Государство всегда несовершенно, а Отечество – вечно

Рубрика:  

По следам опубликованного

              В журнале «Аргументы времени» (№2 – 2011 г) была опубликована статья Г.Г.Комаровой «Наконец, я тебя нашла, папа…» Напомню коротко о её содержании.

              Галина Григорьевна Комарова, ветеран следственных органов, удостоенная   Знака «Почётный прокурор – криминалист», хранительница истории прокуратуры, своего  рода. Она  длительное время вела переписку с различными органами, чтобы узнать, где, когда и при каких обстоятельствах погиб её отец в начале Великой Отечественной войны. Ответы были разные, иногда противоречивые: то сообщалось, что пропал без вести, то, что погиб в бою.   Но по указанным официальными источниками адресам следов найти долго не удавалось.

              Наконец, после  многолетних  поисков, затем  и специальной поездки к предполагаемому месту  гибели    Григория Ивановича Комарова   она нашла    братскую могилу, в которой был похоронен её отец   вместе с воинами,  погибшими с ним в одном бою.    

               Этот же материал был размещён   на   сайте. Через некоторое время  в адрес редакции пришло письмо по электронной почте от генерал-майора в отставке В.В.Брузгина, проживающего в Москве. Он писал, что   хотел бы связаться с автором   статьи  «Наконец, я тебя нашла, папа». Письмо было передано Галине Григорьевне Комаровой для установления прямого контакта.

               Дело в том, что отец Галины Григорьевны Комаров Григорий Иванович, выпускник Киевской артиллерийской школы, отслужив в Рабоче-крестьянской Красной армии с 1933 по 1940 год, был направлен на учёбу  в Академию имени Фрунзе в Москву. Но вскоре был переведён в город Ташкент в филиал академии, в котором как специалист по артиллерии   преподавал этот предмет   и одновременно    учился на вечернем отделении. В.В.Брузгин тоже  окончил Ташкентское ВОКУ. Он   написал в письме Г.Г.Комаровой:

            «Сейчас, в числе нескольких энтузиастов, работаю над проектом книги о нашем Ташкентском высшем общевойсковом командном Краснознамённом ордена Красной Звезды   училище имени В.И.Ленина…. В ней, кроме рассказа об истории училища, также будут содержаться краткие биографическо-публицистические материалы о профессорско-преподавательском составе и наших выпускниках, связавших свою судьбу с нашим училищем».

             Именно поэтому В.В.Брузгин заинтересовался статьёй Г.Г.Комаровой, опубликованной в нашем журнале, в которой она рассказывала о своём отце, выпускнике Ташкентского военного училища, за что ему огромное спасибо.

             В результате переписки Галине Григорьевне удалось узнать дополнительную информацию. Генерал-майор В.В.Брузгин написал:

           «В суровые годы Великой Отечественной войны питомцы училища  участвовали во всех сражениях и операциях – от первого до последнего дня, от Заполярья до Кавказа, от Брестской крепости до Подмосковья, от Сталинграда до Рейхстага.

           В июне-июле 1941 года около шестисот выпускников нашего училища, новоиспечённые лейтенанты, получили назначение во вновь формируемые в Среднеазиатском военном округе соединения,… в том числе в 312-ю стрелковую дивизию (196 выпускников).(Это та дивизия, в которуюбыл направлен икапитан Г.И. Комаров).

Наша справка

           После вероломного нападения Германии на СССР во всех регионах Советского Союза началось формирование воинских соединений. Формирование 312-й дивизии началось в Актюбинске в середине июля 1941 года. Общая её численность, заметно не дотягивая до минимальной – 14,5 тысячи человек,  составляла – 11347 солдат и офицеров. Её состав был многонациональным, с преобладанием русских (4460 человек), казахов (3556), украинцев (2012). Из других национальностей  - узбеки, татары, таджики, туркмены, белорусы. Командующим дивизии был назначен Александр Фёдорович Наумов.

         Руководство командования Среднеазиатским военным округом  дало Наумову всего две недели на формирование дивизии и столько же – на обучение личного состава воинскому делу, хотя на это положено минимум два месяца. Поэтому с первого дня поступления  рядового и младшего командующего состава  А.Ф.Наумов приказал организовать учебные занятия. За их основу была взята двухмесячная программа 1940 года для пехоты. В своём приказе  командир дивизии подчеркнул: «Учить только тому, что нужно в бою. Ни одной минуты потерянного времени».

