Указом награждать не предусмотрено…

Рубрика:  

Героям-пограничникам и их беззаветным четвероногим питомцам, погибшим при обороне Москвы в лихую  годину Великой отечественной  войны -  посвящается…

Автор

1.        «А  нас покориться никто не заставит»

Анна Ахматова (1941г.)

2.       «Ты помнишь Алеша, дороги Смоленщины…»

К. Симонов:

«Ты знаешь, наверное, все-таки Родина

Не дом городской, где я празднично жил,

А эти проселки, что дедами пройдены

С простыми крестами на русских могил

… Нас пули с тобою пока еще милуют,

Но трижды  поверив, что жизнь уж вся,

Я все-таки горд был за самую милую,

За Русскую землю, где я родился…»

 

От автора

О чем же эта книга?.. О войне. О драме человека на войне, когда он в силу чудовищных обстоятельств один на один противостоит беспощадному молоху войны, когда суть свою вершит не светлая полоса жизни, а мрачное жуткое окаянство смерти. Эта книга о мужестве, доблести и чести, о горе, муках, страдании и боли на самой страшной из войн, когда-либо выпадавших на долю нашей страны.

А еще эта книга об офицерах, о их высоком долге служения Отчизне и не важно, кто он: представитель особого отдела армии, пограничник с заставы, командир танковой роты или обыкновенный пехотный комбат. И все они , « Смертью смерть поправ»,  оставаясь до конца верными присяге, спасали мир от коричневой чумы, спасли его ценой собственной жизни во имя грядущих поколений. И это не высокопарные слова, отнюдь. Это суть происходящего в самые трагические дни и месяцы далекого теперь уже 1941-го года, когда на кону в яростном противостоянии с лютым бесчеловечным врагом стояла , немного-немало, свобода и независимость нашего государства.

Я попытался взглянуть  на последние мгновения жизни моих героев, на их ратный подвиг с противоположной стороны,  глазами лютого врага- немецко-фашистских оккупантов.  Опыт, конечно же, не новый в мировой классике: оценить главного героя глазами его врага. Но сделать это было не просто. Я бы сказал архисложно.

               Я старался, а уж как получилось- судить вам, дорогой мой читатель. И только вам.

                                                                  Вместо предисловия.

 

В те победные майские дни на ступенях Рейхстага было не протолкнуться от наплыва желающих оставить свои автографы на его стенах. Вся география огромной страны была в этих надписях. Каких  только  названий   городов и   весей   под  именами победителей не было выведено в эти дни.

Радуйся душа! Будем жить! Победили! Ах, какая сейчас будет жизнь после победы! Ах, какая жизнь…

А уж если тут и сейчас кому-то повезет запечатлеть себя на фото с боевыми друзьями – однополчанами, - вообще здорово. Счастливчики!... Как же, вот они, а вот поверженное логово зверя. Господи, сколько же ждали этой минуты, этого часа, пройдя через такое пекло, через такой ад! Не верится даже, что дошли . А ведь дошли, дотопали,  доползли,   пропахав по-пластунски полевропы. Праздник -то какой, какой сегодня на дворе праздник! Раз в жизни бывает такое в судьбе солдатской. А коль уцелели в этом аду, в этой жуткой круговерти и живы остались- все ранения и контузии невсчет,-  то гуляй  не хочу !

Эй гармонист, жарь плясовую, не жалей! Давай, давай шибче! Эээх!...Ааах!И-ии-ух, славяне! Будем жить!  И ты,баянист,  коль вступил в общий хор праздника, рви не жалей меха.                                                                Слышишь ,браток, давай, давай наяривай! Ай молодца, вот это по-нашему!

Душа праздника просит, душа сегодня нараспашку… Эээх, мать честная, праздник-то какой- Победа! По-бе-да-аа!...

В один из таких дней, рассекая восторженную  сутолоку победителей,  по разбитым  ступеням бодро подымался майор в сопровождении старшины. Последний нес в руках банку с краской и кисточку. Понятно- тоже хотят оставить память о себе. И никто бы не обратил на них особого внимания, если не одно «но». Впрочем, таких «но» было несколько.

Судите сами – был майор молод не по годам. Ну совсем мальчишка. Всякое бывало на войне, всякое. И  такие вот мальчишки становились запросто старшими офицерами.

Немудрено, коль заслужил. Что еще бросалось в глаза? Награды… Судя по ряду орденских планок и нашивкам за ранения – в том числе и тяжелые, вон рука покалечена -  в тылу майор явно не отсиживался, воевал храбро и отважно. Сразу видать- свой брат, фронтовик. Многое повидал. Дай, бог, каждому…

А вот васильковый цвет околыша фуражки и такие же просветы на золотых пагонах, напрямую говорили о принадлежности бравого офицера, в ладно сидящем кителе, к грозному      военному ведомству под названием СМЕРШ.

СМЕРШ…  Мать честная , кто ж из фронтовиков не слыхал о дерзких, смертельно опасных операциях контрразведчиков – смершевцев за линией фронта? Больше, конечно, наслышаны были о бесконечных стычках- не на жизнь, а на смерть – с группами немецких диверсантов, заполнивших ближайшие прифронтовые тылы, особенно в первые годы войны. Да и потом горячо было. Хватало им «работенки». Хватало…                                                                                                                                                  

Земля, как известно, слухами полнится. На то оно и солдатское «радио». Что-то узнавали, что-то  сами «уразумляли».  И на ус мотали: Серьезные мужики там, бедовые.

Слухи слухами, но подробностей, конечно же, не знали. Да и откуда же их узнать? Ведомство серьезное, секретное, одно название – «Смерть шпионам!» – в дрожь и трепет любого приведет. Ну, а те слухи, что доходили до окопов переднего края, солдатская молва смаковала уважительно. А попробуй-ка  заслужи такой авторитет   у тех, кто на «передке» не один год со смертью в обнимку.  И так изо дня в день, из месяца в месяц. То-то же…

Значит заслужили такое уважение, контрразведчики- смершевцы, когда о них просто, и значительно одновременно,  рассуждали бывалые окопники: «… Вояки еще те. Ого-го-о!  Палец в рот не клади. С фрицами не чикаются. Любого мордой в землю уроют в два счета, Это им дело плевое. Вот бы все так воевали, то и Гитлеру с его «сворой» полный «звездец» настал бы еще в сорок первом.»

«Это им дело плевое»-  как девиз на знамя СМЕРША. А то!

Но только такое на войне отвагой и ратным трудом завоевывается. Потом и кровью. И смертью своих друзей. Да и погляди на любого из них. И что же? Практически у каждого седой ежик волос. Значит досталось им на этой войне. Наверное, как никому. На то он и СМЕРШ.  А сейчас? После победы? Для кого, для кого, а для  них война продолжается  во всей своей изуверской  ипостаси.  Оуновцы,  сиречь бендеровцы,  аковцы,  «Лесные братья»,  а  то  и                                                                                        просто банды уголовников,- какой только нечисти не ошивается и не лютует в наших тылах. А нечисть эта изощренным зверством и подлым коварством переплюнет даже свору самых отпетых и оголтелых карателей. Попробуй одолей эту нечисть! Это лютый враг, всякого там сброда хватает. И схватка с ними будет почище, чем с немецкими диверсантами! И это значит война для СМЕРШа не сегодня закончится и уж точно не завтра. Эх мужики, мужики…Но об этом   вряд ли кто задумывался здесь, на ступеньках Рейхстага, в первые дни всеобщего ликования.   В общем, молод был майор контрразведчик, хотя … Не только его молодость бросалась в глаза. Сетка тонких морщинок возле глаз многое говорила бывалым людям. Видать хлебнул человек лиха через самый край, не смотря на свою молодость. Сколько же жутких передряг и смертельных схваток за его плечами? Мальчишка же еще совсем…

Тем временем майор привычным жестом поправил черную кожаную перчатку на левой руке и стал выводить на почерневшей от копоти стене…                                                                                                                                                                    7.

ГЛАВА  1.   СЛУХИ.

 

          …Ему  везло.  Страшно  везло  все  эти  месяцы,  начиная  с  форсирова-

ния  Буга  в  районе  Бреста,  где  с  восходом  солнца  среди  дымящихся ра-

звалин  он  видел  не  только  трупы  советских  пограничников,  но и застыв-

шие  в  страшной  смертельной  гримассе  безжизненные  лица  своих одно-

полчан,  солдат  своего  батальона.  Сколько  же  было их,  этих  лиц  на пути

к  Москве?   Всех  он  теперь  уже  и  не  вспомнит. 

          Но  недаром  его  прозвали    в  полку  Шульце-везунчик.  Он  пережил 

и  настоящий  ад  в  затяжных  боях  возле  Смоленска.  И что  же? Ни  одной

царапины.  Все  как  с  гуся  вода.

         И  вот  -  на  тебе!  Надо  же  было  такому  случиться  -  закончилось  его

везенье.  И  это  когда  до  русской  столицы  всего- то ничего: рукой подать.

Когда  им предстояло  с  триумфом  пройти  по  Кремлю – такая  невезуха.

Вот  уж  точно  -  проруха  судьба…  Или  ему  просто-напросто  изменила  фронтовая  удача?  Как  знать,  как  знать….

      Но  нет  худа  без  добра – утешал  он  себя,  истекая  кровью  среди  коч-

коватого  русского  поля  -  сперва  госпиталь,  а  потом  -  наконец-то! – дол-

гожданная  встреча  с  Магдой.    То-то  будут  сиять  от  радости  ее  глаза.

Как  же  -  муж  герой!   И  железный  солдатский  крест, один  из  первых в

роте  украсивших  его  мундир,  будет  как  нельзя  кстати.  А  белокурая

статная  Магда  будет  светиться  от  счастья  за  своего  ненаглядного  Курта,

ловя  завистливые  взгляды  подруг  и  знакомых. Как  знать:  может  к  тому

времени  и  его  произведут  в  офицерский  чин.  И  это  будет  вполне  за-

служено  с  учетом  его  послужного  списка.  А  заслуги  -  дай  Бог  каждому.

На  десятерых  фельдфебелей  хватит.  С  лихвой.

         За  последние  дни  боев  в  роте,  да  что  там  в  роте,  во  всех  баталь-

онах  полка  офицеров,  как  корова  языком  слизала.  Неделю  назад  убило

их  командира  роты.  Железный  был  человек.  Прошли  с  ним  от  Бреста

до  самой  Москвы  и ….  такая  ужасная  смерть.   Жуть!

          Мало  этим  варварам  их  «молотофф  коктейль», так  они  еще  и  вол-

ков  стали  натравливать   на  них.  А  говорят  это  собаки….  Чорт  знает этих

проклятых  русских:  что  сидит  в  их  безумных  башках.  В  полку  только  и

разговоров   про  этих  загадочных  собак.  Как  они  тут  появились  никто  не                                                                                                 

знает.   Но  появились  же,  чорт  их  возьми!...

 

           Слухи  росли, множились,  разрастались  до  невероятнх  размеров.

Говорили,  что  это  секретное  оружие   и,  как  только  они  войдут  в  Моск-

ву,  псов-людоедов  выпустят из  секретного  бункера  Сталина  под Крем-

лем  и они  будут  заживо  грызть и взрывать  всех  солдат  вермахта  без

разбора.  А  псов  этих  видимо-невидимо  в  жутких  подземельях  русской

столицы.   Так  что…

          Шульце  слухам  не  верил, а только посмеивался  высокомерно    над

малохольными   -  Ну  и  дела,  нашли  чем   пугать   друг   друга.    Детские

страшилки  да  и  только.

           Вот  «Молотофф-коктейль»  это конечно, да.  Кошмарная  реальность!

Еще  под  Смоленском  он  насмотрелся  на  обгоревших  до  неузнаваемос-

ти  танкистов,  застывших  в  самых  невероятных  позах  на  остовах  сожен-

ных  боевых  машин. Бр-рр!...  Неприятная  картина. И  все  эти  русские  фа-

натики  и  их  чертов  молотофф  коктейль.

           Вот  таких заживо  обгоревших  у  них  в  пехоте   называли   «уголь-

ками».   Лучше  не  скажешь,  хотя…  Хотя,  не  приведи  господи,  оказаться

на  их  месте.

          Но  что  для  настоящего полноценного арийца какая-там  варварская

собака,   пусть хоть и  волк  -  чепуха.

          Не  такого закала  он, Курт  Шульце,  чтобы верить всем этим  слухам.

Просто   подустали  парни,   вот  и  сочиняют  всякие  небылицы.  Но  ничего,

скоро  они  войдут  в  Москву  и  все -  война  закончится  для  них…  А  танк

во  время  атаки  мог  просто  подорваться  и  на  фугасе,  что  больше  похо-

дит  на  правду.     У  страха,  известное  дело – глаза  велики.

           А   только   оставшиеся  в   живых   все  шептались  по  углам  блинда-

жей.  Шу-шу-шу.   Забздели парни – вот и лезет всякая чепуха.

           … Выскочил  прямо  перед  танком  пес,  то  ли  волк.  Да  какая  к  дъя-

волу  разница?!   Выскочил  и …   Откуда  он  взялся?   Да  мало  ли…  А  ты.

слушай  и  не  перебивай.  Откуда,  откуда…  Может  из  ямы  какой,  может

из  леса.   Наверное  оттуда.  Оборона  русских  как  раз  там  проходит.  И  вырос  зараза,  словно  из-под  земли.  Неожиданно  так.  Нда-аа,  дела…

Сиганул  пес  одним  махом  под  танк  -  толко  его  и  видели.  В  пылу  ата-

ки  никто  и  значения  этому  не  придал.  Мало  ли…  Может  просто  поме-

рещилось.  Откуда  здесь  взяться  собаке?  Но  только  одни  утверждали,

                                                                                                                                          9.

что  видели,  как   от  пса  тянулся  провод.  Другие  очевидцы  заметили  у

него  притороченные  брезентовые  подсумки  на  спине.  А  еще…  И  каж-

дый  факт  невероятней  другого.  Тут  и  голова  кругом  пойдет.  Все  это                                                                                                                                   

так.  Да  только  танк  от  взрыва  подлетел  в  воздух  и  развалился  на  куски.  Рвануло  ого-го!  Будь  здоров!   Ну  и  командир  роты,  шедший  в  цепи неподалеку  от  этого  танка, и  другие  солдаты  ушли  в  небытие. И  следов никаких.  Рвануло  весь  боезапас  в  машине.  Шутка  ли…  Как   говорится  одно  мокрое  место.  Точнее, вообще  ничего.

             Шульце  и  на этот  раз  повезло,  хотя…   Место  его  в  атакующей

цепи  на  фланге,  на  стыке  с  соседней  ротой  батальона.  Но  и  он  узрел

краем  глаза  этот  адский  взрыв.  Понятное  дело, так  удачно  начавша-

яся  атака  вмиг  захлебнулась.  Куда  же  им  в  атаку  без  боевого  коман-

дира?  Отошли  с  большими  потерями  на  исходный  рубеж вслед  за  по-

вернувшими    вспять   танками.   Проклятые   русские!    Чтоб   им  пусто  было…

     

Особая  папка!

                                                                               Сверхсекретноэкземп. единствен.

 

Выписка  из  аналитической  справки.

 

О Московском  направлении.

 

             …. За  первые  две  недели  текущего  месяца  танковые  подразделения груп-

пы    армий  «Центр»  ( генерал-фельдмаршал  Фон  Бок)  терпят постоянное  пора-

жение   на  подступах  к  позициям  противника. 

             Противник  на  Московском  направлении  практически  не  имеет противо-

танковой    артиллерии ( в  достаточном  количестве).  Тем  не  менее  бронетан-

ковые  моторизованные  части  Вермахта  несут  значительный  урон  за  счет при-

менения  русскими  специально  обученных  собак   с   подрывными  устройтвами

дистанционного  действия. 

           Предположительно  по  всей  линии  обороны  русских  действуют  мобильные

отряды (количество  не  установлено)   НКВД  с  собаками-минерами.  Необходимо

констатировать   колоссальный  урон  от  боестолкновения  с  такими отрядами.

        До  н.  времени  нашей  агентуре  не  удалось  установить  место  дислокации

центра  подготовки  специального  обучения  собак,  ни  структуру и  организацию

(тактику)  действия  таких  диверсионных  отрядов,  ни  их  общее  количество, за-

действованное   против   танковых  сил (  танковых  групп, танковых армий)   на 

Московском  направлении.

            Все  это  говорит  о  сверхсекретности  таких  диверсионных  центров (це-

нтра),   выход  на  которые  нашей  агентуре  практически  недоступен.  Вполне

допускается,  что  такие  центры  (центр)  находятся не  в  ближайшем  тылу

русских,  а  на  Урале  или  в  Сибири,  где  возможности  нашей  агентуры  весьма

ограничены.

         …Одновременно  обращает  на  себя  сам  факт  морального  воздействия  та-

ких  собак    на  л/состав  передовых  частей  Вермахта.  Повсеместно  распростра-

няются   панические  слухи о  невозможности  бороться  с  такими  собаками-мине-

рами.  Упорно  сеются  слухи  и  о  несметном  количестве (подчеркнуто  красным

карандашом)  таких  собак.   Отдельные  лица  утверждают,  что  это  дрессиро-

ванные  волки,  которые  будут  нападать  огромными  стаями  на  л/состав  Вер-

махта  в  оккупированной  Москве.

           Особо  обращает  внимание  тот  факт, что  в  большинстве  случаев такие

слухи  практически  не  пресекаются  офицерским  составом  на  уровне взвод, рота,

батальон.  А в некоторых  случаях  муссируются  даже  офицерским  составом.

          Все  вышеизложенное  свидетельствует о  заранее спланированной НКВД по-

дготовке  к  противостоянию  с  танковыми  армиями Вермахта,  и  нахождению

для  этого оптимального  и  доступного  способа (собаки)  и  эффективного  его 

применения  в  деле.

 

                                                                                                         Начальник 1-го (Восточного)

                                                                                                         направления Абвера,

                                                                                                         Генерал лейтнант  …………….

                                                                                                        «…..» октября  1941г.

 

                                                                           Восточный  фронт, Smolensk.

 

 На  справке  стоит  резолюция  шефа  Абвера,  адмирала  Канариса:

1.      Срочно  ориентировать  всю  агентуру, задействованную  в  тылу русских  на

выявление  любых  сведений ( количество, организация, тактика, способ обуче-

ния и т.п.)    о  таких мобильных диверсионных отрядах  с  собаками-минерами

и  установления  места  дислокации  центра  (  или  центров) подготовки  та-

ких  отрядов.   

2.       1-му ( Восточному) направлению Абвера спланировать и провести в течение 2-х недель диверсионными  подразделениями Абвера  при   штабе группы  армий

«Центр»  ряд  операций по уничтожению таких отрядов  противника  при  пе-

редвижении  их  к  линии (вдоль  линии) фронта, а  также  к  захвату  «языка»

из  числа военнослужащих таких отрядов.  Место, время проведения и числен-

ность   личного  состава,  задействованного  в  таких  операциях планировать

       по обстоятельствам,  с  учетом оперативной обстановки.

3.      Все  полученные сведения ( п.п. 1-2) немедленно передавать мне  лично  во внеочередном порядке.

4.      Ознакомить с данной справкой  высшее  командование  Вермахта.

 

      Ниже  стоят  подписи:

     «Ознакомлен»                                                           Главком Сухопутных войск

                                                                                            

                                                                                                                         Фон Браухич   

                                                                                                       «….»  октября   1941г.

                                                                                                                                   Берлин

 

 

  «Ознакомлен»                                                            Начальник Генерального Штаба

                                                                                           Сухопутных войск

 

                                                                                          Генерал-полковник

                                                                                          Франц  фон Гальдер

                                                                                                         «….» октября  1941г.

                                                                                                                                   Берлин

 

Глава 2. Пограничник – сын пограничника.

        В   Москву   Никиту  провожали  всей  заставой. Он  и  сам не  скрывал

своей  радости.  Еще  бы!  Скоро он увидит  маму, знакомые  с  детства  и

такие  родные  улочки  Замоскворечья .

       …Часто-часто  в  своих  снах  он  пробегал  жарким  летним  полднем

по  их   тенистым  лабиринтам  в  свой  уютный  двор, сплошь  заросший

березами  и  высоченными  тополями,  чтобы  услышать  из  окна  второ-

го  этажа,  рапахнутого  навстречу  солнечным  бликам,  зачарованно-лас-

ковый  голос  мамы:  «Никита!  Обеда-ать!»

     А  рядом  Леда  -  еще  щенок, - радостно  виляя  хвостом,  заливисто и

восторженно  лаяла,   перескакивая  через несколько  ступенек  -  быстрей,

быстрей  к  порогу  родного  дома.  И  довольная – опередила-таки  своего

запыхавшегося  молодого  хозяина – поскуливала  от  нетерпения  у  оби-

той  клеенкой  двери – «Открывайте! Пришли! Ну же!»

      А  сколько  было  еще  таких  счастливых  светлых  снов? Да  разве  их

сосчитать.  Да  и  зачем…  Счастье  оно  и  есть  счастье.  Его  арифметикой

не  измеришь.  А  только  душой  и  сердцем.

 

          …  Одно  настораживало  его:  срок командировки  не  был  упомянут

ни  в  приказе,  ни  в  командировочном  удостоверении.  А  только  указа-

но,  что «необходимо  явиться  в  распоряжение  представителя  в/ч  № -                                                                                                                                

такой-то…»  и  все.  Сразу  же  по  прибытии  в Москву.  Ну  это-то  понят-

но:  «сразу»  и  «по-прибытию».  Дело-то  военное.  Приказ.

        Лишь  кадровик  в  отряде,  выписывая  документы,  скупо  сообщил

ему  под  большим  секретом:

        -Повезло  тебе,  младший лейтенант. А, впрочем, уже  лейтенант.

Извини.   Приказ  пришел  оттуда.

        И  он  многозначительно  поднял  указательный  палец  вверх.

        Ну  оттуда,  так  оттуда…  Перед  большим  начальством  он  не  туше-

вался,  да  и  Леда  его  никогда  не  подводила. Не  овчарка  а  настоящий

клад.   Умница.  Таких  собак  поискать  надо.  И  следовую работу  выпол-

няет  на пять, и  выборку  осуществляет  безошибочно, перекрывая все

нормативы  и  на  нарушителя  бесстрашно  идет.  И  в  секрете  может ча-

сами  вместе  с  ним  сидеть,  ничем  не  выдавая  себя.  И…  Да  и  мало  ли

чего  она  еще  может.  Вообщем  настоящее  сокровище  для  проводника

служебных  собак  погранвойск.  А  сколько  грамот  и  призов  было  взято

на   различных   конкурсах   и   соревнованиях – не  счесть.   И   это  всего 

лишь  за  два  года.

       И  вот  теперь  оба  едут  в  Москву.

       Жаль   ребят и  расставаться  с  ними  нелегко.   Какая-то  смутная тре-

вога  не  покидала  его  при  прощании  с  родной  заставой.  Так  ведь

это  ненадолго.  Наверное,  ненадолго…  Вот  и  ребятя  на  проводах го-

ворили: «Ну  товарищ  лейтенант,  как  парад  закончиться,  сразу  домой».

Конечно  же,    домой.   На   заставу.   А   куда   еще?  Граница  для  него –  

второе  я.  Вся  его  суть.   Только  почему  все  решили,  что  едет  именно

на  парад,  он  и  сам  не  знал.  А, впрочем,  если  в  Москву,  да  еще  с  со-

бакой,  то  куда  еще?  Ведь  Первое  мая  на  носу.

        … Свыкся  он  с  нелегкой  службой  пограничника  за  два  года.  Сам

с  детства   мечтал  и  грезил  стать  пограничником. Таким, как  его  отец,

геройски  погибший  в  бою.  И, конечно  же,  примером  для  него  был –

- еще  с  младших  классов  - его  легендарный  тезка  Никита  Карацупа со

своим  верным  Ингусом.

        Спал  и  видел  себя  вместе  с  ними  в  таежных  дебрях  дальневосто-

чной  границы.  Мы – начеку!  Враг – не  пройдет!

         Сам  ходил  в  ОСОВИАХИМ  и  занимался  в  секции  собаководста.

Сказать «знимался» - значит ничего  не  сказать. Учился  служебному  со-

баководству  и  работал  со  служебными  собаками  словно  одержимый.

Чувствовал  - его  это  дело.  И  дело  всей  жизни.   И  что  удивительно –

собаки  любили  и  понимали  его.  Будто  чувствовали  всем  своим  со-

бачьим  нутром,   что  это  настоящий  наследник  Карацупы.   Или,  что

сам  легендарный  герой-пограничник  снизошел  к  ним   со  своей  голо-                                                                                                                                 

вокружительной  высоты,  разделив  поровну  на  всех  свое  большое

любящее  сердце.  Кто  знает:  возможно  так  и  было  в  их  песьих  душах.

А  любовь  четвероногих  к  своему  покровителю  многое  значит.  Это уже

залог  успеха  в  связке  собака-человек.  Это  высшая  гарантия  того,  что

собака  никогда  не  подведет,  не  струсит  и  не  предаст.  Пусть  хоть  на

вас  идут  тысячи  вооруженных  до  зубов  бандитов.    Да  она,    собака,

жизнь  свою  отдаст  за  любимого  человека,  не  задумываясь  и  на долю

секунды.  А  это…    Это  дорогого  стоит.

        Опытные  инструкторы,  наблюдая  за  успехами  юного  Никиты,

только  цокали  языками: «Надо  же!  Совсем  пацан,  а  как  может –

высший  класс…  Это  же  прирожденный  талант»

        Талант  талантом,  прирожденное  уменье  тоже  со  счетов  не сбро-

сишь ,  а  вот   пота  за  годы  упорного  труда  было  пролито  не  мало,

а   уж  волдырей   да  мозолей  от  грубого  брезентового   поводка   на

мальчишеских  ладонях  не  сосчитать.   Без  этого  не  стать  настоящим

проводником  служебной  собаки.  Никогда.

         Но  когда,  как  лучший  из  лучших  курсантов,  Никита  Большаков

получил  при  выпуске  в  подарок   настоящего  породистого  щенка,  -

-  радости  его  не  было  границ.

        И  мама  с  дедом  не  могли  нарадоваться  за  него.  Не  только  они,

а  весь  класс  пришел  поздравить  Большакова  -  младшего – молодец,

Никита!

        Ух,  ты-ты… - слышались  восторженные  возгласы  одноклассников.

Кто-то  из  них  впервые  перешагнул  порог  такого  солидного  учрежде-

ния.  Еще  бы – все  здесь   по-настоящему,  по-военному.  Здорово! Од-

ним  словом  ОСОВИАХИМ.

        А  фотография  Никиты  украшала  стену  на  самом  видном  месте

в фойе  -  «Наши  лучшие  выпускники».   Как  он  здесь  походил  на  сво-

его  отца:  те  же  упрямые  губы,  волевой  подбородок,  и,  главное, гла-

за, глаза.  Про  такую  схожесть  говорят  -  как  две  капли  воды.  Преда-

тельская  влага  наполнила  мамины  глаза.  Еле-еле  удерживалась, что-

бы  не  разреветься. Нельзя, нельзя  в  такой  торжественный  день. Нель-

зя  мальчику  портить  праздник.  Хотя  причина  для  слез  была  одна –

боялась   потерять   своего  родного  ненаглядного  мальчика,  который

спал   и   видел  себя,  как  и  отец,  пограничником.  Даром,  что  в  изго-

ловьи   кровати   его  портрет  отца  с  орденом  на  груди  в  окружении

портретов   улыбающегося  Сталина    на  трибуне  Мавзолея  и   Никиты

Карацупы  со  знаменитым  Ингусом. 

         Хотя  мама  в  душе  надеялась,  что  его  успехи  в  школе, особенно

по  математике  и  физике,  возьмут  все  же  верх  свое.  Честно  -  не  хо-

тела  она,  чтобы  и  Никита  связал  свою  жизнь  с  суровой  профессией,

как  и  его  отец.  Надеялась…  Но  сыну  не  перечила.  Пусть  сам  решает.

Он  уже  совсем  взрослый.  А  что  собак  безоглядно  любит,  так  это  не

самое  плохое  мужское  достоинство.   Добрый  мальчик  будет  и  доб-

рым  мужчиной.  Хоть  в  жизни  доброму  человеку  всегда  почему-то

именно  труднее  всех,  но  пусть  будет  так.  А  не  по-другому.

        … Итак,  под  аплодистменты  на  выпускном  вечере  в  ОСАВИАХИ-

МЕ,  в  их  размеренную  жизнь  вошел  еще  один  член  семьи, утвердив

себя  всеобщим  любимцем  жизнерадостным  звонким  лаем.

         Хлопот  и  забот  в  их  маленькой,  но  дружной  семье,  «паровозной

команде» ,  как  пошучивал  дед,  теперь  изрядно  прибавилось. А  то…

Щенок   он  и  есть  щенок.  За  ним  глаз,  да  глаз  нужен.   Хорошо,  что

дед  целыми  днями  дома,  превратившись  в  заботливую  няньку.  А что

не  сделаешь  ради  любимого  внука?  Ну  а  Никита  сразу  после  школы

домой,  на  смену  деду.  Полгода  пролетело  махом.  И  стала  их  Леда –

-  Ледушка  настоящей  красавицей,  мощной,  статной,  ладной  овчаркой.

