Штурм

Рубрика:  

     Командир вертолетного полка получил боевую задачу: 20 июня 1983 года силами четырех звеньев транспортных вертолетов Ми-8 осуществить высадку десанта в составе двух батальонов  в районе Черной горы, в квадрате с координатами (…), и оказать огневую поддержку  силами двух звеньев боевых вертолетов Ми-24 .

     В строго установленное время на командном пункте полка задача была поставлена командирам подразделений и «колесо закрутилось».

     Вечером, накануне операции, командир полка, получив доклады от подчиненных о готовности, доложил в вышестоящий штаб  и приказал всему личному составу, кроме дежурной смены, отдыхать.

     Операция обещала быть непростой. Ведь Черную гору наши войска еще ни разу не брали.

     Штурмовая авиация время от времени наносила  точечные бомбовые и ракетные удары по скоплениям  душманов, засевших в ущельях и пещерах. Летчики добросовестно выполняли поставленные задачи, причиняя своими вылетами немало хлопот противнику.  Но гранитные глыбы надежно прикрывали тех, кто находил  убежище в их недрах.

      Горный массив, этот оплот бандитов, располагался в нескольких десятках километров от аэродрома. На завтра  предстояло произвести серьезную зачистку ущелья. Дело в том, что в последние два месяца  активность «духов» резко возросла. Они  начали нападать на колонны советских войск, следовавшие в районе Черной горы.

     Последней каплей, переполнившей чашу терпения советского командования, стало уничтожение восемь дней назад ракетой «Стингер» нашего вертолета  над Черной горой. Дальше терпеть наглость бандитов было недопустимо. Поэтому и было принято решение о проведении операции.

     Приказ командира - дело святое. Посему летчики и техники пошли на отдых сразу же после ужина, посидев в курилке совсем недолго. Шутили и смеялись с неохотой. Ведь каждый понимал, что завтра кто-то может не вернуться из полета.

     Кое у кого  появилось тревожное предчувствие предстоящей беды. Но признаваться  в этом никто не хотел, потому что не по-мужски: зацикливаться на пустяках. Есть дела поважнее.

    Острее мужчин чувствовали надвигающуюся тревогу женщины. Им казалось, что где-то, неподалеку от гарнизона, вдруг начала летать невидимая огромная черная птица, появившаяся непонятно откуда. И время от времени легкий колючий ветерок, поднимаемый при взмахах ее крыльев, подкрадывался к людям, заставляя их слегка поеживаться от ощущения  неприятной прохлады.

     Боевые подруги (так называют женщин на войне) играют особую и очень значимую роль в жизни мужчин, оказавшись бок о бок с ними  в экстремальных условиях. Они кормят, лечат, ухаживают за воинами, работая медиками, поварами и официантками. Да мало ли еще работы, которую они выполняют  ради мужчин, для мужчин, а иногда и наравне с ними?

     О снайпершах, к примеру, на войне ходят легенды. Потому что  не каждый мужчина сможет  под снегом и дождем, часами практически без движения лежать в засаде, выжидая, как награды, долгожданного мгновения, когда можно нажать на спусковой крючок и «взять» свою цель.

     Мужчины на войне любили женщин во все века. Эта любовь  особая, с привкусом горечи, не чета той, что вспыхивает в мирной, безмятежной обстановке, под аккомпанементы соловьиных трелей. Здесь же вместо соловьев солируют пули и осколки, надрывая своим  жутким  воем человеческие сердца. На войне люди любят сегодня, сейчас, как в последний раз…

     Танечка, стройная, миловидная женщина, чуть старше тридцати лет от роду, сегодня пришла, точнее сказать, прибежала с работы раньше обычного. Она работала официанткой в офицерской столовой и жила в женском общежитии, что располагалось  здесь же, в гарнизоне, по соседству с мужским.

      Быстро сполоснувшись под душем, принялась готовить ужин. До прихода ее любимого оставалось меньше часа, а предстояло сделать еще немало.

     Таня была аккуратной женщиной и хорошей хозяйкой. В комнате, где она проживала, всегда царили чистота и уют.

     В той, довоенной жизни, у нее когда-то была семья, заботливый муж. И ей казалось, что счастью не будет конца. Но все закончилось в один день, когда муж, вернувшись из очередной командировки,  сообщил, что у него есть любимая женщина, и они ждут ребенка.

     Танина гордость не позволила ей проронить ни слезинки. Она, правда, с некоторых пор начала замечать перемену в их отношениях с мужем, и пыталась как-то удержать его, сохранить семью. Но ей тяжело было это сделать. У них не было детей. Болезнь Татьяны не позволяла ей стать матерью, хотя врачи и пытались помочь несчастной женщине справиться с ее недугом.

