Памяти друга

Рубрика:  

О композиторе Александре Вячеславовиче Новикове

Родился 20 февраля 1952 года в поселке Ноглики Сахалинской области. Первым уверенным шагом на пути к музыке стало обучение игре на баяне в стенах музыкальной школы г. Охи. К 12-летнему возрасту относятся первые опыты сочинения музыки и их публичного исполнения на клубной сцене.

После окончания общеобразовательной школы следуют годы учебы в Хабаровском институте инженеров железнодорожного транспорта и овладения профессией инженера-электрика (1969-1974). Будущий композитор приезжает по распределению в г. Комсомольск-на-Амуре, где, работая мастером производственного обучения в ГПТУ № 26, он находит время для творчества, выезжая с концертами созданного им самодеятельного коллектива на стройку Байкало-Амурской магистрали и работая над музыкальным оформлением спектаклей самодеятельного кукольного театра «Кукольчата».

Окончательно избрав для себя стезю музыканта, Новиков в 1974 году поступил на дневное дирижерско-хоровое отделение Хабаровского училища искусств (класс преподавателя П.И. Широкова). Во время учебы по ночам работал санитаром в психо-неврологическом диспансере г. Хабаровска.

По окончании училища, получив диплом с отличием, продолжил обучение в Новосибирской государственной консерватории им. М.И. Глинки (1979-1985) по классу композиции (класс профессора Ю.П. Юкечева). Дипломной работой А.В. Новикова стала камерная опера «Верую!» по рассказу В. Шукшина.

В 1985 году, вновь по распределению, Александр Новиков приехал в г. Хабаровск. Проработав несколько месяцев преподавателем кафедры хорового дирижирования Хабаровского государственного института культуры, он вскоре оставил педагогический труд, чтобы навсегда связать свою судьбу с театром.

С 1986 по 1991 годы Александр Вячеславович работал заведующим музыкальной частью Хабаровского краевого театра драмы, а с 1991 года – в этой же должности в Хабаровском театре юного зрителя. С приходом А.В. Новикова в ТЮЗ труппа театра стала неизменно характеризоваться как «поющая», театр осуществил множество музыкальных постановок.

В 1987 году А.В. Новиков был принят в Союз композиторов СССР, в 1994 – Союз театральных деятелей РФ. Произведения А.В. Новикова исполняются как в России: в Москве, Санкт-Петербурге, Новосибирске, Хабаровске, Иркутске, Омске, Томске, Челябинске, так и за рубежом: в Японии, Республике Корея, Швеции, Германии, Греции. Умер А.В Новиков 26.04.2009 года.

Впервые с Александром Вячеславовичем, а тогда просто с Сашкой Новиковым, я познакомился в 1969 году, когда он поступил на первый курс Хабаровского института инженеров железнодорожного транспорта на факультет «Автоматика, телемеханика и связь». Знакомство это было шапочным, а точнее даже коридорным т.к. я учился на курс старше и встречались мы,  в основном, в коридорах института на перерывах между парами. Внешне это был среднего роста светловолосый коренастый паренек с белесоватыми ресницами и веселыми глазами. От других студентов он отличался неспешной манерой разговаривать и легкой картавинкой, которая иногда проскакивала в его речи.

Более близкое, в прямом и переносном смысле, знакомство состоялось у нас примерно через полгода, когда Александр пришел в институтскую спортивную секцию борьбы самбо. На первых занятиях, как и все начинающие спортсмены, он занимался общефизической подготовкой, учился правильно падать, изучал приемы страховки и самостраховки не приступая, пока, к отработке технических приемов.

Так случилось, что по какой-то причине не явился на одну из очередных тренировок мой постоянный напарник и тренер поставил меня в пару с Сашкой, несмотря на солидную (10-15 кг) разницу в весе. Стоит отметить, что я в то время боролся до 57, а он до 75 килограммов.

