Чеченский Дед Мороз

Рубрика:  

(Моим боевым друзьям посвящается)

     Этот рассказ основан на реальных событиях, которые произошли при ведении боевых действий на Северном Кавказе в декабре 2001 года у населенного пункта Ханкала

От автора

     Прекрасное, зимнее, декабрьское утро 2001 года, легкая туманная дымка, на деревьях искрятся замершие капельки вчерашних атмосферных осадков, непривычная тишина с редким баском караульных, проверяющих у проходящих военнослужащих числовой пароль. Но тем не менее, война - есть война: то громыхнет залп тяжелых 152-миллиметровых самоходных орудий, с последующим легким шуршанием уносящихся вдаль снарядов; то разорвет тишину клекот крупнокалиберного пулемета или треск автоматной очереди; то резанет по нервам визг падающей мины или шального осколка.

       Утро батальона разведки традиционно начинается с утренней физической зарядки, будь это лето или зима,  в снег и дождь,  в жару и в стужу,  в мирное время и на войне, никаких поблажек молодому организму - в здоровом теле - здоровый дух: и то и другое на войне необходимо просто как воздух. Пробежавшись по краю «взлетки» вертолетного полка, сделав комплекс незамысловатых физических упражнений, похватав наспех полотенца и часть «мыльно-рыльных» принадлежностей, разведчики, разгоряченные, с ярким румянцем на щеках, традиционно голым торсом, с неизменными шутками и приколами неторопливой походкой направляются к рукомойникам за ротной палаткой. Там, благодаря заботе дневальных суточного наряда, подогрета ночью, на дровишках в водогрейном котле и разлита по 2 литра на брата водичка для утреннего моциона.

     Чуть позже на свежий воздух выходит командир роты со свитой офицеров, и имея некоторую привилегию, с определенным достоинством идут в ротную баню «Вася-Юрт», где для утреннего моциона предусмотрены более комфортные условия - и водички побольше и градус повыше…

       Нет сегодня только одного человека в роте - старшины «Васи-Юрта», с радиопозывным  «Кардинал». И хотя он в наряде дежурным по ЦБУ (центр боевого управления), в роте чистота, порядок и все организовано. После плотного завтрака на общем построении батальона личный состав получает очередные задачи на текущие сутки, и начинаются боевые будни роты разведки отдельного отряда специального назначения.

     Весь личный состав, не задействованный в выполнении боевых заданий (БЗ), приступает к учебе. «Тяжело в ученье - легко в бою» - эта суворовская аксиома актуальна и по сей день. А девизом нашей второй Хабаровской роты было «Ведра пота в ученье - ни капли крови в бою». И это не красивые слова, благодаря командиру роты, с радио позывным «Счастливчик», за полтора года ведения непрерывных боев, в роте не было ни одной безвозвратной потери.

     “Дежурного по ЦБУ, ко мне”, - разрезает морозный воздух команда командира батальона, с радио позывным «Царь». “Товарищ подполковник … по Вашему приказанию прибыл!” - “ Слушай, «Вася-Юрт», у меня к тебе есть очень ответственное, достаточно необычное, в своем роде опасное, но почетное задание. На носу Новый год, а наш батальонный Дед Мороз не экипирован.”  “А кто у нас Дед Мороз?” - “ Не смеши меня, старшина - с твоими похождениями и артистическими способностями лучшей кандидатуры придумать невозможно. Чего стоит случай, как ты у «Вованов» емкость для бани вывез, прямо с их блокпоста, представившись начальником воздушной разведки группировки”. А вывезти 25 кубов с установкой подъемного крана, с погрузкой на танковый тягач, в сопровождении БТРа с группой разведчиков смахивает на небольшую войсковую операцию. 

     ”Кстати, а где ты всю эту  технику «приватизировал»?” “ Было дело, товарищ подполковник… а где приватизировал это секрет фирмы…” - “ Знаю я твою «фирму», короче, неделя сроку, три тысячи рублей на расходы, идешь один - вопросы есть?” - “Никак нет!” - “Удачи тебе, старшина.”

