Театральный номер

Рубрика:  

Не будем уточнять, где и когда это событие произошло, но то, что оно было - факт неоспоримый.

На Руси простой народ всегда любил похохмить. И люди делали это наперекор всем невзгодам и трудностям.

Так было и в этой невыдуманной истории, предлагаемой тебе, мой дорогой читатель.

 Вернулся как-то с войны на родину солдат. Воевал он в Афганистане, был танкистом, как и его дед, что громил фашистов под Прохоровкой на Курской дуге, а затем с боями дошел до Берлина. Три ордена  Славы заслужил дед на войне. Отважный был солдат, Иваном его звали. Внука нарекли тем же именем.

Приехал младший Иван в свою родную деревню рано утром. Подошёл к родительскому дому, но заходить не решался. Присел на завалинку, выкурил сигарету и постучал в окошко. Мать подошла к окну, посмотреть, кто в такую рань к ним пожаловал. Увидела сына и тут же опрометью бросилась открывать дверь. На крыльце стоял её Ванюша, живой и здоровый, но только очень усталый, мать это сразу увидела.

Она обвила  сына за шею и начала часто-часто целовать его,  приговаривая то и дело: «Вернулся, сыночек мой, любимый, Ванечка!» Слезы сами лились из материнских глаз,  словно вешние воды омывая обветренное лицо сына. Его сердце тоже не каменное, как ни старался Иван, а на глазах появилась влажная пелена. Он крепко обнял самого дорогого на земле человека и тихо произнес : «Здравствуй, мама».

Немного опомнившись от счастья, свалившегося как снег на ее голову, мать закричала на весь дом: «Отец, вставай! Наш Ванечка вернулся!»

Отец, ещё заспанный разбуженный криком, подошёл к сыну, и долго они,  три  родные души, простояли в обнимку.

 Наконец, мать произнесла: «Ну, ладно, ребята, пойдём в дом. А то, что же это, мы на крыльце стоим».

«Дай –ка я тебя рассмотрю, как следует, сынок,» - сказал отец, когда все вошли в зал.

«Молодец, Ванюшка, не посрамил нас», – произнёс он с гордостью и дотронулся до медали, что сияла на груди у сына.

«Медаль «За отвагу» - награда серьёзная. Твой дед получил такую же награду за Курскую дугу.  Жалко, не дожил дед Иван до этого счастливого дня. А то порадовался бы вместе с нами»,- сказал отец серьезным голосом.

Затем он сделал лукаво – строгое лицо и нарочито громко произнес: «Ну, ладно, заговорились мы слишком. Как – никак, а  я был старшиной в армии. Так что слушай мою команду: умыться  с дороги, позавтракать и ложиться спать.»

«А я тем временем пойду, затоплю баньку», - сказал он, уже как бы между прочим, обращаясь большей частью к себе, но чтобы и Ваня слышал.

«Есть! Товарищ старшина! Рядовой Иван Кузнецов задачу понял!» - отчеканил сын и все дружно расхохотались.

«Да ну вас, мужиков,» - улыбнулась мать и пошла хлопотать на кухню.

К обеду уже вся деревня знала о возвращении Ивана. Отовсюду приходили  люди и поздравляли счастливых родителей.

«Ванька вернулся! Ванька вернулся!» -  трезвонили деревенские ребятишки, разнося эту новость по всей округе. И все кто узнавал об этом, радовались, а бабы утирали слезы и причитали: «Слава тебе, Господи! Сберег живую душу!»

Ваня тем временем спал на сеновале мертвецким сном, будто разом решил наверстать упущенное за два тревожных военных года.

Соседи приносили в дом Ваниных родителей продукты, помогали готовить.   Вечером всем селом собирались погулять на празднике, который устроил им их земляк.

Лето было в самом разгаре, и  работы в деревне хватало: кто косил сено, кто сооружал постройку. Да мало ли бывает всевозможных занятий в такую пору, когда один день год кормит. И только к вечеру деревенские труженики могли себе позволить немного расслабиться.

Ваня проснулся далеко за полдень. Он бы и дальше спал, но его разбудил старинный  закадычный дружок  Серега, который годом раньше  отслужил в армии, но в Афган, правда, не попал. Бог миловал.

Сергей пробрался на сеновал, сел рядом с Иваном и начал щекотать соломинкой у него под носом. Тот поначалу морщился, переворачивался с боку на бок, пока окончательно не проснулся.

Открыл глаза, сел, тряхнул головой и набросился на Сергея. И они принялись кувыркаться по сеновалу, громко хохоча и тиская друг друга.