     Решение поехать в Афганистан появилось у Татьяны сразу же после развода с мужем. Ее подруга Елизавета находилась на войне уже больше года, и чуть ли ни в каждом письме звала Таню к себе, убеждая ее, что там спрос на женщин особый.

     На удивление, заграничный паспорт и другие документы были оформлены очень быстро, без проволочек.

     И вот в один из дней подруги встретились на афганской выжженой земле. Первые Танины впечатления от всего увиденного были ужасные. Над аэродромом, где  они совершили посадку, через несколько минут после их приземления, был сбит вертолет. Взрыв и падение горящей машины видели все пассажиры прилетевшего самолета. Комментарии были излишни: ракета предназначалась для  них, но почему-то запоздала.

     Огонь, взрывы, вой сирен, крики людей,- все это смешалось в какой-то кромешный ад.

     Таня в оцепенении стояла рядом с самолетом и не знала, что ей делать, куда бежать. Вывела ее из этого состояния подоспевшая Елизавета, которая подбежала к подруге, схватив одной рукой  чемодан, а другой, взявши за руку Татьяну, потащила ее к машине, на которой сама приехала на аэродром. Сев в машину, они быстро помчались прочь от этого рокового места, которое, как показалось Татьяне, словно магнитом, притягивало все снаряды и ракеты, находившиеся в Афганистане.

     Водитель был опытный и ловко объезжал ямы и всяческие препятствия, попадавшиеся им на пути.

     Всю дорогу Татьяна рыдала, вцепившись в свою подругу. Елизавета тщетно пыталась ее успокоить, и, в конце концов, решила: пусть выплачется - полегчает.

     Наконец добрались до гарнизона. Елизавета привела подругу в общежитие и завела в свою комнату.

     А через несколько дней у Татьяны был уже свой угол...

     Как-то незаметно пролетели полгода жизни на чужбине. Таня за это время  успела привыкнуть к обстрелам, вою мин и завыванию шакалов по ночам.

     Только к одному привыкнуть было невозможно: похоронам друзей, которые по возрасту не должны были умирать так рано. Но у войны свои законы.

     С Сергеем Таня познакомилась вскоре по прибытии в гарнизон. Он сразу обратил внимание на статную женщину, которая не была похожа на других женщин, окружавших ее. Сергей ей тоже понравился. Он был роста чуть выше среднего, спортивного телосложения. Открытое, красивое лицо и необычайно притягательный взгляд,  разве этого недостаточно, чтобы заставить женские сердца биться учащенно?

      Этот взгляд и покорил нашу героиню. Находиться рядом с Сергеем было для Татьяны большим счастьем.

     Фамилия у Сергея была куда как военная: Генералов. Но, несмотря на громкую фамилию, имел Генералов пока что майорское звание, занимал  должность заместителя командира батальона, и воевал уже второй год. Воевал умело: орден «Красной звезды» и медаль «За отвагу» на войне кому попало не даются.

      Сергей был старше Татьяны на два года. У него также не заладилась семейная жизнь. Его жена, лишь только он уехал в Афганистан, загуляла «по-черному». Ему жалко было своего сына, которого он искренне, по-отцовски любил. Но жить дальше с человеком, предавшим его, было выше всяких сил.

     А вот с Татьяной они сошлись характерами, вместе им было легко и комфортно.

     Когда Сергей уходил на очередную операцию, его любимая ждала и молилась за него. И судьба его миловала. Как шутил Сергей в таких случаях: «Для меня пуля еще не отлита».

     Служба в Афганистане у Сергея шла к завершению, и они с Татьяной планировали уехать в Союз вместе, и там пожениться.

     Казалось бы, все складывалось хорошо, но тревога не давала Татьяне покоя ни днем, ни ночью. Она отчетливо понимала, что война в любой момент могла разрушить их хрупкое счастье. Ведь смерть  постоянно ходила рядом с каждым из них и высматривала себе добычу. И что самое отвратительное,  спрятаться от этой «мерзкой старухи» было невозможно…

     Так вот за своими раздумьями Таня и не заметила, как в комнату вошел Сергей. За время службы в Афгане он научился ходить тихо, по-кошачьи. Жизнь заставила его перенять повадки у животных. Ведь в горах, находясь на операции, нужно было перемещаться предельно осторожно, чтобы не выдать себя врагу раньше времени. Сергей был разведчиком, и этим все сказано.

     Он обнял  сильными руками Таню со спины, подержал немного в своих объятиях, затем развернул к себе лицом и нежно поцеловал в губы.

     -Ну, здравствуй, моя родная. Ужинать сегодня будем? Я страшно голоден.