Куда  только  подевалась  былая  неуклюжесть   лопоухого   щенка?   Ме-

сяц,  другой  и – гадкий  утенок  превратился  в  принца – лебедя.  Так  и

их  умница  Леда  вошла  в  жизнь  королевой  бала.

      … Будто   вчера   только  все  это  было.  А  вот  теперь  они  вместе  в

Москву  едут. 

                                В  Москву!...

        Жаль,  что  дед  не  дожил  до  этого  светлого  дня,  а  то  порадовался

бы  за  своего  любимого  единственного  внука.  Вот  была  бы  радость!

          - Полагаю  так,  - разглагольствовал  довольный  за  внука  дед.  Это

после  того,  как  Никита  по  призыву  уехал   служить  на  западную  гра-

ницу. – Лазарь  Моисеевич (Здесь  имеется  ввиду Л.М.Кагонович, в  то  время, народный комиссар НКПС,  один  из  сподвижников  Сталина)  не  в  обиде  будет  на  старого машиниста.  Коль  не  стал  наш  Никита  машинистом  паровоза  или  на худой  конец  командиром  бронепоезда ( значение  машиниста  дед все  же  превозносил  выше  роли  командира) – будет  настоящим  пограничником. 

        И  добавлял  усмехаясь  в  седые  усы: 

  -  Я  лично  не  впретензии.  Граница – надо  понимать – тоже  толковых

людей  требует  на  свою  охрану.

          На  все  сто  процентов  оказался  прав  Большаков – старший,  на все

сто…                                                                         

          Большим  балагуром  и  весельчаком  был  дед  Никиты.  Казалось

никаие   беды   не   могли  сломить  его.  Даже  гибель  любимого  сына

лишь  добавила  седины  в  голову  и  все.  Но  так  лишь  только  казалось.

         После  отъезда  Никиты  с  Ледой,  он  как  потерянный  бродил  по

опустевшей   квартире  и  вздыхал  горестно – Эх- ма-а, жизня…  Нда-аа…

        И  часто  подолгу  курил  на  балконе,  прикуривая  новую  папиросу

от  докуренной   до  основания  мундштука  «Беломорины».  Мать  ворча-

ла  на  деда  -  Пожалей  себя.  Хватит  дымить.  Слышишь,  старый?

       И  пугала  свекра  нешуточно  -  Будешь  столько  курить – положу  те-

бя   к  себе  в  госпиталь  на  обследование.  Узнаешь  тогда.  Там  тебя

враз  образумят.  Почему  еще  не  ужинал?

        - Да   как-то   не   хочется  одному.  Кусок   в   горло  не  лезет.   Тебя

ждал -  отнекивался  дед. – Вместе    оно  веслее…

         Мама  у  Никиты  хоть  и  рядовая  сестра  милосердия,  но  на  хоро-

шем  счету.    Ее  ценят.   Руки  у  нее  зололтые   и  душа   тоже.   Потому   

она  и  лучшая  из  среднего  персонала в  Центральном  Госпитале Крас-

ной  Армии.  И  дома  у  нее   автортет   непререкаемый.   А   для  деда,

ни  разу  в  жизни  ничем  не  болевшего,  больничная  койка – мука  го-

рькая.   Он  себя  и  представить  не  мог  в  больничной  пижаме.  Да  и

расставание  с  привычным  бытом  для  него,  вообще,  немыслимое ис-

пытание.  Поэтому  угрозы  невестки  действовали.   Но  что  ни  говори,

а  сдал  дед,  сильно  сдал  за  последний  год.  Но  еще  хорохорился по-

-привычке: 

      -  Я  еще  правнуков  дождусь.  Уж  правнука  я  точно  воспитаю  маши-

нистом.

       Выше  и  достойнее  звания  машиниста  паровоза  дед  не  признавал

никакой  другой  мужской  профессии.  Но  разве  что  пограничника.   И то,  скрепя  сердцем.   Сам  машинист  в  третьем  поколении,  дослужив-

шись  до  этой  должности,  начиная  с  кочегара,  он  сына  своего,  Боль-

шакова- младшего,  видел  только  стоящего  за  рычагами  паровоза.

Естественно  в  должности  машиниста.  И  все  шло  к  этому.  И  семейная

Династия  должна  была  продолжаться  по  раз  и  навсегда  накатанной

колее.   А  как  иначе?  Иначе  и  не  могло  быть  по-другому.  Но…  Но нас-

тупил  семнадцатый  год .   Грянула  одна  революция,  другая,  а  за  ни-

ми  -  лиха  беда  - начало  -  заполыхало   пламя   Гражданской  войны.

Страшное  смутное  время. 

         И  стали  оба  Большаковы  водить  бронепоезда в Красной  Армии.

Отец,  соответственно ,  машинистом,  а  сын  поначалу  был  у  него  в

помошниках.  И  тут  лихая  судьба  закрутила  в  немыслимый  водово-

рот  событий   и  их  судьбы,  раскидав  по  разным  концам  огромной

страны.  Да  и  немудрено  было  в  то  беспокойное,  кровавое  время

потеряться  друг  с  другом.  Слава  Богу , не  на  всегда.

           Стал  Большаков-младший  комиссаром  в  Красной  коннице.  Ну

и  покидала  его  судьба  на  Гражданской  по  белу  свету,  помытарила,

в  том  числе  и  по  госпитальным  койкам.  Хлебнул  лиха.  Через  край.

Сполна  ему  военная  судьбинушка  все  отвесила.  Доверху.   Выдала  с

довеском.

          С  отцом  виделся  за  все  эти  годы  пару  раз  и  то  находу.  Случай-

но.   Только  и  успел  сообщить  ему  при  последней  встрече,  что  женил-

ся  и  сейчас  отправляют  его  отряд   укреплять  границу  в  Туркестане.

Хотел  бы  вернуться  к  отцу  на  паровоз,  да  куда  там:  начальство  не

отпускает.   А  молодую  жену,  сестру  милосердия,  пусть  лучше  прию-

тит  у  себя.  Пока  он  в  дальних  краях  будет  нелегкую  службу  нести.

Рожать  ей  скоро.   Ну  а  коль  сын  родится,  быть  первенцу  машинис-

том.   Вот  тогда  деду  и  подмога  бедет  и  смена  достойная  в  наступа-

ющей  мирной  жизни.   И   будут   вместе   гнать  составы  по  гудящим 

рельсам  вперед , вперед,  вперед.  Туда,  где  они  сходятся  у  горизон-

та.  На  том  и  решили…

          Мать   Большакова-младшего  умерла  от  сыпного  тифа,  что  сви-

репствовал  в  ту  лихую  годину,  так  что  осиротел  их  дом  без  хозяйки.

Но , как  видно,  не  надолго.  Сошлись  характерами  старший  Больша-

ков   и  молоденькая  сноха.  И  за  дочь  была  и  за  хозяйку.  На  всем

была  печать  заботливой  женской  руки,  радетельницы  семейного

очага  в  их  небольшой  квартире.  Уют  и  покой,  внук  подрастает. Смыш-

ленный,  ласковый,  умненький.  Чего  еще  для  старости  пожелать?  

Большего  счастья  и  не  сыскать.  Одно  огорчало:  изредка  бывал  дома

сын,  наскоком.  Как  красное  солнышко – только  прибыл  и  уже  обрат-

но  в  путь-дорогу  собирается.   Служба.  Тут  уж  ничего  не  попишешь.

         А  служба  нелегкая,  пограничная.   Постоянно  стычки  с  басмачами 

в  этом  самом  Туркестане.  А  по сути  -  война  там  не  прекращалась ни

на  день  ни  на  час…   И  сияет  красный  орден  на  груди  молодого  ко-

мандира-пограничника,  и  сияет,  светится  белозубая  улыбка:

           -  Ничего,  батя,  не  журись,  родная,  -  обещают  скоро  в  акаде-

мию  направить,  вот  тогда  и  заживем  все  вместе....   Эх,  что  это  за

жизнь  будет  -  счастье  полной  чашей!

          И  летел  при  этих  словах  маленький  Никита высоко-высоко,  к

самому  потолку.     И  радостно  хохотал,  попадая  обратно  в  сильные

и  ловкие  руки  отца.  -  Расти,  пограничник!   Расти,  мой  родной!

          Эх  и  лететь  бы  вот  так,  не  переставая,  и  чтобы  вся  жизнь  нес-

лась  как  эти  радостные  мгновения.   Э-ээ-х!...   И  чтобы  счастье  никог-

да  не  прерывалось  и  было  полной  чашей  до  краев.  -  Э-ээ-х!...

          И  светло  и  радостно  было  у  всех  на  душе – скоро,  совсем  скоро

все  вместе  будут.  И  тогда  жизнь  потечет  как  один    большой   и  не-

скончаемый  праздник  на  всех.

          Скоро!   Теперь  уже  совсем  скоро….

Глава 3.    « Но пасаран!…»

                            Но  сташная  весть  черным  крылом  надолго  ( а  может  и  навсегда?)  омрачила  их  веру  в  скорое  светлое  будущее…

        Погиб  отец  Никиты  незадолго  до  своей  отправки  в  Москву,  в

академию.   В  жестоком  бою,  когда  прорывалась  огромная  банда

с  сопредельной  стороны  на  нашу  территорию,  оборвала  злая

басмаческая  пуля  яркую  бурную  жизнь  молодого   талантливого  командира. 

         Оборвала  на  самом  взлете…

          Только  и  запомнил  маленький  Никита  эти  мгновения  счастли-

вого  полета  -  вверх- вверх,  все  выше  и  выше  -  на  отцовских  руках,

до  сияния  лучиков  солнца  на  эмали  красивого  красного  ордена. –

- Вот  станешь  пограничником,  обязательно  такой  заслужишь. 

           Эти  слова  отца,  как  напутствие  в  большую  жизнь  -  Заслужишь…

           А  он  станет  взрослым  -  обязательно  заслужит.  Заслужит. А иначе

и  быть  не  может.  Он  -  сын  пограничника -  будет  пограничником!  И

никем  другим…  

           Теперь  дед  в  их  доме  им  за  отца  и  за  деда  одновременно.

Только…   Только  здал  дед.  Сильно  сдал  после  гибели  сына.  Поэтому

и  огорчать  его  нельзя.   Ни  в  коей  мере…   И  усвоил  Никита  один  из

главных  уроков  жизни:  коль  уж  взялся  за  гуж,  то  не  говори,  что  не

дюж.  Дал  слово – держи  его.   Ты  же  будущий  мужчина.  А  настоящий

мужчина  слов  на  ветер  не  бросает.  Это  тоже  было  присказкой  люби-

мого  Никитой  человека ,  его  деда.  И  старался  он  изо  всех  сил,  чтобы

во  всем  угодить  деду  и  маму  порадовать.  Хотя,  к  слову  сказать,  дед-

-то   с  него  лишнего  и  не  требовал.  Видел, как  малец  после  гибели

отца  из  кожи  вон  лезет,  старается.  Что  и  говорить  -  хорошим  внуком

и  сыном  рос  Никита,  не  нарадуешся  на  него.   А  пошел  в  школу – кру-

глый  отличник.    И  так  до  десятого  класса.  Фотография  его  не  сходи-

ла  со  школьного  стенда  -  « Ими  гордится  наша  школа».  Что  ни  гово-

ри  -  молодец  Никита  Большаков.  Достойная  смена  растет. 

           А  что  касается  ОСОВИАХИМа,  то  это  отдельная  песня…  Ода.

           А  вот  школьные  учителя  прочили  ему  большое  будущее  мате-

матика  или  физика.  Не  сомневались – только  универститет   при   та-

ких   блестящих  способностях  юноши.  Но  а  после,  конечно же,  аспи-

рантура.  Не  должен  он  свои  таланты  в  землю  зарывать.  Это  было

бы  просто  преступлением.  А  там  глядишь  -  на  них  со  страниц  га-

зет  смотрит  и  улыбается  своей  замечательной  улыбкой  молодой

советский  академик.  Да  это  же…   Никита  Большаков!  Их  ученик!

Краса  и  гордость  школы.   Только  в  такой  роли  и  таким  в  жизни  они

видели  этого  способного  юношу.   И  все  казалось  к  этому  идет.  Все

пути-дороги…  

          Но  это  была  другая  эпоха.  Эпоха  настоящих  мужчин,  плеяда

подлинных  героев.   Громов,  Чкалов,  Карацупа  -  не  сходили  с  мальчи-

шеских  уст.   А  папанинцы,  а  полярные  летчики?  Есть  брать  с  кого

пример  в  большой  красивой  стране  под  названием  СССР.   А  они,  ма-

льчишки   той  поры  беззаветно  любили  свою  страну.  И  по-другому

быть  не  могло. 

           Таланты  талантами,  но  проявил  юный  Большаков  отцовский  ха-

рактер:   мужчина  обязан  Родину  защищать.  И  посему  должен  быть

военным,  пограничником.   Какие  тут  сомнения?  Ведь  отец,  шагнув-

ший  в  бессмертье,  ни  минуты  в  этом  не  сомневался  -  «Расти  пог-

раничник».   И  сын  должен  занять  в  строю  место  отца, погибщего в

бою.  Это  вовсе  не  громкие  и  высокопарные  слова.   Отнюдь.  Этим

жила  и  гордилась,  по – праву  вся  огромная  страна. 

           В  пограничники?  Что ж, пожалуйста…  И  военком  на  призывной

комисссии  не  возражал,  только  спросил  у  Никиты  -  А  как  же  универ-

ситет  при  ваших-то  способностях?   Не  пожалеете?  И  начальник  город-

ского ОСОВИАХИМа   написал  ходатайство - в  погранвойска.  Уж  кто-кто,

а  он  знал  об  истинном  призвании парня.  Он –то  в  свое  время  и  пред-

ложил  первым  подарить  Никите  при  выпуске  породистого  щенка.

           … В  коридоре  Никиту  догнал  один  из  братьев  Сычевых,  Нико-

лай.

            - Товарищ  лейтенант,  если  будет  возможность,  к  нашим,  пожа-

луйста    заедьте.   От  Москвы  же  рукой  подать  до  нашей  деревни. Да

ва  и  сами  знаете…  Для  отца  с  матерью  -  это  настоящий  праздник бу-

дет.  Сами  понимаете.  Да  и  встретят  как  родного.  

          - Постараюсь  Николай,  обязательно  постараюсь.  Только  с  чего 

это  ты  меня  в  звании  повысил?  

         - А  ни  с  чего.  -  заговорщески  подмигнул  ему  один  из  лучших

сержантов  на  заставе  -  я  сегодня,  перед  сдачей  дежурства,  когда

телефонограмму  из  отряда  принимал  о  вашей  командировке  в Мос-

кву  услышал  от  дежурного  по  отряду  такую  новость – не  для  запи-

си – пришел  приказ  о  присвоении вам  досрочно  звания  лейтенант.

Сам  нарком  приказ  подписал.  Вот так-то.  Поздравляю!...  В  Москву

поедете  уже  с  двумя  кубарями.

           Вот  тебе  и  раз!  Даже  не  верилось.    Сюрприз  за  сюрпризом…

           Дед  бы  точно  -  доживи  он  до  этого  дня  -   на  седьмом  небе

был  бы  от  счастья  за  любимого  внука.  Частенько  он  маме  не  без

гордости  говорил:

           - В  Большаковых  Никита  пошел.  Наш  корень!  Наш….  Глянь  на

него  -   вылитый  отец.

           Мать  словно  током  пронзало  «  вылитый  отец».  И  чем  старше

становился  сын,  тем  больше  и  больше  походил  на  своего  отца.  По-

этому,  как  ни  крути,  а  корень  их  точно,  Большаковский.  Тут  не  пос-

поришь.  

            И  наверняка  после  дедовских  слов  мам  слезу  украдкой  смах-

нет  и  будет  потом  лежать  на  своей  постели  не  смыкая   глаз  всю

ночь,  уставившись  в  белое  пятно  от  уличного  фонаря  на  потолке.

И  будет  всю  ночь  напролет   беззвучно  реветь  в  подушку,  мокрую

к  утру  от  слез.  Эх,  мама,  мамочка,  родная… 

           Ну  уже  теперь  скоро,  совсем  скоро,  свидимся.  Каких- то   два

денька,  моя  дорогая  и  будем  вместе.    И  радость  будет  нежданная,

как  снег  на  голову.   Ну,  здравствуй,  сынуленька!   Здравствуй мамоч-

ка!

           …Тут  же  на  стене  коридора  красочный  плакат.  На  нем  во  всей

красе  и  блеске  младший  лейтенант Большаков  с  Ледой  зорко  всмат-

риваются  вдаль,  а  за  спиной  у  них  крупным  планом  оба  брата-близ-

неца  Сычевы  с  серьезными  лицами  несут  службу  в  дозоре.

            Что  ни  говори,  а  оба  брата  службу  ревностно  несут.  Им  есть с

кого  пример  брать  и  на  кого  равнятся.  Все  их  старшие  братья  коман-

диры  РККА и  не  просто  командиры,  а  герои-орденоносцы.  Поэтому

и младшим  Сычевым  никак  нельзя  ни  в  чем  отставать.  Вот  потому

на  заставе,  да  и  считай  во  всем  отряде,  они  лучшие  из  лучших…

           Красивый  плакат,  броский.  И  надпись  на  плакате  соответствую-

щая  -  «Равнение  на  лучших!...»   ну  и  так  далее. Замечательный пла-

кат!  Хоть  и  не  тщеславен  был  Никита,  но  под  сердцем  каждый раз

екало,  когда  он  проходил  мимо  плаката.  Еще  бы!  На  всю  страну

прогремел.   Теперь  в  любой  пограничной  казарме,  в  любом  клубе

и в  каждом  штабе  этот  красочный  плакат  на  самом  видном  месте.

« Равнение  на  лучших!»

           - Заходи!  -  навстречу  ему  из  канцелярии  шагнул  его  лучший

друг,   политрук  заставы.  Про  таких  как  он,  несмотря  на  все  его  мо-

лодые  годы,  можно  с  полной  уверенностью  сказать  -  «слуга  царю,

отец  солдату…».  Не  ошибешся.

           И  у  него  просьба  только  одна:  будет  возможность – заедь  к де-

ду  с  бабкой   в  деревню   под  Вязьмой.  Адрес  такой…

           - Не  надо,  не  пиши  -  Никита  прервал  друга  -  Я  помню.

           Не  раз  и  не  два  рассказывал  ему  лучший  товарищ о  бабке  с

дедом,  о  родной  деревне,  милом  русскому  сердцу  прекрасном  угол-

ке.    О  неспешной  реке   с  плавными  изгибами,  вдоль  которой  рас-

кинулась  деревня,  о  лесе,  который  подступает  к  реке  с  обоих  бере-

гов (« А  грибов  там,  Никита,  видимо-невидимо,  а  ягод!...»)  и  об  ут-

ренней  зорьке  вместе  с  деревенскими  мальчишками  («Поверишь,

рыба  так  и  плещется,  словно  просит  сама,  чтобы  ты  ее  поймал  по-

скорей…») – это  особый  рассказ.  Заслушаешься.

        А  какие  там  туманы,  густые-прегустые,  как  молоко,  в  двух  ша-

гаш  ничегошеньки  не  видать ,  и  как  поют  на  рассвете  петухи,  один

голосистее  другого,  встречая  красное  солнышко – слушать – не  перес-

лушать.   Хоть  товарищ  Никиты  тоже  городской  житель,  но  каждое

лето  на  каникулах  проводил  в  деревне  у  стариков,  куда  съезжались

и  его  двоюродные  братья.  А  для  деда  с  бабкой  каждое  хоть  и  хло-

пот  прибавляло  -  «Вона  скоко  внуков  из  города  понаехало!» -  охали

деревенские  кумушки -  «Цельная  орава»  -  было,  несомненно,    осо-

бым  праздником.   Это  были  сладкие  хлопоты.  Да  и  не  хлопоты  это.

Отнюдь.  Радость  великая – это  уж  точно.  А  если  просторный  доброт-

ный  дом   наполнялся  задорным  детским  смехом  внучат,  -  это  еще

и  счастье  добрым  людям  полной  чашей.  Не  каждому  такое  дано.

         - Замечательные  старики   у  меня,   Никита,    замечательные!   - с

улыбкой  и  потаенной  грустью  вспоминал  лучший  кореш.  -  Такие  -

-единственные  на  свете!   А  вот  сейчас  разом  все  выросли,  разъеха-

лись  кто  куда  и  нет  у  них  больше  такого  праздника,  чтоб  все  и сра-

зу  и  на  все  лето…

         И  еще  знал  Никита  из  рассказов  этих,  что  все  стены  в  доме уве-

шаны  фотографиями  домочадцев  в  рамочках  под  стеклом,  мастерски

сработанных дедом.  И  глядят  оттуда  на  деда  с бабкой  повзрослев-

шие  внуки  в  военной  форме.  Все  командиры  и  политработники.  А

у  некоторых  на  груди  и  ордена  поблескивают. 

          У  рыжеволосого  друга  Никиты  ( «От  мамы  в  наследство  такую

огненную  шевелюру  получил».  -  не  без  гордости  говорил  он)  отец

и  мать  -  военные  хирурги.  Оба  на  Дальнем   Востоке  служат.  Там  и

старший  их  сын  службу  сейчас  проходит.   Не  смотря  на  молодость,

отличился  старший  брат  закадычного дружбана.  Танкист.  Герой. Орде-

ноносец.  Воевал  на  Халхин-Голе  под  командованием  самого Жукова,

тогда  еще  комкора.  А  это  вам  не  фунт  изюму. 

        А  вот  у  друга  Никиты,  как  и  него  самого,  нет  еще  никаких  наг-

рад.  А  в  прочем,  как  оба  считают,  все  еще  впереди.  Конечно  же ,

впереди…   А  друг  Никиты  отмечен  командованием  округа  за  отлич-

ную  службу  именными  часами.  Это  не  медаль и  не  орден,  но  все-

равно  многое  значит  в  карьере  молодого   командира-пограничника.

         … Получая  письма  от  родных  из  дальнего  далека,  он  делился  с

Никитой  тревожными  новостями. 

          -  Там  знаешь  как  на  границе?  - заговорщески   сообщал  Никите

молодой  политрук  заставы -  Японцы.  Самураи.  Провокация  за  прово-

кацией.  Не  спокойно. 

          Да  и  так  было  понятно  -  тревожно…   То  КВЖД,  то  Халхин-Гол,

то  озеро  Хасан.  Не  сладко  и  беспокойно  там,  на  дальневосточной

границе.  Того  и  жди  -  отчебучат  какую-нибудь  пакость  самураи,  это

для  них  раз  плюнуть.   

         Затаились  пока…    Выжидают  сволочи. 

         И  еще  знал  Никита:  кое  кто  из  многочисленных  двоюродных

братьев    молодого  командира-пограничника  сейчас  несет  службу на

Дальнем  Востоке.  А  там  служба  особого  рода  -  форпост  их любимой

большой  страны.       

                  Да  и  к  слову  сказать,  все  двоюродные  братья  его  рыжеволо-

сого  дружбана – все  до  одного!  -  военные,  красные  командиры. Кто

летчик,  кто  танкист,  кто  сапер,  а  кто  и  простой  пехотинец.  Так  что

деду  с  бабкой  в  деревне  под  Вязьмой  есть  чему  гордиться.

         … А  что  касается  тревожных  новостей,  то  им  к  такому  обороту

не  привыкать.  Сами  живут  как  на  вулкане:  что  ни  день,  то  наруше-

ние  границы,  а  то  и  несколько  нарушений  за  день.  Особенно  воз-

душной.  Совсем  обнаглели  немцы!  Дать  бы  им  по  зубам,  как  следу-

ет,  враз  бы  всю  охоту  отбило.  Но  нет,  нельзя  им  по  мусалам  врезать.

Приказ  наистрожайший  с  самого  верху:  проявить  железную  выдерж-

ку,   не  поддаваться  ни  на  какие  провокации.  Ни  на  какие!

           Тошно  было  смотреть  на  обнаглевшие  рожи  экипажей  самоле-

тов   люфтваффе,  когда  они,  безнаказанно  перелетев  границу,  сади-

лись  в  чистом  поле.   Развязанно и  нагло  заявляли  при  задержании

пограничному  наряду   каждый  раз  одно  и  тоже  -  потеряли  ориен-

тиры.  Вынужденная  посадка.

           Только  слишком  часто  за  последнее время  было  этих « вынуж-

денных  посадок»  при   «  потере  ориентиров». 

           Ясное  дело:  немцы  готовились  к  нападению,  искали  и  прове-

ряли   места  посадок  своих  транспортных  самолетов  и,  уже  не  скры-

ваясь,  вели  воздушную  разведку  на  нашей  территории,  за  одно  про-

веряя  бдительность  и  оперативность  пограничников. 

          Тревожное  время  наступило.  Как  оно  там  завтра  сложится? Как?

Никто  не  знал…   Но  точно  знали  одно:  война  будет.  И  не  за  горами.

Все  шло  к  этому.   Вот  и  перебежчики  с  того  берега   Буга  докладыва-

ли    неутешительное:  немцы  скоро  нападут.  Изготовились.

          Но  снова,  как  ушат  ледяной  воды,  рык  грозного  приказа  с  само-

го  верху:   огня  не  открывать  ни  при  каких  обстоятельствах!  Возмож-

ны  провокации.

          И  стиснув  зубы,  терпели,  терпели,  терпели…

          И  каждый   раз,   как   камнепад  в   горах,   неумолимая   команда

«Застава –аа,  в  ружье!»  взрывала  и  без  того  хрупкую  тишину.  И  нер-

вы  у  каждого  -  как  натянутая  тетива:   Вот  оно…  Неужели  началось?!

Нет,  пока  еще  не  началось,  слава  Богу.  Пока  еще  только  очередная

тщательно  спланированная  провокация  с  того  берега  Буга.  Пока  еще

они,  гады,  в  игрища  свои  паскудные  играют  не  наиграются.  Забавля-

ются.          

        Но  верили и  знали:  случись  что  -  за  ними  огромная  родная

страна  и  несокрушимая  Красная  Армия.  А  они-то  уж  точно  в  оби-

ду  никого  не  дадут.  Никогда.  Они –то  уж  точно  врежут  обнаглев-

шим  гадам  по  пятое  число.  Врежут  так,  что  мало  не  покажется.

        «Мы  мирные  люди, но  наш  бронепоезд…».

         Вспомнилось,  как  дед,  когда  заполыхала  гражданская  война

в  Испании,  любил  частенько  повторять  слова  из  популярной  песни

тех  лет:  «…но  наш  бронепоезд  стоит  на  запасном  пути».  Те  годы

были  особенными  для  всей  страны.  На  примере  республиканской

Испании  они  узнали  подлинное  лицо  фашизма.  И  варварски  разру-

шенная  бесконечными  бомбардировками  люфтваффе  Герника   стала

для  всех  них  символом  несокрушимой  стойкости  духа  и  решитель-

ной  борьбы  против  наползания  на  Европу  -  да  что  там  на  Европу-

-  на  весь  мир – коричневой  чумы.  Заразы  не  было  страшнее…

              Никита  помнит  как,  на  школьных  собраниях  вскидывал  руку

в  знаменитом  приветствии тех  лет,  сжав  крепенький  непогодам  кула-

чок.  «Но    посаран!»  -  «Они  не  пройдут!»

           Вот-вот,  именно,  враги  никогда  не  пройдут  через  наши  границы.

Не бывать  такому!

           И  тут  -  посреди    непрерывного    сомна    тревог  и  волнений  - 

нежданнный  - негаданный  подарок.  Командировка  в  Москву!  Такое

и  присниться  не  могло…  Вот  сюрприз,  так  сюрприз. 

          … Никита  пообещал  своему  лучшему  другу,  что  при  первой  во-

зможности   побывает  у  его  деда  с  бабкой  в  деревне  под  Вязьмой.

«Встретят  как  родного.  Вот  увидишь!  Это  для  них  настоящий  празд-

ник»  -   заверил  он  Никиту.   Впрочем  оно  и  понятно:  дорогой  гость

с  дальнего  пограничья.  В  этом  уверял  его  при  расставаньи  и  сержант

Сычев. 

            На  том  и  расстались…

            А  теперь  в  путь-дорогу.  Впереди  ждала  Москва. 

            А  долгие  проводы  никчему.   Долгие  проводы  –  большие  хло-

поты.

* * *

 

                                                                           Совершенно  секретно.

                                                                                Только  для служебного  пользования

                                                                                Начальникам Политотделов Погран

                                                                               округов, Флотилий   погранвойск

                                                                               НКВД  СССР.

                                                                                      Срочно!

