НЕПОКОРЕННАЯ ВЫСОТА

Рубрика:  

Брат моей мамы Дмитрий Баранов, мой родной дядя, с первого и до последнего дня Великой Отечественной войны находился на фронте. В составе артиллерийского дивизиона принимал участие в боях за Москву, воевал на Украине и в Белоруссии, освобождал от фашистов Польшу, Чехословакию, Венгрию. Несколько раз был ранен. Тем не менее после госпиталя каждый раз просился на передовую, в свой противотанковый дивизион 76-мм пушек.

Войну закончил в Восточной Германии в звании капитана. Награжден многими орденами и медалями. Среди тех, которые он называл боевыми, - орден Славы III степени, орден Отечественной войны II степени, орден Красной звезды, две медали «За отвагу». Были у дяди Мити и другие награды, но их он не считал значимыми, поэтому и не рассказывал о них.

После фронта дядя Дмитрий несколько лет проработал председателем поселкового Совета народных депутатов в леспромхозе, затем перешел трудиться в лесничество. О причине своего поступка он никому не рассказывал, но, по словам мамы, что-то не заладилось у него с начальством, да и старые раны давали о себе знать.

Боевые награды дядя Дмитрий надевал только по случаю государственных праздников и тогда, когда раз в месяц получал какие-то деньги за ордена и медали. В этот день родственник с такими же фронтовиками, как и он, шел в рабочую столовую с бутылкой водки. Там они заказывали нехитрую закуску и поминали погибших друзей. Домой боевого артиллериста из столовой всегда забирала жена, тетя Катя. Он не сопротивлялся, не бузил от выпитого, а только горланил любимую песню: «Артиллеристы, Сталин дал приказ…» Нам, мальчишкам, нравилась эта песня, и мы ее с удовольствием слушали. Помню, все тогда хотели стать артиллеристами, хотя и знали, что пехота считалась «царицей полей».

После выхода на пенсию дядя Митя устроился сторожем в школу. Через полгода, по совместительству, стал выполнять обязанности дворника. Идя в школу, я часто видел родственника с метлой в руках. Мамин брат смущался, затем шутил, показывая на орудие труда: «Видишь, племянник, какое у меня в руках грозное оружие! Только от него вокруг может быть чистота!»

Как-то ранней весной дядю Дмитрия вызвал районный военком. Он сообщил, что совет ветеранов Уральского военного округа включил его в состав делегации, которая посетит места былых боев под Москвой. Мероприятие было приурочено к очередной годовщине Победы советского народа в Великой Отечественной войне.             

Возвратился в поселок фронтовик через неделю. Подтянутый, помолодевший. На расспросы знакомых и родственников, как съездил, отвечал односложно: поездка удалась. Выпытать же что-то конкретное о мероприятии не получалось. И вот однажды, когда я пришел к нему домой, увидел интересную картину: ветеран содой осторожно очищал от окисла гильзу артиллерийского снаряда.

- Откуда она?

- Это я привез из поездки, - сказал фронтовик. - Нашел в одном из полусохранившихся окопов. Может, на что сгодится.

Вскоре случай представился. В школе к 20-летию окончания Великой Отечественной войны директор решила создать уголок Победы. Первым и, конечно, наиболее значимым экспонатом стала гильза от артиллерийского снаряда, которую привез дядя Митя. Этим я гордился всегда.

В день открытия школьного музея в родной школе выступили многие фронтовики. Они рассказывали, как воевали, за что получили государственные награды. Сейчас я не помню деталей этой встречи, зато на всю жизнь в память врезался один их боевых эпизодов дяди Дмитрия, рассказанный им.

Этот неравный бой длился целый день. Артиллерийская батарея получила приказ: до подхода главных сил наших войск удержать любой ценой выгоревшую под знойным солнцем высотку. Она прикрывала переправу.

Старший лейтенант Баранов вместе с красноармейцами из последних сил сдерживал яростные атаки танков и пехоты немцев. В первой половине дня батарея лишилась орудия. Погиб почти весь расчет. Но противник так и не смог прорваться к реке. Оставив несколько подбитых танков с белыми крестами, он откатился назад. Наступила тревожная тишина, готовая в любую минуту взорваться новой, но уже более ожесточенной атакой. Едва успев привести в порядок свои позиции, артиллеристы вновь вступили в бой. Гул мощных моторов самоходок и танков сковывал, вызывал страх. Однако бойцы без паники вели прицельный огонь. Каждый верил в мощь советского оружия и правоту своего дела.

Когда тяжелая техника фашистов подошла на расстояние, позволяющее вести огонь прямой наводкой (на учете был каждый снаряд), воздух разрезали орудийные выстрелы батарейцев. Немцы тоже отвечали выстрелами танковых пушек и пулеметов. В одно мгновение солнце заволокла дымовая завеса, и день стал напоминать больше вечерние сумерки.

Фашисты, несмотря на потери, упорно ползли на позиции батареи. Был такой период, когда, казалось, артиллеристы дрогнули. Еще одно орудие замолчало на правом фланге. Огонь продолжал вести только один расчет. Бойцы стояли насмерть.

Еще две машины фашистов окутались черным дымом. Гитлеровцы не подозревали, что огонь по ним ведут всего несколько раненых красноармейцев. Остальные уже ничем не могли помочь товарищам.

Замолчало последнее орудие. Фашистский снаряд вывел из строя зарядное устройство. Вооружившись гранатами, артиллеристы приготовились к решающей схватке. К счастью, время было выиграно. Подошла подмога.

За этот бой командир батареи старший лейтенант Дмитрий Баранов был награжден орденом Славы III степени.

Несколько лет назад не стало маминого брата. Но добрая память о нем, как настоящем фронтовике, прошедшем страшное горнило войны, навсегда осталась в моей памяти, памяти родственников.

Владимир Пантелеевич Карташев, подполковник погранвойск, военный корреспондент