     -Конечно будем. Только подожди минут пять. Я дожарю котлеты, и сядем за стол.

     Сергей понял, что у него как раз хватит времени, чтобы перекурить, и вышел на улицу.

     Через пять минут он вернулся и обомлел: стол уже был накрыт, а хозяйка держала в руках бутылку водки, не зная, куда ее поставить.

     -Ставь на середину, - сказал Сергей, словно угадав ее немой вопрос.

     Они сели за стол, Сергей налил в рюмки водку и предложил Татьяне выпить за любовь.

     Она немного удивилась этому тосту, посчитав, что он произнесен слишком рано, ведь встреча только началась и они еще не совсем подготовились к откровенным разговорам.

     Сережа по выражению лица своей любимой все понял и произнес: «Извини, Танюша, но сегодня будет только этот тост».

     Они сидели за столом, по-семейному ужинали, разговаривали и смотрели друг другу в глаза, как будто впервые увиделись.

     Сережа вел себя очень необычно, и Таня не могла объяснить причину такого поведения. Весь вечер сохранялась какая-то интрига.

     Закончив ужин, Сергей поблагодарил хозяйку за ее кулинарное искусство, а сам вышел на свежий воздух покурить.

     Танечка проворно убрала со стола грязную посуду и быстренько ее помыла. В ее руках «все горело»,- так ловко и быстро она умела работать. Сергей всегда поражался ее способности наводить порядок в считанные минуты. Так произошло и на этот раз.

     Легли спать раньше обычного. Сергей сказал, что на завтра предстоит сделать много дел. Нужно отдохнуть и набраться сил.

     Таня старалась быть ласковой и нежной со своим возлюбленным, но он был каким-то зажатым и даже слегка неуклюжим. Она раньше не знала его таким.

     Они заснули за полночь. Не успев погрузиться в дрему, Таня в тревоге подскочила, и чуть было не закричала, и не разбудила Сергея. Ей приснился страшный сон: как будто Сергей идет по полю. Вокруг очень много ромашек и васильков - красота неописуемая! Светит яркое солнце. И вдруг налетает черная туча, и Сережа куда-то исчезает. А она, Таня, бегает по полю, и не может его найти.

     Проснулась Таня в холодном поту. Сережа спал. Она приподнялась на локте и начала внимательно рассматривать его лицо. На душе ее стало очень тревожно. Сережа сейчас казался ей совершенно беззащитным, и Тане было  жаль его настолько, что защемило сердце. Она нежно поцеловала его в щеку и погладила рукой голову, стараясь не нарушить сон.

     До утра она так и не смогла заснуть.

     Прозвенел будильник, и Сережа быстро, по-военному встал, оделся и вышел на улицу. Он поежился от холода и закурил.

      Рассвет только забрезжил. Вдали краснели седые вершины гор, и легкий ветерок доносил оттуда утреннюю прохладу. Было тихо и не верилось, что идет война, и что где-то там, за красивым горным массивом, душманы готовят свое оружие, чтобы уже сегодня из него убивать русских ребят.

     Сергей еще раз бросил на горы завороженный взгляд и подумал: «Какой же сумасшедший придумал войну? Вот и я через три-четыре часа займусь своим ремеслом: пойду убивать. Когда же это все кончится?»

     Он сделал последнюю глубокую затяжку и выбросил окурок в урну.

     Быстро вошел в комнату и направился к умывальнику. Привел себя в порядок и бодрым голосом доложил хозяйке: «К приему пищи готов!»

     Он взглянул на Таню и поймал в ее взгляде нескрываемую тревогу. От этого взгляда Сергею стало как-то не по себе. Как будто по сердцу кто-то полоснул острым ножом, и оно начало понемногу кровоточить. Сережа обнял свою возлюбленную за хрупкие плечи, и комок у него подступил к горлу: так не хотелось ему сейчас расставаться со своей любимой.

     Сергей пока что ничего не говорил Татьяне о предстоящей операции, но понял: она уже сама догадалась каким-то своим женским чутьем. Так уж устроены эти милые, нежные существа, что чувствуют биение любимых сердец не только вблизи, но и на огромных расстояниях, и мгновенно улавливают даже едва различимые сбои в их ритмах. Видно, Всевышний не напрасно наделил их такими способностями.

     -Ну что же мы стоим? Давай завтракать, - словно выходя из забытья, произнесла Татьяна.

     Сели за стол. Таня приступила к своему любимому занятию, начала кормить Сережу. Он ел с аппетитом и поглядывал на часы. В завершении завтрака он выпил чашку крепкого кофе и встал из-за стола. Таня тоже встала. Они молча смотрели друг на друга, не решаясь заговорить первыми. Нарушил тишину Сергей: «Таня, я ухожу сегодня на операцию. Будем брать Черную гору, тут неподалеку. Должны быстро управиться. Так что, за тобой-ужин».

