повлиял на них. Кто знает?

     Примерно через час пути меня окликнул голос: «Стой! Кто идет?».  

     - Волга, - ответил я.

    - Днепр. Проходи, - отозвался часовой.

    - Здравия желаю, товарищ старший лейтенант! – поприветствовал меня солдат,  узнавший меня по голосу.

    - Здравствуй, Васильев, - ответил я и добавил, - Молодец, службу бдительно несешь.

    - Стараемся, товарищ старший лейтенант.

    - Старайся, старайся.

    Сергей закончил свой рассказ и замолчал.

    Я находился под впечатлением от услышанного и все же задал вопрос, нарушивший тишину: «А что бы ты сделал, если бы они решили взять тебя в плен?»        

   - Живым бы я им не достался. Ведь у меня при себе был пистолет, хотя прояви я агрессивность, тяжело пришлось бы мне. Сейчас я это понимаю. А тогда  не до конца осознавал ситуацию. Одно слово: «пьяному море по колено».

    Сергей как то  озорно почесал всем пятерней затылок и добавил:  «Вот так то, брат, бывает».

    - Не страшно было?-  спросил я.

    - Тогда - нет. Потом, спустя некоторое время, немного жутковато стало, когда представил возможные варианты событий.

    - Прошло, ну и ладно, - согласился я с Сергеем.

    Мы еще посидели у костра и уехали, не дожидаясь вечера.     

Смышников Евгений Владимирович, полковник в отставке, ветеран боевых действий в Афганистане, председатель Совета организации «Боевое Братство»