 

Указание      

                                                   Главного  Политуправления Погранвойск

                                                                НКВД  СССР

 

           В  газете «Красная  Звезда»  от  «…»  марта  с.г.  была  опубликована боль-

шая  статья  «Равнение  на  братьев  Сычевых»  (на  одной  из  фотографий, при-

лагаемых  к  статье,  отображен  момент  вручения  орденов  в  Кремле  Все-

союзным  старостой  М.И.Калининым  двум  старшим  братьям  Сычевым), где

говорилось  о  пяти  братьях  Сычевых  беззаветно  служащих  своей  Социалис-

тической  Отчизне. 

        Трое  старших  братьев – командиры  Красной  Армии,  участники  боев  с

Финляндией,  орденоносцы.  Они,  как  члены  ВКП (б),  являются  во  всем  дос-

тойным  примером  для  своих  младших  братьев,  воспитанников  нашего слав-

ного  Ленинского  Комсомола,  проходящих  службу  на  N– ской  заставе  Особо-

го  Западного  Погранокруга.  Оба  брата – отличники  боевой  и  политической

подготовки  ( один  из  них  сержант,  командир  отделения) , бдительно и зор-

ко  охраняют  Западные  рубежи  нашей  Советской  Родины.

        Чуть  ранее  в  «Красной  Звезде»  рассказывалось  и  об  отличной  ратной

службе  и  передовом  опыте  младшего  командира  той  же  заставы  Никиты

Большакова. 

        Окончив  с  отличием  курсы  младших  лейтенантов,  он  остался  на  своей

родной  заставе,  куда  прибыл  служить  еще  два  года  назад  по  Комсомольс-

кому  призыву  вместе  со  своей  розыскной  собакой  Ледой.

       Младший  лейтенант  Большаков  неоднократно  поощрялся  командова-

нием  отряда  и  Округа  за  безупречную  службу  и  высокие  показатели  в  бо-

евой  и  политической  подготовке.  Имеет  на   своем  счету  задержание  нару-

шителей  Государственной  границы.   Он  по-праву  является,  как  и  было

отмечено  в  «Красной  Звезде»,  достойным  продолжателем  дела  своего

старшего  товарища,  героя-пограничника,  Никиты Карацупы и его  верного

Ингуса.

         Руководствуясь  вышеизложенным,  Главное  Политуправление  Погран-

войск   НКВД  СССР настоятельно  рекомендует  внедрять  по  всем  заставам,

отрядам,  авиаэскадрилиям,  кораблям,   и   воинским  частям  Погранвойск

НКВД  СССР  передовой  опыт  службы   и  воспитания  морально-волевых ка-

честв  воина-пограничника,  каковыми  являются  защитники западной  грани-

цы  Н-ской  заставы.

           «Опыту  погрпничников  братьев  Сычевых  и  Никиты  Большакова  - до-

Стойное  продолжение  в  наших  рядах», «Равняемся  на  лучших!»,  «Так  дол-

жен  служить  своей  Родине  каждый  воин- пограничник!»   «На  суше  в  возду-

хе  и  на  море,  на  севре  и  на  юге,   на   востоке   и  на   западе  служим,  как

братья  Сычевы  и  младший  лейтенант  Большаков»,  -  вот  предлагаемая

тема  комсомольских  собраний,  которые  необходимо  провести  во  всех  ко-

мсомольских   организациях   Пограничных  округов  и   флотилий  в  течение 

двух  недель  со  дня  получения  данного  Указания ( Ответственные – началь-

ники  политотделов  Погранокругов  и  флотилий).  Об  исполнении  доложить

мне  лично  к  1  мая  с.г.

            Кроме  того,  Отделу  пропаганды  и  агитации  Политуправления  Пог-

ранвойск  в  течение  двух  недель  выпустить  тиражом  …  тысяч  экземпля-

ров  плакаты  с  фотографическим  изображением  пограничников  братьев

Сычевых  и  младшего  лейтенанта Большакова  со  своей  служебной  собакой

на  фоне    лучших  воинов-пограничников  Н-ской  заставы.  На  данном  худо-

жественном  плакате  должна  быть  яркая  броская  надпись:  «Так  должен

служить  каждый  воин-пограничник.  Равнение  на  младшего  лейтенанта

Большакова  и  братьев  Сычевых!»

           Все  плакаты  размещаются  по  указанию  Политотделов  округов,  фло-

тилий  на  стендах   в Ленинских  комнатах,  красных  уголках,  клубах,  библи-

отеках,  общежитиях  младшего  командного  состава  и  в  других  специально

предусмотренных  для  этого  местах  (Ответственные -  начальники Полит-

отделов  Погранокругов  и  Флотилий  -  отделения  пропаганды  и  агитации

этих  округов  и  флотилий). Об  исполнении доложить  мне  лично  к 1 Мая с.г.

            На  основании  данного  Указания  и  служебных  аттестаций  командо-

вания    Западного Оособого  Погранокруга  выйти  с  ходатайством  лично  к

Народному  Комиссару  внутренних  дел  СССР  тов.  Л.П.Берии  о  досрочном

присвоении   очередных  воинских  званий  (  в  качестве  поощрения)  всем  млад-

шим  командирам  на  указанной  Н-ской  заставе.        

                                                                                

                                                               Начальник Главного  Политуправления Погранвойск

                                                               НКВД  СССР, 

                                                               Генерал-майор …………………………………………….

                                                                «…..»  марта  1941 г. (Примечание)

 

Примечание:   На  указанный  момент  времени,  конечно  же,  это  было  звание

                            Армейского  комиссара  3-го  ранга  не  ниже.  Но  я  умышленно  по-

                           догнал  это  звание  под  более  современное ( начиная  с 1943 г.), дабы

                          было  более  понятно  современному  читателю.      

 

Глава  4.    В    Москву!....

 

             Получая  довольствие  на  Леду,  Большаков  был  срочно  вызван

посыльным  в  штаб  отряда. 

           - Телефонограмма  из  штаба  округа  -  объявил  ему  дежурный –

Довольствие  получить  на  двух  собак.    Вторую  собаку  разрешается

выбрать  по-своему  усмотрению.  Любую…   

           Так  и  оказался  Бурьян  в  их  компании  в  отдельном  купе  СВ.

           В нескольких  таких  вагонах,  по  отдельным  купе  размещались

такие  же  младшие  командиры,    как  и  Никита,  со  своими  четверо-

ногими  питомцами.   У  некоторых  было  по  три  и  даже  по  четыре

собаки.  Вот  это  путешествие! 

          Здорово,  конечно,  что  чья-то  разумная  голова  в  высоких штабах

предусмотрела  такой  вариант,    разведя  каждого  проводника  служеб-

ных  собак   по  отдельным  купе  во  избежание  собачьих  свар  и  стычек.

Шутка  ли,  когда  столько  собак  собрано  под  одной   крышей,   будь 

они  хоть  трижды  вышколенные  служебные  псы.  У  каждого  свой  ха-

рактер  и  норов.  Но  все  обошлось.  Ехали  до  Москвы  с  шиком.  На

станциях,  если  позволяло  время  стоянок,  выгуливая  собак,  они  слы-

шали  удивленный  обывательский  шепот:    «наверное  в  Москву……

на  Первомайский  Парад….    Надо  же….»

             Конечно  же,  такое  небывалое  обилие  собак  и  людей  в  погра-

ничных  фуражках  могло  насторожить  и  удивить  каждого.   Но  по

инструкции  им  сторого-настрого  запрещалось  вступать  в  какие-либо

разговоры  с  посторонними.  Категорически!    И  только  военные  комен-

данты  на  больших  станциях   были  оповещены  о  конечной  цели  пое-

здки.

              О н и    и  сами,    как  выяснилось  в  беседах  между  собой   за 

двое  суток  поездки,  толком  ничего  не  знали.   Строились  лишь  раз-

ные  предположения,  но  не  более.   Сошлись  на  самом  вероятном –

-  все  же  их  будут  готовить   к  Первомайскому   Параду   на  Красной  

Плошади.   Отсюда  и  такая  секретность.   Еще  бы!   На  трибуне  Мав-

золея  будет  все  правительство.   Поэтому  и  строжайший  наказ   еще

на  местах  перед  отправкой:   «никому,  ни    о  чем  ни  при    каких

обстоятельствах…    Усвоили,  товарищи  лейтенанты?   Особо  секретное

мероприятие.  За  разглашение  -  военный  трибунал….»   Только  вот

что  разглашать  они  и  сами  ничего  не  знали. 

          Ведали  бы  они,  покуривая  между  делом  в  тамбуре,  что  в  это

самое  время    со  всех  погранокругов  огромной  страны  в  спешном

порядке   и  в  основном  на  транспортных  самолотах  перебрасываются

такие  же  сборные  команды  со  служебными  собаками.  Что  всем  им

предстоит  собраться  вместе  в  час  «Ч»    на  одной  из  секретных  баз

НКВД   в  ближайшем  Подмосковье.   И  уж  точно  никто  из  них  не  знал

и  даже  не  догадывался,   что  за  спешность  такая,  а  тем  паче,  для

чего  и  зачем  такое  количество  проводников  и  служебных , велико-

лепно   вышколенных   пограничных  псов? 

           Тук –тук- тук     стучали  на  стыках  рельсов  колеса  вагонов.  Тук-

-тук-тук  -  в  унисон  им   бились   десятки  молодых  сердец.  Эх, здоро-

во!    Повезло  же  им  -  в  Москву  на  Парад!  Будет  потом,  что  ребятам

рассказать  на  родной  заставе.   Повезет  -  и  самого  Сталина  увидят

на  Мавзолее.   Ух,   ты-ы-ы!     

            Вот  бы  ребят  сейчас  сюда….   Мечты,  мечты !   Скучает  он  по  ним,  а  только  день  прошел.   Как  там  балагур  и  весельчак  белозу-

бый  Гиви  и  его  закадычный  дружок,  хохол  Богдан  Костюченко,  рас-

судительный  не  по  годам?   А  как  красиво  и  задушевно  поет  армян-

ские  песни  всеобщий  любимец   Вазген  Карапетян!   Такого  покладис-

того  расторопного   и  неунывающего  парня  днем  с  огнем  не  найти.

Эх,  ребятки,  ребятки….

           Интересно,  вспоминает  ли  о  нем    его  лучший  товарищ  Ванька

Колесников?    Хотя  забот  и  хлопот  у  него  -  хоть  отбавляй.   Были  они

одногодки,   а  вот  Ванька,  не  смотря  на  свою  молодость,   уже  замес-

титель  командира  заставы  по  политической  части.  Веселый,  улыбчи-

вый,  симпатичный.    Эдакий  крепышок.   Песни   под   гитару   поет – за-

слушаешся.    От  таких  парней  -  девушки  без  ума.   Есть  и  еще  одно

существенное  обстоятельство,    что  в  делах  сердечных  ему  повезет

больше  остальных.    Подтверждение  тому  -  ярко - рыжий ,  с  золотым

отливом,  ежик    Ванькиных  волос.     За  что  и  был  прозван  Золотым. 

Но  Иван  Иваныч   за  свое  прозвище  не  обижался  и  даже  немного го-

рдился  им.    Как  же:   такая  красота  ему  досталась!  Ведь  недаром  в

народе  говорят  -  рыжие  счастливчики. 

           Только  есть  тут  одна  заковыка…   Кореш  его  лучший,  впрочем,

как  и  он  сам  …  еще  никем  и  не  целованный.   Парни  бравые,  а вот

получается  такой  расклад.   Не  до того  им  было ,  когда  рвались  слу-

жить  на  границу,  а  сейчас  уж  и  подавно  не  до  девчат.  Пусть  они

на  них  не  обижаются.   После  все….    Успеется,  одним  словом…..

Служба  на  границе  -  превыше  всего. 

           Тук-тук-тук  -  по-прежнему   весело  стучали  колеса  и  паровоз

гудел  призывно  -  В  Москву,  в  Москву - у-у!   А  на  душе  было  свет-

ло  и  радостно  -  петь  хотелось.   И  любимчики  его,  Леда  и  Бурьян,

рядом  с  ним.   Здорово! 

           И  спутники  его,  практически  все  его  ровесники,  сияли  от радо-

сти.    Еще  бы,  им,  младшим  офицерам,  командование  такой  праз-

дник   устроило!     Понятное  дело,  заслужили,   лучшие  из  лучших,

но  где  граница  и  где  Москва?   Когда  еще  в  жизни  выпадет  такое?

Будет,  будет,  что  ребятам  потом  на   заставах  рассказать. 

          А  до  страшной  безжалостной  июньской  ночи,  самой  короткой

в  году,  расколовшей  навсегда  их  привычный  мир  на  «до»  и  «после»

оставалось    меньше  двух  месяцев.

          Эх  лейтенанты,  лейтенанты!   Знали  бы,  какая  судьба  вам  угото-

вана.   

***

                                                                                                     Совершенно  секретно.

                                                                                                         Срочно!

                                                                                                         Только для  ознакомления

                                                                                                         указанным  лицам.

 

Приказ    №……     

                                                                 по  НКВД  СССР

 

1.       …. командующим  погранокругов  СССР  в 3-х  дневный  срок  командировать в

Москву,  в/ч №….   (секретный  учебный  центр)  кинологов-проводников  пог-

ранвойск,   из  числа  наиблее  подготовленных  и  имеющих  задержание  нару-

шителей  госграницы,  до ….десяти  человек  от  каждого  округа. 

 

2.          Всем  вышеуказанным  военнослужащим  прибыть  к  месту  общего  сбора

со  служебно-розыскными  собаками  ( от  2-х  до  4-х  собак  на  каждого  чело-

                                                                                                                                                 

века)    н е   п о з д н е е     «…»  апреля  с.г

3.           Из  западных  погранокругов   в/служащие  прибывают  на  поездах  дальне-

го  следования  (  без  пересадок)  с  использованием  проездных  литера «А-люкс»

( по  разряду  высшего  командного  состава  НКВД,  в  отдельных  купе  СВ )

вместе  с  собаками.

4.          Из  округов,  находящихся  за  Уралом  и  далее,  обеспечить  прибытие  выше-

указанных  команд  на  транспортных  самолетах.

    О  чем  командующему  транспортной  авиации ВВС  НКО  СССР  отдано  соот-

ветствующее    распоряжение.

5.          Цель  командировки  со  служебно-розыскными  собаками  не  объясняется. В

пути  следования  контакт  с  любыми  посторонними  лицами,  в т.ч.  и  воен-

нослужащими  других  родов  войск  строго  запрещается.

6.          По  прибытии  в  учебный  центр  обеспечить   повышенную  секретность.

Контакты  с  родственниками  и  иными  лицами  на  все  время  пребывания

в  означенном  месте    -  запретить,  впредь  до  особого  распоряжения.

7.          У  всех  лиц   о т о б р а т ь    подписку  о  неразглашении  Государственной

тайны    соответствующего  образца.

   Одновременно  разъяснить  им  всю  важность  и  секретность  предстоящей

спецподготовки,   за  малейшее  разглашение  которой  они  будут  немедленно

привлечены  к  суду  военного  трибунала.

8.          Проезд  в/служащих  погранвойск,  а  также  обеспечение  их  суточным  до-

вольствием  ( трехразовым  горячим  питанием)   и  дневного  рациона  слу-

жебных  собак    возложить  на  начальника  тыла  НКВД  СССР,  комиссара Гос-

безопасности  3-го  ранга  тов.  ……  .    

9.          Контроль  и  проведение  всех  перечисленных  мероприятий   осуществлять

непосредственно  Первому  зам.наркома  НКВД  СССР,  комиссару  Госбезопас-

ности  1-го  ранга  тов.  …… 

10.      О  ходе  исполнения  настоящего  Приказа  докладывать  лично  каждые шесть

часов  ежедневно.

 

                                                                          Нарком  НКВД СССР,

                                                                          Генеральный комиссар Госбезопасности

                                                                                                                    Л.П.Берия

 

                                                                         Москва,  «…»  апреля  1941 г.

 

Глава  5.  Уже  шла  война…

 

        - В  бою  сам   не  за  понюх  табаку  погибнешь  и  собаку  погу-

бишь  -  веско  замечал  майор   -   Поэтому   прошу    еще  и  еще

раз  усвоить,  товарищи  младшие  командиры,  что  первая  запо-

ведь  в  нашем  деле  -  не  ошибаться  ни  на  йоту.   Собаки  наши

-  безотказное  оружие.   Они  минеры-подрывники.  И  лелеять и

холить   их  до*лжно,   как  детей.  Ясно?  

            Он   так  и  сказал  «до*лжно».

            -  Так  точно,  ясно!    -  дружно  отвечал  ему  строй  погранич-

ников.    Впрочем,  уже  не  пограничников.  Таковыми  они  остались   в  прошлом.   А  теперь  они  все,  -  офицеры-проводники

служебных  собак  спецподразделения  НКВД  СССР.   Звучало  гроз-

но  и  внушительно,  как  впрочем  и  дело,  которое  им  предстояло

выполнять  в  ближайшее  время.  А  оно  было  уже  не  за  горами…

            А  пока  напряженнейшие  занятия  и  зачастую  еще  и  ночью.

Итак  все  дни  напролет.   День  за  днем,  месяц  за  месяцем. Тя-

жело?     Кто  бы  спорил,  конечно  же,  тяжело.    Дело  новое,  до-

селе  еще  не  опробованное  на  практике.   Многое  приходилось

начинать  буквально    с  нуля.    И  главное,  времени  на  раскачку

не  было.   Спорили ,  докапывались  до  истины,    «как»  и  «что»  

лучше,   какая  методика  практичней  и  доступней.  

            Споры  у  них  допускались.   В  пределах  разумного,  конечно.

Ведь  все  ребята  в  их  отряде,  командиром  которого  был  майор

Ковалев,   инструкторы-кинологи.   И  за  плечами  у  каждого  нес-

колько  лет  службы  на  границе.     А  это  вам  не  фунт  изюму.

Здесь  и  перестрелки  и  погони,  и  задержание  вооруженных  на-

рушителей,  -  да  мало  ли  чего  еще  бывало,  все  разве  упомнить…    В  споре,  известное  дело,  рождается  истина.  Поэтому,  майор  Ковалев,  проводя  занятия  в  учебном  классе,  вырабатывал вместе  с ними  продуманную  до  мелочей    тактику  действия:    инструктор  и  собака-подрывник.  Но  на  полигоне  последнее  слово  всегда  было  за  ним.   Здесь  уже  не  допускалось  никаких  возражений.   Ни-ни…   

         И  все  в  отряде  знали,  да  и  не  только  в  отряде,  пожалуй,

во  всем  учебном  центре,  его  любимую  присказку:  «Да  у  меня

сам  Ингус   с  руки  ел….».  

         До  Москвы  майор  служил  на  дальневосточной  границе. Так

что  мог  и  знать    знаменитого  Никиту  Карацупу  и  его  верного

Ингуса.   Все  могло  быть.   Одно  лишь  совершенно  точно.  Кино-

логом  он  был  великолепным,  с  большой  буквы  и  командиром

тоже.    И  сам  он  был,  несмотря  на  солидную  разницу  в  возрасте

с  подчиненными,   первым  во  всем:   и  в  стрельбе,  и  на  полосе

препятствий,   и  в  спецподготовке.   И  в  кроссе  шел  с  лейтенанта-

ми  на  равных.     Последнее    особенно    вызывало  восхищение  с

учетом  его  комплекции:  не  сухощавый  легкоатлет,  а  с  мощной

кряжистой  фигурой  борца.

           Все  это  многократно  множилось  на  уважение  и  веру  к  та-

кому  человеку.    Знали  -  с  таким  командиром  не  пропадешь. С

ним  хоть  сейчас  в  бой.  

           …  А  уж  если  что-то  было  не  так  на  практических  занятиях-

- полигон  стал  им  домом  родным  за  все  эти  месяцы -  Ковалев,

не  церемонясь ,  использовал  свой  главный  аргумент: 

            -  Не  потерплю  и  намека  на  отклонение  от  норматива. То-

лько  так  а  не  иначе.     Я  за  ваши  жизни  в  ответе.  На  войне  все

будет  зависеть  от  вашей  выучки,   доведенной  до  автоматизма.

Усеките  это  раз  и  навсегда.   

            И  они  «усекали».     Усекали  на  все  сто  процентов.  И  вновь

и  вновь,  обливаясь  горячим  потом,   перепачканные  с  головы  до

ног  грязью   -  но  впрямь   и  черти  из  преисподней,  ей  богу - с неукротимым  рвением  осваивали  доселе   неведанную  науку  по-

беждать…     Казалось  бы,  что  тут  такого  хитрого  -  тактика  ближ-

него  боя  с  применением  собак-минеров?   На  полигоне,  в  чистом

поле,  все  было  гораздо  сложней  и  неприглядней.  А  на  войне

все  будет  для  них  непредсказуемо  жестоко и  смертельно опасно.    О  последнем  они  могли  лишь  догадываться,    как  и  об

истинном  лице  жуткого  молоха  войны.

          А  он  уже  показал  им  свой  лютый  звериный  оскал…

          Однажды, едва  забрезжил  жиденький  осенний  рассвет,  они,

прибыв  на  полигон,  своим  глазам  не  поверили.  Вот  тебе  и  раз,

дела  -  аа!....   

            Их  ждали  не  макеты,  пусть  даже  искусно  сработанные

под  боевые  машины  с  крестами  на  башнях,    а  настоящие фри-

цевские  танки.  Е-мое,  откуда  же  их  взяли?   «Откуда,  откуда» -

-   пронесся  шепоток  по  строю  -  «Оттуда»,  конечно….  Из  под

Ельни.    Один,    гляди-ко,    совсем   целехонький.  Те,  два  явно

подбиты  были,  а  этот,  как  новый.   У –уу,  вражи*на».  

             На  этот  раз  были  собраны  все  отряды  воедино   и  пред-

стояло  им  увидеть….

             На  позицию,   в  траншею  выдвинулось  три  инструктора  с

собаками.   Майор  Ковалев,  проводивший  общее  занятие,  объ-

явил   громогласно:

              -  Боекомплект  применяется  настоящий. 

              -  Как  настоящий?  -  ахнул  невольно  строй.  -  Как  так…..

Ведь  собаки  же? ….   

              -  Отставить  разговоры!  Боекомплект  настоящий… Все, как

на  войне,   товарищи  младшие  офицеры.  -  и  отдал  команду  - 

- приступить!  

               И  под  грохочащюу  какофонию  имитационных  взрывов

три  собаки  по  очереди  пошли  на  цели.  Один  взрыв, с  интерва-

лом  другой,   еще  один…   И  черная  жирная  гарь  заполыхавших

вражеских  танков.   Все  было  кончено  в  считанные  секунды.

Это    было    неправдоподобно    страшно  и  жутко.    Невыносимо

страшно  и  жутко.   Как  на  войне….

              А  война  уже  шла,  катила  свой  гигантский  огненный  вал

все  дальше  и  дальше  на  Восток.   Все  они  с  жадностью  слушали

скупые  неутешительное  сводки  информбюро.   Неужели  все  так

ужасно?!....    даже  и  предстваить  себе  такое  в  самом  кошмарном  сне  было  невозможно.   Вот  как  оно  получается.

             «Сегодня  после  продолжительных  кровопролитных  боев

нашими  войсками …»   -  неушетильно  и  скорбно  вещал  левита-

новский  голос   из  черной  тарелки  репродуктора  -  «оставлен го-

род  ….,   город…,   город…».  

                 Города  и  веси,  города  и  веси  на  горькой,  объятой  гро-

мадными  пожарищами  русской  земле.  Сколько  же  сегодня  до-

сталось  врагу?  Сколько  же  сволочам  достанется  еще?    И  потери,

потери,  потери,  -  нет  им  конца  и  края.   Мм-мм!....  -  зубами

оставалось  лишь  скрипеть  от  досады  и  беспомощности.  -  Да

как  же  это  так?!  Почему?!   Почему?!....

***

 

                                                                     Сверхсекретно,

                                                                        Особой государственной важности

                                                                        «Срочно!»

 

Приказ  №

                                                              ГКО  СССР

 

           По  ходатайству  НКВД  СССР  и  в  целях  приближения  учебного  про-

цесса  максимально  к  боевым  условиям  в  специальных  учебных  центрах

НКВД (собаки   минеры-подрывники),   -

                                                           П р и к а з ы в а ю:

1.                   Предоставить  в  распоряжение  НКВД  СССР  необходимое  коли-

чество    трофейного  стрелкового  оружия,  в  том  числе  и  автомати-

ческого,   годного  для  стрельбы  (  без  задержек  при  стрельбе), а  так-

же  максимальное  количество  боеприпасов  к  нему. 

            Пополнять  по  первому  требованию  Наркомата  внутренних

дел  такие  учебные  центры  трофейным  оружием  и  боеприпасами к

нему.   ( Ответственные  за  исполнение  -  Маршал  Советсткого  Союза

К.Тимошенко  и  Нарком  НКВД  Л.Берия).

                       2.               Доставить  в  Спец. учебный  центр  НКВД  (  собаки  минеры-под-

                              рывники  ),  в/ч  №  ….   (совершенно  секретное),  из района  боев  под

                              Ельней  несколько  подбитых  немецких  танков,  практически  пригод-

                              ных  для  наглядного  учебного  процесса.  ( Ответственные  -  РККА: на-

                              чальник  тыла  РККА,   генерал-лейтенант  Хрулев    …..,  со  стороны

                              НКВД  -  лично  нарком  НКВД  Л.Берия).

                                        Наркому  НКПС   тов. Л. М.  Кагановичу  предоставить  необходимое

                             количество   железнодорожных    платформ     для  доставки  трофейной   

                             бронетехники  от  линии  фронта  к  месту  назначения.   

3.            Этим  же  приказом    из  РККА  в  распоряжение   НКВД  СССР  отко- 

мандировать     младших   командиров   с  использованием  в  качестве      

                                                                                                                     

преподавателей –инструкторов  по  огневой  подготовке  на  полигонах

Спец. учебных  центров    (собаки  минеры-подрывники)   в  количестве   

………………………    человек.  

          Направляются  только  отлично  зарекомендовавшие  себя на  фрон-

те  боевые  командиры,  вплоть  до  командиров  рот  и  батальонов

(вне  зависимости  от  рода  войск),      в  совершенстве    владеющие  и 

стреляющие  из  любого  вида  стрелкового,  в  том  числе  и  трофейного,

оружия.

              4.           При  отборе  кандидатов  необходимо   обращать    также    особое

            внимание   на   их   морально-волевые  и  политико-воспитательные     ка-

            чества  и  способности. 

                      Отбор  и  направление  в  Спец. учебные  центры  НКВД  СССР  провес-

           ти    в  недельный  срок.

                      Ответственными  назначаются:  от  РККА  -  лично  Маршал Советс-

           кого  Союза   К.К.  Тимошенко,   от  НКВД  -   начальники  Особых  отделов

           (управлений)  фронтов  и  армий. 

                    Рекомендация  последних  при  отборе  кандидатов  в  преподавате-

           ли-инструкторы   по  огневой  подготовке  о б я з а т е л ь н а.

           5.           Откомандированные  поступают  в  распоряжение  НКВД  (Спец.учеб-

                     ные  центры) на  срок,  необходимый  для  обучения  и  совершенствование

                   в  стрельбе  военнослужащих  этих  центров  и  могут  использоваться в

                   дальнейшем  по  службе  с  учетом  интересов  и  задач,  стоящих  перед

                   спецподразделениями  НКВД.  (*примечание)

     6.           Этим  же  Приказом,  по  ходатайству  НКВД  СССР,  всем  откоманди-

     рованным  военнослужащим  РККА     через  два  месяца  безупречной  слу-

    жбы  будет  присвоено  внеочередное  воинское  звание.

 

                                                                                              Председатель    ГКО  СССР

                                                                                                                           И.   Сталин

                                                                                              Москва, Кремль,

                                                                                             «___»  августа  1941г.

 

        На  этот  документ  наложена  резолюция  Сталина:

Тов.  Тимошенко  К.К.

 

      Обратите   внимание   на   мл. командиров,  отлично   воевавших   под  

Ельней,  при  отборе  кандидатов  для  НКВД.

                                                                                                И.  Сталин 

 

            *(Примечание  к  стр. 38):    Надо  ли  говорить,  что  эти  супер-спецы

использовались   в  трагические  дни  лета  1942 г.,  чтобы  выбить  горных

стрелков  знаменитой  дивизии  «Эдельвейс»  с  горных  перевалов  большого

Кавказа,   когда   впервые   в   мире   применялись   ими  прицелы  и  приборы

ночного  видения,  разработанные  и  созданные  в  секретных  лабораториях

НКВД  СССР  по  личному  указанию  Л.П.  Берия.    (Автор).

 

***

     

                                                                                     Совершенно секретно

                                                                                     Срочно!

                                                                                     Начальнику  тыла НКВД  СССР,    

                                                                                     Комиссару  госбезопасности

                                                                                     2-го  ранга,  тов.____________

 

Выписка

                                                                 из  приказа  №____

                                                                   по  НКВД  СССР.

 

             Возлагаю  на  Вас  выполнение    Распоряжения  №______  ГКО   СССР

от  «____»  августа  1941г.  об  увеличении  ежедневной  нормы питания

офицерского  состава  и  повышения  рациона  кормления  служебных  со-

бак  (  минеры-подрывники)  в  специальном   учебном  центре  НКВД   СССР

(войсковая  часть  №____ ,  совершенно  секретная),    а    также  в   других   

Специальных  учебных  центрах  того  же    профиля.