     Последнюю фразу на счет ужина он попытался произнести весело, но не получилось. Голос немного надломился, и Таня сразу почувствовала это легкое волнение. Слезинки одна за другой начали капать из ее глаз на пол.

     Сергей подошел к ней, вытер платочком  влажные глаза и поцеловал их.

     Он крепко обнял Таню, затем слегка отстранил от себя, и посмотрел в ее преданные глаза.

     -Не плачь, моя родная. Ведь еще ничего не произошло. Все у нас будет хорошо.

     -Прости меня. Не сдержалась, плаксивая баба. Больше не буду.

     Пора была уходить. Сергей вышел из комнаты и прямиком направился в штаб полка. Через полчаса на командном пункте представитель 40-й Армии должен ставить боевую задачу на операцию.

     Когда Сережа уходил, Таня вослед перекрестила его, хотя раньше этого не делала. Все произошло как-то самопроизвольно.

     По пути Сергей встретил своего друга, летчика вертолетного полка, майора Молотова Алексея. Их связывала настоящая мужская дружба, не раз проверенная в тяжелых боевых условиях.

     Алексей выглядел слегка уставшим. Да и не мудрено. В последние дни пришлось немало поработать. Шли ожесточенные бои, и вертолетчики были востребованы по полной программе. Некоторые летчики в день налетывали по пять-шесть часов. Приходилось испытывать невероятные нагрузки. Ведь каждый полет был сопряжен с огромным риском. Шансы вернуться живым или быть сбитым составляли: пятьдесят на пятьдесят.

     А тут еще накануне Алексей получил из дома неприятную весть: тяжело заболела его мама. С сердечным приступом ее доставили в больницу, и сейчас она находится под наблюдением врачей.

     Алексей осознавал свою вину в том, что мамино сердце начало давать сбои. Несчастная женщина два года назад получила «Груз 200» из Афганистана. В цинковом гробу привезли ее младшего сына, Сережиного брата, Ивана. Он служил там водителем. Его машина подорвалась на мине. Погибли все.

     Мать еле пережила это горе. На ее сердце тогда появилась незаживающая рана.

     Но, несмотря на гибель брата, майор Молотов дал согласие ехать на войну, когда ему предложили командировку в Афганистан.

    От матери тщательно скрывали истинное положение  дел. Но она каким-то образом догадалась. Мать ждала сына в отпуск, а он все не ехал. И писем от него она давно уже не получала. Писала в основном внучка и изредка невестка.

      И разболелось материнское сердце не на шутку.

     Алексею впору бы пощадить старушку. Но для этого, как минимум, нужно было вернуться на Родину, где не стреляют. А он как человек военный понимал, что  думать об этом пока преждевременно; предстояло служить еще полгода. Беречь себя он не привык, а уж прятаться за спины товарищей, и вовсе не был обучен. 

     «От судьбы не уйдешь. Будь, что будет!» - дал он сам себе установку…

     Прошедшая ночь была для Алексея бессонной. Он как летчик обязан был отдыхать перед полетами. Лег в кровать рано, но заснуть так и не смог. За ночь несколько раз вставал и курил. Тревожные мысли роились в голове и не давали покоя. Вспоминал жену, дочку. Думал: как там мама, дождется ли его с войны. И поймал себя на мысли, что они с матерью  могут не увидеться по двум причинам: либо она умрет от сердечной боли, либо он погибнет от душманской пули. Оба варианта были безутешными.

     Алексей попытался отвлечься от черных мыслей, и заговорил с дневальным, стоявшим в коридоре их модуля, и охранявшим их покой во время сна. Солдат был родом из Бурятии, и оказался хорошим собеседником. Он прибыл в часть недавно и майор Молотов, как замполит эскадрильи, уже успел побеседовать с ним и сделать вывод: парень настроен на службу серьезно.

     -Ну что, Николай, часто пишешь письма домой?- спросил  Алексей.

     Солдату понравилось, что майор назвал его по  имени, и охотно вступил в разговор.

     -Однако, часто не получается. Нет свободного времени, - ответил он скороговоркой.

     -А девушка тебе пишет? - не унимался Алексей.

     -Девушка уже три письма написала, однако.

     -Девушка красивая?

     -Очень.

     Тут неожиданно в их диалог ворвался вой шакалов. Вероятно, стая подошла к гарнизонной мусорке. Туда, как правило, выбрасывались остатки продуктов и голодные животные время от времени наведывались в это место, чтобы найти там что-либо съедобное.

