Величайший миссионер, ученый, душепопечитель

Рубрика:  

В конце мая с.г. в ДВГНБ состоялась презентация книги нашей землячки Т.И. Гладких «Иннокентий (Вениаминов). Ученый, педагог, просветитель». Это культурное событие органично вписалось в проведение в Хабаровске Дней славянской письменности.

Вашему вниманию предлагается предисловие к этой книге. В следующем году герою этой книги исполняется 220 лет.

В плеяде выдающихся российских деятелей середины XIX века святитель Иннокентий (Вениаминов, 1797—1879) занимает особое место. Православный миссионер, извест­ный географ, лингвист и этнограф, ставший митрополи­том Московским и Коломенским, апостолом Дальнего Востока и Северной Америки, с личностью которого зна­комит эта книга, многое успел на своем земном жизнен­ном пути.

«Аляска и Алеуты, Камчатка и Курилы, Восточная Си­бирь от Лены до Берингова моря и российский Дальний Восток севернее Амура и восточнее Уссури до Японского моря — вот арена трудов без сомнения величайшего мис­сионера, которого когда-либо произвела Русская право­славная церковь. Юность в нищете и нужде, миссионер­ская жизнь, наполненная тяжелым трудом и препятстви­ями, старость в почете и наградах — таким был путь си­бирского мальчика-служки, который умер митрополитом Московским. Ремесленник и художник, лингвист и есте­ствоиспытатель, богослов и душепопечитель, монах и ар­хиерей — всем этим в одном лице был Иннокентий Вениа­минов», — писал об этом человеке немецкий историк мис­сионерства Й. Глацик.

Настоящее имя Иннокентия Вениаминова — Иван Евсеевич Попов. Еще в юности он пристрастился к механи­ке, умел работать топором и рубанком, владел многими ремеслами — от плотника до часовщика — и огромными знаниями в разных сферах.

В 1823 году двадцатитрехлетний священник иркутской Благовещенской церкви Иван Вениаминов (фамилию эту он получил в 1814 году — в память об иркутском еписко­пе Вениамине) выразил готовность поехать миссионе­ром в Северную Америку. Здесь, во владениях Российско-американской компании, он пятнадцать лет проповедовал Евангелие коренным жителям Алеутских островов и Аля­ски и сыграл немалую роль в распространении среди них православной веры.

В 1840 году Вениаминов становится епископом Кам­чатским, Курильским и Алеутским (приняв монашество с именем Иннокентия — в честь святого Иннокентия Ир­кутского). Теперь его паству составляли многочисленные северные племена и народы: алеуты, колоши, эскимосы, чукчи, камчадалы (ительмены), коряки, айны, тунгусы, якуты. Он застал алеутов еще в каменном веке: они поль­зовались каменными и костяными орудиями труда и ору­жием. Наблюдая многотрудную жизнь аборигенов, епи­скоп восхищался их трудолюбием, творческими способ­ностями, традиционными навыками промысла. Неся хри­стианство этим людям, святитель Иннокентий большую часть времени проводил в разъездах по огромной епархии, проповедовал, строил часовни и храмы, учреждал миссии, приходы, открыл семинарию, школы и приют.

Особое внимание Вениаминов уделял преодолению языковых барьеров в общении с прихожанами. В годы служения на Уналашке он изучил алеутский язык и от­крыл его для всего мира: составил грамматику и букварь, перевел на этот язык Евангелие, Катехизис, молитвы... Позже при личном участии Иннокентия основные бо­гослужебные книги были переведены на якутский, тун­гусский (эвенкийский) и другие языки. По своему зна­чению миссионерская деятельность святителя Инно­кентия среди коренных народов Севера сравнима с тру­дами Кирилла и Мефодия — святых равноапостольных просветителей славян.

Святитель Иннокентий внес крупный вклад в обще­человеческую культуру и науку. Не только в России, но во всем мире он известен как выдающийся ученый, автор лингвистических, географических, этнографиче­ских трудов. Его фундаментальная книга «Записки об островах Уналашкинского отдела» — одно из лучших ис­следований по этнографии Северной Америки, с первы­ми точными сведениями о южной половине полуостро­ва Аляска и его западном продолжении — 1740-киломе­тровой дуге Алеутских островов. Научную деятельность Иннокентия (Вениаминова) по достоинству оценили организаторы Русского географического общества ад­миралы Ф.П. Литке и Ф.П. Врангель. Этнограф, линг­вист, переводчик, святитель стал не только действитель­ным членом авторитетного РГО, но и был удостоен его наград.

Сначала в Русской Америке, а позже и на дальневосточ­ной земле Иннокентий столкнулся с наступлением като­лических миссионеров на позиции православной веры, стремящихся к распространению на севере России като­лицизма как господствующей религии. С этим он сми­риться не мог. Для утверждения православной веры в от­даленных краях Иннокентий основал несколько миссий. В 1859 году в Камчатской епархии было открыто Якутское викариатство, впервые совершено богослужение на якут­ском языке.

Среди славных дел святителя Иннокентия, ставшего в 1868 году митрополитом Московским и Коломенским, — учреждение Православного миссионерского общества. По его инициативе в 1870 году были открыты Алеутская и Аляскинская епархии Русской православной церкви с ка­федрой в Сан-Франциско.

