Так в чём, всё-таки, вина следователя С.Пысина?

Рубрика:  

(продолжение журналистского расследования)

Следователь по особо важным делам первого отдела управления по расследованию особо важных дел против государственной власти и в сфере экономики Главного следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации советник юстиции Рассохов Р.Г. рассматривает материалы уголовного дела в отношении Пысина С.В. – следователя по особо важным делам по расследованию преступлений коррупционной направленности следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по Московской области по признакам преступления часть 2 статьи 293 УК РФ.(Согласно сообщению пресс-службы СКП РФ от 04.05.10).

Странная история… С.Пысин, расследуя порученное ему уголовное дело Трифоновой В.В., против государственной власти и не помышлял выступать, наоборот, пытался расследовать, как это за деньги в особо крупном размере (напоминаю: сорок пять миллионов рублей) желающим может быть предоставлено место в Совете Федерации. Он своими следственными действиями, наоборот, вступил на защиту государственной власти и сферы экономики. А теперь им самим занимается следователь с такими должностными функциями. Ничего себе!
Всем заинтересованным в этой истории людям, даже противникам следователя, которые свою вину в смерти Трифоновой пытаются «повесить» на С.В.Пысина, давно известно, что подследственная Трифонова умерла не по причине её содержания под стражей и даже не от болезней, а от их лечения. Если уж совсем точно, то по причине нарушения методики ухода за медицинским оборудованием, а именно, неправильного промывания катетера, что повлекло за собой образование тромбов в сосудах, а в итоге привело её к смерти. И не С.Пысин промывал тот катетер, а врачи, в больничной палате, где он не присутствовал и, тем более, это промывание не назначал. Он же – не врач, как известно, а следователь. При чём тут «халатность» и его «неосторожные действия»? (ст. 293)
Арестована Трифонова была по решению суда, и задерживал её вовсе не Пысин.
Работая по «делу», С.Пысин со слов В.Трифоновой узнал, что она больна. Но как бы следователь ни хотел, самостоятельно изменить ей меру пресечения он не мог, прав на то не имел. Но, обратив внимание на её информацию о нездоровье, ещё не подтверждённую никакими медицинскими документами, он распорядился Трифонову поместить в специализированную Московскую городскую клиническую больницу №20, а не в камеру и даже не в тюремную больницу. На это он имел право и использовал его. Вы видите ненадлежащее исполнение его обязанностей в данном случае? Я – нет.
Получив официальное медицинское подтверждение о болезни Трифоновой, С.Пысин обратился в Одинцовский городской суд с ходатайством об изменении меры пресечения обвиняемой в связи с необходимостью проведения ей специализированного лечения.
06.04.10 Одинцовский суд отказал в удовлетворении ходатайства следователя, в присутствии прокурора отдела прокуратуры Московской области, поддержавшего ходатайство, а также подследственной Трифоновой, тогда ещё живой, и двух её адвокатов, которые тоже просили суд об изменении ей меры пресечения. Пять человек просили, аргументировали свои просьбы. Но один человек, Их Честь судья Макарова, решила: «Отказать!» А в данном случае, С.Пысин должным образом исполнил свои обязанности или нет? Смешной вопрос. Конечно, должным.
Следователь С.Пысин и участвующий в судебном процессе прокурор обжаловали данное решение в Московский областной кассационный суд. Кассационный суд был назначен, в нарушение пятидневного судебного срока, на 20 апреля 2010, хотя по закону кассацию должны были бы рассмотреть до окончания срока содержания обвиняемой под стражей, который истекал 16 апреля 2010 года. Опять-таки, дату суда назначал не следователь, а судья Макарова.
Московский областной кассационный суд в составе трёх высоко квалифицированных судей, которые изучали позицию следователя С.Пысина об освобождении Трифоновой из-под стражи под залог в связи с тем, что она нуждалась в специализированном лечении, оставил решение Одинцовского городского суда без изменения. На судей повлияла позиция присутствовавшего в суде прокурора Козлова, который высказал своё мнение, что представление государственного обвинителя, то есть следователя С.Пысина, удовлетворять не надо.
И так, кассационный суд состоялся только 20 апреля 2010 года. А срок содержания Трифоновой под стражей, повторяю, заканчивался 16 апреля 2010 года. На каком основании она должна была содержаться под стражей, пусть, даже в больнице?
Следователь С.В.Пысин попал в цейтнот: отпустить – не имел права, содержать под арестом больше установленного УПК РФ срока – тоже не имел права! Что же ему оставалось делать?
Вследствие ответственного отношения к службе, надлежащим образом исполняя требования УПК РФ, то есть закона, он составил должным образом документ о продлении срока содержания обвиняемой под стражей, утвердил его у своего непосредственного вышестоящего руководителя и направил в суд. При этом не нарушил ни одной буквы закона и даже знака препинания.
Сейчас ему инкриминируется преступление, цитирую буквально: «…следователь Пысин С.В. 09.04.10, точное время не установлено, на своём рабочем месте по адресу: г. Москва, Малый Кисельный переулок, дом 5, вследствие небрежного отношения к службе ненадлежащим образом исполняя свои должностные обязанности, игнорируя требования статей 99,109 и 110 УПК РФ, лично изготовил и подписал постановление о возбуждении перед Одинцовским городским судом Московской области ходатайства о продлении срока содержания обвиняемой Трифоновой под стражей…»
С.Пысина пытаются обвинить в том, что он не нарушил Закон. Его пытаются обвинить потому, что он знал о состоянии здоровья обвиняемой. Конечно, знал. Он потому и просил суды об изменении ей меры пресечения, лечиться она должна была в специализированной клинике! В чём же его вина, простите?
Вы что-нибудь понимаете? Я – нет. Не понимаю, зачем Следственный Комитет ищет чёрного кота в абсолютно тёмной комнате, заведомо зная, что его там нет? Зачем и в угоду кому пытается расправиться со своим сотрудником? Может, следователь С.Пысин «глубоко копнул»? В таком случае, заберите у него «дело» и «концы - в воду». А, может, это- заказ? Тогда, чей? Кому выгодно шельмовать молодого, ничего не нарушившего следователя? На чью мельницу вода льётся? Это, по-вашему, укрепляет правоохранительные органы, поднимает их престиж или ослабляет государственную безопасность?