     -Однако, воют, - чуют беду, - прокомментировал Николай душераздирающий вой, похожий на детский плач.

     -А ты откуда знаешь? - спросил Алексей.

     -Знаю, однако, - ответил солдат.

     После такого уверенного ответа подчиненного Алексею не хотелось больше с ним разговаривать.

     -Ну, ладно. Охраняй нас. А я пойду, отдохну немного.

     -Спокойной ночи, товарищ майор!

     -Спасибо. Да вот не спится почему-то.

     -А Вы посчитайте до ста, а потом наоборот - до единицы. И заснете.

     -Откуда ты все знаешь, солдат? - задал Алексей последний вопрос  и пошел в свою комнату. Дневальный в ответ ничего не сказал, а лишь пожал плечами.

     Не раздеваясь, Алексей прилег на кровать и начал считать, от нечего делать. Не заметил, как заснул, словно провалился в бездну.

     Его разбудил тот же солдат, с которым он беседовал пару часов назад. Солдат поднимал офицеров, как было ему приказано.

     Алексей быстро вскочил с кровати, посмотрел на часы и пошел в умывальник.

     -Молодец, хороший совет ты мне дал, - сказал он Николаю и похлопал его по плечу. От этих слов рот солдата вытянулся в улыбке, по всему луноликому лицу бурята, чуть ли не до ушей.

     Перед уходом в штаб Алексей поставил задачу своему бортовому технику Анатолию по подготовке вертолета к полету. Тот должен был убрать с борта все лишнее, чтобы максимально облегчить машину. Но при этом нужно было зарядить три пулемета и взять пару «цинков» (коробок) с патронами.

     Работа предстояла жаркая. Анатолий и сам это понимал. Он был опытным бортовым техником. Летал около двадцати лет. Как-то собрался было уже уходить с летной работы и списываться на землю, но командир полка попросил съездить в командировку, в Афганистан. В полку было много «желторотиков», и все с надеждой смотрели на «стариков».

     Анатолий уважал командира. Они начинали службу лейтенантами и много летали вместе, в одном экипаже.

     Здесь, в Афгане, Анатолий за полгода налетал около четырехсот часов. В Союзе такой налет никому и не снился.

     Придя на аэродром, Анатолий подошел к своему верному и надежному другу, каким он считал вертолет, и начал осуществлять подготовку к полету: открыл лючки и капоты, осмотрел вертолетные системы и убедился, что все в порядке. Машина готова к бою. После этого проверил все три пулемета - в носовой части, в дверном проеме и справа по борту. Зарядка была полной. Оружие ждало своего часа, чтобы выплеснуть на врага всю свою злобу и ненависть. Глядя на пулеметы, Анатолий как-то невольно сравнил их с обученными собаками, готовыми облаять и кинуться на любого, кто не согласен с мнением их хозяина. Он погладил и дружески похлопал стальные стволы грозного оружия, как бы настраивая их на хорошую работу.

     Выполнив необходимые операции по подготовке машины, Анатолий проконтролировал работу техников-специалистов, и после этого уже закрыл все отсеки вертолета. Ребята-техники пожелали ему счастливого полета и ушли заниматься своим делом.

     Анатолий стал поджидать своего командира. До вылета оставалось чуть меньше часа. Было время подумать о жизни.

     Дома у Анатолия остались жена и двое сыновей. Мальчишки решили после школы поступать в авиационное училище и продолжать военную династию.

     Все бы ничего, но серьезно болела жена. И причинил ей эту  неизлечимую боль в свое время, хотя и невольно, он - Анатолий.

     Как-то, больше десятка лет назад, в полете загорелся двигатель вертолета. Экипаж возвращался из командировки. Маршрут полета пролегал над тайгой. Была  снежная зима.

     Командир вертолета доложил о случившемся особом случае на базу и приказал членам экипажа прыгать с паращютами. Убедившись, что все покинули горящую машину, командир выпрыгнул последним. А через несколько секунд вертолет взорвался и горящими фрагментами упал в тайгу.

     Экипаж искали несколько дней. Как на зло, испортилась погода, и поиски с воздуха осложнились.

     К счастью, на четвертые сутки удалось найти всех троих летчиков.

     Что пришлось пережить за это время родным и близким отважных мужчин, одному Богу известно.

     У жены Анатолия на нервной почве обострились болезни, с которыми до этого ей удавалось справляться. А теперь они вышли из-под контроля.

