Донбассу с Украиной не по пути

Рубрика:  

Говорят, что «у каждого времени – свои песни». Это правда. Как, правда и то, что у каждого времени – своя война. О песнях писать весело и красиво, а о войне – грустно, поскольку никакая война красивой не бывает.

Ещё жива память о Великой Отечественной войне, самой кровопролитной в мировой истории. Прошло уже 70 лет, а раны всё ещё не зажили. Пока ещё не все погибшие воины найдены. Не все родственники знают, где пал смертью храбрых родной их человек.  Казалось бы, мир  пережил такой ужас, что хватило бы этого  страшного урока на века. Ан, нет. То в одном месте, то в другом люди продолжают убивать друг друга.

Пока войны велись где-то там, у наших граждан не было такой тревоги, как в последнее время. Война на Донбассе, разрушившая жизнь проживающих там людей, нарушила покой и сон россиян. Совсем ещё недавно мы не могли себе представить, что украинцы будут учить своих детей новомодным у них речёвкам:  «Кто не скачет, тот москаль» или «Москаляку на гиляку». Бог бы с ними, пусть бы себе «скакали», но ведь, сколько народу перебили. И конца-краю этому горю не видно. Эта война воспринимается, как война у нашего порога.

В средствах массовой информации очень много сатирических материалов относительно сегодняшнего состояния Украины. Почему-то не очень хочется смеяться, когда читаешь такой текст, хотя – это правда, так и есть.

*     *     *

Донбасс… За ежедневными сводками и новостями мы не замечаем малых подробностей, деталей, нюансов, из которых соткана сегодня донбасская действительность.

Самым существенным доказательством решимости жителей Донбасса отстоять своё право на независимость от украинского националистического мракобесия, остаётся добровольная мобилизация в ряды ополчения.  Война идет почти два года, но ни в ДНР, ни в ЛНР принудительной мобилизации нет.

На Украине всё наоборот. Народ так «любит» свою власть, так «жаждет» защищать президентство Петра Порошенко, что идти добровольно на войну не хочет. Быть добровольцем было модно весной-летом 2014, когда наивные обыватели, веруя украинским новостям по ТВ, бежали сдуру отдавать свои нищие жизни, чтобы состояние президента Порошенко увеличилось до $1,3 млрд., а министра МВД Авакова – до $283 млн.

Теперь такого количества дураков нет. Полностью они не перевелись, но предпочитают сидеть подальше от передовой. Вы подсчитайте количество членов украинских националистических организаций и их сторонников, посмотрите, какие грозные акции они устраивают (факельные шествия, пикеты, митинги, марши), как надувают щёки, как бьют себя пяткой в грудь, провозглашая самозабвенно жертвенные лозунги о готовности бороться с «ворогами України» до последней капли крови.

И тогда вы тоже удивитесь: почему на Украине мобилизация до сих пор принудительная, при таком-то количестве буйных патриотов? И придёте к выводу, что численность диванно-кухонных патриотов, которые предпочитают рубиться с «ворогами України» на форумах в «Одноклассниках» или «ВКонтакте», на порядок выше численности тех, кого удалось силой загнать на передовую.

Они предпочитают воевать за Украину, сидя за компьютером, а не в окопе. Или на митингах, где-нибудь в Черкассах или Житомире, подальше от свиста пуль. Там про Донбасс можно кричать, что хочешь, и за это ничего не будет.

Чем дальше такие горе-патриоты живут от передовой, тем больше у них уверенности в знании реальной обстановки на Донбассе. Соцопросы свидетельствуют, что больше всего «свидетелей» российского вторжения на Украину проживает на противоположном от Донбасса конце украинского государства – в Львове, Тернополе, Ивано-Франковске, Луцке. Чем ближе к линии фронта, тем меньше уверенности, что во всём виновата Россия.

В ЛДНР всё по-другому. Количество сторонников «єдиної України» минимально, место проживания на восприятие народом звериной сущности украинского национализма не влияет. Его одинаково ненавидят в приграничном с Россией Изварино, и в приграничном с украинской частью Донбасса Первомайске.

