Питалась чаем и отравой…

Рубрика:  

Не так давно жители пятиэтажного дома в Кировском районе Хабаровска почувствовали, что из квартиры на первом этаже исходят скверные химические запахи. Туда вечно ныряют какие-то подозрительные типы. А хозяйку двухкомнатной квартиры соседи знали хорошо. Так что не трудно было догадаться, что творится за ее дверями.

Оперативники наркоконтроля, узнав о «нехорошей» квартире, взяли ее под наблюдение. Когда дверь открылась, выпуская очередного посетителя, они вошли, чтобы произвести осмотр. Взгляду наркополицейских открылось запущенное помещение, почти без мебели, насквозь пропитанное знакомой вонью. Такой запах возникает и постоянно держится там, где готовят и употребляют опийные наркотики, включая героин. В квартире находилась хозяйка и два ее «гостя», все трое под очевидным «кайфом». Шприцы и различные приспособления для приготовления зелья говорили сами за себя. Троице ничего не оставалось, как признать, что она изготовила и употребила наркотики.

Этот рядовой, в общем-то, случай в практике наркополиции заслуживает внимания своей типичностью. Ведь нередко наркопритон не приносит почти никакого дохода его содержателям, а судьба этих людей печальна. Впрочем, вряд ли она достойна сочувствия. Ведь свою «дорогу в никуда» наркоманы обычно выбирают сами.

Сорокашестилетняя Лариса (назовем ее так) пристрастилась к наркотикам давным-давно. Начиналось «увлечение», как часто случается, с «допинга для веселья», а закончилось прочной опийно-героиновой зависимостью, от которой зачастую уже не в силах избавить даже специалисты-наркологи. Женщина окончательно разрушила свое здоровье отравой. В результате – ни семьи, ни детей, ни работы. Лариса приторговывала зельем, за что получила судимость и условный срок. Однако перспектива реально угодить за решетку ее не остановила. А тут еще познакомилась с мужчиной, который тоже оказался наркоманом с большим стажем. Он по состоянию здоровья, которое растратил на «удовольствие», тоже был не способен зарабатывать на жизнь. А потому  перебивался мелкой наркоторговлей и имел за это не одну судимость.

У Ларисы была квартира в центре города. У ее нового сожителя – своя, та самая, где оперативники впоследствии накрыли притон. «Семейной паре» две квартиры казались роскошью при вечной нехватке средств. В начале нынешнего года Лариса продала свое жилье и переехала к «супругу».

Но деньги счастья не принесли. Они полностью ушли на наркотики. А результатом стала смерть сожителя. Его отравленный организм просто не вынес таких убойных доз.

Оставшись одна в квартире покойного, Лариса не знала, как жить дальше. Наркотики требовались ей постоянно, а денег не оставалось даже на пропитание. Выручили «добрые люди», такие же наркоманы. Для тех, кто пристрастился к опийно-героиновой отраве, необходимо пристанище – чтобы готовить снадобье и спокойно погружаться в дурман. Таким пристанищем стала квартира, где жила Лариса. Ее двери были открыты для потребителей наркоты круглые сутки. Гости приносили с собой вожделенное зелье. Зато никому из посторонних сюда хода не было. Но шило в мешке не утаишь. Как уже говорилось, притон выдали специфический запах и вид посетителей.

За свои «услуги» Лариса не получала от «гостей» ничего, кроме причитавшейся ей доли наркоотравы. Это устраивало хозяйку, так как избавляло от неизбежной ломки. Ни о чем другом женщина не помышляла, жила, как придется, питалась в основном хлебом да чаем.

Теперь Ларисе грозит уголовная ответственность за содержание наркопритона и реальный срок – до четырех лет лишения свободы. Как ни парадоксально, но именно тюремные решетки могут помочь ей переболеть и осилить (хотя бы на время) свое застарелое пагубное пристрастие.

Наркопритонов в крае становится меньше. Наркополиция гарантирует им недолгое существование.

                                                         Кирилл ПАРТЫКА.