В Афганистане в «чёрном тюльпане»…

Рубрика:  

К 30-летию вывода советских войск из Афганистана

Во время Афганской войны 1979—1989 годов самолёты Ан-12 постоянно снабжали по воздуху контингент советских войск, летая из СССР в Баграм, Кандагар, Шиндант, Кабул. За всё время войны было потеряно одиннадцать Ан-12. Ряд машин получили афганские ВВС, некоторые из них позже достались захватившему власть в Афганистане движению Талибан.

Рейс самолёта Ан-12, увозившего в ходе войны с территории Афганистана тела погибших советских военнослужащих (Груз 200), получил неофициальное название «Чёрный тюльпан». В связи с тем, что грузовой отсек самолёта Ан-12 не герметичен, цинковые гробы не запаивались. Цинковые гробы, обитые досками, выгружались в аэропорту Тузеля (военный аэродром в Ташкенте), и они штабелями лежали на рулежке. Морг построили только в 1986 году.

Побывавший в Афганистане с концертами Александр Розенбаум посвятил павшим солдатам песню «Монолог пилота «черного тюльпана», вошедшую в художественный фильм «Афганский излом».

Эту песню мне довелось услышать впервые летом 1988 года на концерте Александра Розенбаума, который проходил на стадионе им. Ленина в Хабаровске. Такой концерт невозможно забыть.

Жаркий летний день, ближе к вечеру. Стадион переполнен зрителями, пришедшими на этот концерт. Эффектное начало – Розенбаум въезжает на стадион на подножке автомобиля «Скорой помощи» под фонограмму песни «О «скорой помощи» («Светофоры дайте визу, едет скорая на вызов…»). Автомобиль останавливается на беговой дорожке напротив центрального круга, где установлена сцена. На ней: микрофон на стойке, стул, к которому прислонена гитара, динамики. Певец соскакивает с подножки и бежит к сцене, в белой майке, на которой спереди – красный флаг Советского Союза. Концерт начинается. Песни исполняются без объявления и сопровождаются бурными, продолжительными аплодисментами. Где-то ближе к середине концерта вдруг зазвучали свежие аккорды гитары и новые слова:

«В Афганистане в «черном тюльпане»,

С водкой в стакане мы молча плывем над землёй».

         Зрители на стадионе начинают вставать, я тоже уже стою. А песня продолжается:

«Скорбная птица через границу,

К русским зарницам несет ребятишек домой».

В моем сознании всплывает июль 1982 года и «черный тюльпан» в котором я лечу, сопровождая «Груз 200» и еще 9 сопровождающих офицеров, прапорщиков, сержантов со своими «Грузами». 

А слова песни продолжают рвать душу:

«В «черном тюльпане»

Те, кто с заданий

Едут на Родину милую в землю залечь,

В отпуск бессрочный,

Рваные в клочья…

Им никогда, никогда не обнять теплых плеч».

И слезы произвольно начинают катиться по моим щекам. Мне становится до того неудобно, что я склоняю голову горизонтально, чтобы никто не видел моих слез. Взрослый мужик и не может сдержать слез от слов звучащей песни…

«Но надо добраться,

Надо собраться.

Если сломаться, то можно нарваться и тут.

Горы стреляют.

«Стингер» взлетает,

Если нарваться, то парни второй раз умрут».