Украинскую оккупацию части Донбасса местные жители воспринимают, как временное недоразумение. Они готовы идти вперёд, готовы дальше сражаться за свою свободу. Киев делает всё, чтобы это желание в них укрепилось. В Дружковке все школы насильственно перевели на украинский язык обучения. В Славянске кучка трусливых патриотов провела 1 января факельное шествие в честь Степана Бандеры. Трусливых, потому что от Славянска до передовой рукой подать. Но на передовой поклонники украинского фюрера предпочли не появляться. И, наверняка, сделают всё, чтобы не попасть туда в ходе седьмой волны мобилизации, которую Киев запланировал на февраль-март.

Жить на Донбассе – это каждый день и каждый час ожидать возобновления боевых действий, слышать разрывы снарядов и треск пулемётных очередей, риск наступить на случайную мину, ждать с передовой отцов, мужей и братьев.

Быт ополченца суров. Более чем однотипный рацион, из месяца в месяц: каша, суп, тушёнка. О лакомствах речи нет. Из сладкого – только сахар и сгущёнка, которая быстро приедается, и которой не всегда хватает.

У тех, кто на передовой – ротация каждые две недели. И так длится уже долгие 11 месяцев, с февраля 2015 г.: две недели в окопах, две недели в казарме. Меньше повезло тем, кто первыми дежурил на линии соприкосновения. Тогда, в феврале 2015 г., окопов и блиндажей не было.

Было чистое поле, пронизывающий ветер и снег.  Ополченцы сутками дежурили прямо на снегу, под обстрелами. Там же и спали, просыпаясь, каждые полчаса, от холода. Появление блиндажей с печками-буржуйками, где мыши бегают по головам спящих даже днём, восприняли, как небывалый комфорт!

Жизнь в прифронтовых городах замирает в два-три часа пополудни. Закрываются немногочисленные рынки, магазины, парикмахерские, кафе. Улицы заметно пустеют. Линию обороны регулярно прощупывают украинские ДРГ, и их проникновение в города исключать нельзя.

Особенно опасным направлением считается г. Первомайск в ЛНР. В треугольнике Первомайск – Стаханов – Алчевск за последний год были убиты три видных командира (мэр Первомайска Евгений Ищенко, командир батальона «Призрак» Алексей Мозговой и казачий атаман Павел Дрёмов).

С наступлением темноты обращаешь внимание на сумрачные девятиэтажки, где горит всего одно-два окна. Это значит, во всём доме живут всего одна-две семьи. Остальные бежали от украинских бомбёжек.

Киев делает всё, чтобы усугубить положение местного населения. Перекрывает воду, глушит мобильную связь, отключает терминалы для пополнения телефонного счёта. Власти ЛДНР пытаются решить эту проблему, запустив работу собственных операторов («Феникс» в ДНР, «Лугаком» в ЛНР).

Украинские телеканалы пока ещё доступны на территории ЛДНР. Как будет дальше, предсказать несложно: из-за языка разнузданной ненависти, который царит на украинском ТВ, такие каналы могут исчезнуть из сетки вещания.

Вот, на одном из них размалёванная девица попевает «Хочу заниматься танцами, с вами, иностранцами». Украинское ТВ видит в этих словах, видимо, внушительную идеологическую составляющую, не понимая, что как раз «танцы с иностранцами» довели Украину до инфарктного состояния.

С вокзалов Донецка и Луганска автобусы отправляются под «Прощание славянки». «Танцевать с иностранцами» Донбасс не хочет, предоставив Украине самой пресмыкаться перед Западом.

В украинской пока Одессе запретили встречать и отправлять поезда под традиционную песню Леонида Утёсова «У Чёрного моря». В песне есть строки об обороне города в Великую Отечественную, и Киеву это не нравится.

.Донбассу и Украине явно не по пути.

 

Сетевой литературный журнал издание Фонда «Русское единство»
Москва, № 75 - Январь 2016

Камертон