          18 августа 1941 года дивизия была погружена в эшелоны и направлена под Новгород в распоряжение 52-й резервной армии. Разгрузилась, в Валдае и на подступах к нему оборудовала оборонительные позиции во втором эшелоне обороны. Однако до 5 октября в боевых действиях не участвовала.

          5 октября 1941 года дивизия была снята с позиций и отправлена под Москву, где набирала обороты проводимая немцами операция «Тайфун». Даже в самом кошмарном сне комдив не мог  себе представить, что в сотне километров от Москвы придётся вступать в бой прямо с марша…  

         11 октября 1941 года полки дивизии с «колёс», продолжая выгрузку из железнодорожных эшелонов, контратаковали прорвавшихся фашистов, закрыли брешь в обороне наших войск на Варшавском шоссе и сдержали продвижение противника на город Боровск. Пять дней дивизия (вместе с курсантами Подольского пехотного и Подольского артиллерийского училища, 108-м запасным стрелковым полком) обороняли Ильинский сектор обороны Малоярославецкого  боевого участка, отражая натискшести дивизий вермахта.

        Они преградили путь немецким танкам, рвавшимся к столице и, ведя тяжёлые арьергардные бои, к концу месяца заставили врага перейти к обороне на рубеже реки Нара. К этому времени дивизия из 11347 человек потеряла около 9500 и была исключена из состава РККА как погибшая в боях».

История 312-й  стрелковой дивизии, просуществовавшей менее полугода, полна трагизма. За две недели жестоких боёв под Москвой с немецко-фашистскими захватчиками она потеряла практически 90 процентов личного состава.

                                                     *   *   *

          Сведения  о героическом подвиге своего отца Галина Григорьевна получила из историко-

документального очерка  Глеба Чугунова «Горькая осень сорок первого», который нашла в Интернете благодаря подсказке В.В.Брузгина. Этот очерк автор посвятил «Светлой памяти земляков, воинов 312-й стрелковой дивизии, защитивших Москву». Чтобы так  исторически точно описать события, нас интересующие, автору  должно было повезти с первоисточниками: отдельные страницы, особенно воспоминания участников,  изложены протокольно.

Наша справка

              30 сентября -2 октября 1941 года немцы нанесли удары по сходящимся направлениям из районов Гомеля на Орёл, из Рославля на Калугу, из Смоленска на Вязьму и Ржев. Гитлер планировал разгромить советские войска западного направления ещё до наступления зимы.

              Под Вязьмой и Брянском в окружении оказались почти миллион человек из войск Западного, Брянского, Резервного фронтов. Вышел из них к своим лишь каждый десятый.

             Ни Ставка, ни Генштаб не представляли себе реального положения дел на Московском направлении. Ставка Верховного Главнокомандующего потребовала от Западного фронта «закопаться в землю и за счёт второстепенных направлений и прочной обороны вывести в резерв шесть-семь дивизий, чтобы создать мощную  маневренную группу для наступления в будущем». Задача – устоять в обороне и наступать!

             Утром 5 октября дежурный по Малоярословецкому укрепрайону сообщил члену Военного совета Московского военного округа об отступлении к Юхнову воинских обозов и беженцев.

             Вылетела воздушная разведка. В полдень командующий ВВС округа доложил: со стороны Спас-Деменска к Юхнову по Варшавскому шоссе движутся танки и мотопехота гитлеровцев. Длина колонны до 25 километров. Лётчику не поверили. Пришлось совершить ещё два вылета, прежде чем в штабе убедились, что немцы беспрепятственно маршируют к Москве!

            9 октября в оперативной сводке №116 Главного командования сухопутных войск Вермахта констатировалось, что  в районе Москвы лишь части НКВД и милиции  (артиллерии нет, тяжёлого оружия мало). И это была чистая правда. На тот момент для прикрытия Московского направления оставались лишь казахстанские 312-я и 316-я и сибирская 32-я стрелковые дивизии. Без какого бы ни было боевого опыта, недовооружённые. 312-я дивизия практически не  имела автоматического оружия и зенитной артиллерии, а треть бойцов вообще была не обученной.