Все. Больше не могу. Еще немного и меня начнет трясти. Слезы уже не текут, а прямо из глаз капают на бетонное основание на стадионе. Мое место на стадионе находилось крайним у прохода, ближе к верхней площадке,  поэтому , поворачиваюсь и начинаю подниматься на верхнюю площадку, склонив низко голову, чтобы укрыться от людских взоров. Но что это? Мой взгляд выхватывает слева и справа точно такое же состояние находящихся на стадионе зрителей. Все, молча, стиснув зубы, пускают горькую слезу. Приходит успокоение. Значит, не зачерствели наши души, если МЫ так реагируют на эту песню. Заставляю свое сознание переключиться на другую жизненную ситуацию и успокаиваюсь. Молча вытираю слезы, стоя на верхней площадке стадиона. Песня завершается, зрители начинают аплодировать, но Розенбаум жестом поднятой руки останавливает аплодисменты и предлагает всем садиться. Концерт продолжается. Звучат знакомые мне песни из его раннего репертуара. Эти песни мне удалось вывезти на кассетах еще в 83-м, когда возвращался из Афгана. Они там имели хождение на кассетах среди военнослужащих, когда Розенбаум в Афган еще не приезжал. На таможне в Ташкенте подобные кассеты обычно изымались.

Концерт завершается также эффектно, как и начался. Звучит последняя песня - «Жеребенок». К ее завершению к сцене маленький паренек ведет по полю под уздцы лошадь. Розенбаум завершает пение, вскакивает в седло и под бурные аплодисменты зрителей галопом на лошади ускакал по беговой дорожке на выход со стадиона…

После завершения концерта, проходя мимо краевой филармонии, узрел афишу, на которой было объявление о концерте А. Розенбаума на следующий день в зале краевой филармонии. Приобрел билеты на первый ряд. На концерт прихватил привезенный из Афгана кассетник - «Panasonik», чтобы записать концерт. Но это была уже творческая встреча со зрителями: вопросы, ответы, песни. Розенбаум появился на сцене все в той же белой майке с красным Советским флагом на груди. И опять «Монолог пилота «черного тюльпана», и опять все повторялось, как и в предыдущий день на стадионе…

Это произошло 28 июня 1982 года. Утром, после подъема к нам в комнату, находящуюся в автопарке отряда, где мы жили с зампотехом отряда Мишей Ерастовым, влетает командир отряда Олег Захаров и, включив свет, произносит эти страшные слова:

- Гальченко умер!

Мы уже не спали. Ожидали подъема и начала очередного афганского дня.

- Как? Умер? – разом выдохнули мы.

Меня уже второй день знобило и временами трясло. Видимо, начиналась лихорадка. Но такое сообщение вмиг встряхнуло организм, да так, что все быстро прошло. Наверное, в критические моменты скрытые силы нашего организма способны на многое.

И началось: комиссия, расследование, подготовка к отправке тела военнослужащего на Родину в Воронежскую область.

А уже через четыре дня Ан-12 – «Черный тюльпан» увозил «ребятишек домой… на Родину милую в землю залечь…» И эта тяжелая участь – сопровождать на Родину тело нашего солдата -  выпала на мою долю.

2 июля 1982 года в аэропорту города Кабула в АН-12 – «Чёрный тюльпан» были загружены 14 цинков с погибшими (цинковые гробы помещались в деревянные ящики для удобства переноски) и мы – 10 сопровождающих (на 4-х приходилось по 2 «Груза 200» в один адрес доставки) разместились в переднем герметичном отсеке самолета. Самолет взлетел и взял курс на Ташкент.

Песня А. Розенбаума «Монолог пилота чёрного тюльпана» начинается словами: «В Афганистане в чёрном тюльпане, с водкой в стакане мы молча плывём над землёй». Автор песни не выдумал этот сюжет, он, видимо, написан по тем рассказам, которые Розенбаум услышал от очевидцев и участников этих полётов. Но, на самом деле, «С водкой в стане» над Афганистаном – такого не было. В Афганистане тогда и сейчас – существует сухой закон. Всё это было, но только, начиная с полёта от Ташкента и далее по маршруту, по которому летел «Чёрный тюльпан» над территорией Советского Союза.

2 июля «Чёрный тюльпан» приземлился на военном аэродроме «Тузель» под Ташкентом. Нас – сопровождающих перевезли в гостиницу, а что происходило с «Грузом  200», нам об этом не было известно. 