            Об  исполнении   докладывать  ежедневно,  лично.

 

                                                                                        Заместитель     председателя

                                                                                        ГКО  СССР,  Народный  Комиссар

                                                                                       внутренних  дел,  Генеральный

                                                                                       Комиссар        Госбезопасности

                                                                                                                                  Л.  Берия

                                                                                      «___»  августа  1941 г.

                                                                                                                                  

***

                                                                                                                                                              Сверхсекретно,

                                                                                    Государственной  важности.

                                                                                    Молния!

 

 

Выписка  из

                                                               Распоряжения  №____

                                                                      ГКО  СССР

 

            По  личному  ходатайству  Народного  Комиссара  внутренних  дел

СССР,   Государственный  Комитет  Обороны  СССР  вынес  распоряжение:

           Увеличить  ежедневные  нормы  питания  личного  состава  в  Специ-

альном  учебном  центре    НКВД  СССР  (войсковая  часть №___,  совершенно

секретная).   Выдавать  сверх  установленной  нормы  на  одного  человека

(младший  командирский  состав),  ежедневно:

          -  молоко  сгущенное    ….     граммов  (1  банка),

         -  шоколад  -  100  граммов  ( 1  плитка),

         -  колбаса  сухого  копчения  -  200  граммов,

         -  папиросы  «Беломорканал»    -  одна  пачка,

         -  сыр  (твердых  сортов)  -  100  граммов.

      Кроме  того,   старшему  командирскому  составу (преподаватели, инст-

рукторы,  командиры  отрядов -  старшие  спецгрупп)  помимо  вышеуказан-

ного   выдавать  ежедневно  100 (сто)  граммов  армянского  коньяка  марки

«КВ».

      …  На  основании  данного  распоряжения  также  следует  увеличить еже-

дневный  рацион  кормления  служебных  собак  (собаки-минеры-подрывники)

в  этом   Спец. учебном  центре  в  порядке:

         -  мясо  в  2  раза

         - овощи  в  1.5  раза,

         -рыбий  жир  в  2  раза,

        - добавлять  сухофрукты  (изюм)   100  граммов.

       Увеличение   рациона    кормления   связано   со  сверхмаксимальными  на- 

грузками    при  ежедневном  обучении  и  использовании ( кроссы  по  пересе-

ченной  местности)   служебных  собак   и  по  наставлению (предложению)

кинологической  службы  НКВ.

О  выполнении  доложить  лично.

                                                                                     Председатель ГКО  СССР,

                                                                                                 И. Сталин

                                                                                     Москва

                                                                                     «____»  августа  1941г.

 

                На  этом  документе,  в  левом  верхнем  углу,  стоит  резолюция,

сделанная  Сталиным  красным  карандашом:

 

тов.  Берия  Л.П.  !

 

             Усиленные  нормы  питания  в/с  и  повышенный  рацион  кормления

служебных  собак  (минеры-подрывники)  моим  распоряжением  распростра-

няются  на  все  учеб.  центры  НКВД  СССР   по  данному  профилю.

 

                                                                                                     «_____»   августа  1941г.

                                                                                            

                                                                                          И.  Сталин

 

                            Глава  6.    Особая  миссия.

 

               ... Вообщем,  приуныли  они  от  безрадостных  сводок  Сов-

информбюро.   Скверное  настроение  после  трагического  вещания

Левитана, скверное.

              А  майор,  их  верный  наставник,  строгий  учитель  и  коман-

дир,    говорил  после  этих  скорбных  сообщений  с  какой-то  пота-

енной  теплотой  и  отеческой  грубоватостью;

          -  Чего  носы  повесили,  а-аа?  Отставить  тоску  и  уныние!      

Наше  дело  правое….   Да  и  где  наша  не  пропадала?   Мы  еще,

как  свернем  Гитлеру  его  поганую  шею,   поносим  свои  зеленые

фуражечки.     Обязательно  поносим.  А  пока  нам,  мужики,  надо

вкалывать  до  седьмого  пота.    Время  не  ждет.  Уже  скоро….

          И  после  таких  слов  они  «вкалывали»  на  полигоне,  как  ог-

лашенные.     Еще, еще  и  еще  раз  отрабатывая  все  до  ювелирной

точности – время  не  ждет.   Скоро  уже…  Скоро.

          Нелегко  было  не  только  им.   В  первую  очередь  достава-

лось  -  Будь  здоров!  -  четвероногим  питомцам,  их  главному  ору-

жию.    И  не    смотря  на  доп.  паек,   который  включили  в  рацион

четвероногих  подрывников,  потощали  они  изрядно.  Такая  была

у   них   нелегкая  собачья  доля.  А  что  им  предстояло,   особенно

после  увиденного   «воочию»,  -  врагу  не  пожелаешь.  «Оттуда» -

-  не  возвращаются….

         А  пока  бесконечные  кроссы,  полоса  препятствий  с  преодо-

лением   водных  преград ,  грохот  стрельбища  и   стремительный

выход – бросок  к  «цели»  с  поклажей  на  спине  и  такое  же  стре-

мительное  возвращение  к  обожаемому  хозяину.  Но  это  только

«пока»,   такое  возможно  только  сейчас.  И  пусть  эти  минуты  бу-

дут  для  них  вечностью.   Пока  вечностью…

          И  надо   ли    говорить,  что  они  относились   к  своим  питом-

цам,  как  к  детям.  Ни  больше,  ни  меньше.   И,  наверное,  если бы

относились  иначе  -  не  было  бы  таких  ошеломительных  резуль-

татов   в   связке   проводник-собака,  того  полного  взаимопонима-

ния,   порой  практически  без  слов.  Такое  бывает  только  от  боль-

шой  любви  к  четвероногому  другу,  от  огромного  взаимного  обо-

жания.  Так-то…

          Им  добавили  занятий – казалось,  куда  бы  еще  больше? – на

спец.  полигоне   и  на  стрельбище,  где  учили  стрелять  из  уже  по-

явившегося    арсенала    трофейного    оружия.    И  днем  и  ночью.  В  присутствии  собак  и  без  них.

        Учили  стрелять  из  разных  немыслимых  положений,  в  том

числе   и  движении ,   по-македонски  ( … в  движении,

при   динамичном  сближении  с   противником,  с  двух  рук.   Такая

стрельба  требует  колоссального  навыка).

.  И  кроссы,

кроссы,  кроссы.   Изнуряющие , по  полной  выкладке,  с  допол-

нительным  запасом   боекомплекта.  И  тут  же,  на  финише,  вновь

стрельба.    Какой  вид?   А  это   уже  как  инструктору  заблагорассу-

дится .  А   упражнения   раз   от   раза  были  сложнее  и  сложнее, 

изощренней.  И  мишеней,  которых  надо  было  положить   с  пер-

вого  выстрела  или  с  первой  очереди, - становилось  все  больше

и  больше.

       Поначалу  результаты  были  неутешительными.  Еще  бы!   Пот

градом,  глаза   застилает   пелена  усталости,   а  сердце  бухает

так,   что  готово  выскочить  из  груди  и  умчаться  к  этим  прокля-

тым   мишеням,    чтобы  разорвать  их  в  клочья.

      Но  дело,   как   известно,   мастера   боится.    И   если  стрелять 

день  и  ночь  подряд,   если  это  Самоцель,  то  результат  будет.

Придет  сам  собой.  И  они  стреляли:   сперва  не  ахти как,  а  через

месяц  интенсивной  подготовки  -  уже  как  Боги.   И  стреляли  из

всего,  что  у  них  было  под  рукой.  А  под  рукой  было  многое….

        И  трофейные  пулеметы  и  автоматы,   пистолеты  и  винтовки.

Чего  только  в этом  арсенале  не  было: горы  оружия.   Вообщем,

как  говорится,  стреляй  не  хочу.   И  стрелять  их  учили  первоклас-

ные   знатоки   своего  дела.  Таких  поискать  еще  надо. 

        Ну,  а  после  того,  как   они,   «испробовали»  настоящие  фри-

цевские  танки,   да  еще  « в живую» ,  такому  изобилию  трофей-

ного  оружия  удивляться  не  приходилось.  И    никто   из  них  не

знал   -  не  гадал  и  вряд   ли  уже   теперь  знает:  какой  ценой  и 

каким  количеством  пролитой  солдатской  крови  были  добыты

в  бою  эти  самые  танки.   Будь  они  трижды  неладны!  И  какими

правдами  и  неправдами   были  доставлены  на  полигон  учебного

центра.   Сколько  жизней  было  заплачено  за  то,  чтобы  вот  так

обыденно  прозвучала  команда  майора  Ковалева:

           - Выход  на  цель!  Приготовиться!   Впере-ее-д!  

           Ну  а  если  честно,  всем  им  по  душе  пришелся  немецкий

ручной  пулемет  МГ .   Вот  это  вещь!  Нам  бы  такой…

           После  изнурительного   дня  Никита,  как  и,  впрочем,  все  его

сослуживцы,  валился   с   ног.   Лишь  прозвучит  команад  «Отбой»,

он  падал  без  чувств  на  койку   и  спал  без  сновидений.   Спать!

Казалось  только  коснулся  щекой  подушки,  а  уже  звучит  коман-

да  «Подъем!».  Эх  елы-палы,  поспать  бы  еще  часок.   Несбыточ-

ная  мечта,  даже  в  воскресный  день.  Железный  распорядок  был

расписан   на  все  семь  дней  в  неделю  и  загодя  вперед.

         Домой  попасть – несбыточная  мечта. Хоть  и  до  Москвы не-

сколько  часов  езды,  но…    В  первый  день,  как  прибыли  в  столи-

цу,  их  прямо  с  вокзала,  погрузив  в  машины,  без  остановок  и

сюда  -  в  ближайшее   Подмосковье.   На  «базу».  Хотел  сделать

маме  сюрприз  -  не  получилось.  Нежданная  встреча  и  радость

нежданная,  только…   Еще  в  штабе  отряда  перед  отправкой  в

Москву  ему  строго-настрого  наказали:  никаких  телеграмм, ника-

ких  сообщений  домой.   В  Москву,  тем  более.

          - Ознакомтесь -  секретная  инструкция  и  распишитесь  о  не-

разглашении.    -  Голос  старшего  командира  сух  и  беспристрастен,

нетерпящий  намека  на  возражение.  -  Вам  все  ясно,  товарищ

лейтенант?

          - Так,  точно!

          Но  с  мамой  удалось  свидеться.   Помог  Ковалев,  добился  у

Начальства   для  Никиты  краткосрочного  однодневного  отпуска.

Было   это   в  начале  июня.   Теперь  все:   и  подавно  не  отпустят.

Какие  могут  быть  свидания  -  война…    Оно  и  понятно   -   дело

предстоит  чрезвычайной  важности.   И  название  им  дано  особое

-  спецотряды  НКВД  СССР.   А  это  -  не  фунт  изюму,  с  учетом  что

им     с у ж д е н о    выполнять.  На  них  возложена   задача  особой

важности.   Не  каждому  их  товарищу  по  заставе  была  доверена

такая  особая  миссия.  А  только  именно   им,  лучшим  из  лучших

представителей  погранвойск.  Так  то…

            И  потому  каждый  день  от  зари  до  зари  –  напряженные

занятия.    Иногда  на  пределе  человеческих  сил.   Потому  и  каж-

дый   новый   день   был   насыщенней   и   напряженней  предыду-

щего.   И  все  они  сознавали,  что  война  не  потерпит  малейшего

разгильдяйства  и  даже  слабенького,  ничтожного  недочета  в  их

подготовке.   «Фашист  -  вояка  матерый»  -  наставлял  их  один  из

инструкторов,  сам  в  недавнем  прошлом  боевой  командир,  окоп-

ник.    И  зло  добавлял,  чертыхаясь   –   «А  кто  со  мной  не  согла-

сен,     может   обращаться  в  особый  отдел…   Понятно   дело,  что 

внезапно.   Понятно  дело,  что  коварно.   Только  мы,  как  включи-

ли  «драп» ,  так  и  без   оглядки  на  полной  передаче   от    самой

границы   до  Москвы.   Потому  он  и  лупит  нас  и  в  хвост  и  в  гри-

ву,    что  злости  в  нас  никакой.   Чуть  что,  ноги  в  руки  и  бежать.

Так    и  до  Урала  можно  добежать.    А   на  войне  воевать  надо.

Воевать!  Чтоб не  тебя  фашист,  а  ты  его  в  хвост  и  в  гриву  ко-

лошматил.    Одна  беда:    нет  в   нас   этой  злости.  Да    и  стыда

нет,   пол  России  уже  просрали,   аники-воины». 

           А  ведь  прав  был  старлей-фронтовик.  И  по- сути  и  по-фор-

ме  -  все  верно  сказано.  Чего  уж  больше…

           Танкистом  был  старлей,   лиха  хлебнул   через  край  в  эти

самые   горькие  месяцы  сорок  первого .   Но  в  учебке  засижи-

ваться  не  хотел,  забрасывал  начальство   рапортами  -  отправьте

на  фронт  и  точка!  

           Да  и  других  бывалых  фронтовиков  послушаешь  -  ежик

волос  дыбом  встает.  Кошмар!  Не  так  прост  фашист.  Коварен и

силен.   Еще  как  силен!    Дерется  отчаянно,  нам  бы  так.  Э-ээ-х!...

           И  все  же,  какие  они,  фашисты,  на  самом  деле?  -  Этот  во-

прос  ежедневно    мучил  каждого  -  Неуж-то  такие  непобедимые?

Или….

            А  что  «или»?     Фашист  к  Москве  подбирается  все  ближе

и  ближе.    Чтоб  ему  пусто  было  сволочуге!   Не  дождешся  гади-на:    хрен  тебе  в  горло,   а  не  Москва.   Потому  и  настроение  на

всех  одно  -  на  фронт,  скорей  бы!   Только  туда,   чтобы  остано-

вить  лавину  стальных   полчищ,   пусть  даже  ценой  собственной

жизни.   Так  рассуждали  они  -  «пусть  даже  ценой  собственной

жизни»  -  потому,  что  по   сути  своей  были  еще   мальчишками,

хоть  и  младшими   командирами  погранвойск  в  недавнем  своем

прошлом.   ( … в  движении, при   динамичном  сближении  с   противником,  с  двух  рук.   Такая стрельба  требует  колоссального  навыка).

             И  все  же  час  объявления  отправки  на  фронт  был  для них

полной  неожиданностью…

                                                                                                                            Сверхсекретно

                                                                                                                            Срочно!

                                                                                                                            Экземпляр  единств.

 

Докладная  записка  №

                                   Народному  комиссару  Внутренних  дел,  Генеральному  Комиссару 

                                                                           Госбезопасности  

                                                                           Тов.  Л.П.  Берия.

 

                            В  соответствии  с  Приказом  №___   ГКО  СССР  докладываю:

 

1.               4 (четыре)  немецких  танка  в  относительно  годном  состоянии (один  из 

них  практически   пригоден   к  вождению)    доставлены   в   Специальный  учеб-

ный     центр  ( в/ч  №___,  совершенно  секретная)  и  находятся  в  н.  время  на 

его  полигоне.

2.               Туда  же  доставлено  переданное  от  РККА  трофейное  стрелковое  оружие

( без  задержек  при  стрельбе)   и  необходимое  количество  боеприпасов  к  нему.

        Такое  же  количество  трофейного  оружия  и  боеприпасов  к  нему  передано

в  специальные  учебные  центры   Уральского  и  Сибирского  округов  внутренних

войск  НКВД.

       Все  доставки  по  учебным  центрам  мною  лично  проконтролированы. (Спи-

сок  по  количеству  оружия  и  боеприпасов    прилагается  к  данной  докладной).

По  мере  поступления  от   РККА   трофейного   оружия  и    боеприпасов   к  нему  оно    будет  распределяться  по  вышеуказанным  учебным  центрам  в  соотве-

тствии   с  Вашим  указанием.

3.              Распоряжение  ГКО  СССР  и  Приказ  по  НКВД  СССР  относительно  повышения

продовольственного  довольствия   и  дополнительного  питания   военнослужа-

щих  этих  учебных  центров,  а  также  увеличения   ежедневного  рациона  корм-

ления  служебных  собак  выполняется  неукоснительно  и  лично  контролирует-

ся   дважды  в  сутки.

      В  отношении  служебных  собак  так  же  осуществляется  контроль  киноло-

гической    и  ветеринарной  Службой  НКВД  (  Справки  прилагаются).

4.            Согласно  Вашему  личному  Распоряжению   мною  в  срочном  порядке  прика-

зано    сократить  сроки  носки  специального   обмундирования  (  масхалаты  и

нижнее  утепленное   белье)  и  обуви  для  военнослужащих  этих  учебных  цент-

ров.

      Пришедшее   в  негодность  обмундирование  заменено  на  новое.    По  мере   износа   спецобмундирование  будет  заменяться  на  новое  по  первому  требо-

ванию.    То  же  самое  касается  и  обуви.

      Так  же  заменена  и  пришедшая  в  негодность  спец.  амуниция  для  служеб-

ных  собак  ( ошейники,  поводки,  шлейки,  подсумки  для  переноса  взрывчатых

веществ  и  т.п.).

      По  мере   износа  амуниция  для  собак  будет  заменяться  на  новую  по  пер-

вому   требованию.    

       …. По  всем  пунктам  настоящей  докладной  контроль  осуществляется

мною  лично  ежедневно,  не  реже  двух  раз.

 

                                                                                             Начальник  тыла   НКВД   СССР,

                                                                                            Комиссар  Госбезопасности       

                                                                                            2-го  ранга    ___________________

                                                                                                                                ФИО

                                                                                            «____» августа  1941г.

 

***

                                                                             Сверхсекретно

                                                                             Срочно!

                                                                             Экземпляр  единственный.

Докладная  записка  №

                                           Наркому   Внутренних  дел  СССР,

                                  Генеральному  Комиссару  Госбезопасности

                                                        тов.  Л.П.  Берия.

 

По  Вашему  личному  Распоряжению  проведена  проверка  служебных

                   собак  (минеры-подрывники)  в  специальных  учебных  центрах  НКВД  СССР

                   (№№____   войсковых  частей,  совершенно  секретных,  перечислены), условия

                   их  содержания,   вакцинация  и  т.п.

                               Нормы  кормления  повсеместно  соблюдаются  неукоснительно  в  соот-

                  ветствии  с  Распоряжением     ГКО  СССР     о    повышении рациона  кормления   

                  служебных  собак  в  перчисленных  учебных  центрах.

                              Ветпомощь  на  местах  оказывается  в  должной  мере.  Все  необходимые

                вакцины  (прививки)   и    лекарства   имеются  в  наличии  и  содержатся  в  долж-

                ном  состоянии.  

                             Повсеместно  ведутся  журналы  учета  прививок  по  каждой  собаке. Вся

               документация  по  учету  и  контролю   на  местах   ведется   в  соответствии  с

               предъявляемыми  требованиями  и  ведомственными  инструкциями  ветеренар-

              ной  службы  НКВД  СССР. 

                            Санитарно-гигиенические  нормы  соблюдаются.   Все  собаки,  независимо

               от  пола,    содержатся  в  отдельных  вольерах. 

                              Больных  собак  при  самом  тщательном  осмотре  не  выявлено.

                              Согласно  Вашему  Распоряжению,  все  щенные  суки  взяты  ветеринар-

              ной  службой   на  особый  контроль  и  выведены  (выбракованы) из  разряда  слу-

              жебных  (боевых)  собак.  Совместно  с  кинологической  службой  НКВД  эти  соба-

              ки  будут  в  дальнейшем  использоваться  для  племенной  работы.  

                              По  мере  необходимости  (по  заключению  ветеринарной  службы)  воз-

             можно  их  использование  по  назначению,    но  не  менее  чем  через  год  после ро-

             ждения    щенков.   

                              Поименный  (клички)  список  собак,  годных  для  прохождения  службы  и

            обучения,   по  каждому  учебному  центру  -  прилагается.

                             Поименный (клички)  список  собак ( щенные  суки),  выбракованных  из  раз-

           ряда  служебных (боевых),   с  использованием  их  в  дальнейшем  для  племенной  ра-

          боты,   по  каждому  учебному  центру  -  прилагается.

 

                                                                                            Начальник  ветеринарной  службы   

                                                                                           НКВД  СССР, техник-интендант 1-го ранга,

                                                                                           _________________________(Ф И О)

                                                                                          «___»  августа  1941г.                                                                                                                    

 

Глава  7.       Первый  трофей  и  «Очи  черные» в  древне

                                                Веселки.

 

     ….    Настроение  у  Шульца  за  последние  дни  хуже  некуда.

              Кошмар  какой-то.   Так  продолжаться  больше  не  может.  Иначе….

              Иначе  он  попросту  сойдет  с  ума.

                           И  причиной  тому  –  мерзопакостный  сон,  который  вцепился

              в  его  мозг  мертвой  хваткой.  Не  оторвешь…     Стоит  лишь  только  за-

              крыть  глаза  -  на  тебе!   Опять  эта  проклятая  чертовщина.  Вот  же

              дьявол!   Давно  этот  сон  преследует  его,     стелется  мрачной  тенью…

              В  последние  дни  особенно. 

                            Говорят  -  рыжим  везет.   Ага  -  держи  карман  шире! 

                            Вот  оберлейтенант,  что  прибыл  к  ним  после  гибели  ротного

              тоже  был  рыжим.  Даже  не  рыжий,  а  с  каким  то  золотистым  отли-

              вом    волосы  у  него.  Как  у  того  русского  пограничника  под  Брестом.

              И  что ?  Укокошили  его  русские    первой  же  атаке.  А  говорят,  что  ры-

              жим  больше  фортуна  улыбается.   Враки  все  это.              

                             Хоть  и  старался  он  выглядеть  прежним  Шульце-везунчиком,

             но  в  душе  у  самого  кошки  скребутся.   И  не   нашептывания  о русских

             собаках-смерниках,  хотя  парни  в  их  роте  утверждают,  что  это  настоя-

             щие  русские  волки,  и  не  первые  крепкие  морозы,   -  а  все  этот  прок-

             лятый  сон  действует  ему  на  нервы.   Вот  тебе  и  железный  незгибае-

             мый     Шульце-везунчик !    Был,  да  весь  сплыл.    А  может  он  просто

             подустал  как  все  за  последний   месяц ?    Может  нервы  подрасшата-

             лись ?    Нет.   Виной  всему  этот  проклятый  сон.  Сон,  сон,  сон….  Точ-

             нее  явь,  которая  произошла  с  ним   в   первые   часы   за   Бугом  и  те-

             перь  неотступно  преследует  своими  кошмарами.   Люто  преследует,

             зараза.   И  гложет,  гложет  и  гложет   в  коротких  горячечных  снах.

                            …  Он  перешагнул  безбоязненно  через  убитых  русских  погра-

             ничников,  заприметив    рыжеволосого  лейтенанта.  Точнее,  добротные

             часы  у  него  на  запястье.  Только  коснулся  его  руки,  расстегивая  ре-

              мешок,  как  он  застонал.  Жив !   Русский    открыл  глаза.   О,  майн  готт!

             Сколько  же  в  них  боли  и  тоски !   Но  еще  больше  в  них  было  нена-

             висти.    И  не  успел  Шульце  отпрянуть  от  него,  как  хрипя  прострелен-

             ной  грудью,   русский   лейтенант   плюнул   ему  в   лицо.   Вне  себя  от 

             ярости   Шульце  бил  и  бил  его  своими  кованными  сапожищами.   А

             подустав,   выстрелил  в  лицо  русскому  из  винтовки. 

                        И  поспешил  за  удаляющейся  цепью  батальона,  прихватив  свою

            первую  добычу.  Гордился  ею.   Еще  бы  -  такой  добычи  ни  у  кого  не

            было  в  их  роте !   Нет,  конечно  же,   часы  у  парней  были  и  по  неско-

            льку,  но  именно  таких  -  ни  у  кого.  

                        Потом  переводчик  из  полка  прочел  ему  гравировку  на  крышке

            часов:   « Лейтенанту   такому-то    -   Колесникофф,   кажется  ( эти  прок-

            лятые  славянские  фамилии,  язык  сломаешь ! )  -  за отличную  службу

            от  командования  округа».

                         Он  часто  показывал  свой  трофей  сослуживцам.    Не  хвастаясь,

            нет,  а  как  старый  закаленный  в  боях  воин   гордится  своей  заслужен-

            ной  наградой.   Как  железным  солдатским  крестом.  

                         «Старики»,  не  многие  из  тех  уцелевших,  кто  был  с  ним  там,

            под  Брестом,      молча  отворачивались  или  советовали  выбросить  ча-

            сы.  Почему ?   Плохая  примета,   Курт  -  веско  замечали  ему.  А  ну  вас

            в  задницу  -  отмахивался   Шульце  -  вам   вечно   не  угодишь.  Тьфу….

            А  ты  вспомни,   как  они  достались  тебе.   То-то  же….     Выброси  их  от

            греха  подальше.     Ага,  разогнался,  как  же  -  выброси.   Не  дождетесь.

                            Молодежь  из  пополнения,  цокая  языками,   восхищенно  гла-

            зела  на  трофей  фельдфебеля.  Ух,   ты –ыы !  Часы  русского лейтенанта

            « за  отличную  службу».   О-оо,  вот  это  настоящий  трофей.   Везет  же

            этому  Шульце…     Счастливчик,  надо  сказать,  этот  фельдфебель !  Бу-

            дет  что  показать  родственникам      на  фатерлянд   после  скорой  побе-

            ды.

                            Но  кто  бы  только  знал,  какие  кошмары  преследуют  его  по

            ночам…     

                            А  может  быть  действительно  выкинуть  эти  часы  и  дело  с кон-

            цом ?    Нет !  Назло  всем  сохраню  их,  а  то  подумают,  что  Курт  Шуль-

            це  и  вправду  испугался.    Еще  чего….  

                           Сглазили  его  трофей  завистники,  сглазили.   Напустили  порчу.

                           Стоит  лишь  ему  забыться  коротким  сном,  как  вновь  и  вновь

            впиваюся  в  него  горящие    ненавистью  голубые  глаза    русского   лей-

            тенанта-пограничника.     Бр-рр….    И  плевок  липкой  слюной  -  не  ото-

            драть,  ни  стереть  -   покрывает   его   лицо,   мешая  вздохнуть  полной

            грудью.    О  майн  готт !   Проклятье,   будет  ли  этому  конец  когда - ни-

            будь ? !  

                            А  сегодня  ему  еще  приснились  цыгане,  эти  недочеловеки, ко-

            торых  они  бросали  под  огненный  смерч.  Как  же  они  вопили  тогда,

            Господи !    Их  кожа  на  лице  мгновенно  трескалась  и  пузырилась  от

            колоссального  жара  струи  огнемета ,  и  оплывало  как  свеча,   и  сами

            они  тут  же  полыхали  факелами.   Горите  в  гиене  огненной ! 

                            …  Ну  и  нажрались  они  тогда   с  парнями  шнапса,     обмывая

           его  железный  крест  за  Смоленск.  Этот  древнеславянский  город,

           сплошь  в  пожарищах,   они  все-таки  отбили,  не  смотря  на  отчаянное

           сопротивление  русских. 

                        Smolensk    -   ворота  на  Москву.   Венец   всей  восточной  кампа-

           нии.   Командир  батальона  рассказывал,   что  поляки  хотели  посадить

           на  трон  Московии   самозваного  царя.   Русские,  эти  свиньи,  поверили

           в  своего  избавителя  и  распахнули  перед  ними  ворота  Кремля.  Ублюд-

           ки.   Правда,  было  это  совсем  давно,  еще  в  доблестные  рыцарские

           времена.   Но  вот  эти  самые  стены  Смоленска ,  как  ни  штурмовали

           поляки,  -  недоумки,  что  с  них  взять, -  так  и  не  смогли  после  много-

           месячной  осады.   Поляки…    Такие  же  подлые  выродки  славяне.  При-

           дурки  -  пустили  кавалерийский  корпус  под  гусеницы  наступающей

           танковой  дивизии  в  тридцать  девятом.  Потеха ! ….. 

                          Smolensk.  Наверное,  за  всю  восточную  кампанию    так  отча-

           янно  не  дрались  Иваны .     Даже  были  минуты,  когда  Шульце  заува-

           жал  их.   А  то  от  самой  границы  и  до  Десны  -  только  жара,  пыль  до-

           рог  и  бесконечный  многокилометровый  марш,  когда  горят  ноги,  буд-

           то  побывали  на  раскаленной  сковороде,   и  мучает  нестерпимая  жаж-

           да.  Что  за  проклятая  страна,  в  которой  все  дороги  ведут  в  гору ?   С

           ума  можно  сойти  на  такой  дикой  жаре. 

                                            И  ни  одного  русского  с  ружьем…..      

                          Эй,  Иваны,   вы  где  попрятались ? 