       Прекрасное, зимнее, декабрьское утро 2001 года, легкая туманная дымка, на деревьях искрятся замершие капельки позавчерашних атмосферных осадков, уже привычная тишина, и я в камуфляже без знаков различия, но неизменно в своей родной тельняшке,  пистолетом АПСБ (автоматический пистолет Стечкина бесшумный)  полным боекомплектом  и одной гранатой Ф-1(для себя, любимого), один среди многотысячной войсковой группировки войск на Северном Кавказе у населенного пункта Ханкала.

      По законам военного времени любое передвижение транспортных средств осуществляется только в составе  организованных колонн при сопровождении  бронетехники (танки, БТРы, БМДшки) на земле и звена штурмовых вертолетов (МИ-24) в воздухе. Собирается эта огромная «змея» из военной техники за двадцать четыре часа и тут же выдвигается по определенному маршруту в светлое время суток. А основной маршрут на «большую землю» здесь один: Ханкала-Моздок.

      Колонны на «большую землю» ходили регулярно, примерно раз в неделю, а сам сбор колонны представлял огромный цыганский табор. Со всех концов зоны ведения боевых действий, к вечеру, прибывали в Ханкалу колонны и «колонки» с военными тыловыми работягами «КАМАЗами» и «УРАЛами», «ЗИЛами» и «ГАЗонами», в сопровождении видавших виды, залатанных на сто рядов БМП (боевая машина пехоты), с вечно чумазыми, пропахшими терпким запахом солярки, механиками – водителями. Кажется, подойди к нему с зажженной сигаретой, и он превратится в огненный факел. 

      В этом, казалось бы, огромном хаосе, с громко рычащими дизелями танков и машин, клацания оружия, лязга гусениц, перекрикиваний громогласной пехоты, стука топоров и визга пил каждый занят строго определенным делом: механики водители еще и еще раз проверяют свои «ласточки», газуя по полной, до рези в глазах от выхлопных газов, командиры экипажей трут до блеска штатное оружие, солдаты отделения сопровождения и прикрытия с важным видом готовят место для приготовления пищи, разводят костры, набирают воду, колят дрова, варят нехитрую похлебку. Вокруг выставлено боевое охранение и, если вовремя не узнал числовой пароль, оставайся возле какого-нибудь костерка до утра, иначе свои тебя и «приголубят».

      Ребята в пехоте простые – они тебя и накормят, и напоят, и спать уложат, а при случае и подстрелить могут. Нет, конечно, такого комфорта и определенного лоска, как у разведчиков, но добродушия - хоть отбавляй, особенно, когда увидят голубую тельняшку или берет, а если случайно блеснет медаль на груди под бушлатом, то «пресс-конференция» будет продолжаться до утра, закидают вопросами - только держись. И только после наступления «комендантского часа» все смолкало, каждый определялся в свои уютные «спальники», на свои давно облюбованные места: кто в десантном отсеке БМП, кто в кабине родной автомашины, кто у костерка под открытым небом. Наступала ночь, а за ней и тишина. И только периодически то там, то здесь раздавался богатырский храп крепко уснувших российских воинов, солдат, наших девятнадцати - двадцатилетних мальчишек, не по годам повзрослевших на войне.

       Прекрасное, зимнее, декабрьское утро 2001 года, легкая туманная дымка от выхлопных газов бронетехники, на деревьях уже не искрятся замершие капельки недавних атмосферных осадков,  тишина разорвана ревом моторов, лязганьем гусениц и ласкающим ухо русским матом отцов командиров, выстраивающих колонну в боевой порядок для совершения марша. Неизвестная сила невидимого великана превращает вчерашний «цыганский табор» в прямолинейную струну всю колонну. Уже проведена минная разведка и вот долгожданная команда: “По машина-а-а-м, ВПЕРЕД”.