     Анатолий любил свою жену и всячески старался облегчить ее страдания. Ежегодно он брал путевки в санаторий, где супруга проходила курс лечения и немного восстанавливала подорванное здоровье. Она уже неоднократно просила Анатолия закончить летную работу и перейти на наземную должность. Он же всякий раз отвечал ей, что вот долетает до конца года и уйдет на землю. Но год сменялся другим годом, а полеты все продолжались. Анатолию очень нравилась летная работа. «Прикипела» его душа к небу…

     Он посмотрел на часы. Оставалось двадцать минут до вылета, а командира все не было. Обычно он приходил минимум минут за тридцать.

     Значит, изменилась задача, подумал Анатолий.

     И он оказался прав. Начало операции было перенесено на час.

     Разведка доложила, что противник произвел перегруппировку, и что у него произошли изменения в численном составе. Накануне, ночью к душманам подошло подкрепление.  И сейчас разведчики уточняли численность и вооружение боевиков, а также их дислокацию.

    Требовалась достоверная информация. Иначе была опасность подставить  наших ребят под пули и положить их «ни за понюшку табаку».

     Пока ждали доклада разведчиков, представитель штаба армии разрешил покинуть командный пункт, но далеко не уходить, а находиться здесь же, в штабе полка.

     Алексей вышел на крыльцо штаба вместе со своим другом, летчиком из соседнего полка Вячеславом Ивановым. Они со Славой были однокашниками по военному училищу. У друга, в отличие от Алексея, служебная карьера была более успешной. Вячеслав был уже подполковником и командовал эскадрильей боевых вертолетов. Эта командировка в Афган была для него третья по счету. По возвращении с войны командир полка обещал отпустить Вячеслава на учебу в академию. До замены оставалось чуть меньше двух месяцев.

     На крыльце Вячеслав стал с наветренной стороны. Он не курил, поэтому занял такую позицию, чтобы не глотать дым, который с наслаждением втягивал в свои легкие, а затем облегченно выпускал назад его друг.

     -Как будем Черную гору брать? - задал Вячеслав вопрос Алексею, пока тот раскуривал сигарету.

     -Да. Задача не из простых. Нужно быть очень осторожным. «Духи» окопались там неплохо. Главное, выявить огневые точки противника. Я не уверен, что разведчики сделают это со сто процентной вероятностью. Ведь «духи» на месте не сидят. Жаль, командир не разрешил мне слетать мишенью над ущельем. Я бы все их пулеметы посчитал.

     -Ты в своем уме? Этот вариант «прокатывал» пару лет назад, когда у душманов было только стрелковое оружие. А сейчас у них «Стингеры». Тут уже «лепестком», изменяя направление движения, не полетаешь.

     -Но я в любом случае полечу в первой паре с командиром эскадрильи. Не хочется молодых пацанов подставлять. Пусть они идут за нами.

     -Я со своими ребятами прикрою вас. Мы войдем в ущелье сразу следом за вами, на эшелоне с превышением в пятьсот метров. Постарайтесь высадить десант быстро и сразу уходите. А мы вслед за вами начнем помогать огнем своих вертолетов  десантникам, и будем «мочить» душманов вместе с ними. Десантники, ко всему прочему, должны будут забрать наших авианаводчиков, вот кому достанется сегодня! Эти парни будут корректировать работу вертолетов, находясь в непосредственной близости от врага, даже можно сказать, в его логове. Героические люди!

     -Перед нами поработают над ущельем «грачи», летчики из штурмового полка. Думаю, что после них «духи» не сразу опомнятся. Но ты прав: нам тоже медлить нельзя.

     Обсудив накоротке тактические задачи, однокашники вернулись на командный пункт.

     Вскоре началась постановка боевой задачи. Разведчики поработали хорошо, предоставив очень важную информацию, и самое главное,  вовремя.

     Озвучив приказ Командующего 40-й Армией, представитель вышестоящего штаба дал команду о начале операции, и маховик огромной военной машины закрутился, набирая обороты.

     В небо над аэродромом взлетела зеленая ракета. Это был сигнал для всех.

     Десантники по команде пошли колоннами к вертолетам. и приступили к погрузке, быстро занимая места внутри грузовых кабин.

     Один за одним начали запускаться вертолетные двигатели, раскачивая в первые минуты запуска винтокрылые машины, и как бы пробуждая их от спячки.

     Над аэродромом пронеслись самолеты. Это пошли работать штурмовики. Значит, через десять минут пора подниматься в небо «вертушкам», как  ласково называли вертолеты десантники.

     Алексей занял в кабине место командира. Поочередно принял доклад от летчика-штурмана и бортового техника о готовности к взлету и дал команду на запуск двигателей. Умная автоматика приступила к выполнению своих функциональных обязанностей, и двигатели пошли в раскрутку, увлекая в своем неистовом вращении все механизмы сложнейшей машины под названием вертолет. Когда все системы вышли на заданный режим работы, бортовой техник выскочил из вертолета и бегло осмотрел его снаружи. Все было в порядке. Он запрыгнул назад,  закрыл входную дверь, показав десантникам большим пальцем руки: все нормально, и занял свое место в кабине.