                          А  на  встречу  им  лишь  понурые   серые  от  пыли  колонны  плен-

           ных.     Такие   длинные,   что  казалось  уходят  за  горизонт.   И  так  каж-

           дый  день.     Они  -  на  восток,  колонны  пленных  -  им  навстречу,  на За-

           пад.  

                         Тогда  Шульце, как  и  многие  парни  в  их  роте, молил  Бога  толь-

           ко  об  одном:   пусть  хоть   какой-нибудь  бой,  хоть  какая-нибудь  пере-

           стрелка.    Все  развлечение !     А  не  эти  изнуряющие   на  безжалостной 

           жаре   ежедневные  марш-броски,   когда  на  твоих  плечах  понавешено

           столько  всякого.   Зачем  им  столько  оружия  и  патронов,  если  русские

           сами  сдаются  без  боя ?   А  ноги  их  стерты  в  кровь,  а  легкие  кажется

           на  всегда  забиты  дорожной  пылью.  Господи,  будет  же  когда-нибудь

           этому  конец ?  Где  они,  русские ?    Разбежались  все  что ли ?  Чорт  бы

           их  побрал !  

                         Эй,  Иван,  выходи !    Стрелять  будем.

                         Но  навстречу  им  снова  и  снова  только  колонны  пленных,  жал-

           ко    мнущихся  к   придорожным  канавам.    И  это   отребье   называлось

           непобедимой  армией  Сталина ?   Стадо  свиней….       

                          И  вот  Смоленск…   Да  им  нелегко  пришлось.  Жарко  было.  Ино-

           гда   даже   закрадывалась   подлая   мыслишка:   а  что  если  бы  русские  

           дрались  вот  так  всегда,  от  самой  границы ?  Что  тогда ?   Дошли  бы  

           они  за  месяц    с  небольшим  так  глубоко  в  самое  сердце  Московии ?

           Вряд  ли…

                                       Вообщем  туго  им  пришлось.

                       Потому  и  шнапс  лился  рекой  и  гуляли  на  славу.  А  как  же  -  вы-

          били    проклятых  Иванов  из  Смоленска,   а  тут    и  долгожданная  награ-

          да  подоспела.   Гуляем !      Через  такое   прошли,   потому  и  заслужили

          этот    праздник.

                       Вот  и  повеселились  они  в  той  русской  деревне.   Он  и  название

          запомнил  -   Веселки.    Когда  им  переводчик  сказал,  что  это  означает,

          вот  смеху-то  было.   Веселки…    Ха-ха-ха!

                       Кто-то  из  подвыпивших  парней  прибежал  и  сказал  -  там  цыгане

          прячутся  на  огородах,  на   окраине   деревни.     Ну  сейчас   мы  им  пока-

          жем !   -  заревели  парни.    Все  уже   к   этому   времени   набрались  хоро-

          шо.     Но  на  ногах  еще  держатся.    Похватали  оружие  и  -   вперед.

                       Сперва  их   заставили  петь  «Очи  черные».    Спели  и    замолчали.

          Трясутся   от   страха.    Цыганки   детишек    своих   чумазых   прижимают.  

          Будто  догадываются,  что  сейчас   произойдет.    Стервы !   Парни  орут  -

          -  А  ну  смотреть  веселей !   Веселей !    Плясать  всем …    Плясать   всем,

          мать  вашу   цыганскую !  Шнель !    Шнель !   А  ты  чего  застыл  как  исту-

          кан ?    Ах,  ты  цыганский  барон….   Вот  оно  что…     Ну  тогда  тем  более

          пляши.    Не  хочешь ?   Плясать  не  хочешь ?    Тогда  получай.   И  со  всей

          силы  саданули  под  ребра  стволом   винтовки.   Он  даже  взвыл  от  боли.

          Больно ?    А  ты,  как   думал ?    Не  хочешь  плясать  для  солдат  великой

          Германии,   не  хочешь ?    Ах,  ты,   бородатая  образина  !    Сейчас   ты  у

          нас  попляшешь,    сейчас  завоешь…    Сейчас  вы  у  нас  все  попляшете…

          Пока  не  поздно,  хватай  свой  поганый  бубен  и  давай  пляши.  Пошел,

          пошел !     Шнель !    Шнель !

                         А  во  всем  табаре  он  один  из  мужчин,  не  считая  сопливых  цы-

          ганят.   Но  они  не  в  счет.

                         Парни  хоть  и  набрались  хорошо,  но  соображают….

                         Где  остальные ?   -  орут  парни  -   в  красную  Армию  пошли ?

          Цыган  головой  лохматой  мотает,   мол  не  понимает  о  чем  речь.  При-

          кидывается,  конечно.  

                         Ах,    ты,  гнида  цыганская….  Ах,  ты….    Один  из  наших  -  хрясь  

          его  прикладом.   Видать  хорошо  приложился.   Валяется  цыганский  ба-

          рон   по  земле,  стонет.   Голова  вся  в  крови.   Бормочет  что-то,   вращая

          белками  глаз.   Видно   проклинает  нас.  Где  остальные ? !   Говори,  ско-

          тина !  -  не   унимается  ударивший  -  Ну ?!   А  старый  цыган  все  продол-

          жает     и  продолжает  бормотать   проклятья.    Тут  уже  и  у  других  пар-

          ней  нервы  сдали  -  давай  лупить  его  чем  попадя.   Колотят  его,  а  цы-

          ганки  визжат,  как  взбесились  бросаются  на  солдат.  Суки !  -  Лица  пы-

          таются  своими  грязными   когтищами   расцарапать.  -  Ах,  твари !

                   Шульце  рванул  с  плеча  карабин  и  пальнул  по  ним.  Задеть  нико-

          го  не  задел,  но  они  не  на  долго  присмирели,  затихли.  Сообразили,

          что  с  ними  чикаться  никто  не  будет.  А  парни  рассвирепели   не  не

          шутку…

                     Тут  прибегает  адъютант    командира  полка.   Запыхался,  пот  ути-

         рает.    Потребовал  кончать  с  этим  балаганом.  Парни  взревел  от  радос-

         ти  -    Во – во,  именно    с  «балаганом».   Кончать,  так  кончать,  давно  бы

         так….

                     Вместе  с  адъютантом   прибыло  несколько  огнеметчиков.

                     Скажу  откровенно  -  огнемет  штука  офигенная.  Не  раз  выручала

         нас   под   Брестом,  а  про  Смоленск  -  и  говорить  не  стоит.  Как  увидят

         Иваны  живые  факелы  своих  товарищей,  сами  пачками  начинают  сда-

         ваться.    Одно  дело  умереть  от  пули,  пусть  даже  разрывной,  но  когда

         так…    Бр-рр….       А  человек -  факел  орет  дико  и    мечетсмя     безумно

         среди  траншей.   Все  от  него  врассыпную ,  кто-куда.   А  это  огнеметчику

         только  и  надо.    Смотришь,  уже   и  другие    Иваны   заполыхали.     А  жи-

         вые  бегут,  кто  куда,   ничего  не  соображая.   Психологическое  воздейст-

         вие  на  остальных  -  лучше  некуда.   Тут  вся  загвоздка  незаметно  к  пози-

         циям    Иванов  подобраться.   А  все  остальное  лишь  дело  техники…

                    Их    пьяное   развлечение  подпортила   одна  деревенская  старуха.

         Что-то  крикливо  выговаривала   адьютанту ,  а  потом  вцепилась   старая

         уродина  когтями  ему  в  лицо.    Расцарапала.  Шульце    хоть  и  пьян  был

         в  стельку,  но  с  одного  удара  сшиб  косматую  ведьму  на  землю  и,  не

         давая   опомниться,   потащил  ее  за   космы  туда,  где  уже  превратились

         в  головешки    цыганские  ублюдки.    Давай  и  ты  туда  же,   русская  ведь-

         ма !  Гори-гори ясно, чтобы  не  погасла…

                     Кажется  и  еще  несколько   ретивых  старух  и  какой-то  старик  уго-

         дили    под  струи  огнеметов.   Чтоб  не  повадно  было  за  цыган   заступа-

         ться !   На  офицеров  вермахта   бросаются   варвары…   Еще   чего  не  хва-      

         тало !   Распоясались  недочеловеки.   Мы,  вам,  покажем !     

                     Это  их  сыновья  краснофф-армеец    жгут  их  парней  из  панцер  ди-

         визий   своим  варварским  коктейлем   а-ля  молотофф.   Это  они  стреляли

         по  нему  на  улицах  Смоленска.

                      Горите  вы  все  в    этом  очищающем  арийском  огне!  Ха-ха-ха-ха!

         Дойчланд,  дойчланд,   -   юбер  алесс !     Германия,  Германия -  превыше 

         всего !   Так  поступать  приказывал  фюрер.

                      -  Убивайте  каждого  русского,  кто  бы  он  ни  был.  Убивайте  не  за-

         думываясь,    что  перед  вами  старик,  женщина  или  ребенок.  Убивайте,

         убивайте,  убивайте!    За  вас  буду  отвечать  я !

                    Так  нужно  для  великой  Германии.  С  нами  Бог !

                     ….  Ох,   и    повеселились    они   от  души  в  этой  русской  деревне  

            Веселки.

                     …  А  потом  они  чуть  не  угодили  под  гусеницы  русских  тридца-

            тичетверок.     Еле-еле  ноги      унесли.  Откуда  они  взялись  на  их  голо-

            вы ?    Как  с  неба  свалились.                                                                                                     

                                                                                                              

                                                   Глава  8.  Октябрским  вечером

(Самая  короткая  в  повествовании)

 

                                Москва….

                                Вечереет…

                    Сквозь  высокое  окно  таже   безотрадная  картина.  Тусклое  октябр-

             ское  солнце,   едва  пробиваясь  сквозь  низкие  свинцовые  тучи,  каза-

             лось   зацепилось  о  зубчатые  стены  Кремля.

                    Одно  хорошо  -  раз  такая  погода  вряд  ли  можно  ожидать  нале-

             та  фрицевской  авиации.   Хотя…   

                     По  ковровой  дорожке  вдоль  длинного  стола  для  совещаний  с

             известной  всему  миру  трубкой  в  руке   неспешно  расхаживает  Вер-

             ховный.   Неимоверная   тяжесть  давит,  гнет  его  плечи.  Кто  бы  только

             знал,   как   тяжела  она  -  Шапка  Мономаха!   Немыслимая  нечелове-

             ческая  тяжесть !  И  он  постоянно,  из  года  в  год,  прет  на  себе  этот

             груз   ответстенности,  эту  непомерную  ношу.

                     Так  и  свалиться  недолго,  а  тут  еще  война.

                                    Война….

                      Он  напрженно  думает.  Что  занимает  его  мысли  сейчас,  когда

             он    один  на  один   с  собой   в  этом  знакомом  до  мельчайших  под-

             робностей   рабочем   кабинете ?   Мысли   о   старшем   сыне  Якове ?   

             Или  о  том,  как  младший,  Василий,  игнорируя  все  запреты  отца –его

             запреты  -   сбежал  на  фронт  простым  летчиком ?

                      Он   усмехнулся  в  прокуренные  усы  -     сбегают  с  фронта  трусы

             и  подлецы,   а  на  фронт  уходят  воевать  настоящие  мужчины.  А  нем-

             цы  уже  под  Москвой,  все  ближе  и  ближе…   А  Ленинград  в  кольце

             блокады,  лютуют  сволочи,  да-аа…   Дела…  Эх,  Яша,  Яша….

                        Ход  его  мыслей  прервал  секретарь  в  таком  же  военном  френ-

             че,   как  и  у  него,  появившийся  у  раскрытой  двери.  Негромко  доло-

             жил:

                        - Прибыл  товарищ  Берия.

                        Он  молча  кивнул.

                        Кивок   мог   означать    многое:  « Нет,  не  сейчас», «Пусть  подож-

            дет», « Не  до  него  мне…»

                         Или…

                         Но  Поскребышев – за  многие  годы  работы  в  Приемной  Вождя-

            -  мог   улавливать  любое  настроение     хозяина  кабинета,  любой  ню-

            анс  его  жеста.  Так  было  и  сейчас.   Дверь  бесшумно  закрылась  и

            через  пару  секунд  также  бесшумно  открылась.  На  пороге  кабинета,

            поблескивая   стеклами-пенсне,      застыл  Всесильный  Нарком.

                         - Проходи  Лаврентий,  садись.  Разговор  долгий  будет.  – Верхов-

            ный  сделал     указующий  жест,  приглашая  вошедшего   к  столу,  и

            принялся  набивать  погасшую  трубку  по  новой.  -  Обговорим  дела

            твоего  ведомства  без  Посторонних.   Скоро  генштабисты  прибудут…

                        На  фразе  «без  посторонних»  он  сделал  едва  уловимое  ударе-

            ние.    Чиркнув   спичкой,   долго   и   старательно   раскуривал   трубку.

            Пыхнув  пару  раз  ароматным  табаком,  сказал  едва  слышно:

                        - Плохи  дела.  Совсем  плохи.  Фашисты  у  Москвы.  Выручай  Лав-

            рентий….

                         Вызванный   в  срочном  порядке  в  Кремль  он  знал,  точнее  пре-

            дполагал  о  чем  пойдет  речь   в  разговоре  с  Верховным.  И  не  ошибся             в  своем  предположении.       

* * *

            Справка 1.

 

             Из  книги    воспоминаний  Маршала  Советсткого  Союза  дважды  Героя

Советсткого  Союза    К.К.  Рокосовского  «Солдатский  долг»  (В  октбре 1941 г.

генерал-лейтенант,   командующий  16-ой  армией  Западного  фронта):

 

           «Общая  обстановка,  сложившаяся  к  14  октября  на  Западном  фронте,

оказалась  очень  тяжелой.  Нанеся  удар  своими  крупными  танковыми  и  мото-

ризованными  группами  на  флангах,  противник  смог  прорвать  фронт  на  обо-

их  направлениях   как   на  севере,  так  и  на  юге,    быстро  продвинуться  в  глу-

бину  и,   сомкнув  кольцо,   окружить  войска  нескольких  армий,   оставленных

на  прежних  рубежах  западнее  Вязьмы .   Если  в  Смоленском  сражении  в  июле

1941   года  немецкому  командованию  подобный  маневр  не  удался,  то  теперь

он  осуществился  полностью.  Окруженные  наши  войска,  не  получив  помощи

извне  и  мужественно  сражаясь,  погибли  во  вражеском  кольце.  На  московском

направлении  оказалась  почти  пустота».

* * *

 

           Справка  2.

 

            Запись  в  начале  октября  1941  г.  в  «Военном  дневнике»   генерал-полков-

ника   Франца   фон  Гальдера,    начальника   Генерального   штаба   Сухопутных

войск  Германии  ( 1938 – 1942 г.г.):

 

          « Сражение  на  фронте  армий «Центр»  принимает  все  более  классический

характер…    Танковая  группа  Гепнера,  обходя  с  востока  и  запада  большой  боло-

тистый   район,   наступает   в  направлении   Вязьмы.   Перед  войсками  правого  фланга   танковой  группы  Гепнера,    за  которым  следует  57-й  моторизованнвый

корпус .

* * *

           Справка 3.

 

          Из   сводки   о   положении   на   Восточном   фронте  отдела  по  изучению

иностранных  армий  Востока  Генерального  штаба  Сухопутных   войск  Герма-

нии  за  октябрь  1941  года.

       

       Сводка  №  16  от  9.10. 41 г.

 

      «Брянский  котел  закрыт.  Из  него  и  из  Вяземского  котла  противник  пред-

принимает  попытки  прорыва  в  восточном   направлении.  Слабыми  силами, дей-

твующими   в  основном  вблизи  главных  дорог,  противник  пытается  сдержать

продвижение  передовых  чатей.  Сведений  о  переброске  крупных  сил  с  востока

или  участков  других  фронтов  пока  не  поступало…

    По   показаниям   военнопленных,   противник   располагает  в  районе  Москвы

лишь   частями   НКВД    и   милиции   ( артиллерии   нет,  тяжелого  вооружения

мало)….

    Перед  восточным  флангом  4-й  армии  еще  держатся  слабые  группы  против-

ника     на  участках   вблизи   важных   дорог,   а   также   на   восточном   берегу    

р. Жиздра,  по  обе  стороны  Козельска   и   западнее  Калуги,  у  автострады  под

Гжатском  -  части  трех  дивизий.   Этими  силами  противник,  вероятно,  будет

пытаться  замедлить  дальнейшее  продвижение   наших  войск.   Подтягивание

новых  сил  с  востока  не  наблюдалось,  напротив,  воздушной  разведкой  установ-

ленно  интенсивное  движение   в  тыл  по  железной  дороге  (  в  том  числе  и во-

инских  эшелонов)  и  движение  мотоколонн  по  автостраде  в  направлении  от

Москвы.

     Силы  противника,  окруженные  в  котле  западнее  Вязьмы,  под  прикрытием

арьергардных   частей   пытаются  прорваться  на  восток…»     

 

* * *

Приказ  №__

                                                                     по  НКВД  СССР

 

                 По  Приказу  №____   ГКО  СССР  (  от  «___»  октября  с.г.)  провести  досро-

чный   выпуск    и  в  течение  24  часов  отправить  литерными  эшелонами  в  дей-

ствующую  армию  (Западный  фронт)  проводников  служебных  собак (собаки-ми-

неры)  из  учебных  центров  спец. подготовки  Уральского  и  Сибирского  округов

внутренних  войск  НКВД  СССР.     

        Отправку  литер.  эшелонов  провести  в  режиме  особой  секретности, пред-

варительно    выставив    оцепление   на   вокзалах  ( железно-дорожных  путях)  и 

удалив  всех  посторонних  лиц  без  исключения,  невзирая  на  звания  и  должности.

       Ответственными  за  погрузку  и  отправку  литерных  эшелонов,  а  также

за    материально-техническое  и  продовольственное  обеспечение,  в  том  числе

и  для  служебных  собак,  назначаются  командующие  округов  (Уральского  и  Си-

бирского)  внутренних  войск.

      Режим  особой  секретности  остается  вплоть  до  самого  отхода  литерного

эшелона  и  еще    в  течение  2-х  часов  после  его  отбытия   (после  чего  снимает- 

ся оцепление).

     Все    лица   (  невзирая  на  пол  и  возраст,  звания  и  должности),   проявляющие

повышенный ,   особый     интерес  к   данному  мероприятию  и  составу  эшелона,

немедленно  задерживаются  и  передаются  в  ближайшие  отделения (Управления

НКВД)    для  проведения  тщательной   проверки    на  причастность  к  вражеской

агентуре.  

     Прибышие  команды (отряды)  к  месту  боевой  дислокации  в  режиме  строжай-

шей  секретности  (разгрузка  литерного  эшелона,  продвижение  по  намеченному

маршруту  к  передовой  и  т.д.)  поступают  в  распоряжение  командующих  армий

(командиров  корпусов),  оперативно  подчиняясь  непосредственно   только  руко-

водству   Управления  Особого  отдела   фронта.

     Командующие  армий  ( командиры  корпусов)  используют  спецотряды  НКВД

(собаки –минеры)   только  по  их   прямому   назначению,  на  танкоопасных  напра-

влениях    для  уничтожения  вражеской  бронетехники.

      Иное  использование  спец.отрядов  НКВД   категорически  запрещено. 

     Командиры  спец.отрядов  ( групп)  в  случае   их   использования  не  по   назначе-

нию   ( уничтожение  вражеской  бронетехники)   вправе  немедленно  обратиться

к  представителям особого отдела,  вплоть  до  руководства  Управления  особого 

отдела Фронта.

      Одновременно  на  основании  этого  Приказа  провести  дополнительные  набо-

ры    для  обучения  в  упомянутых  учебных  центрах  ( ответственными  назна-

чаются   первый   заместитель    Народного   Комиссара   Внутренних   дел  тов. 

В.  Меркулов  и   командующие   Уральского   и   Сибирского   округов  внутренних

войск  НКВД  СССР).

       Набор  проводить  из  числа  военнослужащих   ( младший  командирский  сос-

тав)    дивизий  НКВД  по  охране  тыла  Красной  Армии,  куда  в  н.  время  влились

и  представители  погранвойск.

       Предпочтение  отдается  физически  крепким  и  выносливым  военнослужащим,

по  своим  морально-волевым  качествам  способным  к  боевой  работе  в  отрядах

специального  назначения  НКВД.

       Отбор  военно-служащих  проводится  индивидуально,  в  режиме  особой  сек-

ретности.

      При   индивидуальном   собеседовании  будущее  предназначение   на  фронте

обрисовывается  в  общих  чертах,  не  раскрывая  основной  задачи.

       В  первую  очередь  отбор  вести  из  числа  проводников  (специалистов-кино-

логов)  служебных  собак  и  бывших  пограничников.

      Обучение   проводить   по   ускоренной  программе,   обращая  первостепенное

внимание  на  такие  дисциплины  как:

1.               Огневая  подготовка,  в  т. ч.  И  стрельба  из  трофейного  стрелкового 

оружия.

2.              Спец.  подготовка  минера – подрывника.

3.             Тактика  действия  особых  диверсионных  отрядов,  в  том  числе  и  в  тылу

врага  (  без  парашютно-десантной  подготовки).

4.            Топография  и  ориентирование  на  местности.

5.           Физическая  подготовка.   Здесь  особое  внимание  уделять  ежедневным  кро-

ссам  по  полной  выкладке,   с  дополнительным  боекомплектом,  со  служеб-

ной  собакой  или  с  двумя-тремя  одновременно.  Кроссы  проводить  только

по  пересеченной  местност  с  элементами  стрельбы,  в  т.ч.  и  в  ночное  вре-

мя с преодолением (форсированием) водных преград.

6.          Кинологическая  подготовка.  Здесь   особое   внимание  уделять  взаимодей-

ствию   в  связке:   проводник-собака,  -  вплоть  до  полного  автоматизма.  

  

    Планы  учебных  центров (  центров  подготовки)  корректируются  в  соот-

             ветствии   с  Настоящим  Приказом.   Вся   методика   обучения  соответствует

             ускоренной  подготовке  спецподразделений  и  не  должна    ни  в  коей  мере  влиять

             на  уровень  и  качество  получаемых  знаний  и  навыков.

                       Проводники  служебных  собак (специалисты-кинологи)  прибывают  в  учебные

            центры  со  своими  собаками  (не  менее  трех).  Отбор  собак  проводится  по  их

            личному  усмотрению.  Никто  не  имеет  права  восприпятствовать  им  в  выборе

           собак   по  прежнему  месту  службы.

                      Щенные  суки  остаются  при  питомниках  учебных  центров.

                      В   дальнейшем   возможно   их   использование   в   подготовке   по   программе собак-минеров  и  отправке  на  фронт  в  составе  спецотрядов.

                           По  заключению (распоряжению)  начальника  центра  отдельные  собаки

                 могут  использоваться  для  племенной  работы  без  отправки  на  фронт.  

                         Кроме  того,  на  основании  этого  приказа  следует:

1.           Обеспечить  необходимым  количеством  трофейного  оружия,  годным  для

стрельбы,   вышеуказанные  учебные  центры  через  Управления  Особых  отделов

всех  действующих  фронтов.

2.          Предоставить  в  распоряжение  этих  учебных  центров  (дополнительно)

преподавателей-инструкторов   из   числа  отлично  зарекомендовавших  себя

на  фронте  боевых  командиров,  в  совершенстве  владеющих  навыками стрель-

бы  из  всех  видов  стрелкового  оружия.

         Назначение    последних    штатными  инструкторами  по  обучению  личного

состава  в  учебных  центрах   специального  назначения  НКВД  СССР  (перечислены

№№……   секретных  в/ч)   будет  проведено  в  срочном  порядке  через  ГКО   СССР

и  командующих  фронтов,      с  учетом  рекомендации  особых  отделов  армий.

3.         Каждый  отряд  (спецподразделение)  при  выпуске  будет  иметь  по  штату

не  менее   двух  радистов  для  мобильного    управления  и  связи  со  своими  вы- 

шестоящими    штабом.   Подготовка  специалистов  радиосвязи  проводится  по

спеуиальному  плану  в  других  учебных  центрах.

4.        Из  числа  обучаемых  формируются  подразделения  (отряды, группы)  по  преж-

ним,  ранее  установленным  штатам.

      Командиры  отрядов  проходят  обучение  наравне  со  своими  подразделениями

без  каких-либо   скидок  на  возраст  и  звание.

 

                                                                                     Первый  заместитель

                                                                                     Председателя  ГКО  СССР,

                                                                                     Нарком  Внутренних  дел,

                                                                                     Генеральный  комиссар Госбезопасности

                                                                                                                                                  Л. Берия

                                                                                     Москва      «____» октября   1941  г.       

                                                                                   

Глава  9.   Огненная  купель.

 

                                        Первые  дни  на  войне….

        Впечатления?  Надо  ли  о  них?  А  может  лучше  и…   Хотя, конечно…

        Что  больше  всего  поразило  на  фронте  Никиту  и  его  сверстников,

таких  же,  как  и  он,   мальчишек  -  лейтенантов?  Многое,  если  не  ска-

зать  все.  И  более  всего  какая-то  нелепая,  обыденная  что  ли,  и  пото-

му,  наверное,  магическая  простота  смерти.  Магическая  простота….

          Смерть  -  это  банальность  войны.  Был  человек  и  нет  его.  В  это

нельзя  поверить  ни  сердцем,  ни  разумом.  Но  это  было  именно  так.

К  этому  труднее  всего  привыкнуть,  даже  на  войне  и  потому  смерть  выглядела  еще  более  ужасной  и  отвратительной.

          Ну  и  больше  всего  им  досталось  в  первые  дни  от  фрицевской

авиации.  Это  был   какой-то   кошмар,  сродни  первобытному  зверино-

му  ужасу.   Их  хорошо  учили  и  подготовили.  Но  реальность  оказалась

намного,  в  сотни  раз,  неприглядней.  Потому  и  потери  в  первые  дни

пребывания  на  передовой  были  особенно  велики.  Досталось  им  «вы-

ше  не  могу»,  на  всю  оставшуюся  жизнь,  -  если  кто  еще  и  дойдет  из

них  до  далекого  победного  дня,  доживет  до  победных  салютов  по-

среди  пекла  и  жути  военного  лихолетья.

          Танки,  обстрелы,  грохот  кананады -  это  все  семечки  по  сравне-

нию  с  налетом  авиации  и  запоздалой  командой  ротного  наблюдателя

«Воздух !!! …».    Больше  всего  доставалось  им  -  а  уж  про  собак  и  го-

ворить  нечего -  во  время  так их  вот  налетов.  Окаянство  какое-то!  А

окаянство  могло  повторяться   в  день  по  нескольку  раз.  И  с  завидным

постоянством,  будь  оно  трижды  не ладно !

         Начнуть  бомбить  «лаптежники» (пикировщики Ю-87)  -  белый  свет

в  копеечку  покажется. 

Хуже  не  бывает !

         Прет  гаденыш  на  себе  тонну  бомб,  а  когда  пикирует  вой  такой,

хоть  с  окопа  убегай.   Мама,  дорогая !...    Всего  тебя  от  ужаса  вывора-

чивает  наизнанку  и  уж  тысячу  раз  пожалеешь ,  что  на  белый  свет

родился.    Тут  главное  собак  удержать.   Им  тоже  непосебе  в  такие

минуты.   С  поводков  рвутся.  «Не  посебе» -  это  еще  мягко  сказано.

Взбесились  -  более  подходящее  слово. Собак-то  еще  удержать  мож-

но,  а  вот  люди…

          Многократно  видел  Никита  такую  картину:   не  выдержат  нервы

у  иного  бойца – пехотинца,  ну  -  и  сломя  голову  бежать  из  окопа.   А

куда  бежит  дуралей,   где  укроется  в  чистом  поле ?!  У  страха,  как  во-

дится,  глаза  велики.   Только   дальше  смерти  своей  все  равно  не  убе-

жать.   А  ей,  подлюке,  такой  дуралей  -  легкая  пожива.  Забава.

         Смотришь,  вслед    за   бойцом   то  там,  то  тут  и  другие  сиганули,

у  кого  нервы  пожиже.    Бегут,   как   зайцы,   оружие   побросав.   Страх

глаза  застилает.    Ничегошеньки  не  соображает  человек  в  такие  мгно-

венья.   А  это  сволочуге  только  на  руку:  поливает  прицельно  по  бегу-

щим  из  двух  носовых  пушек.   От  них  только  ошметья  летят. Легкая

добыча.  А  потом   еще   и   сыпанет  штук  тридцать  десятиколограммо-

вок   ( Никита  сам  видел  одну  такую  неразорвавшуюся  бомбу).   А  они

осколочные.  И   все  -  хана  всем,  покинувшим  окопы.   То  там,   то  тут

куски   дымящегося  человеческого  мяса  выляются.  Оторванными  рука-

ми  и  ногами  усеяно  то   перепаханное   вдоль   и   поперек  воронками

поле.   Поминай  как  звали…

            Находились,  конечно  же,  смельчаки    из  винтовок  палили  по  га-

дине  или  из   «дегтеря»  пытались  подбить.  Но  все  бесполезно.  Напра-

сные  хлопоты.    О  бронированное  днище  такой  огонь  лишь  искры  вы-

секает.   Пустое  это  занятие.  Все  «лаптежнику»  нипочем.   Стрелять-то

по  нему  тоже  надо  знать  куда,   умеюче:   в  хвост   или   в  переднюю

часть  фюзеляжа,  где  мотор, - в  уязвимые  места.  А  так….