       Попасть в состав колонны достаточно трудно. Необходимо предварительно подать заявку в штаб группировки, получить разрешение, а потом представить кучу документов о том, что ты «федерал», а не переодетый «боевик». Тем не менее, разведка - есть разведка… одна фраза в командировочном удостоверении - “Выполнение правительственных задач” - решает все. И вот я трясусь практически в люксе, в автобусе ПАЗик с ребятами из строительной организации. С этой «фирмой» у нас давняя дружба. Иногда на войне многочисленные случайные встречи перерастают в дружеские отношения до гробовой доски. Так получилось и при этом знакомстве.

      Что такое солдатский туалет на войне?  Это заброшенный окоп, поперек которого положены в ряд несколько пар досок (по количеству персон) от снарядных ящиков, по периметру вбиты шесть кольев и на колья накинута маскировочная сеть – вот и все сооружение. А в чем разница на войне солдатского туалета и офицерского? Разница небольшая – поперек отдельного окопа только две доски от тех же снарядных ящиков, а вместо маскировочной сети плащ-палатка (чтобы особо не продувало) и сооружение только на одну персону.

      Так вот, однажды при посещении офицерского сооружения с одним из офицеров  боевого управления случился конфуз, порывом ветра сорвало плащ-палатку со всеми вытекающими подробностями. Командир батальона, на служебном совещании ставит срочную задачу, добыть ведро гвоздей и построить добротный туалет. А где посреди разрушенных войной городов и селений Чечни найти эти гвозди? Вот тогда и помог случай. Ежедневно, суточным приказом командира батальона назначалась дежурная машина, обычный старенький сто тридцать первый ЗИЛок с водителем «срочником», для различных оперативных и хозяйственных надобностей. То пакет из штаба группировки получить, то с аэродрома кого встретить, то дрова на складе КЭЧ загрузить.

       Так вот, возвращаясь с одного из заданий, старшина второй Хабаровской роты Вася-Юрт, на пыльной Ханкалинской дороге заметил несколько человек в военной форме, без знаков различия и оружия, но не военнослужащих, что-то явно выдавало их «гражданское происхождение». Инструкция, есть инструкция – проверять всех подозрительных лиц, при необходимости доставлять для установления личности. “Стоять! Предъявите документы! Содержимое карманов на землю! Почему одни посреди войск группировки?” “Мы строители из Ессентуков, прибыли неделю назад, все припасы съели, колонна с продовольствием не пришла, теперь голодаем, ищем хоть хлеба у кого занять”. “Где Ваше расположение?” “Здесь недалеко, в бывшем штабе  полевого командира Басаева.” После тщательного досмотра встречных людей, посадили их в кузов и довезли до указанного места.

      Так мы и встретились с главным механиком Ессентукинской строительной фирмы Анатолием Дьяковым. Действительно, группу человек в двадцать забросили восстанавливать здание штаба 42  армейской дивизии, и, как иногда бывает на войне, забыли про них. Люди уже несколько дней вообще ничего не ели. “Слушай, братан, привези хоть хлеба, у меня деньги есть, я рассчитаюсь.” Кто-то может быть и «повелся» на деньги (были  на войне и такие), и потом потихоньку тянул их с попавших в беду строителей, но только не разведка. Всегда помогай попавшим в беду и помощь твоя всегда вернется к тебе добрым делом. Быстро «слетав» в свою роту, старшина привез несколько мешков консервов с кашами (разведчиков кормили хорошо, солдаты съедали пайковую тушенку, а каши в металлических банках, отдавали старшине, который откладывал их на «черный день» в ротную каптерку) и несколько булок хлеба. “Спасибо, братан, проси что хочешь!” - “А гвозди у тебя есть?” - “Как грязи, сколько нужно?” - “Ведро” - “Забирай вместе с ведром…”