*   *   *

           Но, приняв под командование боевой участок, состоящий из отступивших частей и подразделений, и осознав, что дивизию придётся раздробить кусками по фронту общей протяжённостью более чем 60 километров, полковник Наумов ужаснулся. Полки дивизии, которым приходилось занимать участки оборонительной линии слева и справа от Варшавского шоссе, фактически становились отдельными. То есть самостоятельными боевыми единицами, стыки между которыми укреплены разнородными отступившими частями или курсантскими формированиями Подольского пехотного училища. К тому же, радиосвязи между полками не было. А до жестоких боёв оставались считанные часы.

         Медленно двигавшиеся эшелоны становились отличной мишенью для фашистских самолётов. Примерно половина личного состава   подверглась бомбардировкам прямо в период  сосредоточения.

            Г.Чугунов пишет: «Вот как об этом вспоминал участник тех событий, по штату – заместитель, а фактически – командир первой батареи младший лейтенант В.И.Житников:

            - Пришедши в себя после бомбёжки, мы продолжили разгрузку эшелона, благо наши 107-миллиметровые орудия оказались не повреждены…Сразу после разгрузки нужно было скрытно по просёлку выдвинуться в район посёлка Юрьевское. Где поддержать 1083-й стрелковый полк дивизии и перекрыть путь 258-й пехотной и 19-й танковой дивизиям немцев севернее Варшавского шоссе. Нужно было донаступления темноты добраться до места намеченной обороны и попытаться оборудовать позиции. Или, хотя бы, наметить ориентиры для стрельбы…

             …В течение первого дня, намеченные для обороны в приказе комдива сёла, по несколько раз переходили из рук в руки. Бой частенько оборачивался рукопашной схваткой. Не выдержали «фрицы» такой вот активной с контратаками обороны свежего ещё казахстанского полка. И побежали, бросив завоёванные было позиции. А с утра, 12 октября, подтянув  за ночь дополнительные силы, после традиционных  авианалёта и артподготовки опять перешли в наступление. Первый и второй батальоны 13 октября, оставшись без артиллерии и связи, значительно поредели, потеряли взаимодействие с соседями. В итоге вынуждены были отойти к Юрьевскому».

             В поисках места гибели своего отца Г.Г.Комарова в 2000-м году побывала в селе Юрьевском.   Она   говорила  мне, что  как будто  какая-то сила её  тянула туда.   Обратила внимание на разрушенную церковь. Поспрашивав местных жителей об истории этого культового строения,  поняла, что никто из них ничего о нём не знает. Но  почему-то, сфотографировала  остатки разрушенной церкви. (Мы публикуем фотографию Галины Григорьевны). Оказалось, что интерес к этому свидетелю военной истории не был случайным.

          Как пишет в очерке Глеб Чугунов:«…грузовая полуторка с капитаном ( Яировым- из штаба дивизии)и автоматчиком  в кузове по раскисшему просёлку добралась в Юрьевское поздней ночью. Здесь под огнём немецких шестиствольных миномётов и пришлось вникать в дела…

Нужно было чем-то помогать…К счастью, неподалёку оказался командный пункт первого дивизиона 859-го артполка. Где удалось застать капитана Комарова. Тот уверенно обрисовал обстановку. А с утра предложил понаблюдать за её развитием со своего наблюдательного пункта западнее села. Юрьевскоерасполагается на возвышенности, поэтому его оборона была важна вдвойне: отсюда можно было контролировать пути и на Боровск, и на Малоярославец.

- Эх, если бы НП повыше перенести, на вон ту колоколенку! – мечтательно заметил командир артдивизиона (Комаров), как бы между делом, обращаясь к штабисту.

- А почему бы и нет? Засекут, правда, но… будем надеяться, не сразу!- с интересом откликнулся Яиров на эту авантюрную идею. – Давай живо тяни туда связь!

       Через полчаса с колокольни удалось связаться не только с батареями, штабом 1083 полка, но и с дивизией. Доложить комдиву, правда, ничего толком не удалось – разрывом перебило линию.