3 июля с утра начинается подготовка к перелёту по Союзу в соответствии с оптимальным планом доставки «Грузов 200». Мы- сопровождающие за эту ночь соответственно подготовились, чтобы «с водкой в стакане» плыть над землёй. Но этот полёт был уже над территорией нашей страны. После загрузки АН-12 взял курс на г. Алма-Ату. Это была первая точка доставки «Груза 200».

После выгрузки в Алма-Ате самолёт взял дальнейший курс на г. Кемерово, в который мы прибыли к вечеру. Опять выгрузка ящиков специальной командой, сопровождающих – опять в гостиницу. Ночуем в Кемерово, а с утра опять в путь. Следующей точкой доставки «Груза 200» был г. Волгоград, где мы опять заночевали.

И только к вечеру 5 июля «Чёрный тюльпан» добрался до Воронежа, где я вышел и выгрузили ящик, в котором цинк с телом рядового Гальченко Сергея. Выгрузка была сделана на окраине взлетного поля аэропорта, подальше от людских глаз. Не помню, каким образом я примчался к дежурному коменданта гарнизона в аэропорту г. Воронежа и доложил о прибытии с «Грузом 200». Меня успокоили и сказали, что «всё уже известно, даны соответствующие команды. Ждите приезда представителей военкомата». Ждать пришлось весьма долго. Пришлось еще раз напоминать дежурному о своем существовании, на что он успокоил меня, что «до г. Россоши, куда следует доставить «Груз», очень далеко, но оттуда машина выехала и мне следует проявлять терпимость и ожидать представителей военкомата». Только в первом часу ночи прибыл представитель городского военного комиссариата г. Россоши на обычном грузовике ГАЗ-53 с открытым кузовом. Ночью мы добрались до областного военкомата г. Воронежа, где в присутствии дежурного по военкомату я передал пакет с документами представителю Россошанского ОГВК а сам направился в аэропорт и дальнейший мой путь лежал на Кабул.

Что касается: «с водкой в стакане мы молча плывём над землёй», то это действительно было. Сидя на полу АН-12 в первом герметичном отсеке, при каждом перелёте от одного города Советского Союза к другому, мы молча поднимали стаканы за ушедших навечно и всю дорогу в основном молчали, думая каждый о своем… 

 

Из книги памяти «Чёрный тюльпан»:

Гальченко Сергей Васильевич, рядовой, водитель-электромеханик, родился 3.02.1962 в г. Россошь, Воронежской области. Украинец. Учился в СПТУ-29 Россоши. В Вооруженные силы СССР призван 1.4.82 Россошанским ОГВК. В республике Афганистан с июня 1982. Похоронен на городском кладбище №1 Россоши. В СПТУ-29 установлена мемориальная доска с его именем.

За мужество и героизм, проявленные в ходе войны в Афганистане, 11 тыс. военнослужащих награждены орденами и медалями  - посмертно, 28 удостоены звания Героя Советского Союза – посмертно.

         Вечная память не вернувшимся из Афгана!

 

                Рамусь Владимир Федорович, подполковник в отставке, участник боевых действий в Афганистане

 

Список фото к статье:

1.      Военно-транспортный самолёт АН-12.

2.      АН-12 в Афганистане. Аэропорт г. Кандагара.

3.      Афганистан. Прощание с погибшими перед отправкой на Родину.

4.      АН-12 в полёте.

5.      Цинковые гробы.

6.      Страничка из всероссийской книги памяти «Чёрный тюльпан».

7.      Памятник песне «Монолог пилота чёрного тюльпана».

8.      Александр Розенбаум на концерте в зале Хабаровской краевой филармонии. 1988 год.

9.      А. Розенбаум в Афганистане.

10.  А. Розенбаум на концерте в Афганистане.

11.  А. Розенбаум в Афганистане.

12.  Цветок «чёрный тюльпан».

13.  Гальченко Сергей Васильевич. Фото из всероссийской книги памяти «Чёрный тюльпан».

14.  «Груз 200».

15.  В последний путь.

16.  Легендарный АН-12 идет на Кабул.