      Вот и сейчас поездка в «люксе» ПАЗика организована Анатолием Дьяковым, я по нашей общей «легенде» сопровождаю «особо ценный груз» (благо вооружен до зубов), если бы не он, сидеть мне на пересылке и ждать неизвестно чего от неизвестно кого… Хотя ценный груз был – несколько миллионов рублей для закупки новой техники (по тем временам огромные деньги), лежали они в простых рогожных мешках и, вот умора, бояться больше всего приходилось не «боевиков», а наших «ментов» на блокпостах. Уж больно они трепетно  относились к наличности в чужих карманах. (Не единичны были случаи, когда блюстители порядка обирали наших раненых, возвращавшихся после лечения в госпиталях на Родину с определенными суммами «боевых»). На этот раз наш груз был успешно доставлен, благодаря моему командировочному удостоверению с фразой «Выполнение правительственных задач».

     Прекрасное, зимнее, декабрьское утро 2001 года, легкая туманная дымка, на деревьях искрятся замершие капельки недавних атмосферных осадков, оглушительная тишина спокойного провинциального городка, далекого от войны Ставропольского края, мягкая постель с белоснежными простынями, неуловимый запах тепла, уюта, чистоты и мирной жизни. Я в Раю. Да, в сравнении с неотесанными досками нар в ротной палатке, прикрытыми армейскими спальными мешками без простыней и матрасов на пятьдесят человек в два яруса, закопанных на два с половиной метра в грунт – это Рай!

      На исходе неделя моей командировки, завтра отправка колонны,  а приказ так и не выполнен, где я только не был, исколесил половину Ставропольского края – Ессентуки, Пятигорск, Кисловодск, Железноводск, Буденновск, а ничего кроме типичного Дед Морозовского носа с очками, усами и бородой не найдено. И опять «его величество случай».

      Сидим с боевым другом Толей Дьяковым в одной из пятигорских кафе, время - полдень, полным ходом идет подготовка к отправке колонны, завтра в 14-00 время «Ч». Что разведка нос повесил? Да, тут не только нос повесишь, костюм Деда Мороза не можем найти. А что его искать, метрах в ста от кафе Пятигорская швейная фабрика, они сейчас стоят без работы, и Ваш костюм сострочат за пару часов. (Сходите, узнайте). А это идея! Через две минуты мы уже на проходной фабрики, охранник вызвал начальника цеха, и миловидная женщина лет сорока внимательно выслушала о нашей проблеме. Да, для Вас, дорогие наши защитники, мы все бесплатно сделаем. Вы только купите отрезы ткани и фурнитуру, здесь недалеко рынок «Людмила», там все есть. И правда, метрах в пятистах на небольшой возвышенности раскинулся огромный восточный базар, основной товар - турецкое барахло, и самое главное мы купили то, что нам нужно. Чтобы не обидеть женщин - швей, накупили мы дорогих конфет и шампанского на оставшиеся от покупки ткани деньги и терпеливо ждали выполнения заказа.

      Костюмы были готовы к полудню следующего дня, за два часа до отправки колонны. Это было произведение искусства, было ощущение, что мы в прекрасной сказке и по мановению волшебной палочки доброй феи  появилось это чудо. Провожать нас вышли все работницы швейного цеха, сказали нам теплые слова, немного всплакнули и пожелали нам скорейшего возвращения. Было до глубины души приятно такое отношение мирного населения к военным!

      Прекрасное, зимнее, предновогоднее, декабрьское утро 2001 года, легкая туманная дымка, на деревьях искрятся снежинки вчерашних атмосферных осадков, непривычно крепкий мороз, тишина и какое - то гнетущее предчувствие опасности. За несколько лет войны это предчувствие было выработано самим  человеческим организмом солдат и офицеров как его защитная реакция, и оно никогда не подводило, а порой и помогало предотвратить многие нежелательные моменты ведения боевых действий, а самое главное сохранить жизни наших солдат.