             Или  еще  хуже,  особенно,  когда  на  марше.

            Свалятся  с  неба,  как  снег  на  голову,  «мессеры»  или  «фоккеры»

и  пойдут  на  бреющем.   Закрутят  карусель  -  все,  пиши  пропало!   Тут

уж  точно  никуда  не  скроешься:  покрошат  в  капусту,  изверги.  И  глав-

ное,  налетают,  суки,  неожиданно.  Обязательно  наблюдатель  проворо-

нит  их  подлет.  Как  так  -  не  было  и  вот  тебе  раз:   уже   все  превраща-

ют   в  решето  на  своем  пути ?  Исчадие  ада !  И  потому  истошный  крик

- «Воздух» !!! … -  мертвому  припарки.

           Или  как-то  было  еще  такое  в  первые  дни…  Особенно  почему-то

в  память  врезалось.

            Спешит  им  навстречу  по  дороге   упряжка  с  полевой  кухней.  По-жлой  возница  нещадно  дымит  самокруткой.    Старшина  с  ним   рядом

на  козлах  примостился.      Все  чин-чином  -  скоро  бойцов  своих  горя-

чим  попотчуют    в  такую  холодрыгу.  Война,  войной,  а  обед  святое.

Если  есть  такая  возможность  и  старшина   расторопный,  а  не  раззява.

         …  Сердце  кровью  после  обливалось  от  увиденного,  когда  сволочь 

безнаказанно  смылись  за  горизонтом.

          Никто  их  снова  не  углядел:  зашли,  как  всегда  со  стороны  солнца

и …    Пошло   поехало.   М-мм! …   Старшина  вояка  видать  еще  тот,  не

оплошал.  Его  как  ветром  сдуло  с  козел.  Успел  бросится  в  придорож-

ную  канаву.   Напарнику  его  меньше  повезло.  От  возницы  только  ок-

ровавленная  ушанка  и  осталась. А  лошадь  столько  на  себя  бедолага

свинца  приняла  -  не  сосчитать.  Вся  искромсана  пулями.   Полевая  ку-

хня,   обляпанная  горячим  варевом  вперемежку  с  жухлой   травой  - как

дуршлаг.   Хоть  звезды  считай  через  нее.   Ну,  что  еще  тогда  запомни-

лось ?   Вкусно  пахло  от  кухни  той,  аж  в  животе  урчало.  Гадство  ка-

кое-то,   тут   такое   на   его   глазах   творится,  а  есть  хочется  невмоготу.

Тьфу,  ты ?   Растудыт,  твою !...   Огляделся   Никита   и   увидел   как  и  у

других     слюньки  текут.  Выходит  не  у  одного  у  него  от  голода  в  жи-

воте  урчит.   Но  все  равно  перед  товарищами  стыдно.

         Ах,  да…   Еще  майор   срочно  приказал  нарубить  мяса  для  собак!

Не  пропадать  же  добру…

          Наглели  фрицы  и  все  от  безнаказанности.  Вспомнил  Никита  на-

каз  инструкторов  по  огневой  подготовке,  прошедших  пекло  под  Смо –

ленском  и  Ельней.  В  коротеньких  перекурах  на  занятиях  они  доход-

чиво    объясняли  им ,   рвущимся  на  фронт,   две   главных   солдатских

заповеди:   не  так  страшен  сам  фашист,  как  его  авиация  и  минометы.

Вот  уж  точно  от  чего  спасенья  нет,  особенно  если  нашими  самолета-

ми   в   небе   и   вовсе   не  пахнет.   Тут   шансов   выжить  с   гулькин   нос. 

И  печально  шутили: «  тут  уж  точно  небо  с  овчинку  покажется».

             А  небо  с  овчинку  практически  было  ежедневно.  И  вот  однаж-

ды…

             Шпарила  их  небольшая  колонна  из  полуторок,  пытаясь  проско-

чить     по  разбитой  вдрызг  колее  дороги  опасный    открытый  участок.

Невдалеке  уже и  спасительный  лесок  мелькает, где  схорониться  до  су-

мерек  можно,  а  то  в  лучах  закатного  солнца  они,  ей  Богу,  как  тот  го-

лый   в   бане.    Оставалось   совсем   немного   как   нашел   их  «мессер». 

В  голове  лишь  мелькнуло  -  ну  вот  и  все,  отвоевались.  Пытаясь  пере-

крыть  оглушительный  рев  двигателя,  заходящего  в  пике  истребителя,

рокотал  голос  майора  Ковалева:

          - К  лесу,  давай!  К  лесу !  Собак  крепче  держать !  Живее !...

          Сбросил,  сука,  бомбу,  но   видать  от  куража  своего  арийского

поторопился  и  упала  она  невдалеке   от  дороги,  не  причинив  особого

вреда.  А  сейчас  держись !     Пошел  на  бреющем,    значит  вдарит   по

ним  из  пушек  и  пулеметов.    Так  оно  и  есть…  От  тентов  на  полутор-

ках  -  сплошные  лохмотья.    Вроде  бы  все  уцелели,  уже  к  лесу  подбе-

гают  с  собаками.  Все  бы  ничего,  но  замешкался   один   из   проводни-

ков,   или  зацепился  масхалатом  за  что-то  в  кузове:  не  мудрено  в  та-

кой  горячке.   Ну  и  сорвались  его  собаки  и  бежать  не  к  лесу,  где  ос-

тальные  укрылись,   а  прыг-прыг  через  канаву  вдоль  дороги  и  в  поле.

Только  поводки  за  ними,  как  змеи  мотаются.   А  подлюка  устроил  за  ними  настоящую  охоту.  Мечутся  они  по  полю,  поводки  цепляются  за

все    что    ни    попадя,    мешают.     «Мессеру» («Мессер»  ( Мессершмит  -  109)  мог  нести   на  себе  до 200  кг.  Авиабомб)  только    это   на   руку.  Вообщем…

              Проводник  ревет  белугой,  зовет  их  к  себе.  Где  там,  разве  они

услышат   в  грохоте,  отбежали  далеко.  Насилу   еле  удержали   тогда

парня.    Порывался  вскочить и  бежать   на выручку   своим  любимцам. 

Всем  миром  навалились,  а  иначе  -  быть  еще  одной  беде.

              Вот  потому-то  сбитых   немецких   летчиков  - хоть  и редко   такое

случалось -  в  плен  не  брали,  особенно  в  первые  годы  войны,  несмот-

ря  на  все  строжайшие,  угрожающие  карами  приказы  высших  коман-

диров.   Смерть   лютую  и  мучительную  принимали.  А  если  и  призем-

лится  на   парашуте   на   нейтралке,    то  и  тогда  охотников  много  най-

дется,   несмотря  на  пулеметы  фрицевские  и  беспощадный  миномет-

ный  обстрел.  Тут  главное  быстрей,  чем  фрицы,  к  нему  ползком  как

можно  ближе  подобраться.  Не  станут  же  они  по  своему  стрелять. Ну

а  уж  если  немец  на  нашей  территории  сел  -  все  пиз….ц  ему!  Порвут

на  куски.

              Знал   Никита,   уже   потом,   когда   попал   после   госпиталя   в 

«Смерш»,  что  в  ротах  и  батальонах  практически  все  офицеры  смотре-

ли  на  это  сквозь  пальцы.  Не  поощрали  своих  бойцов,  но  и  запрещать

не  запрещали.

           Сатанинские  дела  они  творили  безнаказанно,  потому  и  смерть

их  ждала,  когда  попадали  в  руки  русской  пехоте,  самая  страшная

и  мучительная.  Накуражился  над  нашей  бедой,  фашистская  курва, -

- получай  свое!   Жутко  было  смотреть  на  обезображенный  труп….

Знали  видать  об  этом  немецкие  летчики  и  если   не  ранен  был  и  не

контужен,   то  завидев  «русских  иванов»,  пытался  стреляться.  Лучше

так,  чем…

             Вот  такая  война,  без  прикрас  и  глянца.

             Что   еще   запомнилось   Никите  в  первые  дни  пребывания  на

фронте ?  

              А  запомнились  и  врезались  в  память  на всю  оставшуюся  жизнь

в  те  тревожные  дни  поздней  осени   сорок  первого  полные  печали и

скорби  глаза  женщин  и  стариков,  застывших  у  обочин  бесконечных

проселочных  дорог,   осенявших  их  отряд  крестным  знамением  и  шеп-

тавших  им  вслед   извечное,  как  и  принято  на  Руси  в  трагические  дни

испытаний,  -  Спаси  и  Сохрани  вас,  Господи,  какие   же   все  молодень-

кие….         

              Но  ни  тени  упрека  и  обиды  на  них,  а   лишь  по-бабьи  жалост-

но «молоденькие-то  все  какие…»

              Но,  пожалуй,   больше   всего   поражали   Никиту   не   по-детстки 

взрослые  и  всепонимающие  глаза  малышей.  Будто   уже   вся   жизнь,

бесконечно  долгая,    за  плечами !   Невыплаканная     беда   кричала  в

этих  глазенках.

               Ковалев  обычно  после  таких  встреч,  играя  желваками,  говорил

хриплым  от  волнения  голосом:  «Смотрите  и  запоминйте…      За   них   

воюем…  За  эту  Россию.  Вот  за  этих  баб  и  за  эти  проселки».

              А  тетки  и  молодухи,  все  в  одинаковых  черных  платках,  смахи-

вая  набежавшие    слезы  грязными  и  разбитыми  в  непосильной  рабо-

те    руками,  продолжали  шептать  молитву  и  крестить  спешно  уходя-

щий  за  поворот  отряд  -  Спаси  и  Сохрани….

            Как-то  от  обочины  шагнул  им  навстречу  дед,  седой  как  лунь, 

сгорбленный  тяжестью  лет  и,   безошибочно  определив  в  Ковалеве

старшего ,  сказал:

                -  Не  бросайте  нас,  сынки,  на  растерзание  этим  извергам.  Лу-

чше  с  собой  заберите,   коли   отступать  будете.  А  нет,  так  порешите

всех   здесь  на  месте…

        - Да,  ты  что,  отец ?! -  захлебнулся  от  волнения  Ковалев  -  Ты,что?!

        - Оно  так  лучше  будет,  чем  супостат   измываться  будет…  Ну  про-

стите  меня  старого,  ежели  что  не  так.  Храни  Вас  Бог…

 

* * *

 

                                                                                             Восточный фронт

                                                                                                             Совершенно  секретно

 

Приказ №

                                                             по  группе  армий  «Центр».

         

                 За  последние  две  недели  группа  армий «Центр»  успешно  продвигается

к  большевистской   столице.    В  районе   Вязьмы   в   котел  угодили   три  русские   

армии  и  продолжается  их  планомерное  расчленение  на  мелкие  группы  и  пол-

ное  уничтожение.  Противник  тысячами  переходит  на  нашу  сторону,  что  го-

ворит  о  полном  крахе,  так  называемой  непобедимой  Красной  Армии  и  ее  пол-

ной   деморализации.   Местное   население  с   восторгом  встречает  германскую

армию   и   выражает   готовность   служить   делу   Фюрера   и   Великой  Германии,

сбросив  наконец-то  ярмо  коммунистов  и  покончив  с  ненавистными  колхозами в

деревне.  Русская  молодежь  согласна   добровольно  выехать  трудиться  на  благо

процветания  Третьего Рейха.

          Но  вместе  с  тем  настораживает  тот  факт,  что  в  отдельных  частях  и

подразделениях   увеличились панические  слухи  о  применении  русскими  в  качест-

ве  диверсантов-смертников  против  наших  бронетанковых  сил  специально  обу-

ченных  собак-минеров.

        Распространению  «сортирных  анекдотов»  подвержены  и  некоторые  офице-

ры  в  подразделениях   и  передовых  частях,  что  крайне  недопустимо.

 

                              На  основании  вышеизложенного,  -  приказываю:

 

1.                         Повсеместно  всем  командующим  и  командирам  армий,  корпусов,  дивизий

полков,   отдельных  частей  и  батальонов  безжалостно  пресекать  подобные

слухи,  позорящие  достоинство  солдат  и  офицеров  Третьего  Рейха.

    Никакой  паники,  никаких  домыслов,  никаких  позорных  сплетен  и  разгово-

ров!

                                                                                                                                                        Есть  только  противник, загипнотизированный  большевистскими  комис-

сарами,  которого  надо  безжалостно  уничтожать,  а  захваченных  в  плен

и  добровольно  переходящих   на  нашу   сторону   использовать  в  качестве

бесплатной  рабсилы  на  тяжелых  и  особо  тяжелых  работах  в  пользу  Вели-

кой  Германии.

2.                          Всем  разведподразделениям  наземных  войск,  а  также  авиаразведке,  при

обнаружении  таких   собак-минеров   уничтожать   на  месте,   не  вступая  в

контакт  во  избежание  возможного  подрыва.  Действовать  стремительно,

безжалостно,  открывая  огонь  на  поражение.

3.                        Командующему  авиаэскадры,  генерал-лейтенанту  авиации  фон _________:

при  обнаружении  колонн   противника,  имеющих  в  наличии    собак,  уничто-

жать  незамедлительно.  О  местах  обнаружения  и  уничтожения  таких  ко-

лонн  докладывать  в  штаб  группы  армий  «Центр»  в  срочном  порядке.

4.                         Диверсионным  отрядам  Абвера,  находящимся  в  нашем  оперативном  подчинении,   организовать  захват  «языка» -  военно  служащих    из  отрядов  с  собакми-минерами.

      При  захвате   противника  допрашивать  на  месте  о  целях,  численности,

тактике  действия  таких  спец.  отрядов  и,  главное – о  местах  (дислокации)

подготовки  таких  собак  и  их  проводников.

      При  этом  не  церемониться   и  применять  все  доступные  и  недоступные

методы   физического  устранения.  (Примечание*).

       При   возможности   направлять   захваченных  «языков»   в  вышестоящие

штабы  для   предметного   допроса   и   получения  более  детальной  информа-

ции.    При  отсутствии  такой   возможности    пленные   уничтожаются   на

месте.

5.                          Выполнение  п.4   вести   только   совместно   со   штабом   группы   армий «Центр»  с  целью  взаимной  координации  боевых  действий,  и детальной проработки  спец.операций,  а  также  с  целью  оказания  диверсионным  отрядам   максимального   содействия   по   обеспечению   оружием,   боеприпасами, техникой  и  другими  материально-техническими  средствами  и  экипировкой.

6.                           При  выполнении  п.п.2-5  докладывать  в  срочном  порядке  начальнику  Воcточного  направления  Абвера,  генерал-лейтенанту фон___________________, в  штаб-квартиру  Абвера,  лично  адмиралу  Канарису.

 

*Примечание:  Что  это  за  «методы  устранения»  и  во  что  они  вылились  при

захвате  спецназовцев  подразделениями Абвера, читатель узнает  чуть позже.

Предупреждаю – чтиво  не  для  слабонервных.

 

                                                                             «_____» октября  1941г.

                                                                             Восточный  фронт,  Смоленск.

                                                                             Командующий  группой  армий «Центр»,

                                                                             Генерал-фельдмаршал Феодор фон Бок.    

Глава  10.    Крещение.

         … А  тогда  немец,  издеваясь  над  ними ( «ишь,  ты, сука, не  на-

Куражился  еще  фашистская  морда!...»),  взял  и  крыльями  напосле-

док  помахал,  пролетев  над  лесом,  где  они  укрылись,  едва  не  за-

девая  макушки  деревьев. -  Пакедова!   Скоро  свидимся!

Беду  накликал,  паскудник!

       Но  видеться  пришлось  не  с  ним…

       Ковалев  приказал  из  леса  не  высовываться,  смотреть  в  оба,

выставив  предусмотрительно  пулеметы  на  флангах.  Чутье  ему  под-

сказывало:  что-то  здесь  не  так.  И  самолет – одиночка,  скорее  всего

разведчик  и  кананады  привычной,  при  приближении  к  передовой

не  слыхать.   Что  такое?  Что  происходит?  Не  понятно…

        Они  чуть  сместились  вперед,  не  выходя  из  леса,  на  случай,

если  «  мессер»  передает  своим  о  колонне  русских.  Солнце  почти

на  закат,   но   гостей   с   неба   можно   было  ждать  в  любую  минуту.

Потому    лишняя    предосторожность   не  помешает.  Если  что,  пусть  бомбят  то  место,   где  их  уже  нет  и  впомине.  Уцелевшие  полуторки

отправили  назад  километра  на  полтора,  спрятав  за  поворотом  в

лесном  массиве.  Водителям  было  приказано  занять  круговую  обо-

рону  и  в  случае  чего  гранат  не  жалеть.  Скрипя  сердцем,  Ковалев

придал  на  охрану  машин  целое  отделение  из  отряда.  Если что,  со-

баки  учуют  врага  за  версту.   Да  так  и  надежнее  будет.  В  машинах

их  спасение  в  случае  быстрого  отступления.  Обговорили  со   стар-

шим   знаки  и   сигналы   ракетами   в  случае  если  немцы  зайдут  в

тыл.  Вроде  бы  все…  Остается  только  уповать  на  удачу.

         И  все  же  пару  человек  он  послал  наблюдателями  в  сторону,

откуда   они  только   что  прибыли,   а   сам   с   тремя  лейтенантами

залег  в  придорожной  канаве,  наблюдая  за  тем,  что  творится  впе-

реди.   Один  или  два  наблюдателя  могут  что-то  и  проворонить,  но

когда  несколько  пар   глаз,   вооруженных  биноклями, -  вряд  ли  и

мышь   незамеченной  прошмыгнет.

      Странно - тишина.  Ни  души.  Уже   и  сорок  минут  прошло,  а  ни

санитарных  повозок  с  ранеными,  ни  посыльных  в  вышестоящий

штаб,  обычно  конных.   Нет   никакого  движения,  даже  признака

его.  И  тишина.  Что-то  тут  не  так.

      И  вдруг…  Нет  не  показалось!  Это  одному  может  послышаться.

Но  вчетвером  ошибиться  нельзя.   Гул,  характерный  гул. Все  гром-

че  и  громче.   Ага – вот  и  они,  субчики!  Нарисовались…  И  кресты на

башнях  можно   разглядеть  в  бинокли.   А  вот  теперь  все  понятно,

яснее  некуда:   прорвали  немцы  линию  обороны, - потому  и такая

подозрительная  тишина,   потому  и  никакого  движения  на  дороге.

       А  у  них  приказ.  Грозный  и  категоричный.    Не  пропустить  ни

одного  танка.  Любой  ценой  все  уничтожить.  Любой!  Ну  что ж, они

готовы  выполнить  приказ.  Покажем,  гадам,  на  что  мы  способны…

      Об  одном  сейчас  молил  Всевышнего  Ковалев:  лишь  бы  немцы

ничего  не  заподозрили,   выстроившись  в  боевую  линию  для  атаки,

а  шли,  как  шли,  одной  колонной,  не  перестраиваясь.

       Достал  их  «мессер»,  беды  понаделал,  покалечив  и  несколько

полуторок,    гаденыш.    Но    если  бы  не  эта  задержка,  угодили  бы 

они  прямиком  под  фрицевские  гусеницы  всем  отрядом.  С  маху.

Пока   везет  им.  Что  дальше  будет – Неизвестно.  А  что  известно,  то

и  будет  -  встретим   танки   по   полной   программе.  Бить  будем  из

засады.  Как  учили.

         Ползком   к  своим  в  лес  прошмыгнули  и  пошли  команды  по

цепочке  от   одного  к  другому.  Значит –ца  так:  сперва  головной

танк   подрывается,   затем   сразу   последний.  Потом  пускаем  с  не-

большим  интервалом  несколько  собак  на  другие  танки.  А  потом…

Потом  действовать  по  обстановке.  Всем  все  ясно ?   Тогда  пригото-

виться  к  атаке.  К  бою!   Пулеметчики  -  не  зевать!

         Майор  приказал  Никите:

-  Ты,  Большаков  своих  попридержи.  Другие  пойдут. Оставайся  в ре-

зерве.     Твоих   прибережем   на   самый   крайний   случай.   Ясно? 

          А  немецкая  колонна,  не  сбавляя  хода  спешила  по  дороге на

восток.    Шла,   как  на   учениях,   с   интервалом,  между машинами, предписанным  на  марше,  все  ближе  и  ближе  к  месту  засады.

         Что-то  явно  не  заладилось  во  фрицевских  штабах  или  летчик

 

не  успел  передать  о  них  сведения (  квадрат  такой-то, подозри-

тельная   русская  часть  на  машинах  с  собаками…) ,  но  танковая

колонна  двигалась  по  дороге,  даже  не  выдвинув  вперед  развед-

дозор.  Нонсенс !

       Оно  и  к  лучшему…     Обнаглела  немчура,  все  ей  нипочем. 

Ладно,  поглядим,  как  вы   у   нас  сейчас  запляшете.   Счет  времени

шел  уже  на  секунды.  Собачки,  миленькие,  не  подведите  только !

А  те,  кто  готовы  были  броситься  по  команде  под  танки  со  своим

страшным  грузом,  поскуливали  в  нетерпении.  Эх,  милые!  Обратно

уже  не  вернуться  вам,  как  прежде.  Суки,  фашисты!

         А  еще  им  повезло,  что  танки  шли  без  пехоты…   С  пехотой  и

ее  пулеметами  им  не  совладать.    Гиблое дело…

         Это  был  передовой  отряд  одного  из  танковых  клиньев, прор-

вавших    нашу  оборону  на  этом  фланге.  Отсюда  и  такая  поспеш-

ность…   Но  об  этом  они  не  знали  и  не  могли  знать,  когда  были в  пути   к    передовой.    Обстановка   изменилась  за  считанный  час,

но  им,  считай,  повезло.

         …Первый,  головной,  танк  взорвался  как   миленький.  В  сгустив-

шихся  сумерках  фрицы  не  сразу  сообразили ,   что  к  чему.  Тут  рва-

нули  и  последний  танк,  замыкающий  колонну.   Потом  еще  один,

еще  другой.  Не  подвели  собачки!  Ах,  вы,  наши  умнички!...

          Взорвали  еще  один  танк,  следом  загорелись  еще  два.  Полу-

чайте,  гады!   Горите,  суки,  синим  пламенем !

                      Сумятица – признак  паники.

          Остальные  танки  стали  суматошно  стрелять:  кто – куда.  Они,

конечно  же,   не  ожидали  здесь  такого  удара  из  засады.  И  вообще

не  поняли,  что  это  с  ними  происходит.  Что ?!  Кто ?!  Откуда ?!  По-

чему взраваются танки?! ..Фугасы?  Не  похоже…

          Когда  удалось  взорвать  еще  один  танк,  немцы  очухались  и

оставшихся  три  танка,  стремительно  развернувшись,  лавируя  меж-

ду  подбитыми  машинами,  рванули  восвояси.  Так  видно  и  не  по-

няв,  что  это  было.   Драпанули. Вовремя. А то бы и им досталось по

пятое число. Уцелели гады… Расскажите теперь, как жутко было.  А

сейчас им, конечно, не до этого, лишь бы ноги поскорей унести с этого

гиблого места.

 

        Пусть    доходит  задним  числом   откуда  смертушка  подкралась.

Чтоб  вам  пусто  было,  гады,  на  нашей  земле!  А  не  дойдет,  кто

вашу  колонну,  в  пух  и  прах  разбомбил,   расколошматил  к  едрене-

фене,   -  Ну  и  хрен  с   вами!...   Главное,  что  так  будет  с  вами  всег-

да  на  нашей  земле.  С  овчинку  небо  покажется.  Запомните  это, су-

ки,  раз  и  навсегда.   Всех  вас  тварей  поубиваем ,  всех  сотрем  с  ли-

ца  земли  русской…   На  том  стояли,  на  том  и  стоим.

      … Вечерние  сумерки  и  внезапность  нападения  с  выгодной  по-

зиции   были  слагаемыми   успеха  их   отряда.    Удача  сопутствовала

боевому  крещению  в  промерзших  полях  подмосковья.  Вот  оно зна-

чит,  как  происходит на  самом  деле. Значит  можно  бить  гадов  даже

вот  так,  без  артиллерии.  Только…  собак  до  глубины  души  жалко.

Эх,  что  это  были  за  собаки!  Где  же  больше  таких  взять?!  Настоя-

щие   боевые  друзья.  Умницы!...

       Пленных  танкистов  не  пощадили.  Ни  одного.  Как  они  с  нами,

Так  и  мы  с  ними.  Да  и  куда  их  везти  в  ночь,  где  она  теперь  ли-

ния   фронта?  Ищи  ее  свищи  в  чистом  поле.  А  если  снова  на  нем-

цев  напорются?  Лишняя  обуза  ни  к  чему.  Цацкаться  с  ними  еще

прикажете…

        Тех,  кто  выскакивал  в  ужасе  из  подбитых  танков,  перебили  в

упор  из «дегтяревых»   и  ППШа.  Никто  не  ушел.

        Двое  смельчаков,  засели  под  танк  и  отстреливались.  Но  к  ним

подползли  поближе  и  забросали  гранатами.  Все  как  на  полигоне

будто  происходило:  четко,  слаженно  и  быстро.  Двое  кинжальным

огнем  прикрывают,  третий  гранаты   - раз- два- три  -   точно  в  цель,

под  днище  танка  побросал.  Чего  с  ними  возиться?

       … Четверых   пленных   связали  и  по  приказу  Ковалева  уложили

рядом     с  танком.  Кто-то  в  темноте  зло  процедил:

        - Долго  подыхать  будут,  мучительно.    Ночи,   вон  какие  холод-

ные.   Земля  мерзлая…

Ему  возразили:

        - Свои  могут  подоспеть  на  выручку.  Зря  их  так  бросать.  Они  с

нашими  не  чикались. Помнишь,  что  танкист  в  учебке  рассказывал?

        - А  мы  их  никому  и  не  оставим  в  живых.  -  майор  нагнулся  к

одному их убитых немцев,  срывая  с  пояса  гранату и  шаря  по  кар-

маннам  комбеза  в  поисках  документов.  –  Без  церемоний  прикон-

чим   по   законам   военного  времени  и  от  лица  советской  власти.

Ясно?!

      - Держи  -  Ковалев  протянул  одному  из  лейтенантов  пачку  доку-

ментов.  –  Храни   все до  кучи   в   своем  планшете («Планшет»  -  фронтовой   слэнг.  Имеется  в  виду  обыкновенная  полевая  офицерская  сумка).

       Это   наш  боевой  ответ.   Головой  отвечаешь.

       Документов  собрали   по  возможности  побольше,   обшарив  в

спешке  карманы  убитых. Сейчас не  время с  ними  знакомиться,  да-

же  бегло.   До  своих  если  доберемся,  тогда  и  будем  изучать.  Ну, а

в  штабе  армии,  как  водится,  составят  лаконичную  сводку  отчета:

«сов. секретно,  отряд  специального  назначения НКВД СССР №……,

вступив  в  боестолкновение   на ……  участке  фронта  с  немецкой  тан-

ковой  колонной,  уничтожил….   танков  противника,  обратив  в  бегс-

тво…..,  уничтожено …..  немецких  солдат   и  офицеров,  что  подтве-

рждается  документами,  изъятыми  с  поля  боя.  Собственные  потери

составляют: …. . Без  потерь.   Легкораненых  ….  человек.»      И  все….

        Собаки,  их  верные  боевые  друзья,  в  счет  боевых  потерь  не

входили.   До  них  ли  было  сейчас  вышестоящим  командирам ?

         Но  что  не  говори,  а  они  молодцы.  Здорово  провернули  дело.

Лиха  беда  -  начало,  то  ли  еще  будет!  Боевое  крещенье  состоялось

и,  главное, без  потерь. Фу-уу, гора с плеч! Здорово!

          А  сейчас  надо  убираться  восвояси.  Менять  место  дислокации,

а  то  неровен  час…

           Когда  отряд  двинулся  с  места  боя  к  укрытию,  где  их   ждали

уцелевшие  полуторки, двое  добровольцев,  чьи  собаки  погибли  се-

годня  первыми,  укрылись  за  выступ  одного  из  подбитых  танков.

С  разрешения  Ковалева  к  ним  присоединился  третий.  Тот,  у  кото-

рого    «мессер»,    забавляясь,   расстрелял   четвероногих  питомцев. 

У-уу  тварюга ! 

         Обездвиженные,   связанные   по   рукам   и   ногам  пленники,  с 

кляпами  во  рту,  дико  вращали  глазами,  сообразив,  что  сейчас  произойдет.   Одному  из  них  удалось  невероятным  усилием  выплю-

нуть  пилотку,  засунутую  в  рот  и  он,  задыхаясь  и  хрипя,  будто

утопленник,  заорал,  что  есть  мочи :

         -  Найн,  Найн !!!  На-а-а….

