Последнее дело обреченных

Рубрика:  

Генеральская неверность Государю в феврале 1917 года продолжала приносить свои губительные последствия. После октября власть Советов повела политику, направленную на заключение мира с немцами, и поручила исполняющему обязанности Верховного главнокомандующего генерал-лейтенанту Н.Н. Духонину вступить в переговоры с врагом, но он уклонился и был отстранен от командования, а затем убит революционными матросами.

Логика революции требовала разрушения государственного механизма, для армии наступил период ликвидации. С этой целью было применено уже испытанное оружие – демократизация. Ее углубили и расширили двумя декретами СНК от 16 декабря 1917 года, которые передавали всю власть в частях и соединениях солдатским комитетам и советам. Упразднялись все чины, офицерские звания и организации, военнослужащие уравнивались в правах.

По офицерскому корпусу нанесли окончательный удар, в результате которого более двухсот пятидесяти тысяч профессионалов, составляющих некогда боевое братство Отечества, не устояли в своем единстве и разделились на враждующие силы, но обреченным на взаимное уничтожение еще предстояло сделать свое последнее дело.

Против хищных лап зверя

Часть офицеров откликнулась на призыв генерала М.В. Алексеева о спасении Родины, и потянулась на Дон, где 27 декабря 1917 года из воззвания они узнали о целях создаваемой Добровольческой армии. Опираясь на опыт преодоления смуты в 1613 году, авторы документа имели намерение создать всеобщее добровольческое движение, которое противопоставлялось надвигающейся анархии и немецко-большевистскому нашествию.

В целом борьба начиналась явно не в целях восстановления исторической России. Девиз «За Веру, Царя и Отечество» не выдвигался. Обратившись к истории, руководители не учли самого главного из урока прошлого - в движении не оказалось выразителя народной воли, способного поднять народ на борьбу. Оказался забытым традиционный для России соборный опыт в преодолении смуты, который заменялся детищем западной демократии – Учредительным собранием. В заведомо проигрышное положение поставил добровольческое движение так называемый принцип непредрешения государственной власти и народной воли. В борьбе за умы стал более притягательным своей определенностью политический лозунг их противников – «Вся власть Советам».

Поэтому уже первые месяцы борьбы показали, что создать ополчение по примеру Минина и Пожарского, символизирующего единение народа с вождями, не получилось. Офицеры, юнкера, студенты и гимназисты, записавшиеся в добровольцы, оказались в одиночестве. Верховная власть понесла ощутимые потери. Застрелился потерявший поддержку казаков атаман Войска Донского генерал А.М. Каледин. Погиб от разрыва случайного снаряда командующий армией генерал Л.Г. Корнилов. Из числа триумвирата остался М.В. Алексеев, который, понимая основную причину возникших трудностей, стал выразителем возросшей потребности армии в монархии: «Как показал продолжительный опыт пережитых событий, никакая другая форма правления не может обеспечить целость, единство, величие государства, объединить в одно целое разные народы, населяющие его территорию».

Иначе был настроен принявший командование армией генерал-лейтенант А.И. Деникин, хотя видел, что «Громадное большинство командного состава и офицерства было монархистами», готовыми и требующими выставить монархические лозунги. Он сумел убедить их в несвоевременности такой постановки вопроса и продолжил вести войска в бой под республиканскими знаменами. Более того, даже препятствовал в проявлении монархических настроений среди населения, предупреждая, чтобы представители освобожденных городов не встречали его армию с имперской символикой.
Тем не менее идеология корректировалась в сторону усиления традиционных государственных начал. Слова о «Свободной Великой России» заменил имперский принцип «За Великую, Единую и Неделимую Россию». Учредительное собрание стало называться Народное. В наказе Особому совещанию от 14 декабря 1919 года были поставлены вопросы защиты Веры и единения с народом, но это не помогло. 23 февраля 1920 года после получения телеграммы от командира Добровольческого корпуса генерала А.П. Кутепова А.И. Деникин принял решение оставить пост. В письме председателю Военного совета по этому поводу он напишет: «Внутренняя связь между вождем и армией порвана. И я не в силах более вести ее».