      Мы стоим недалеко от «взлетки» ждем БР (боевое распоряжение) и втайне надеемся, что хотя бы на Новый год мы останемся  «без работы», и тут земля уходит из под ног, некоторые, теряя равновесие,  падают, раздается чудовищной силы оглушительный грохот, на горизонте километрах в трех от нас вздымается груда земли и как в замедленной съемке начинает расти огромный «гриб». Неужели «боевики» применили ядерное оружие? - промелькнула первая мысль в голове.

      Но все было гораздо прозаичнее, автомобиль Камаз, груженый взрывчаткой, с боевиком смертником пытался прорваться к президентскому дворцу Ахмада Кадырова. Бдительные солдаты блок поста эту попытку предотвратили, и боевик привел в действие взрывное устройство на месте задержания, а это было несколько тонн взрывчатки. Благодаря нашим ребятам удалось спасти огромное количество жизней, хотя не обошлось и без жертв. Не ожидая приказа все, похватав личное оружие и наспех одев разгрузки с боеприпасами, побежали к броне в готовности приступить к выполнению боевого задания.

     Зима в этом году в Чечне началась ровно по календарю 1 декабря и достаточно сурово. 30 ноября ласково светило теплое Кавказское солнце при дневной температуре +10 градусов, радовала глаз зеленая травка и раскатистые трели местных пернатых. Меня постоянно волновал вопрос – почему при взрывах птицы не получают контузии? Когда рядом с тобой шарахнет, то неделю ходишь, оглушенный, с постоянным шумом в ушах, болью в голове и неизменным заиканием. А птицы, не успев умолкнуть эхо взрыва, продолжают свои прерванные мелодии. Какова силища у нашей Матушки природы! А в первый день зимы сразу крепкий, по местным природным условиям, мороз: днем -10*, а ночью и до -20* крепчал. Здесь такого, как говорят местные старейшины, лет пятьдесят не было. Сразу умолкли неугомонные птахи и стало непривычно тихо. Тихо стало и в зелёнке, и в горах.

      Боевики, привыкшие к теплу, носа в лесах и тем более горах не показывали, сидели в аулах и кишлаках, ведя «мирный» образ жизни. Прибавилось работы «Вованам», которые были спецами по зачисткам населенных пунктов. А войсковая разведка практически осталась без БЗ. Редкие рейды, иногда обнаруживали землянки с замершими труппами боевиков, боевой результат его величества Мороза, вот и вся боевая работа.

     Энергии у лихих парней из разведки хоть отбавляй, вот и закипела работа по подготовке к встрече Нового 2002 года, чтобы в солдатский мозг не лезли шальные мысли, занимали бойцов чем могли. Каждая рота по своему украшала место своего фронтового пребывания. Из расстрелянных гильз разного калибра сооружались невиданные канделябры, сияющие латунным блеском на ярком Кавказком солнце, отстрелянные реактивные осветительные и сигнальные ракеты тоже шли в дело, даже гранаты Ф-1 (лимонки), соответственно без запалов, пригибая своей тяжестью ветки импровизированной ёлки, солидно покачивались, обдуваемые легким ветерком.

      Вокруг новогодних елок резвились местные ротные псы, по старой традиции одетые, в специально для них сшитые, тельняшки. Боевая единица из них никакая, а вот как сторож это незаменимые помощники, даже солдат из соседней роты (ротные палатки стояли в двух метрах друг от друга) они облаивали как злейших врагов. А своих пятьдесят бойцов знали назубок и отличали даже в сплошной темноте. Ну а если в расположение батальона заходил кто  посторонний, то вся эта свора мигом брала его в плотное кольцо и не давала шагу ступить, облаивая самым неистовым образом до тех пор, пока не поступит команда «свои». И только после этого, каждый пес, с чувством выполненного долга и победным видом гарцевал к месту дислокации своей роты. Кроме псов каждая рота имела своего кота, они были неимоверных размеров (даже псы их побаивались и обходили стороной) с диковинным цветом шерсти, которая клоками свисала на боках, местами запачканная бурыми пятнами кошачьей крови. Это настоящие «боевики», днем мирно посапывающие на крышах ротных палаток, а вечером устраивающие ристалища между собой или охотясь на полевых крыс, которые в изобилии водились вокруг солдатского жилья.