         Поздно.  Одна  за  другой  полетели  гранаты.  Все  было  кончено

в  считанные  мгновения.    Ну   а  теперь – ходу !  Догонять  ушедший

рысцой  отряд.

         А  тем  временем  Ковалев  послал  самого  шустрого  и  быстрого

на  ногу   лейтенанта   - бегом вперед – к  водителям.  Чтоб  немедля

заводили  моторы  и  выкатывали  машины  на  дорогу.  Нельзя  терять

ни  секунды!   Теперь   все   решает  скорость   и  шоферская  сноровка.

Эх,  выносите  вороные!

         Если  немцы  опомнятся  и  бросятся  за  ними  в  погоню  -  плохо

дело.     Им    не   уйти   в   перегруженных   под   завязку   полуторках. 

Направят  по  их  следам  роту  на  «ганамаках» («Ганамак» - немецкий  колесно-гусеничный  бронетранспортер  с    хорошим  стрелковым  вооружением. «Машинговер» - станковый  пулемет) – никто

не  уцелеет.  Скорость  и  проходимость  у  него  по  нашему   бездо-

рожью  не   чета   полуторке.   Бронетранспортер,    он  и  есть  броне-

транспортер,   когда  на   нем  еще   и   крупнокалиберный  пулемет,

от  тринадцатимиллиметровых    пуль   которого  никто  в  живых  не

останется,  а  два  бортовых  « машингевера»  (примечание)  довершат

свое    черное  дело  бешенной   скорострельностью.  А  они  могут  про-

тивопоставить   такой  силище   пару  своих  ручников – «дегтярей» . И

только.   Одним  словом  повезло  им  сегодня,   что  танковая  колонна

шла  без  пехоты.

         Повезло  и  сейчас,  после  стольких  передряг  -  погони  не  было.

У-уф-ф,  хорошо!  Видимо  командир  их  в  рубашке  родился.  Выбра-

лись    благополучно   из-под  самого  носа  у  немцев.   Правда,  свои

лупанули  по  ним  так,  что  они  попрощались  с  белым  светом.  Лупануть  то  лупанули  -  дружно  и  залпом, -  но  ни  в  кого  не  попали.  Состраху  что  ли?  

          Вот  вояки,   мать   их   за  ногу !  А  если  бы  это  были  взаправду

фрицы?   Что  тогда?  На  русский  авось  надеялась  пехота  что  ли?

Едрена  -  корень !

       Хотя  чего  их  винить.  У  них  же  не  было  такой  подготовки  и  таких  инструкторов  по  огневой….

 

**

                                                                                                    Восточный  фронт

                                                                                                    Особая  папка!

                                                                                                    Сверхсекретно.

                                                                                                    Экземпляр  единственный.

 

 

Из  внеочередного  сообщения №…….

адмиралу  Канарису.

 

          … С помощью  воздушной  разведки  нам  удалось  установить  примерную

численность  спец. отрядов  русских  с  собаками-минерами.

      Она  составляет  60-70  человек.  На  каждого  военнослужащего  приходится

по 2-3  собаки.

     Вооружение:  автоматы ППШ,  ручные  пулеметы, как  правило  системы

Дегтярева.  Но  повсеместно  также  применяются  трофейные  пулеметы

- МГ – 34.   Передвигаются,  как  правило,  на  машинах (полуторки  и  трехтон-

ки)    одной  колонной без  охраны  и  прикрытия.  Было  замечено,  что  иногда

колонны   сопровождают  1-2 танка БТ.

     Непосредственно  к  самой  передовой  выдвигаются  скрытно,  соблюдая все

правила  маскировки,   оставив   в   укрытии (лесу)  средства передвижения  и

большую  часть  личного  состава.  Передвигаются  ( выходят  к  передовой)

небольшими  группами  в  вечернее  или  ночное  время,  чем  и  обуславливается их внезапное  нападение  на   наши  танковые  подразделения  во  время  атак

на  позиции русских.

        Необходимо  отметить,  что  колонны  русских  спец.отрядов  передвига-

ются   только  с  наступлением  сумерек  или  в  ночное  время,   когда  практи-

чески  невозможно    действие  нашей  авиации  для  их  уничтожения  или  веде-

ния  воздушной  разведки,  поиска  и  корректировки  огня,  а  также  наведения

диверсионных  отрядов  на  пути  их  передвижения.

       Движение  колонн  днем  происходит  в  редких  случаях.  Маршрут  при  этом

постоянно  меняется,  чтобы  ввести  в  заблуждение  наше  воздушное  и  назе-

мное  наблюдение    о  конечной  точке  передвижения (маршрута).  Нередко  им

это  удается.

      Повсеместно   и   успешно   применяется  такими  спецотрядами  тактика

Скрытного  нападения  из  засад,  как  правило  это  лесные  массивы  вдоль  до-

рог,  по  которым  продвигается  наша  бронетехника.   На  разведдозоры  тан-

ковых  подразделений  во  время  движения нападение  не  осуществляется.  Они

беспрепятственно  пропускаются.  А  само  нападение  происходит  на  колонну

бронетехники.  Уничтожается  в  первую очередь  ( практически  одновременно)

авангард  и  арьергард,  а  затем  методично  и целенаправленно  уничтожается другая   бронетехника   в   колонне.  Пленные  такими  отрядами  не  берутся.

Отступающие  танки  не  преследуются. 

       Необходимо  отметить,  что  предварительная  разведка  лесных  массивов

вдоль  дорог,   по  которым  намечено  передвижение  бронетехники,  в  том чи-

сле  и  авиационная,  практически  безрезультатна.  Это  позволяет  судить  о

высокой  подготовке  и  обучении  таких  отрядов,  о  их  максимальном  исполь-

зовании  способов  маскировки  на  местности  и  других  приемов  спецтактики

применительно  к  особым  диверсионным  подразделениям  и  о  высокой  инди-

видуальной  подготовке. 

        После  боестолкновения  русские  моментально  покидают  место  засады,

стараясь  избежать  незапланированных  стычек  и  не  ввязываясь  в  бой  с  не-

большими  группами  и  подразделениями  нашей  пехоты  на  открытом  про-

странстве  (  в  полевых  условиях). Организованное  преследование  после  каж-

дого  такого  случая  результатов  не  дает.  Пользуясь  темным  временем  су-

ток  русские,  как  правило,  легко  отрываются  от  погони  нашей  мотопехоты

или  бесследно  исчезают  в  лесных  массивах,  где  хорошо  ориентируются.

Во  избежание  необоснованных  потерь  нашим    подразделениям  (войсковые

части)  категорически   запрещено  углубляться  в  лесные  массивы  для  пресле-

дования  русских  спецотрядов  в  ночное  время.

          Зафиксирован  ряд  случаев,  когда  посланные  в  дневное  время  ( с  наступ-

лением  рассвета)  разведгруппы  натыкались  на  тщательно  подготовленные

засады  противника  и  в  скоротечной  схватке  полностью  уничтожались ими.

Также  имеются  неоднократные  случаи,  когда  посланная  разведка  с  целью обнаружения  и  преследования  русских,  скрывающихся  в  лесу,  бесследно  ис-

чезала.    Дальнейшие    поиски  в  глубине  лесных  массивов  результатов  не  давали.   Мертвых  или   раненых   из   числа   предварительно  направленных

разведгрупп  обнаружено  не  было.  Дальнейшие  поиски  результатов  не при-

носили,  что  еще  раз  подтверждало  высочайшую  спец.подготовку  таких

отрядов  противника.

        … На  передовой  больше  суток  такие  отряды  практически  не  задержива-

ются,   а  выдвигаются  на  новые  позиции.  Как  правило  это  танкоопасные  направления.   Такая  мобильность  и  постоянная  скоротечная  передислокация

отрядов  вдоль  линии  фронта,  помноженная  на  скрытное  выдвижение  не-

посредственно  к  огневым  позициям,  позволяет  русским  обеспечить  секрет-

ность  и  утечку  информации.

        Общую   численность   отрядов   и   их  ведомственную  принадлежность

(ГРУ РККА  или  НКВД  СССР)  установить  не  представляется  возможным.

        Из    редких    вн.в.    перебежчиков  установлено,  что  личному  составу

русской  пехоты  на  передовой    категорически  запрещен  какой-либо  контакт

с  лицами  из  спец.отрядов ( за  нарушение  расстрел  на  месте),  прибывающих

небольшими  группами  в  ночное  время  вместе  с  собаками  в  расположение

(непосредственно  в  окопы)  воинских  частей.  Установлено   лишь,  что    по

мере  необходимости    численность  таких  групп  может  быть  увеличена.

Кроме  того,   от  перебежчиков  удалось  установить,  что  даже  после  убы-

тия     спецгруппы  после  выполнения  задания ( уничтожение  танков  в  бою),

разговоры  о  них  всячески  пресекаются  младшими  командирами  ( команди-

рами  взводов  и  рот,  а  также  сержантами),  а  особо  разговорчивых  на  эту

тему  или  интересующихся  спецификой  боевой  работы  спецгрупп  с  собака-

ми  тут  же  передают  представителям  особых  отделов,  откуда  они  уже

больше  не  возвращаются  в  свои  подразделения.

         Также  установлено,  что на  позициях (в окопах) и  непосредственно  в  бою

представители  спецгрупп   с   собаками   общаются  между  собой  только  по

именам.  По  всей  видимости  все  они  являются  младшими  офицерами ( млад-

шимми  лейтенантами,  лейтенантами).

        Старший  отряда    как   правило  один,  в  редких  случаях  два  офицера,  в 

звании  майора  или   капитана.   К  нему   представители   спецгрупп  обраща-

ются  только  по  званию.  Никаких  особых  примет  в  том  числе  и  фамилий

спецотрядовцев,  от  перебежчиков  не   установлено.

       Одна  характерная  деталь…  Русские  спецотрядовцы  очень  сильно  пере-

живают  по  поводу  гибели  своих  собак  в  бою ( после  подрыва  наших  танков).

Некоторые  из  них  даже  черезчур  эмоционально.  Не  скрывают  своих  чувств,

как  им  дороги  эти  собаки.

       Перебежчиками  отмечена  великлолепная  дрессура  и  послушание  собак-      

минеров.  Как  правило,  это  немецкие  или  восточно-европейские  овчарки.

       Из  рассказов  перебежчиков  ( практически  всех)  нельзя  не  отметить

еще  одну  существенную  деталь…  Во  время  обстрела  позиций  противника

нашей  артиллерией   или  во  время   бомбардировки  с  воздуха  кинологи  из

спец.отрядов  русских  закрывают   своими  телами  собак,  всячески  оберегая

их.   Некоторые  из  них  получают  при  этом  осколочные  ранения  или  даже

погибают.   Полагаю,  что  это  не  показное  геройство  и  даже  по  приказу

свыше  не  заставишь  человека  подвергать  себя   смертельной  опасности.

Этот  немаловажный  факт  надо  излагать  первоочередно  перед  постанов-

кой   задачи  нашим  диверсионным  отрядам – с  кем  им  предстоит  столкну-

ться   в  бою  во  время  проведения  операций.

       Тела  своих  погибших  товарищей  спецотрядовцы  не  доверяют  хоронить

окопникам, а  забирают с  собой.  Места  их  захоронений  перебежчикам  неиз-

вестно.

       Спецотрядовцы  (  группы  с  собаками – минерами)  появляются  в  траншеях

под  покровом  темноты  ( сумерек)   и  покидают  позиции  только  в  ночное

время.   Их  встречают   и   сопровождают   представители особых   отделов. 

Иногда  это  несколько  младших  офицеров  или офицер  и  сержанты.   Они  на-

ходятся   постоянно  в  траншеях  переднего  края,  пресекая  любой  внеслужеб-

ный  ( подчеркнуто  красным  карандашом)  контакт  солдат  со  спецгруппами.

       В  зависимости  от   обстановки  особисты    покидают  передний  край,  со-

провождая    спецгруппы   или   остаются  на  передовой  после  того,  как  спец.

группы  покидают  позиции,  выполнив  свою  боевую  задачу (  без  собак).  Распо-

ряжения   на  сей  счет  ( по  наблюдениям  перебежчиков)  отдают   старшие 

офицеры ( офицер)  спец. отряда.

       В  бою  спец.  отрядовцы  действуют  тактически  грамотно,  успешно,  от-

важно.    Великолепно  стреляют  и  при  случае  могут  свободно  владеть  тро-

фейным  оружием.  В  бою  поражают  с  помощью  заминированных  собак  нашу

бронетехнику ( танки).  Мины  (заряды)   радиоуправляемые,  дистанционного

действия.  Действуют  безотказно.  Такая  разработка  русских  мин  нам  до н.

времени  неизвестна.  По  всей  видимости  проводилась  до  войны  в  секретных

лабораториях  НКВД (последнее  предложение  дважды  подчеркнуто  красным

карандашом).   Со  слов  тех  же  перебежчиков,  установка  легкая,  компактная,

простая  и  надежная  в  управлении,  что  немаловажно  в  полевых  условиях.

Такая   установка   находится   на   вооружении  у  каждого  русского  кинолога

( спец.отрядовца).

        Насколько  известно  такие  разработки  для  нужд  Вермахта  и  Абвера

( диверсионные  отряды)  на  наших  оборонных  заводах  (лабораториях)  не

проводились  и  не  проводятся  с  началом  Восточной  компании.

       …В  бою  спецотрядовцы  также   осуществляют  ( добиваясь  поразительных результатов)   огневую  поддержку  из  личного  автоматического  ору-

жия  (  автоматы  ППШ)  стрелковым  подразделениям,  на  позициях  которых

они  находятся.  Нашим  атакующим  подразделениям  наносится  ощутимый

значительный  урон.  Последнее  свидетельствует  о  высокой  боевой  выучке

личного   состава   спецотрядов   с  собаками  минерами.  По  всей  видимости

обучение  и  полевая  практика  проходила  в  сверхсекретных   учебных  цент-

рах  ГРУ  РККА  или  НКВД,  куда  доступ  нам  практически  невозможен.  Как  и

неизвестно  место  дислокации  таких  центров.

       …   Вся  наша  действующая  агентура  на  восточном  направлении  нацеле-

на  на  выявление   таких  центров  диверсионной  подготовки.   Задача  ослож-

няется  сверхбдительным   ( снова  подчеркнуто  красным  карандашом) несе-

нием    службы   частей  НКВД  по  обеспечению  охраны  тыла  Красной  Армии,

которые  задействованы  на  охране  режимных  и  военных  объектов  русских,

а  также  непосредственно  несут  охрану  и  оборону  ближайшего  армейского

тыла  русских  вдоль   всей  линии  фронта.   Постоянная   смена  документов,

пропусков,  особые  знаки  и  пометки  в  них  ( иногда  меняются  несколько раз

в  течение  дня)   значительно   затрудняют    работу   всей  нашей  агентуры.

В  связи   с  чем  агентура  и  диверсанты  в  тылу  русских ( из  числа  лиц  славян-

ского   происхождения  )   несут  значительные  потери.  Выявляются  русским

НКВД  и  задерживаются.  При  оказании  сопротивления,  в  том  числе  и  воору-

женного,  уничтожаются  на  месте. 

          Когда    же  после  длительного  исчезновения  снова  выходят  с  нами  на

связь     (радиообмен  или  через  действующую  резидентуру )    не  факт,  что

они  переворбованы  русскими   спецслужбами.   На  дополнительную  тщатель-

ную  проверку   и  перепроверку  таких  лиц  необходимо  время  и  дополнитель-

ные  средства. 

         …Как  уже  отмечалось  выше, ведомственная  принадлежность  спец.отря-

дов  русских  ( собаки-минеры)  не  установлена  к н. времени,  т.к. на  передовой

представители  особых  отделов  бдительно   следят   ( видимо  получив  стро-

жайший  приказ  свыше по  своему  ведомству)   за  солдатами  и  офицерами  и

какие-либо  контакты  с  представителями  спецгрупп  на  передовой  запреще-

ны.  Последнее  соблюдается  русскими  неукоснительно.

        Запланированные  и  тщательно  проведенные  операции  по  захвату  и  до-

просу  военнослужащих  из  таких  спецотрядов  не  дали  должного  результа-

та,  даже  когда  координировалось  действие  нескольких  диверсионных  отря-

дов  Абвера   одновременно. 

        Русские  храбро  и  отчаянно  сопротивляются  в  таких  боестолкновениях,

т.к. врасплох    застать  их  практически  невозможно.    Необходимо  учесть

главный  фактор  -  прекрасно  обученных  и  выдрессированных  собак,  опреде-

ляющих  «чужого»  на  значительном  расстоянии  в  любое  время  дня  и  при

 

                                                                                                                                                81.

любой  погоде.   Наши   диверсионные   отряды    в  боестолкновении   несут

существенные  потери  и  вынуждены  в  спешке  отступать, ( благо  никогда

не  преследуются)   или  практически  полностью  уничтожаются  русскими.

Наши  потери  (диверсионные  отряды  Абвера  на  Восточном  направлении)

за  последний  месяц  значительны.  Отдельная  справка  с  картами-схемами

и  подробным  анализом  каждого  боестолкновения,  равно  как  и  подробные

планы  операций,  -  прилагаются.  

        … С  учетом  всего  вышеизложенного  прошу  выделить  дополнительные

силы  и   резервы  для  проведения  утвержденных  вами  спец.операций.

 

                                                                                                           Начальник  Восточного

                                                                                                           направления Абвера,

                                                                                                           генерал  лейтенант

                                                                                                           фон…………………………..,

 

          Резолюция.

 

                 Справка  составлена  детально.  Имеются  весьма  и  весьма  сущест-

венные  факты,  подробно  характеризующие  специфику  функционирования

и  режим  секретности   русских  спец.отрядов  с  собаками -  минерами.

        Но  ….  Практическая  сторона  дела  желает  лучшего….

        В  н.  время,  как  никогда,  необходимо  в  кротчайшие  сроки  максимально

активизировать    боевую     работу  наших  диверсионных  отрядов  -  поимка

русских  спецотрядовцев  или их  полное  истребление.  Максимально !

        ( Слова  «максимально»  в  обоих  случаях  подчеркнуты  красным  карандашом.  

       С  учетом  потерь  дополнительные  силы  и  средства  будут  выделены  не-

замедлительно   и  доставлены   в  Ваше  распоряжение  военно-транспортной

авиацией.

      Личный  состав,   вновь   прибывших  диверсионных  подразделений  Абвера,  

сходу    задействовать  по  делу….

     Всех  отличившихся  в    последних   боестолкновениях  с  русскими  предста-

вить  к  награждению  Железными  Крестами.

                                                                                                                         Адмирал  фон

                                                                                                                                    Канарис

                                                                                                    Берлин, Штаб-квартира

                                                                                                                                     Абвера.

                                                                                                    «___» октября 1941г.

 

Глава  11.    Наука  ненависти.

 

      Один  из  инструкторов  по  огневой  подготовке,  хмурый  и  неулыбчивый   старлей,  бывший  командир  танковой  роты,  присланный  в  учебку  в  августе,  после   боев  под  Ельней  зло  бросал  им:

      -  Башку  ниже  пригибай!  Еще  ниже!  Не  стесняйся,  кланяйся

в  полный  рост.  Ну,  что  ж  ты  так,  лейтенант ?!   На  войне – ты  уже

убит!  А  ну  давай  по  новой!  Живо!...

       Он  вечно  был  ими  недоволен и раз  по  двадцать  заставлял делать  и  переделывать то,  что  они,  как  им  казалось,  и  так  делали

на  отлично.

        -Эх вы,  сосунки  необстрелянные – осаживал  он  самых  ершистых,

пытавшихся   спорить  с  ними.  -  Хоть  и  погранцы  все  бывшие,  но

помните:   фашист  в  бою  ни  секунды  оплошности  не  пропустит.

Ни  мгновения?   Фашист – вояка  матерый.  Зарубите  это  себе  на  носу!    

       В  слово  «матерый»  он  вкладывал  всю  злую  обиду  и  горечь  беславных  поражений  первых  месяцев  войны.

       - Ничего,  на  фронте  они  с  вас  всю  дурь  и  спесь  вышибут.   Будете  солдатами,  а  не барышнями  кисейными.  Там  науку  ненависти

быстро  постигаешь,  в  считанные  дни.

      А  на  нет  и  суда  нет – мрачно  подытоживал  старлей.

      Похвалы  от  него  -  точно  не  дождешься.  Днем  с  огнем  не  сыщешь.   Только  бессчетные  придирки  и  нарекания. Но  ехидой не

был  угрюмый  старлей.  Выговаривал  зло  и  с  солеными  фронтовыми  прибаутками -  столько  нелепых  смертей  по  элементарной  людской  неосторожности  и  глупости  насмотрелся  за  эти  первые  месяцы  войны,  что  не  в  сказке  сказать,  ни  пером  описать.  Но  обиды

на  него  никто  не  держал.  В  душе  соглашались:  а  ведь  прав  старлей,  прав.  Все  по  справедливости.  А  характер  неуживчивый,  ну  так

что ж….   Зато  других  достоинств  в  избытке.

       Только  бы  за   одно все прощалось  ему :  стрелял  он  как  Бог  из  любого  оружия  и  о  танках  знал  все  до  последнего  винтика  и  заклепки  на  броне.  Но  даже  не  это  было  его  главное  достоинство.

 

         Два  ордена  Красной  Звезды,  что  само  по  себе  было  нонсенс

в  сорок  первом,  говорили  о  многом.  Выходит  геройский  мужик

был  командир  танковой  роты,  человек  большого  мужества  и  отваги.

        Незадолго  до  их  отправки  на  фронт  он,  видимо  предчувствуя

скорое  расставание  , разоткровенничался  на  одном  из  перекуров:

        -  Вот  вы  все   фашисты,  фашисты…  Какие  они ?  А  что  на  них

смотреть?!   Бить  их  надо  сволочей !     Патроны  кончились - бей 

прикладом.   В  труса  не  играй!  Приклад  в  щепки  -  грызи  зубами

пока  можешь,  пока  силы  есть.  Пусть  гадина  первым  издохнет.

А  ты  за  следующего  принимайся.

       ….После  одного  тяжелого  боя  мы  в  тыл   ненадолго  отошли  за

пополнением.  Счастье  нежданно-негаданно  привалило.  Тридцатьчетверок  нам  подбросили.  Возвращаемся  к  вечеру  через  сожженную  деревню ,  наши  ее  только  что   отбили.   Бабка  какая-то  машет нам:   мол  сюда,  сюда…   Я  танк  приказал  остановить,  вся  рота  встала.    Двигатели   на   холостых  оборотах  порыкивают.   Спрыгнул  на 

землю:

         -  В  чем  дело,  бабуся?

А  она  только  шамкает  беззубым  ртом:

         -  Сыночки,  милые…   Там  они,  там…    А  эти,  изверги  окаянные,

их  из  пукалок,  огнем. – и в слезы. – Ой, не могу…

         Какие  еще  такие  «пукалки»?  Что  за  чертовщину  несет  старая ?

Зашли  мы  с  ней  во  двор,  дровни  от  сгоревшей  хаты  дымятся.

А  там  на   задах,  в  огороде…

         Он  нервно  закурил.  Зло  сплюнул.

          - У  них  в  деревне  видать  цыганский  табор  стоял,  а  может  от

войны  на  восток  пробирались.   Всех  собрали  вместе  и  пожгли  из

огнеметов,  суки.  Понятно  какие  «пукалки».

          Старлей  грязно,  пахабно  выругался.

          - Даже  грудных  детей.  Всех.  Лежат,  как  головешки.  А  старика

соседского,  что  пытался  за  них  заступиться,  к  ихнему  офицеру

обращался,  туда же  запихнули,  к  цыганам.   И  старух  деревенских,

что  поголосистее  были  -  вечные  сердобольные  заступницы – смерти

своей  в  огне  не  избежали.  Вообщем,  всех… Махом…  Костер  из  человеческих  тел.    А-аа!...   Он  провел  огромной  заскорузлой  ладонью  по  лицу,  будто  пытался  отогнать  от  себя  жуткое  виденье.

-  А-аа….

Впечаталось  на  всю  оставшуюся  жизнь – не  отгонишь.

         Они  слушали,  веря  и  не  веря  своим  ушам.  Господи,  да  что

это  такое ?

         -  Мой  взводный  через   день  увидел  колонну  пленных.  Первые

пленные,  наверное,  за  войну.   Отпихнул  механика-водителя,  стоявшего  у  танка,  юркнул  на  его  место,  за  рычаги  и  на  ту  колонну. Мы и  рта  не  успели  раскрыть,  а  он  по  гадам  и  на  полном  ходу…

Солдатики  конвойные,  как  ошпаренные,  едва  успели  отскочить,

когда  он  сволочей  стал  утюжить.   Ни  один  не  ушел,  всех  подавил,

подчистую.   Выскочил  из  танка,  дышит,   как  загнанная  лошадь,  любуется  на  дело  рук  своих.  -  Это  им  за  «них».

      Вся  тридцатьчетверка  в  кровище и ошметках  мяса  человеческого.   Сочится  с  нее  вся  эта  дрянь,  как  из  мясорубки  на  мяокомбинате.  Особист   его  пытпался    под  трибунал.     Оно   понятно – дело

расстрельное.  Комдив  вмешался,  отстоял. Погиб  мой   взводный

через  неделю,  сгорел  вместе  с  экипажем.  Досталось  нам  крепко

в  том  бою….  А  вы  говорите:  какие  они  фашисты ?

       Эх,  знать  бы  им,  как  сложится  судьба  каждого  из  них  и  мрачноватого  неуживчивого  инструктора  по  огневой ,   в  частности.  Закидал  рапортами  неугомонный  старлей  все  инстатнции,  рвался  на

фронт,  не  желая,  «отсиживаться»  в  тылу.  И  добился  своего.  В  сорок  втором  прошел  пекло  под    Харьковом,  чудом  жив  остался.

Весь    Сталинградский   кошмар   от  начала  до  конца  сдюжил,  как

с  гуся  вода,  словно  заговоренный.  За  Прохоровку  в  июле  сорок

третьего  Звезду  Героя  получил.   Сам  чорт  ему  не  страшен.  И  горел

не  раз и  по  госпиталям  валялся  весь  израненный  -  не  сосчитать.

До  Берлина  дошел,  стал  замкомполка,   подполковником.  И  надо 

же   такому  случиться:  в  конце  апреля  сорок  пятого  в  пригороде

вражеской  столицы  мальчишка-фаустник  сжег  его  танк.  Спастись

из  экипажа  никому  не  удалось.  Заживо  сгорели.  Вот  такая  судьба….

         Другой  их  инструктор  по  огневой  и  тоже  фронтовик, - полная

противоположность  своему  собрату. 

         Улыбчивый,  доброжелательный  хохол  Галушка  начал  войну

взводным  в  танковом  полку  под  Перемышлем  22  июня.  Шутка

ли  -  от  самой  границы  с  боями  прошел!

         И  о  войне  он  рассказывал,  в  отличие  от  угрюмого  старлея,

более  охотно. 

         Рассказывал  зло  и  весело.  Но  от  его  рассказов  -  мурашки  по

спине.   И,  видимо  волнуясь,  путал,  забавно  сдабривая    русскую речь    украинскими    словечками.   О  немецкой  технике  взводный  говорил  только  в  превосходной  степени,   что  поначалу обескуражи-  вало  их  несомненно.     Ну,  да?   Да  такого  быть  не  может !  Ерунда  какая-то.

         А  из  того,  чем  с  ними   словоохотливо  делился  инструктор-огневик,    выходило  вовсе  не  ерунда.    Похлопывая  исцарапанный,

видавший  виды  «трофейник»  -  пятидесятимиллиметровый  миномет,  с  горькой  усмешкой  говорил:

       -  О,  цэ  добре  сработано…

       -  А  что  ж  в  нем  необыкновенного ?  -  замечали  любопытствующие  -  Труба,  как  труба,  плита  квадратная.  Все  четырнадцать  кэгэ..

       -  Так  як  же  усе  дило  в  «огурце».

       -  В  чем,  в  чем ?  В  огурце?  -  недоумевали  они,  не  понимая  куда  гнет  инструктор  -  А  при  чем  здесь  огурец ?

       Лейтенант  хитро  щурил    глаз  и  задавал  встречный  вопрос:

       - Цэ  вирно  бають,   шо  страшнее  котяры  зверюги  нема ?  Вирно?

        «Вирно» - соглашались  они.

       Ну  а  дальше  следовал  подробный  рассказ,  от  которого  холодело  в  груди  и  сосало  под  ложечкой.    А  расклад  по-всему  был  такой:   если  страшнее  кошки  зверя  нет,  то  ужаснее  «этой  штуковины»   -  50-миллиметрового  миномета  -  и  большей  беды  для  нашей

пехоты  и  придумать  не  придумаешь.

      

                                                                                                                          

                                                                                             Сверхсекретно

                                                                                             Особой государственной

                                                                                             Важности.

