Роль мышей и интендантов в гибели армии Паулюса

Рубрика:  

73 года назад, когда о планах советского командования перейти в контрнаступление под Сталинградом знал только очень ограниченный круг лиц, в немецком тылу вели разрушительную работу «вредители» – немецкие интенданты и полевые мыши.
И успехи победоносного для Красной Армии наступления под Сталинградом, начавшегося 19 ноября 1942 года, в некоторой степени тоже были обусловлены «усилиями» этих вредителей.

В резерве  у немцев находился танковый корпус, которым командовал генерал-лейтенант Фердинанд Гейм, бывший начальник штаба Паулюса. Именно он должен был в случае необходимости прийти на помощь румынским войскам, прикрывающим фланги 6-й немецкой армии, штурмующей Сталинград.

В состав корпуса входили: немецкие 14-я и 22-я танковые дивизии, 1-я румынская танковая дивизия «Великая Румыния».
Три танковые дивизии – очень серьезная сила. Немецкая танковая дивизия примерно соответствовала советскому танковому корпусу. Германское командование умело весьма эффективно использовать свои танковые войска в кризисной ситуации. Но сколько-нибудь заметно повлиять на ситуацию под Сталинградом в ноябре 1942 года корпус Гейма не смог. Почему?

Понятно, что от «Великой Румынии» странно было бы ожидать высокой боеспособности. Уровень подготовки личного состава и боевой дух там был совсем не такой, как, например, в немецкой моторизованной дивизии «Великая Германия». Как говорится, труба пониже и дым пожиже. Вдобавок к этому румынские танкисты должны были воевать против Т-34 на безнадежно устаревших к тому времени чешских танках.

14-я немецкая танковая дивизия участвовала в боях в Сталинграде, где понесла чрезвычайно тяжелые потери и в технике, и в личном составе. Оставалась 22-я дивизия… А с ней произошло нечто уникальное: «22-я танковая дивизия как резервное формирование не обеспечивалась горючим и простояла без движения так долго, что мыши соорудили себе норы внутри боевых машин. Зверьки перегрызли всю электропроводку, и танки, естественно, не могли быть немедленно отправлены в бой», – так британский военный историк Энтони Бивор описал состояние 22-й танковой дивизии.

В ноябре 1942 года, в роковой для армии Паулюса момент советского контрнаступления, большинство танков этой дивизии оказались небоеспособными со всеми вытекающими из этого последствиями Коварные зверьки, тайное оружие Сталина… Такое ощущение, что речь идет не о немецкой дивизии, а о части какой-то из особо запущенных африканских армий. Мыши-«антифашисты» сделали в решающий момент небоеспособной танковую дивизию. Это не анекдот, а печальный эпизод немецкой военной истории. Причем выход из строя техники был вполне предсказуем. Боевая техника, на которой долго не ездят и не ставят на консервацию, превращается черт знает во что и безо всяких шкодливых грызунов.

А ведь 22-я танковая дивизия была, так сказать, козырной картой, сберегаемой на крайний случай, предназначалась для использования во внезапно возникшей кризисной ситуации, то есть во время советского наступления. Неужели никто из немецких генералов не интересовался ее боеготовностью? Как там 22-я, не подведет в трудную минуту, не подкачает?
Ведь она была единственной серьезной надеждой «в случае чего». Или немцы просто настолько не верили в возможность серьезного наступления Красной Армии на Сталинградском направлении?

Возникает  вопрос: а куда смотрело гестапо?

Понятно, когда стремительно наступающие части рано или поздно сталкиваются с нехваткой горючего. Это закономерность войны – приходится ждать, пока его подвезут отставшие тылы, тут ничего не поделаешь.

Но немецкая 6-я армия с конца августа уже не наступала на большие расстояния, отрываясь от своих тылов. Можно было успеть к середине ноября танковые дивизии горючим обеспечить при стабильной линии фронта? Для войск, участвующих в важнейшем сражении того периода войны – Сталинградском, можно было как-то поднапрячься немецким снабженцам? При желании – вполне.

Конечно, «мышиная» диверсия – лишь одно из множества слагаемых гибели армии Паулюса. Но свою лепту в случившееся германские интенданты, не обеспечившие резервную танковую дивизию горючим для поддержания танков в боеспособном состоянии, безусловно, внесли. Мыши сделали остальное…

Максим Кустов                                               28.09.2015
© 2003 — 2015 «Военно-промышленный курьер»