Всем известно, что отработка бросковой техники спортсменами производится в полсилы, и, в результате многократных повторений, прием доводится до автоматизма. К моему величайшему удивлению А.В.Новиков этой истины не знал. Припомнив суворовскую мудрость: «тяжело в ученье – легко в бою» я взял удобный захват, удачно подвернулся и … всё. Мне показалось, что я пытаюсь сдвинуть с места паровоз.  На соревнованиях все броски совершаются неожиданно для соперника, у Саши же, знавшего какой приём я буду проводить, времени подготовиться было предостаточно. Я поднялся с колен и увидел в Сашкиных глазах торжество, злорадство и решимость и дальше стоять насмерть до последней капли крови. Объяснив ему, что от него требуется, я вновь попытался осуществить тот же самый бросок, Результат такой же, только в его глазах еще добавилась удовлетворенность от проделанной работы. Очередные попытки заканчивались с тем же успехом, они просто разбивались об него, как океанские волны о непоколебимый утес. Сашка стоял широко расставив ноги, как будто бы вросшие корнями в настил ковра. Весь его вид говорил о том, что он готов сражаться так, будто от результата нашего поединка зависел если не исход какой-то войны в целом, то, по крайней мере, одного из её определяющих сражений. Ситуация нормализовалась только в результате вмешательства нашего тренера Александра Золотарева.

В дальнейшем, учитывая нашу разницу в весе, мы очень редко сходились с ним на ковре в одной паре, общались мы тоже не часто, т.к. на тренировки он ходил со своими однокурсниками Валерой Быковым и Сашей Шаковцом.

Очередной прогресс в наших отношениях произошел в 1972 году. Одна половина страны смотрела КВН по телевизору, вторая половина пыталась в него играть. Не мог оставаться в стороне и наш институт, в котором тоже организовали кавээновский турнир. Меня назначили (или выбрали, сейчас уже не помню) капитаном факультетской команды, основу которой составили студенты четвертого курса, немного разбавленные третьекурсниками. Сашка учился на третьем курсе, его песни распевала половина «общаги», и, вполне естественно, он был приглашен в качестве полноправного участника. Команду, созвучно с названием факультета, назвали «КВАНТ» - команда веселых автоматчиков, непризнанных талантов.

Если кто-то считает, что КВН – это веселая развлекаловка, то он сильно заблуждается. Это постоянный цейтнот и нервотрепка, когда за три дня до начала очередной игры совершенно не вытанцовывается сценарий, кажутся тупыми и не смешными придуманные шутки и миниатюры и уже совершенно не хочется выходить на сцену… В это время откуда-то появляется Новиков, брякает какую-то свою шутку, которая тут же вписывается в сценарий и всё сразу изменяется. Куда-то отступает состояние безысходности, ярче начинает светить солнце, вновь появляется желание работать и даже мухи, которые только что летали и садились на нас, как на какой-то мусор на помойке, начинают весело жужжать над нами как над яркими весенними букетами.

КВН – это, даже после очередной победы, состояние полной душевной опустошенности и единодушное мнение, что это всё…что больше никогда и ни за что…, но когда до следующей игры остается три дня все повторяется с самого начала. Так продолжалось до тех пор, пока мы не выиграли в финале и не стали чемпионами. Следует отметить, что была еще одна выигранная за сборную института игра с «политеном» в рамках едва начавшегося первенства города среди ВУЗов. По мановению чьей-то волшебной палочки из Москвы КВН на 15 лет исчез с телевизионных экранов и, одновременно, с подмостков всех клубов и Домов культуры Советского союза.

Так мы закончили играть в КВН, но множество нитей, которые связали нас за это время, продолжали нас связывать ещё долгие годы. После окончания института каждый уехал к своему месту работы и каждый пошел той дорогой, которую он выбрал для себя.

Путь от абитуриента Сашки Новикова до композитора Александра Вячеславовича Новикова не был легкой прогулкой по прямой асфальтовой аллее, скорее он больше походил на блуждание в лабиринтах извилистых парковых тропинок, когда известно к чему ты хочешь прийти, но не знаешь, какая тропинка короче.

Он создавал и создал себя сам, достойного уважения, подражания и доброй памяти.

Ю.И. Бригидин, полковник в отставке,
ветеран боевых действий, член СВГБ.