Стихи Александры Ирбе

Рубрика:  

       У дома Беллы

Очевидно тебе не до смеха

и уже не до всяких похвал,

от тебя нынче, Белла, лишь эхо

бродит в комнатах в блеске зеркал.

 

Во дворе две немытых собаки

еще, может быть, знали тебя,

бледный луч горизонта двоякий

в желтых листьях плывет сентября.

 

В парке Тельмана вечная влага,

в нем с утра копошится народ.

Мимо дома бессмертная тяга -

Тяга к творчеству тихо бредет.

 

Белла, Белла, прекрасная Белла

В этом доме сегодня не то,

и тебя до озноба, до нерва

не прочтет в этом доме никто.

 

Будут только судачить на кухне

как жила. как бросала детей

на чужих. И зрачок их потухнет

от вчерашней обиды твоей.

 

Вспомнят только, как ты спотыкалась,

как порой не могла говорить,

как с годами терзала усталость

твою жизнь, вдохновенье и быт.

 

Белла, Белла, волшебная Белла,

я сегодня в жестокой тоске,

я всего лишь на год не успела

взять, к твоей прикоснуться руке.

 

Я всего лишь на год не успела

войти в дом, где ты раньше жила,

но я знаю: ты точно хотела -

о тебе вспоминает Москва.

 

И, идя по твоим переулкам,

я деревьям теперь говорю:

«Как приятно идти на прогулку

вместе с Беллой в провал к сентябрю!»

 

"Мне точно разорвали пуповину..."

 

Мне точно разорвали пуповину

с моею тайной матерью - Москвой.

Любимые бульвары - не любимы,

и дом мой - будто попросту не мой.

 

Молчат-трещат несносные проспекты,

и Воробьёвы навивают сон.

Мои неоспоримые аспекты

отныне спорны. И со всех сторон.

 

Не выношу полночный лязг трамваев,

глухую лживость древних позолот -

я только в отдалении оживаю,

а вместе с ними все во мне умрет!

 

И как застывший камень всех надгробий,

окрашенный в притворно-серый цвет,

в моей Москве живут другие боги,

а Бога милосердного в ней нет.

 

И Вы себе не смеете признаться,

что с каждым годом будете мертвей

в том городе, в котором так боятся

вполне простых, естественных людей,

 

в том городе, в котором восхищенье

лишь к мертвечине, джинсам и авто,

в котором Бог, как будто приведенье,

бредет ночами и творит не то,

 

где изо всех окошек неоткрытых,

из всех закрытых наглухо дверей

так много смотрит кем-то душ убитых,

как над домами светит фонарей,

 

где все черно, что было раньше белым -

все белое, что черным там звалось.

Мне этот город бьет по самым нервам,

ночами жжет до криков и до слез!

 

Мне этот город - никуда не деться -

как чаша бесконечная вина!

В его вине давно погрязло сердце,

и только пропасть серая видна.

 

Листочки за окнами вихрями кружат

 

Не надо искать тех, кто больше не нужен.

Последняя встреча. Непрошенный ужин.

И в комнате тесной стоит тишина.

Листочки за окнами вихрями кружат,

И серая пропасть над ними тесна.

 

Листочки за окнами вихрями кружат.

Так люди то дружат, то снова не дружат.

Так люди меняют друзей, города…

Листочки летят… Наступает беда…

 

Под вихрями первого, белого снега

Листочки, что ласточки, падают с неба.

Их ломят и веют, их ловят и бьют.

Над ними ветра панихиду поют.

 

Так люди не верят, что кончится взлет.

Не видят под ними зияющий лед.

Не знают, что все пролетит незаметно:

Друзья, города и кружение ветра.

 

"Ты веришь в мои впечатления..."

 

Ты веришь в мои впечатления,

Веришь в мой город.

Ты в городе этом

Шагаешь по сонным бульварам.

Меня оскорбляет твой взгляд,

Убивает твой холод.

Мне хочется видеть тебя

Потускневшим и старым.

 

Но ты разбиваешь шатер,

Раздуваешь волторны,

И звук твоих песен

Врывается в город мой сонный.

 

Да, звук твоих песен

Меня разрывает на части!

Ты был мне известен

Под словом единственным «Счастье»!

 

И я ненавижу твои чернокрылые взоры,

Мне страшно глядеть

В твои омуты и коридоры.

И я презираю тебя,

Презираю свой город.

В нем каждые окна скорбят

Об утраченном «Скоро»!

 

В нем к вечеру вспыхнет пожар,

В нем не будет покоя!

Ты - мой аммиак, мой кинжал.

Мое сердце пустое.

 

Полная подборка стихов на сайте: 

http://www.litsovet.ru/index.php/author.page?author_id=7126