Подхвативший знамя борьбы генерал-лейтенант П.Ф. Врангель обратился к национальным чувствам. Заменил название армии с «Добровольческой» на «Русскую», напомнил о разоренной большевиками Святой Руси, призвал к борьбе за поруганную веру и оскорбленные святыни, но символическую красную черту вокруг Царя и монархии так и не перешел, упомянув только о хозяине, которого должен выбрать сам Русский народ.

Не желал возвращения к старому режиму и Верховный Правитель России адмирал Колчак. Давая интервью английской газете Temps», он даже заверил в этом союзные державы, в планы которых не входило восстановление Российской империи. Иначе им пришлось бы делиться плодами победы над Германией, отдавать черноморские проливы Босфор и Дарданеллы, религиозный и цивилизационный центр Константинополь, и этим усиливать влияние России в мире.

Все же, идея единения на основе утраченного мировоззрения оказалась востребованной. Она утвердилась на самом последнем этапе войны соборной волей Русского народа в Приамурской области. В условиях острых внутренних разногласий, переходящих в вооруженное противоборство, временным Приамурским правительством было принято решение провести Земский Собор, который признал, что права Дома Романовых на осуществление высшей государственной власти в России не утеряны. Правителем Приамурского Земского Края и Воеводой Земской Рати стал генерал-лейтенант М.К. Дитерихс, который в своем первом указе написал: «…освободим Святую нашу Родину от хищных интернациональных лап зверя и уготовим поле будущему Собору «всея земли».

Лозунгом Земской Рати стал «Царь, Вера и Земля», но сил для его реализации уже не оказалось. Они были растрачены за годы гражданской войны на борьбу за чуждые русскому народу идеалы февраля 1917 года, поддержанные частью военной элиты, сдавшей страну и армию в руки разрушителей Империи, и подхваченные затем генералами добровольческого движения. Только в конце борьбы, хотя и не в общероссийском масштабе, офицеры символично встали на защиту Царя.

Выжатый лимон выбрасывают

Другая часть бывшего офицерского корпуса, сняв погоны и выпоров лампасы, стала на защиту социалистического отечества, символично сделав попытку преодолеть многовековой разрыв с народом, но он недоверчиво принимал их в свои ряды. Советская власть, вынужденная обратиться к специалистам военного дела, невзирая на сопротивление некоторых видных партийных деятелей, составивших «военную оппозицию», не забывала, что сотрудничает с представителями контрреволюционного класса, поэтому поставила их под контроль политического руководства страны. Его специально назначенные представители - комиссары, по словам начальника политуправления РВСР И.Т. Смилги, первоначально до такой степени не доверяли военным специалистам, что были готовы «в случае, если он вздумает нам изменить, выстрелить ему в ухо».

Кроме того, оказывалось психологическое давление посредством угрозы членам семей перебежчиков и предателей из числа командного состава. Председателем Реввоенсовета Л.Д. Троцким был издан приказ, согласно которого, они подлежали задержанию. Не было надежды на милость и от руководства добровольческого движения. А.И. Деникин твердо заявил о народном проклятии и суровом полевом суде для тех, кто не оставит ряды Красной Армии.

В такой морально-психологической обстановке командный состав Красной Армии, преимущественно состоящий из профессиональных военных, выполнял свою главную задачу – строительство новой армии. В общем числе в 1918 году их было 75%. К 1920 году 92,3% - командующих фронтов и 100% - начальников штабов; 91,3% - командующих армий и 97,4% – начальников штабов; 88,9% - начальников дивизий и 97% - начальников штабов.
Они способствовали началу постепенного восстановления основных принципов военного строительства – централизации управления и единоначалия. Отмене разлагающего воинскую дисциплину принципа выборности командного состава. Созданию органов военного управления, военных округов, фронтов; формированию армий, дивизий, полков и подразделений. На поле боя и в военно-учебных заведениях передавали знания будущей военной элите страны, обучая профессии защищать Родину. Заслуги многих были отмечены государственными наградами.