Набесившись вволю, встали, отряхнулись от налипшего сена и снова уселись рядом, пытаясь отдышатся.

 Первым заговорил Сергей: «Почему не сообщил мне? Я бы встретил. А то, как партизан тихонько пробрался в родную деревню», - укорял он друга.

«Хотел сделать всем сюрприз», -  отбивался, как мог Иван.

«Не оправдывайся, все равно виноват», - укоризненно промолвил Сергей и дружески шлепнул Ивана по плечу.

«Хорошо. Принимаю ваши замечания, мин  херц», - перевел все на шутку Иван.

«Вот что, Серега, слушай и не перебивай. Сейчас мы с тобой пойдем в баню. Попаримся и после этого сразу – за стол. Будем гулять сегодня. Понял?» - неожиданно переменил тему разговора Иван.

«Отказать тебе трудно. Предложение принимается», - с  улыбкой вымолвил Сергей.

И они кубарем скатились с сеновала вниз.

Во дворе дома под высокими березами стояли столы, вдоль которых располагались  длинные  лавки. Женщины – соседки, помогавшие Ваниной маме накрывать на столы, увидев Ивана, заулыбались и по очереди начали подходить к нему и обнимать, говоря добрые и теплые слова.

«Спасибо вам за помощь», -  сказал им в ответ Иван. Затем он взял чистые полотенца, и они вдвоем с Сергеем пошли вдоль огорода по меже, что вела к речке. Речушка была небольшая, неглубокая, даже названия не имела, но воду несла студеную, потому, что питалась от родников. В том самом месте, где река делала изгиб, стояла баня, которую давным-давно еще  Ванин дед построил.  Баня была хоть и старенькая, но добротная, между дубовыми бревнами мох проложен, в общем - все по уму, как говорят в деревне. Раньше мастера делали все на совесть.

Друзья подошли к бане, открыли дверь и вошли  в предбанник, разделись и нырнули в  раскаленное чрево.

Жару было предостаточно.Сергей уселся на нижнюю полку, а Иван забрался на самую  высокую.

«Ну ты, дружище, даешь. Как ты там терпишь? У меня здесь «уши в трубку сворачиваются», - глядя на Ивана, удивленно промолвил Сергей.

Иван хлестал себя веником и приговаривал: «После Афгана  меня хоть на раскаленную сковородку сажай, все равно жарко не будет.Там у нас в тени 50 градусов было. На броне танка можно было яичницу жарить. Так-то, брат».

«Да – а, досталось тебе, Ванька», – понимающе дал оценку мужеству и выносливости своего друга Сергей.

Хорошенько прогревшись, друзья  выскочили из парилки и побежали голышом к речке.  Стесняться было некого, благо кругом был высокий кустарник вперемешку с камышом. Они плюхнулись в воду, как две горящие головешки и, казалось, вода закипела от их  раскаленных тел. Но речка быстро остудила наших героев. Как-никак, а вода-то родниковая, из-под земли выходит, и попадая в реку, долго-долго нагревается, несмотря даже на то, что летнее солнце греет  жарко. Таких небольших тихих речушек много течет по Среднерусской равнине, и они словно  изящными  ленточками опоясывают стройную и красивую  талию нашей  матушки – России. Выскочив из воды так же быстро, как и заскочили  в нее, друзья пошли  снова на поиски приключений. Перед очередным заходом в парилку присели на лавку возле бани, слегка, прикрывшись полотенцами, немного откинувшись  назад, парни замерли в блаженстве.

«Серега, хорошо- то как! Я  два года в Афгане мечтал попариться в своей бане. Пыли столько насобирал на себя, что думал: никогда уже не отмоюсь»,- медленно и умиротворенно произнес Иван.

«Ладно, Вань забудь. Пойдем еще поддадим парку», - протянул Сергей руку другу и они через мгновение снова принялись истязать себя до изнеможения, как это делают в русских банях русские люди.

Часа через два друзья возвращались в дом совершенно обессиленные, еле волоча  ноги. В общем, «оторвались по полной программе», как говорится.

«С легким паром, друзья. Ребята, идите, полежите немного, отдохните, а через час мы вас ждем к столу», - встретила их Ванина мама и проводила  в дом.

 Упав навзничь на мягкую постель, Иван как  будто провалился в бездну.

«Сережа, то, что сейчас со мной происходит, это и есть счастье», - чуть ли не по слогам произнес Ваня каждое слово.

 В ответ он не услышал ничего. У друга от бессилия не ворочался язык.

Понежившись в постели около часа и даже немного вздремнув, Ваня встал и начал надевать военную форму, которую мама к тому времени успела выгладить.