      Алексей начал выруливать на взлетно-посадочную полосу вслед за командиром эскадрильи. И через две минуты первая пара взлетела. С минутным интервалом стали отрываться от земли и другие стальные птицы, унося в неизвестность отважных мужчин. Эскадрилья взяла курс на Черную гору.

     За час до вылета вертолетов выдвинулась из пункта постоянной дислокации наземная  колонна десанта под командованием майора Генералова. Двигались быстро, и по расчетам должны были подойти к ущелью в момент окончания высадки воздушного десанта.

     Через пять минут после взлета основной группы с десантом подполковник Иванов поднял боевые машины своей эскадрильи. Они взлетели и пошли тем же курсом, что и транспортные вертолеты, постепенно сокращая дистанцию между ними.

     Все, без исключения, кто был вовлечен в предстоящую адскую игру, находились в состоянии куража, предвкушения невероятной динамики развития событий. Эти ощущения можно сравнить лишь с состоянием летящей стрелы, только что покинувшей натянутую тугую тетеву лука, и обреченную безудержно стремиться к своей цели, не сворачивая.  

     До ущелья оставалось лететь не более трех минут. В эфире слышался только голос командира эскадрильи, отдававшего четкие приказы своим подчиненным. Но и он был немногословен. Летчики  знали, что напряженный радиообмен ждал их впереди, в ущелье.

     И вот они - врата ада!

     Командир увеличил скорость, оторвавшись от ведомого, и пулей влетел  в ущелье. Затем, совершив маневр, начал гасить скорость и снижаться для высадки десанта. Все было сделано мастерски, и десантники в считанные секунды покинули вертолет, не дав «духам» возможности сосредоточиться на  воздушной цели и наземной, то есть, на десантниках.

    Крылатая гвардия быстро рассредоточилась и с ходу вступила в бой,  уничтожая уже обозначившиеся огневые точки противника. Но этих точек становилось все больше и больше. Душманы выползали из своих укрытий, словно тараканы из щелей, и «поливали» наших ребят «горячим» свинцом из автоматов, пулеметов и кремневых ружей.

     Алексей посадил свою машину в ста метрах от места высадки первой группы. Десантники так же быстро, как и их предшественники, выполнили покидание вертолета и тут же вступили в бой.

     Едва Алексей собрался взлетать, как в грузовой кабине вертолета раздался взрыв и послышался громкий скрежет. Это было прямое попадание  вражеского снаряда. Экипаж успел выключить двигатели и быстро покинуть подбитую машину. К летчикам подбежали десантники и увлекли их за собой.

     Вскоре прилетел очередной вертолет.  Алексей со своим «безлошадным» экипажем запрыгнул на борт, и они втроем полетели на аэродром.

    Пока вертолет набирал высоту, совершая винтообразный полет, Алексей внимательно всматривался в обстановку, которая сложилась в ущелье за каких-то двадцать-тридцать минут. Внизу кипел жаркий бой. Враг оказывал ожесточенное сопротивление нашим войскам. И хотя вертолеты доставляли все новое и новое подкрепление десантникам, силы были еще далеко не равны.

     Вовсю трудились летчики эскадрильи подполковника Иванова, став в круг над ущельем, и метким огнем уничтожая врага, и одновременно  помогая десантникам продвигаться вперед.

     -Командир! Осторожно! Внизу справа пулемет! – прокричал в эфир ведомый.   

     -Понял. Наблюдаю, - тут же отреагировал Вячеслав.

     Он развернул с правым креном свой вертолет, и увидел внизу пулемет, «плюющий» свинцом в его сторону. Наложил прицельную сетку на огневую точку своего противника, и пошел  в атаку, как рыцарь, с открытым забралом, постепенно снижаясь и расстреливая супостата из пушки. Тот, внизу, не хотел уступать.

     Дуэль длилась не более двух минут, но показалась Вячеславу вечностью. Наконец душман успокоился и затих навсегда.

     Подполковник Иванов плавно вывел боевую машину из пикирования и начал набирать высоту для новой атаки.

     Тем временем майор Молотов со своим экипажем готовился к вылету на другом вертолете. Командир полка разрешил ему взять резервный борт.

     Обстановка в ущелье все больше осложнялась. Уже было подбито два вертолета. К счастью, летчики остались живы.

     Убедившись, что выполнена полная зарядка боекомплекта, Алексей запросил добро на вылет, и помчался на помощь своим боевым друзьям. В воздухе он получил задачу по эвакуации с поля боя раненых и убитых.