     И вот он долгожданный день 31 декабря. Уже с подъема начинается предпраздничная суета, традиционно рота снимается с котлового довольствия и получает паёк натуральными продуктами, возле ротных палаток дым костров, запахи обжаренного лука, готовящегося мяса, шкворчащего сала. Бойцы, по домашнему подвязав волосы медицинскими платками, вместо передников подпоясавшись плащ палатками, с видом заправских поваров делали заготовки для салатов, искусно работая боевыми ножами вместо поварских. В ход шли и изящные метательные ножи, и тяжелые штык ножи, и трофейные кинжалы, только НРСы (нож разведчика, стреляющий) берегли, чтобы в нужную минуту не дал осечки. Офицеры, контролируя процесс приготовления пищи, неоднократно «снимают пробы» под неизменный напиток разведчиков «МУ-ХРЮ».

      Кстати родился этот напиток именно в горах Кавказа, благодаря одному из командиров рот Саше Лучаю. Дело в том, что при ведении боевых действий строго соблюдаются правила «сухого закона», особенно в разведке. Но в перерывах между боями были и дни рождения, и присвоения очередных званий, и награждения правительственными наградами, а пить чистый спирт - выводить надолго свой организм из боевой готовности, а для разведчика это непозволительная роскошь. Вот и был создан этот замечательный напиток на натуральных составляющих, после которого не остается ни запаха, ни мутной головы, ни дрожи в руках, пьется он удивительно мягко, сладкий на вкус и технология его изготовления до сих пор находится под грифом «совершенно секретно». Для доставки основной составляющей, с помощью армейской авиации планировался вертолет в населенный пункт Моздок, и группа ПСС (поисково-спасательная служба) добросовестно исполняла свои должностные обязанности.

      Готовился этот славный напиток в трехлитровых стеклянных банках, и перед очередным общероссийским или местным праздником, в каптерках старшин рот на полках стройными рядами стояли заветные баночки к которым (кроме старшины) даже офицеры не имели доступа. А тут в преддверии Нового года, души старшин растаяли и они выделили по одной трехлитровочке офицерскому составу для пробы. Ближе к вечеру армейские палатки было не узнать, было ощущение, что ты не посреди жестокой войны, а в сказочном Новогоднем королевстве, где все блестело, переливалось, играло красками, везде играла музыка, каждый старался изобразить из своего камуфляжного костюма маскарадный наряд, и ведь не было ни одного схожего. Не хватало только известных сказочных персонажей Деда Мороза и Снегурочки. Тем не менее, все верили, что они обязательно будут!

     Прекрасный, зимний, предновогодний, декабрьский вечер 2001 года, легкая туманная дымка, на деревьях искрятся снежинки недавних атмосферных осадков, непривычно крепкий мороз, полное безветрие, тишина и быстро приближающийся УАЗ-469 с разрисованными камуфляжными узорами бортами и светомаскировочными насадками на фарах. Скрип тормозов у КПП, стой – «три», оклик часового, «два» - слышится в ответ до боли знакомый голос, пароль верный, но по внешнему виду пассажира УАЗа не узнать и темнота скрывает силуэт.

      Из машины выходит человек в восточном халате с чалмой на голове и седой бородой на лице, рука часового невольно передергивает затвор, со стороны УАЗа слышится отборный русский мат, что напрочь отбивает охоту часовому совершить подвиг и шмальнуть в приближающуюся цель. Цель подходит поближе, со стороны часового раздается невольное гы-гы-гы, Дедушка Мороз, а я тебя чуть не «приголубил». Голубок, ты у меня сегодня пятый, и каждому чудится бородатый боевик, вот поэтому некоторые части встречают Новый год без Деда Мороза, не многие дошли до намеченной цели.

Январь 2014 года

В.А. Бучнев, ветеран боевых действий на Северном Кавказе