12 октября немецкие войска по дорогам безнаказанно двигались уже сплошными транспортными потоками. Одна колонна из 30 автомашин с минимальными между грузовиками дистанциями направлялась в сторону шоссе на Боровск. Лучшую цель для артиллеристов и придумать трудно. Комаров дал команду на залповый огонь трём батареям. В бинокль было хорошо видно, что накрыли колонну удачно: середину, голову и хвост. Как только развеялась пыль от разрывов, стали добивать уцелевшие машины, пытавшиеся уйти от обстрела по целине. Немецкие солдаты в панике бросились из кузовов по открытому полю к берёзовой роще. Но Комаров не дал им уйти - методично с колокольни координировал огонь. Так что через сорок минут с вражеской автоколонной было покончено. От огня артиллерии ушло лишь 2-3 грузовика. Остальные, разбитые и горящие, забаррикадировали дорогу. Через некоторое время гитлеровцы решили её расчистить двумя тягачами. Один из них сразу подбили казахстанские расчёты. Второй, несмотря на яростный огонь батареи, продолжал буксировать разбитую технику. Но вскоре снаряды зацепили и его.

       После тягачей на «распаханной» пушками дороге появилась легковушка. Похоже, недоволен был высокий немецкий чин блокированной коммуникацией. И решил убедиться в положении дел лично.

 Одной батареей артиллеристы снова открывают огонь. Но поздно – штабной «Опель», резко развернувшись на месте, исчезает из сектора обстрела.

      Через некоторое время гитлеровцы двумя-тремя машинами возобновляют движение. Наша артиллерия молчит, получив приказ – не стрелять. Без команды с колокольни. Это успокаивает противника, и на дороге вновь появляется колонна из 15-20 автомобилей. Залповый огонь дивизиона превращает и её в груду металлолома».

         Нет, этот фрагмент из   очерка Глеба Чугунова  приведён не для того, чтобы оптимизировать сложившуюся ситуацию. Всё гораздо сложнее было. Был страх перед уверенной и наглой поступью фашистов, была ненависть к врагу, уничтожавшему нашу страну, было желание наказать его за кровь уже погибших людей, за уничтоженные города и сёла. Бойцы знали, что враг сильнее. Но они верили, что их дело правое, что они должны, если не победить, то хотя бы заставить врага замешкаться  под залпами пушек трёх обречённых на гибель батарей дивизиона, которым командовал капитан Григорий Комаров. Передышка была недолгой…

       «…Хорошо идут завоеватели, размеренно, без головного дозора и боевого охранения… Неожиданный артиллерийский залп, (по впечатлениям уцелевших участников этого боя) был подобен грому среди ясного неба. Результат налицо: шрапнелью целый фашистский взвод разметало…Наши-то, царские ещё пушки, модернизированные в 1930 году, дальность стрельбы до 16 километров имеют. В результате ещё и немецкую миномётную батарею огнём подавили».

       Во второй половине дня немцы подтянули танки. Батареей было сделано ещё десять залпов. 12 октября было уничтожено несколько огневых точек и танков противника. Пал город Калуга. 13-14 октября  пал город Калинин. Дивизион капитана Комарова ещё держался, но лопнули от перегрева из-за непрерывной стрельбы стволы двух пушек.

       «Такая вот странная штука: человек такой бешеный темп боя выдерживает, а специальный орудийный сплав – нет»,- пишет Глеб Чугунов.-Чёртову дюжину – тринадцать танков возле деревни Тяпино потеряли фашисты 15 октября. Это результат работы только одной батареи 859-го артиллерийского полка 312-й стрелковой дивизии! Остальные вражеские танки не рискнули продвигаться дальше…

     …А когда «эсэсовцы» с закатанными рукавами и скорострельными «шмайсерами» у бёдер окружили батарею,(наши) пошли на них в последнюю штыковую контратаку: За Родину!»  

 Навсегда остался со своими бойцами лежать в Калужской земле  командир дивизиона капитан Комаров.

*   *   *

Эпилог

        Когда мы слышим или читаем сегодня брехню ошалевших от «объявленной свободы»  оголтелых антисоветчиков, утверждающих, что на той кровавой войне бойцы совершали подвиги под прицелом автоматов чекистов, то хочется им ответить: хорошо, что таких, как вы, предателей, было не так много. Сейчас больше продающих Родину «ни за понюх табаку».

       Те мальчики из 312-й дивизии шли в бой, зная, что они погибнут! Не могли не знать. На их глазах фашисты, до зубов вооружённые,  шествовали строем на Москву. А остановить их тогда было ещё некому.

       Кроме капитана Комарова, и, таких  как он.  Почти все они погибли. За Отечество! Героями!

В.И.Воейкова, лауреат литературной премии имени 

К.Симонова, член СВГБ по Дальневосточному региону.

Очень хороший материал - о неизвестном герое, один из многих....