Прежде всего, он достал из чемодана, с которым приехал, десантную тельняшку в бело – голубую полоску и, подержав его в руках, аккуратно надел на себя. Потом, повернувшись к Андрею, сказал серьезным голосом: «Этот тельник мне дружок подарил из дессантуры, Костей Скворцовым его звали. Погиб под Кандагаром за месяц до дембеля. Жалко. Такой классный парень был».

Андрей подошел к Ивану, обнял его, и сказал:  «Держись, солдат».

 Иван  надел китель с наградами и гордо расправил широкие плечи. В военной форме он был статен и красив.

«Молодец, Ванька», - оценивающе посмотрел Андрей на медаль и  пожал  другу руку.

В это время в комнату вошла мать и, обращаясь к Ивану, и сказала: «Сынок, приглашай друга к столу, кроме вас все уже в сборе».

Иван вышел вслед за матерью из дома и увидел во дворе много народу. Это были односельчане, которые провожали его в армию два года назад, а теперь пришли поздравить с возвращением.

Иван с каждым обнялся, поздоровался и пригласил всех сесть за стол.

Налили в стаканы водку, и отец поднял тост за счастливое окончание  службы и возвращение в родной дом.

Вторым поднял чарку фронтовик, сосед дед Коля: « Не зря мы, Ванька, с твоим дедом воевали  в Великую Отечественную. Я рад, что ты не посрамил чести русского солдата. Молодец! Медаль на войне заработал».

А дальше тосты пошли один за другим. Поговорили по-душам, попели песни.

А Ивана весь вечер донимали расспросами: расскажи да расскажи, как там в Афгане. Он пытался отделаться короткими фразами, но гости не унимались. Тогда Иван налил себе пол стакана водки, выпил, и, осмелев, встал из-за стола слегка покачиваясь. Выйдя на середину двора, он громко спросил у присутствующих: «Кто хочет побывать в Афгане прямо сейчас?» Захмелевшие односельчане ничего не поняли. Тогда Иван спросил еще раз: «Ну, кто хочет в Афган попасть в течение часа, и выпить там водки не выходя со двора?»  Такая постановка вопроса понравилась многим и пятеро смельчаков изъявили желание идти за Иваном хоть на край света.

Иван отвёл своих единомышленников в сторону и начал инструктировать. Одному он поручил принести дров и растопить печку в летней кухне, что была рядом с домом.

Второму дал пустое ведро и отправил за песком. Сам же он зашёл в дом, снял форму и переоделся в простую рабочую одежду, которую носил отец.

Печку растопили быстро и, вскоре, в помещении кухни стало очень тепло, даже жарко. Ведро с песком поставили на печку. Иван попросил отца налить водки  в кастрюлю и поставить подогреть  на печку.

На улице было ещё достаточно светло. Гости с интересом наблюдали за происходящим, смеялись, громко обсуждали то, что видели, но ничего понять не могли. Мать несколько раз просила Ивана закончить этот эксперимент, но он, улыбаясь, просил не беспокоиться, добавляя, что сейчас и она поймёт, что он хочет показать. Мальчишки сбежались во двор и твердили друг другу: «Сейчас Ванька Афган покажет!» Как будто они знали, чем закончится этот спектакль.

И вот когда уже на кухне нечем было дышать от жары, Иван позвал в жаркую комнату тех смелых пятерых мужиков, налил им в стакан тёплой водки и сказал: «Пейте водку, а я сейчас вас горячим песком посыпать буду. Поняли теперь, что такое Афган?»

 Мужики дружно засмеялись, но водку всё - таки выпили, и пулей повыскакивали из жаркого помещения на свежий воздух. Последним вышел Иван, весь мокрый от пота, но довольный тем, что всё удалось сделать, как он хотел. Все смеялись до коликов в животе.

«Ну, ты – артист, Иван! Где учился этому? Расскажи. Ха – ха – ха»,- подходили по очереди мужики и жали ему руку.

 Иван сел на лавку, рядом с Андреем, который тоже насмеялся вдоволь,  закурил сигарету и спросил: «Ну как?»

«Во!» – показал большой палец Андрей.

 Постепенно наступали сумерки. Соседи и друзья расходились по домам и благодарили хозяев за угощение.

 И долго еще в  деревне  обсуждали представление, подобное которому, не в каждом театре увидишь. И всякий, услыхав эту историю, понимал, что такой народ, как русский, победить невозможно.

Вот и весь сказ.

Смышников Евгений Владимирович, полковник в отставке, ветеран боевых действий в Афганистане, председатель Совета организации «Боевое Братство»