В 1850-е годы святитель Иннокентий стал одним из ближайших сподвижников генерал-губернатора Вос­точной Сибири Н.Н. Муравьева-Амурского. С пер­вой личной встречи в 1849 году в Петропавловске-Камчатском они пришлись друг другу по душе, вели долгие беседы о «нашем заветном Амуре» и навсегда сохранили добрые отношения. По рекомендации Иннокентия генерал-губернатор ходатайствовал перед императором о назначении энергичного B.C. Завойко военным губернатором на Камчатку. Отважное ру­ководство будущего адмирала отражением атак англо­-французской эскадры на Петропавловскую крепость в августе 1854 года подтвердило верность этого назна­чения. Позднее святитель Иннокентий составил для генерал-губернатора проект развития на Камчатке тор­говли и скотоводства.

Летом 1850 года в новый портопункт Аян вместе с Г.И. Невельским, деятельным соратником Н.Н. Муравьева-Амурского по освоению русскими людьми Приамурья, Приморья и Сахалина, прибыли на корабле два гиля­ка с низовьев Амура — Позвейн и Паткен. Они заяви­ли Камчатскому архиепископу о желании своих сороди­чей принять православную веру. Поскольку официально­го решения по этому вопросу не было, Иннокентий для духовно-просветительского общения с коренным насе­лением отправил своего сына Гавриила священником в Амурскую экспедицию, рядом с которой пребывали ги­ляки.

В мае 1858 года святитель Иннокентий, архиепи­скоп Камчатский, Курильский и Алеутский, стал дея­тельным участником заключения Айгунского договора. К середине XIX века проблема Амурского вопроса на­поминала лабиринт с множеством тупиков. Неразгра­ниченность бассейна Амура между Россией и цинским Китаем, утвердившееся мнение влиятельных столич­ных чиновников о бесперспективности Амурского дела связывали руки Н.Н. Муравьеву и его единомышлен­никам, стремившимся «прорубить» по великой дальне­восточной реке магистральный путь из Сибири к Тихо­му океану и навсегда упрочить за Российской импери­ей огромную территорию на северо-востоке Азии. Об­ладая аналитическим умом, отличным знанием даль­невосточных земель и населяющих их народов, святи­тель Иннокентий не только предлагал, но и принималпрактические меры по решению важнейших проблем Охотско-Камчатского края и Приамурья. Его заслуги в изучении, исследовании и освоении русскими людь­ми восточных окраин материка стали основой духовно­го обеспечения важного межгосударственного акта — возвращения Приамурья в состав России. Практически святитель Иннокентий во второй половине XIX века участвовал в формировании тихоокеанского фасада го­сударства, утверждении здесь современного региона — Дальнего Востока России.

После присоединения Амура к России святитель Ин­нокентий сказал Н.Н. Муравьеву знаменательные сло­ва: «...Если бы, паче чаяния, когда-нибудь и забыло тебя потомство и даже те самые, которые будут наслаждаться плодами твоих подвигов, то никогда не забудет тебя наша Православная церковь...»

На алтарь православной веры и великого Отечества свя­титель Иннокентий положил искреннюю любовь к Богу и к людям, свои научные и общественные труды, милосер­дие и великодушие, верность своему апостольскому при­званию. При жизни этот православный подвижник был удостоен высоких наград — царских и церковных. В 1977 году святитель Иннокентий канонизирован Русской пра­вославной церковью. Но главной наградой для него ста­ла народная память. Историк И.Г. Стрюченко справедли­во писал о святителе: «Его жизнь, его образ — своего рода эталон, с которым можно сверять жизнь человеческую, оценивать различные ее проявления».

Святейший патриарх Московский и всея Руси Кирилл, посетивший в 2014 году Хабаровскую, Биробиджанскую и Амурскую епархии, на встречах с общественностью под­нял вопрос о приоритетности темы миссии в повестке дня Русской православной церкви. В первосвятительском слове к верующим Хабаровска предстоятель сказал: «Нам предстоит еще очень многое сделать для того, чтобы Даль­ний Восток укрепился духовно и материально, стал под­линным форпостом Отечества нашего. А форпост предполагает силу, но одной только физической силой победы никогда не одерживаются. Если нет силы духа, то никакая иная сила не способна принести победу. И потому жизнь Дальнего Востока должна укрепляться верой и прирастать теми богатствами, которые пребывают в недрах этой зем­ли и которые нужно раскрыть для того, чтобы они служи­ли людям».

Духовному возрождению Дальнего Востока поможет и обращение памяти каждого из его жителей к таким свет­лым личностям, как великий православный подвижник святитель Иннокентий (Вениаминов).

   Наш современник, протоирей Глеб Калита  так писал о святителе Иннокентии

«перед его жизнью бледнеют биографии Ф.П. Литке, Н.М. Пржевальского, П.К. Пахтусова, Г.И. Потанина, П.К. Козлова, Г.Я. Седова, В.К. Арсеньева и многих других отечественных и зарубежных географов-путешественников…».

 

A.M. ФИЛОНОВ, ученый секретарь Приамурского географического общества