В чём же следователь С.Пысин виноват?
- В том, что пытался по закону, через суды изменить меру пресечения подследственной Трифоновой, а судьи вместе с прокурором, присутствовавшим на заседании кассационного суда, ему отказали?

- В том, что он не имел права самостоятельно изменить меру пресечения подследственной? Да, если бы имел, то зачем бы он с ведома своих руководителей и прокуроров перед судами ходатайствовал?
Отвечаю: нет такого закона, чтобы следователь мог сам решать – сидеть подследственному человеку в камере или находиться дома под залогом или подпиской!

- В том, что он на своём рабочем месте лично написал и подписал у своего непосредственного начальника абсолютно грамотное, законное и своевременное ходатайство о продлении срока содержания под стражей обвиняемой, поскольку суд её не освободил?

Продолжаю цитирование того же документа по уголовному делу следователя С.В.Пысина: «…зная о наличии у обвиняемой Трифоновой В.В…диабетической ангиопатии, нефротического синдрома, терминальной стадии хронической почечной недостаточности, артериальной гипертензии, а также имея достаточные основания, предусмотренные уголовно-процессуальным законом для изменения или отмены избранной ей меры пресечения по состоянию здоровья, Пысин С.В., игнорируя требования статей 99,109 и 110 УПК РФ…на своем рабочем месте… изготовил…и т.д.» - несколько раз, долго, об одном и том же.

Что за следственный метод – «притягивать за уши» дохлых собак и кошек?

Во-первых, следователь не мог знать заранее те диагнозы, которые установил патологоанатом после смерти и вскрытия трупа Трифоновой!
Во-вторых, почему следователь С.Пысин обвиняется в нарушении закона, который только обсуждается в обществе, но пока не принят?
В-третьих, ссылки на статьи 99,109,110 УПК РФ, которые, якобы, проигнорировал С.В.Пысин, изготовитель «Постановления о предварительном расследовании…» сам-то читал?
Давайте, их хотя бы чуть-чуть препарируем:

-Статья 99 УПК РФ «Обстоятельства, учитываемые при избрании меры пресечения» адресована судам. Ею Пысин С.В. и не должен был руководствоваться, так как меру пресечения избирал не следователь.
-Статья 109 УПК РФ «Сроки содержания под стражей». Следователь, говоря языком его коллеги, «изготовил» рапорт о продлении срока содержания под стражей потому, что он не только не проигнорировал требования этой статьи, но и сначала до конца руководствовался ею. Читайте выше, почему.
Да, на своём рабочем месте Пысин С.В. «изготовил» документ о продлении срока содержания под стражей Трифоновой, но он и ещё два ходатайства «изготовил» - об освобождении обвиняемой из-под стражи! Кстати, ни один из этих документов не признан незаконным и не отменён.
И что же, полагаете, что изготовление документа и явилось причиной смерти обвиняемой? Какую же «смерть по неосторожности» пытаются на него «повесить»? Повторяю для особо одарённых: не он промывал катетер неправильным раствором!

- Статья 110 УПК РФ «Отмена или изменение меры пресечения». В соответствии с требованиями этой статьи, мера пресечения может быть изменена с согласия руководителя следственного органа, либо с согласия прокурора, либо по определению суда. Или-или, так написано. Суды по ходатайствам следователя и с участием прокуроров состоялись? Состоялись. Но даже суды не стали изменять меру пресечения обвиняемой, видимо, статья - не та!
На миг представила, а что, если бы следователь взял да и отпустил обвиняемую под залог или под подписку без всяких там судов и прокуроров? Вот тогда, при нынешнем раскладе, его бы точно заподозрили, а не получил ли он кругленькую сумму за такую смелость от обвиняемой? Его бы с грязью смешали!
Тут на рабочем месте …изготовил…официальный документ в суд, суд по нему принял решение, не посчитал ходатайство незаконным,- и то уже больше полугода следователю С.Пысину душу треплют.

- статья 293 УК РФ «Халатность».
Вопрос: халатность в том, что «на своём рабочем месте» или в том, что «изготовил…», или в том, что своевременно и грамотно составил такой документ, который и должен был лично написать, согласовать с вышестоящим руководителем и направить в суд? Или в том, что молодой, но очень ответственный следователь надлежащим образом исполнил свои должностные обязанности?

Боже Праведный! Зачем эта «липа», составленная по принципу: «Уж, тем ты виноват, что хочется мне кушать»!?? Кто ответит???

В.И.Воейкова, главный редактор
журнала «Аргументы времени»

 

Огромное спасибо Валентине Ивановне за доброе и широкое сердце, за смелость - которой лишены многие журналисты, за искренность, за объективность!

Все Ваши материалы очень интересные, совершенно необычные  и всегда выделяются из общего ровного строя Интернет-изданий.

Мы Вас поддерживаем!