     Он влетел в ущелье и сразу связался по радиостанции с врачами, и попросил их обозначить свое место оранжевым дымом. На земле отреагировали мгновенно, и Алексей приступил к снижению.

     Пули от крупнокалиберного пулемета ворвались в кабину экипажа одна за другой. Свою Алексей успел заметить. Она нагло разбила лобовое стекло вертолета и устремилась к нему. Уйти от нее было уже невозможно…

     Летчик-штурман погиб несколькими секундами позже. Его пуля была второй,  он машинально бросил взгляд на командира, не догадываясь еще, что их души вознесутся ввысь почти одновременно.

    Третья пуля ранила бортового техника в руку.

    Превозмогая боль, Анатолий подобрался к командиру и штурману. Оба были мертвы. Вертолет, получив повреждения, начал заваливаться на правый борт. Анатолий попытался  перевести машину в горизонтальный полет, чтобы посадить ее. Но она не слушалась и все больше заваливалась на правый борт. Анатолий с трудом выпрыгнул из вертолета, и через несколько секунд услышал над головой хлопок раскрывшегося паращюта.

      Паращют нес его куда-то на скалы. Кто находился там, внизу, свои или враги, понять было нельзя. Везде была стрельба, дым, взрывы.

     Пара вертолетов стала в круг, чтобы подобрать паращютиста после его приземления.

     Но вдруг. О, ужас! У всех на глазах, вертолет, из которого только что выпрыгнул человек, начал его догонять. Убитая железная птица зацепила купол паращюта и увлекла Анатолия за собой, в бездну. Через минуту на земле прогремел взрыв…

     Все, что произошло в небе, наблюдал Сергей Генералов, который  наконец с боями дошел до ущелья. По пути его колонна дважды была обстреляна, и одна боевая машина подорвалась на мине. Те, кто находился сверху, на броне, остались в живых, а водитель-механик погиб, он был внутри машины.

     Помощь майора Генералова была очень своевременной. Его ребята с ходу вступили в дело, и начали теснить «духов» по всем направлениям.

     Сергей показывал пример доблести и отваги, увлекая за собой подчиненных.

     Впереди была пещера,  вход в которую охраняли несколько пулеметчиков. Подобраться к ним было весьма не просто.

     Сергей приказал своим ребятам незаметно пробраться с флангов и забросать пулеметчиков гранатами. Сам же он с несколькими солдатами стал отвлекать «духов» на себя, отправляя в пещеру порцию за порцией автоматного свинца. Оттуда отвечали тем же, но с большим остервенением.

     Надо было менять месторасположение, потому что враг уже пристрелялся, и не давал возможности высунуться.

     Проследив, как подчиненные скрытно перебрались на новую позицию, Алексей стал короткими перебежками продвигаться к ним, маневрируя между камнями.

     Оставалось сделать несколько шагов до своих ребят. Но вдруг шальная пуля рикошетом от камня вошла в его грудь. Он споткнулся и упал. Солдаты подскочили к своему командиру, и быстро приступили к оказанию  медицинской помощи. Укололи обезболивающее средство и начали бинтовать рану. Кровь лилась ручьем. Рана была смертельной.

     -Ребята, не возитесь со мной…, - из последних сил произнес Алексей.

     Ему становилось дышать  все труднее. Он закрыл глаза. Как при  ускоренном просмотре кинопленки в угасающем сознании начали мелькать лица, события. И вдруг черная шторка опустилась…  

     Штурм Черной горы продолжался еще около двух часов. Десантники из подразделения майора Генералова помогли своим боевым товарищам вытеснить «духов» за пределы ущелья.

     Когда дело было закончено, медики приступили к эвакуации раненых и убитых. Прилетели санитарные вертолеты и началась погрузка.

     -Товарищ прапорщик, посмотрите: журавли летят, - обращаясь к своему командиру, сказал солдат, показывая рукой в небо.

     Седой, видавший виды полковой фельдшер, поднял голову и увидел, как над ущельем проплывал красивым строем косяк белых птиц, с курсом на север, в Советский Союз.

     Все, кто смотрел на птиц, задавал себе вопрос: откуда они здесь появились?

     -Это души наших ребят вселились в птиц и летят домой, на Родину. Видишь, как держат равнение? Одно слово: военная выправка, - заметно помрачнев, ответил прапорщик своему подчиненному.

     -А что, разве так бывает? - не унимался удивленный солдат.

     -Бывает, - был ответ.

    

  Смышников Евгений Владимирович, полковник в отставке, ветеран боевых действий в Афганистане, председатель Совета организации «Боевое Братство»