Высокую оценку деятельности военных специалистов дал председатель Совнаркома В.И. Ленин на III Всероссийском съезде рабочих водного транспорта: «Без них Красной Армии не было бы». Он хорошо знал, что у партийных функционеров и красных командиров получилась «партизанщина и разброд», а при наличии более 10 миллионов штыков не было ни одной дивизии, способной вести войну.

С мнением вождя не расходилась и оценка врагов Советской власти. В эмигрантской среде с ненавистью говорилось о том, что именно офицеры создали правильную военную организацию и способствовали поражению антибольшевистских сил. Однако в послевоенное время военные специалисты оказались не нужными, по циничному определению председателя Петросовета Г.Е. Зиновьева, как «выжатый лимон» после употребления.

Негативное отношение к ним отчетливо обозначило бюро комячеек Военной Академии РККА в адресованном ЦК РКП (б) от 19 февраля 1924 года под грифом «секретно» докладе. Его аргументация носила характер идеологической непримиримости к чуждым элементам, которые оказались во всех органах управления вооруженными силами на высоких должностях, проявили кастовую солидарность и сплоченность, усилили идеологическое влияние на армию, политически не заинтересованы в подготовке рабоче-крестьянской армии, монополизировали военные знания и сдерживают продвижение красных командиров. По их мнению, казарма Красной Армии не стала школой боевой революционной подготовки, способствующей усваиванию классовых задач.

Еще мало вооруженные военными знаниями, самоуверенно упрекали военных специалистов в творческом бессилии «старого курса» и внедрение в сознание обучаемых в военных учебных заведениях идею национальных войн на основе единства народных интересов, а не классовых.

Красные командиры были категоричны, и предлагали не ассимилировать старое с новым, а отказаться от старого. К ним прислушались. Полного отказа не произошло, но очищение рядов командных кадров от политически ненадежных элементов и изменение соотношения в пользу революционных классов началось. Если к 1 апрелю 1924 года командный и административный состав центрального аппарата НКВМ на 34% состоял из дворян, то уже через пять месяцев после реорганизации осталось 16%. Всего в этом году из армии было уволено более 9 тыс. бывших офицеров. Последовавшие чистки и репрессии конца тридцатых и начала сороковых годов сняли вопрос военных специалистов с повестки дня.

Задел на будущее

Разделенные гражданской войной офицеры, несмотря на ее губительные последствия, огромные людские и материальные потери, сделали то, что работало на будущее России. Организованное движение сопротивления большевизму потерпело военное поражение, но самоотверженное выступление против разрушения государственной, религиозной и национальной традиции показало, что идеологию пролетарского интернационализма разделяют далеко не все.

Это впоследствии поняло военно-политическое руководство страны, когда накануне и в ходе Великой Отечественной войны прибегло к мобилизации духовных сил народа через обращение к его национальным чувствам, великому историческому прошлому страны. В армию возвращается имперская традиция - воинские звания и погоны. Вспомнили имена забытых героев, о братьях и сестрах, о матушке России - всем, что и прежде вдохновляло на подвиги русский народ и офицеров Императорской армии, носителей не только «золотых погон», но и горячей любви к своему Отечеству.

Кроме того, сопротивление, наряду с внешним фактором, стало мотивом к принятию решения о создании регулярной армии, в строительство которой добросовестно вложили свои знания и опыт военные специалисты. Этим была укреплена Советская власть, которая, взяв курс на преемственность исторического развития, смогла объединить народ, сохранить государственный суверенитет страны, и в борьбе с мировым злом победить фашизм.

Использованы материалы:
С.В. Волков "Трагедия русского офицерства"; Реформа в Красной армии. Документы и материалы 1923-1928гг.
А.Г Кавторадзе "Военные специалисты на службе Республики Советов 1917-1920гг."
Р.М. Абинякин "Офицерский корпус Добровольческой армии: социальный состав, мировоззрение. 1917-1920гг."
А.И. Деникин "Очерки русской смуты"; Документы истории (сайт); Белое движение.сборник, 1917-2012"
и другие...

Автор: В.В. Ясинский

 

© 2010-2016 «Военное обозрение»