                                                                                             «МОЛНИЯ»

 

 

Выписка

из Приказа №______

ГКО   СССР

 

 

      …Наркомату  Внутренних  Дел  открыть  в  двухнедельный  срок  дополни-

тельные  Специальные  учебные  центры  в  Уральском  и  Сибирском  округах

Внутренних    войск    НКВД   СССР  по  профилю  подготовки  служебных  собак

минеров-подрывников.

       Ответственные  по  линии  НКВД:  Л.П. Берия, В. Меркулов, П. Судоплатов.

 

 

 

                                                                      Председатель  ГКО  СССР

 

                                                                                                                                         И.Сталин

                                                                                                         «____» июль 1941г.

                                                                                                         Москва, Кремль.

 

 

  

На  документе  стоит  Сталинская  резолюция:

 

 

Тов. Берия  Л.П.!

 

           Дело  важное  и  необходимое  в  обороне  страны.  Отнеситесь  к  нему

со  всей  ответственностью,  на  которую  Вы  способны.  Не  пожалейте  сил

и  средств.  Враг  уже  у  Смоленска,  неровен  час  и  у  Москвы  окажется….

         Готовте  людей  и  собак  тщательно,  не  жалея  сил  и  времени.

        ГКО  при  необходимости  окажет  Вам  любую  посильную  помощь.

 

                                                                                         И.Сталин.

 

             Авторское  дополнение:

 

   Вот  так,  как  всегда  лаконично  и  категрично:  «не  жалейте сил  и  средств.

Враг  уже  у  Смоленска.  Не  ровен  час  и  у  Москвы  окажется».  А  противотанковой  артиллерии - хоть ты тресни! – катастрофически  не  хватает. Резервы

ее   не   бесконечные   и   тают   буквально  на  глазах.  Где    их  взять?  Откуда?

Как  в  срочном  порядке,  в  спешке  решить насущную  проблему?  Как?   «Враг

уже  у  Смоленска»,  а  это  всем  понятно,  даже  рядовому  школьнику, - прямая

дорога  на  Москву.    А  пушки   уже  нужны  сейчас,  на  всех  фронтах,  от  Баренцева  до  Черного  моря,  бить  и  крушить  стальные  чудовища,  вгрызающиеся в  нашу  хлипкую  оборону  своими  стремительными  клиньями.  От  легкой  ли жизни  была  и  придумка:    ПТРы  - длинноствольные  ружья,  которые  солдаты в   ту   лихую  годину   окрестили   очень   метко   и   с  беспощадной  прямотой – «Прощай,  Родина!»   Точнее  не  придумаешь.  Толку-то  от  них.  Пушку,  даже ту  сорокопятку,  они  не  заменят.  И  не  заменили…

       Вот  потому,   наверное,   от   горького   отчаянья   тех   дней  и   ложились  строки  резолюции,  сделанные  красным  карандашом:

     «Готовьте  людей  и  собак  тщательно,  не  жалея  сил  и  времени».

     Да  и  кто  бы  тогда  оспорил  такое  -  Надо !

    Надо  и  все,  -  ведь  лютый  враг  рвется  круша  всех  и  вся,  к  самому  сердцу

Страны.  Надо!...

   И  маховик  гигантской  системы  заработал  -  Надо ?!!  Выполним  -  кровь  из

носу….

 

 

                                                                                                   Сверхсекретно

                                                                                                   Срочно!

                                                                                                   Только  для  ознакомления

                                                                                                   установленным  лицам.

 

Приказ  №__________

по  НКВД  СССР

 

 

            По  Приказу  №_____   ГКО  СССР  от  «___» июля  с.г. в  недельный  срок

на   базе   школ   первоначальной   подготовки   и  учебных   полигонов  Уральского  и  Сибирского  округов  внутренних  войск  НКВД  СССР  создать  дополнительные  Специальные   учебные  центры  по  профилю  подготовки  служебных

собак  (минеры-подпывники).

      Дополнительные  спец.  учебные  центры  создаются  по  образу  и  подобию

уже  существующего  Спец. учебного  центра (в/ч  №__,  совершенно секретная.

 

           Вновь  открывающимся  Спец.  учебным  центрам  присваиваются №№

в/частей  ( номера  перечислены______),  со  статусом  особого  режима  секретности. 

         Отбор  в  данные  учебные  центры  проводится  из  лучших  специалистов-кинологов инструкторов  служебных  собак  дивизий  НКВД  СССР  по  охране

Тыла  Красной  Армии  и  конвойных  войск  ГУЛАГа  НКВД  СССР.  Отбираются  физически  крепкие,    выносливые   военнослужащие  в  возрасте  до  30  лет,

Имеющие  высокие  морально -  волевые  качества,  всецело  преданные  Родине

и  партии.

         Кроме  того,  отбор  проводить  из  числа  бывших  военнослужащих  Погранвойск,  влившихся  в  настоящее  время  в  состав  дивизий  НКВД.  Критерий отбора  тот  же.

        С  каждым  военнослужащим  проводится  индивидуальная  беседа  при  отборе  в  Спец.  учеб.  центры  и  отбирается   подписка  о  неразглашении  государственной  тайны.

       Каждому  военнослужащему  разрешается  отобрать  по-прежнему  месту

службы  2 – 3 –х    служебных  собак  по  своему  личному  усмотрению  для  их

дальнейшего обучения  непосредственно  в  Спец.  учебном  центре.

      Программа  и  методика  обучения  во  вновь  создающихся  Спец.  учебных

центрах  в  полной  мере  используется  из  арсенала  подготовки  служебных

собак  минеров-подрывников  в  Спец.  учебном  центре  (в/ч №___,  совершенно

секретная),  а  также  по  рекомендациям  лучших  специалистов  кинологической  службы  НКВД.

      Последние  командируются  во  вновь  создающиеся  Спец. учебные  центры

на  весь  период  обучения  и  подготовки  собак-минеров.

      Все  лучшие  навыки  подготовки  и  методика  обучения  служебных  собак

минеров-подрывников  в  циркулярном  порядке   немедленно  передаются  по

всем  вышеуказанным  спец.  учебным  центрам.  Информация  засекречивается.

Доступ  к  ней  имеет  только  узкий  круг  специалистов  кинологической  службы  наркомата.

    Ответственными    за     исполнение     данного    Приказа  назначаются  тов. В.  Меркулов  и  соответствующие    командиры   округов   внутренних  войск

НКВД  СССР.

 

                                                                             Первый  зам. Председателя  ГКО  СССР,

                                                                             Нарком  НКВД  СССР,

                                                                             Генеральный  Комиссар  Госбезопасности,

                                                                                                                                             Л. Берия

                                                                             Москва,  «_____»  июля  1941г.

 

 

    

        На  этом  документе  стоит  резолюция  наркома  НКВД:

 

                                                   Тов. тов.  В. Меркулов,  П. Судоплатов !

                Больше  недели  на  создание  Спец.  учеб.  центров  дать  не  могу.

Работа  колоссальная,  но  ее  необходимо  выполнить.  Бои  уже  идут  в  центре

Смоленска.   В  нас.  время  оборонная  промышленность  пока  не  в  состоянии

наладить  выпуск  необходимого    для  нужд  фронта  количества  противотанковой  артиллерии.  Поэтому  подготовка  собак  минеров-подрывников  имеет

важное  значение  в  деле  обороны  страны.

      Я  бы  даже  сказал  -  стратегическое  значение.

 

                                                                                                Л. Берия                      

 

 

Глава  12.  «Огурец» ,  «Лаптеждник» ,  «рама».

 

          … Хоть  и  пуляет  эта  хренотень  всего  на  пятьсот  метров – даль-

ность  не  самая  большая  -  но  зла  от  его  губительно  огня  по-мак-

симуму.    Вся  заковыка  здесь  в  мине,   величиной  с  перезрелый

огурец.  Разрывается,  едва  коснувшись  земли,  воронки  не  оставляя,

и  сечет  осколками,  что  острее  бритвы,  все  на  своем  пути,  безжа-

лостно   кромсая  живую  плоть,  превращая  ее  в  сплошное  месиво.

И  осколки  у  «огурца»  стелются  параллельно  земли.   Никуда  от них
не  укрыться,  хоть  срастайся  с  землей,  бесполезно  -  все  равно  дос-

танут.  А  засечь  расчет  из  2-3   минометчиков   практически  невозмо-

жно.   Засядут  где-нибудь  в  воронке  или  разбитом  окопе,  а  порох

у  «огурца»  бездымный,  и  попробуй  угадай:  откуда  по  тебе  шма-

ляют.    Ребус.    А    скорострельность    у  этого  миномета  -  ого-го-оо !

Двадцать  выстрелов  в  минуту.  Три  секунды  на  перезарядку.  Сыпет

и  сыпет  минами,  головы  не  поднять  из  траншеи.  А  если  несколько

человек  в  траншее  этой  от  страха  друг  к  дружке   жмутся  -  не  при-

веди  Господи  залететь  туда  «огурцу».   Никого  не  пощадят  осколки,

всех  искромсают.  Кошмар !  Кто  без  рук,  кто  без  ног,  у  кого  кишки

наружу…   И  не  разберешся  сразу  -  где  чьи.  Мучаются,  кровью  ис-

текают.  Беда !

       А  вот  зараза,  когда  летит,  лучше  и  не  слышать.  Вой  такой  ме-

рзкий  и   противный -  душу  словно  из  тебя  на  кулак  наматывают.

Хоть  уши  затыкай  и  беги  куда  подальше.  И  маму,  и  папу,  и  всю

родню  сразу  вспомнишь.   Попрощаешся.  Некоторые  бойцы  по  пер-

вости  с  перепугу  в  штаны  накладывали.  А  что  скажите ?  Страшно…

      Но  как  замечал  Тарас  Галушка,  танкистам  за  броней  эта  «хрено-

тень»  нипочем.   Пехоте,  конечно,  это  да  -  не  позавидуешь !  Глав-

ный  враг  у  нашей  пехоты.  От  его  злого  огня  основные  потери.

     Однажды  и  им  досталось,  да  еще  как !  Вспоминать  не  хочется…

     Покурили,  вполголоса  обсуждая  все  «прелести»  нехитрой  с  виду

«штуковины»  и  словоохотливый  танкист  продолжил  свой  рассказ…

           Подсолнухи  на  том  поле,  скажу  я  вам  хлопцы,  -  загляденье.

И  поле  само  под  ясным  голубым  небом,  как  с  холста  сошло,  - за-

любуешся.  И  среди  этой  ненаглядной  картины  то  там,  то  тут  наши

танки  горят.   Горят  родимые.  Послали  нас   в  лоб  на  немецкие  ба-

тареи.  Нет   чтоб   с  фланга  обойти…  Э-ээ,  да  что  там  говорить:  вое-

вать  мы  пока  что  не  научились.   Да  и   не  жалеют  нашего  брата…

А  ну  ее,  эту  жалость,  к  едрене  -  матрене.  Не  о  ней  сейчас  речь.

       … Когда  их  танк  подбили, они  выскочили  со  стрелком –радистом

из  башни.   Успели.  Вовремя.   Танк   уже   огнем  занимается.  Плохи

дела:  боезапас  в  любую  минуту  рвануть  может.  Только  механик-

-водитель  выбраться  не  может.  Или  ранило  или  кантузило.  Одно-

 му  ему    не  справится.    Они  к  нему  на  выручку.  Тут  напарника  и

шандарахнуло   осколком.  Туловище  в  одном  месте,  голова  в чер-

ном   танкистском  шлемофоне  в   другом.   Алая  кровь   хлещет   на стебли   подсолнухов.  Словно  вжик – и  громадной  бритвой  срезало.

       Вытащил  Тарас  с  грехом  пополам  механика.  Пот  градом  с  него.

Больно  дюжий  хлопец  раненый  товарищ.  Тарас  развел  руками,  по-

казывая  ширину  мощных  плеч  спасенного.  -  Як,  ваш  майор.  А  тя-

желючий,  шо  наш  танк…

       Но  тащу,  значит,  ползком  на  себе.  Дышу  от  усталости  как  паро-

воз.   Поспешать  надо.  Танк-то  наш  уже  во  всю  заполыхал.  Факел.

Того  и  гляди  сейчас  рванет.  Путь  держу  к  тридцатьчетверке,  у  ко-

торой  башню  свернуло  и  гусеница  перебита.  Слава, Богу,  еще  не

горит.  И  на  том  спасибо.  Схоронимся  под  ней  до  поры  до  време-

ни.    Доброе   укрытие.   А   там  передохну  и  к  своим  перебираться

будем.   Стонет  мой  товарищ  и  то  хорошо,  значит  жив.   До  танка

доберемся,  там  и  перевяжу.  Лишь  бы  немецкий  наблюдатель  не

засек.  Только  подумал  и  началось…  Тьфу,  ты !  Накликал  беду !

         И  завыли  чертяки,  затянули  свою  паскудную  волынку.  Все –

- сейчас  устроят  за  нами  охоту:  пиши-пропало.  Так  и  есть.  Полете-

ла  на  нас   фашистская  пакость. Может  еще  пронесет ?  Вот  он  уже

и  спасительный  танк.  А  мины  к  нам  все  ближе  и  ближе.  Кучнее

ложатся,   значит  точно  засекли.   И   сразу   померкло  великолепие

июльского  утра.

         Как  назло,  никак  я  механика  не  могу  под  днище  пропихнуть.

Не  получается,  хоть  ты  тресни.  Сам  влез  и  его  ухватил  за  подмы-

шки ,  тяну    в   спасительное   укрытие.   Скорей,   скорей,  только  бы

успеть !    Тут  как   шандарахнет  взрывной  волной,  я  сам  подлетел

на  месте.    Если    бы  не  шлемофон  - все,    разбил  бы  головушку  о

гусеницу.  Очухался,  дальше  тащу  своего  товарища.  Почти  затащил,

глянь,  -  а  у  него  ступней  нет.  И  ноги  все  до  колен  как  фарш, жи-

вого  места  нет.

        -  Вот   такой   «огурец»  прилетел  –  Галушка  хлопнул  по  стволу 

трофейника   -   и  истек  за  секунды   кровью  мой   механик  -  води –

тель…   Как    крути   не  крути   -  самый   главный  враг  нашей  пехоте.

Так  что,   на  фронте,  хлопцы,  пуще  всего  остерегайтесь  этой  зара-

зы.

        -  А  як  же  -  кто-то  из  них  пошутил  невесело.  Веселого  было

мало…

        И  стал  двадцатидвухлетний  взводный  седым  как  лунь  после

того  памятного  боя,  когда  небо  лучилось  безоблачной  июльской

синевой  и  ничто  казалось не предвещало  страшное  слово  «смерть»

посреди   бескрайнего    сказочной   красоты   поля   из  подсолнухов.

Отсюда  и  прозвище  -  Седой.

        Два  самых  горьких  военных  лета  хранила  судьба   незлобливо-

го  улыбчивого  взводного,  а   на  третий  год   кровавой  страды  и  не

уберегла.    Погиб   геройски   гвардии   капитан  Тарас  Галушка,  штур-

муя  со  своим  батальоном  печально  известное  село    Сычевка  под

Ржевом  лютой  зимой  в  начале  сорок  третьего…  Много  его  боевых

друзей   погибло   в   тех   жестоких   кровопролитных   боях   у  доселе

мало  кому  известного  русского  села  с  незамысловатым  названием.

       -  А  вот  еще  одно  окаянство  на  нашу  голову:  пушка  -  «собака».

Стотридцать  семь  миллиметров,  автоматическая.  Скорострельность

такая,  что  звук  издает  будто  собака  захлебывается  от  лая.  Отсюда

у нее  и  прозвище  такое  звучное.  И  нет  от  нее  спасу  ни  пехоте,  ни

танкам.   Кучно  бьет.    Наша  палочка – выручалочка,  сорокопятка,

хоть  и  калибр  поболее  имеет,  но  все  равно  ни  чета  ей.  С  немец-

кой  «собакой»  не  сравнишь.   Основательно  фашист  приготовился

к  войне…

    -  Тарас  Григорьевич,  вы  обещали  еще  про  «лапежник»  и «раму»

рассказать  -  напомнили  ему.

       Лукавили.  Еще  вчера  старлей  Угрюмый  им  подробно  рассказал

про  исчадие  ада  -   немецком  бомбардировщике  Ю-87  и  о предвес-

тнике  ада,   самолете-разведчике   «раме»,   прозванном  так  фронто-

виками  за  свой    характерный  особый  фезюляж.  Точно, что  твоя ра-

ма  на  окне.

      -  Хитрая  лиса,  летает  на  большой  высоте,  все  высматривает, вы-

нюхивает.  Ни  одна  зенитка  не  достанет  ее.  И  тут  же  на  землю  пе-

редает  координаты  целей.   Говорят  оптика  на  ней  стоит  –  закача-

ешься.  Мошная,  цейсовская.  С  такими  зенками,  как  у  этой паскуды

-   старлей  был    своем  амплуа  -   ничего  от  нее  не  спрячешь.  Коль

появилась  в  небе  -    жди  гостей  или  ураганного  артиллерийского

огня  по  всем  замаскированным  объектам.   Маскируй  не  маскируй,

а  если  кружится  гадина  над  ними,  то  значит  засекла.

         Уже  после  занятий,  в  учебном  классе  старлей  охотно  чертил –

-  фас  и  профиль -  мелом  на  доске  силуэты  вражеских  самолетов.

С  массой  подробностей    и  едких  смачных  комментариев,  что  и   

от  кого   можно  ожидать.  Доходчиво  излагал.

         Все   это    им  пригодится  уже  скоро…   Как  и  подробности  про

фрицевские  «огурцы»  и  пушку – собаку…

         -  Цэ  дило,  добре.  -  обещал  лейтенант  -  на  следующем  пере-

куре.     А  теперь – строиться !  Приступить  к  занятиям !

        Но  следующему  перекуру  не  суждено  было  состояться.  Только-

-только  построился  отряд ,  как  майор  Ковалев  и  ошарашил  их  но-

востью:

       -  Получен  приказ.  Убыть  на  фронт. - Строй  на  пару  минут  слов-

но  онемел,  храня  мертвое  молчание,  и  вдруг  вхорвался  десятками

молодецких     - Ур-рр-а-аа!...

        И  во  всеобщей  эйфории  -  Ну  наконец-то,  дождались!  Теперь

держитесь,  гады ! – екнуло  под  сердцем  у  Никиты  -  Как  там  ребя-

та ?   Встретимся,  не  стыдно  будет  им  в  глаза  смотреть.  Хватит  в

тылу  отсиживаться.  Они  воюют,  а  он…    Значит  скоро  увидимся.

Теперь  точно  скоро.

        Никита  много   раз  мысленно  представлял  себе  эту  встречу.

Дух  захватывало.  Да  и  новостей  скопилось:  не  на  один  день  и не

на  одну  ночь  душевных  разговоров.  Наверное   тоже  в  своих рюк-

заках  среди  нехитрых  армейских  пожитков  бережно  хранят  самое

дорогое  и  бесценное  из  довоенной  жизни – зеленую  пограничную

фуражку.  Чего  уж  там  скрывать:  одно  ее  наличие  душу  греет…

       В  плохое  не  верилось.  Он  гнал  прочь  от  себя  эти  мысли.  Не

такие  они  парни,   легко  фашистам  не  сдадуться.  Прорвались,  коне-

чно же,   к  своим  и  воюют  теперь,  будь  здоров,  и  за  него,  тылови-

ка,  отдуваются.   Но  вот  с  этого  часа -  они  на  равных.  Наконец-то!

       А  может – на  войне  все  может  быть  и  так  хотелось  в  это  ве-

рить  -  они  сейчас  где-нибудь  рядом,  в  какой-нибудь  стрелковой

части,  под  Москвой.  Увидимся…  Обязательно  увидимся!  А иначе

и  быть  не  может.

       Не  знал  Никита,  не  мог  знать,  да и  как  узнаешь,  что  в  тот  во-

скресный  день  ,  когда  они  все,  затаив  дыхание,  слушали  по  радио

речь  Молотова,   никого  уже  в  живых  на  заставе  не  было.  Одни

мертвые  тела  пограничников  и  дымящиеся  руины.

      …  А  в  тот  день,  когда  Ковалев  сообщил  долгожданную  новость,

кто-то   крикнул  весело  и  звонко,  срываясь  на  мальчишеский  фаль-

цет:  

        -  Качай,  командиров !

И  они,  подхватив  на  руки  небольшого  и  почти  невесомого  Тараса

и  мощного, богатырского   сложения  Ковалева,  - э-ээ-хх-х !   у-уу-х! –

-  подбрасывали  их  вверх  -  э-ээ-х !  Уу-рра-аа !

         Командиры  не  сопротивлялись  порыву  подчиненных.  Радость

была  на  всех  одна.

       -  Ой,  ой,  щикотно  хлопцы,  ой  умру !  -  верещал  счастливый лей-

тенант  Галушка  - Ой!

      А  майор  Ковалев,  подлетая  к  небу  басил, улыбаясь  -  только  не

уроните.  Только…    Мне  еще  с  фрицами  поквитаться  надо.      

 

 

                                                                                      Сверхсекретно,

                                                                                      Особой государственной

                                                                                      важности.

                                                                                      «Молния !!!»

 

 

Приказ №_______

ГКО  СССР

 

 

         Первому  заместителю  ГКО  СССР,  Наркому  Внутренних  дел  СССР,

Генеральному  Комиссару  Госбезопасности  приказывается, -

       В  связи  с  катастрофической  нехваткой  противотанковой  артиллерии

и  общим  ухудшением  положения  на  Западном  фронте ( ближние  подступы

к  Москве)  выдвинуть  на  все  танкоопасные  направления  спецотряды НКВД

с  собаками-минерами.

     Общий  сбор и  выдвижение  осуществить  в  течение часа  с  момента  по-

лучения  Приказа  и  по  возможности  наиболее  скрытно.

    Спецотряды  поступают  в  оперативное  подчинение  командующих  армий

в  количестве,    обеспечивающих   перекрытие   танкоопасных  направлений.

    Использование  таких  спецотрядов,  кроме  как  борьбы  с  танками,  катего-

рически  запрещается.

    Общую  координацию  такими  отрядами  возложить  непосредственно  на

Командующего  фронтом  и  начальника  особого  отдела (управления)  Запад-

ного  фронта ( обеспечение  режима  секретности).

    О  выполнении  доложить  немедленно.

    О ходе  выполнения  спецотрядами  НКВД  СССР (собаки-минеры) поставленной

перед  ними  боевой  задачи  докладывать  в  ГКО  СССР  не  реже  двух  раз  в

сутки.

    Отправка  на  фронт  осуществляется  не  только  из  Специального  учебного

центра  НКВД,  в/ч №______  Московского  округа  внутренних  войск,  а  также

из  аналогичных  Спец.  учебных  центров  Уральского  и  Сибирского  округов

внутренних  войск  НКВД  СССР.

    Отправление  из  этих  учебных  центров  осуществить  в  течение  суток  с

момента  получения  Приказа,  с  соблюдением  особого  режима  секретности,

литерными  эшелонами.  (Ответственные  за  отправление  литерных  эшело-

нов  на  фронт,  к  месту  общего  сбора   Нарком  НКПС  тов. Л. М. Каганович  и

командующие  соответствующих  округов  внутренних  войск).

      По  прибытию  таких  отрядов  к  месту  сбора  доложить  немедленно  мне

лично.

        О  продвижении  эшелонов  со  спец.  отрядами  ( собаки-минеры)  по  пути

следования  докладывать  мне  лично  дважды  в  сутки.

 

 

 

                                                                                                      Председатель  ГКО  СССР

                                                                                                      И. Сталин,

                                                                                                     Москва,  Кремль,

                                                                                                     «____» октября 1941 г.

 

 

Глава 13. Командирская  власть.

 

           Глядя  на  своего  начальника  Никита  диву  давался: «Смотри-ка,

ничегошеньки  его  не  берет. Надо  же…  Ни  бессонные  ночи, ни рано

начавшиеся  холода.  Все,  как  с  гуся  вода».

      И впрямь,  командиру  спецотряда  казалось  все  нипочем:  беско-

нечные  обстрелы,  свист  пуль  и  вой  осколков,  выворачивающий  все

внутри  леденящий  вой  мин,  смрадная  гарь  пожарищь  и  бомбеж-

ки,  бомбежки,  бомбежки, - конца  и  края  им  нет,  ад.

      А  изнуряющие  всех  и  вся переброски  с одного  места  на  другое?

Здесь  уже  точно  -  игра  со  смертью  в  кошки  мышки.  Мастерство

водителей  полуторок ,  да  везенье  пока  выручало.  Но  это  так,  до

поры  до  времени…  Повезет  -  не  повезет.

       Казалось,  что  могучая  фигура  майора   застыла,  как  скала,  в

каком-то  немом   отчаянном  порыве  всем  бедам  вопреки  в  эти  горькие  месяцы  немыслимых  катастроф  и  мрачных  неудач.  Он то-

лько   еще  больше  почернел  от  усталости,  и  глаза,  как  впрочем  у  всех  них,  были  воспалены  до  запредельной,  болезненной  красно-

ты.   Но  весь  его  вид  и  прямо  сидящая  на  мощной  шее  борца кру-

пная  голова,   словно  впопыхах  сработанная   создателем  в  грубова-

той,  без  изыска  форме,  - выражали  непоколебимую  уверенность   и

силу.   С  таким  командиром  точно  не  пропадешь.   С  таким  без  ог-

лядки,  хоть  в  огонь,  хоть  в  воду.  А  испытание  медными  трубами –

- это  так,  семечки.  Но  все  же…  Но  все  же  он  был  человек,  не  бо-

лее  того,  хоть  и  с  железной,  несгибаемой  волей.

      ….Лишь  зубовный  скрежет,  да  желваки,  ходившие  на  скулах  от

намертво  сжатых  челюстей,  выдавали  его  нечеловеческую  боль  и

душевное  страдание,  когда  их  небольшой  отряд,  умещавшийся  на

трех  полуторках,  нес  очередные  невосполнимые  потери.  Гибли  лю-

ди  и  гибли  их  верные  четвероногие.  Они  гибли  молча,  не  скуля, не  трясясь  от  страха.  И  шли  по  первой  команде  на  верную  гибель,

ни  в чем  не  виня  своих  обожаемых  благодетелей.  Такая  их  нелег-

кая  собачья – а  теперь  уж  и  солдатская  - доля.  Горькая,  безымян-

ная  доля-долюшка…  Иной   пес  только  лизнет  своего  проводника  в

щеку – и  был  таков.  Вперед,  вперед  к  своей  обозначенной  цели,

к  огненному  рубежу,  от  которого  возврата  нет.  Оглянется  на  долю

мгновения,  не  замедляя  свой  спорый  бег  с  адским  грузом  -  Не

поминай  лихом,  хозяин !  Не  грусти…    Может  еще  и  свидимся  там,

….  на  небесах.  -  и  потонет  его  заливистый  лай  в  сплошном  обваль-

ном  грохоте  взрывов.  Вот  такая  короткая  солдатская  жизнь.  И  кто

вспомнит  его  славное  собачье  имя,   если  хозяин  уже  убит  в  том

бою,  а  других,  кто  помнит  его – смотришь  через  день  или  два –

- самих  уже  поминай  как  звали.

       Чтож,  известное  дело  -  судьба  фронтовая,  зачастую  безымян-

ная.   Здесь  и  горе,  и  радость,  и  удача  всем    поровну.  И  беда  на

всех  одна.  Но  как   известно,  пришла  беда  -  открывай  ворота !  И

не  ходит  она  в  одиночку,  это  уж  точно.  Вернее  не  бывает….

        При  очередном  выдвижении  на  позиции  посекло  осколками

двух  собак,   которых  передали  Никите  накануне.   И  дня  еще  не

прошло,  как  получил  он  пополнение.  Тяжелоранен  был  их  хозяин

при  бомбежке,   вот  и  перешли  Байкал  и  Алтай  к  нему.

       …Кровью  истекают, а ползут вслед за  уходящим  отрядом.  Обес-

силели  совсем.  Гладит  их  Никита  по  умным  мордам,  руки  в  крови

перепачканы.  Сердце  разрывается – его недогляд,  хозяин  спас  их

при  бомбежке,  укрывая  своим  телом,  а  он…  Нет  ему  прощенья!

А  глаза  собаки  слез  полны  и  горя.  Знают,  какая  их  ждет  участь.

Да  что  там  говорить…   Лучше  не  смотреть  в  эти  глаза  вовсе.

        Не  может  бросить  их  Никита.  Не  может  и  все  тут ! Хоть  режте

его.  И  помочь  ничем  не  может.  И  как  тут  поможешь,  когда  и  так

все  ясно – не  жильцы  больше  на  этом  свете  Байкал  и  Алтай.

         - Лейтенант,  ты  что ?  Не   задерживать  движение !  Пристрели 

их…  -  гневно  зазвучал  на  ходу  голос  майора – Поторопись !

        Понимая,  что  не  подымется  рука  у  Никиты  и  не  прозвучит  ко-

роткая  очередь  ППШ,  облегчая  страдание  собак,  ринулся  майор в

их  сторону,  срывая  с  плеча  автомат.

       -  А  ну-ка,  в  сторону !  -  и  не  мешкая  в  упор,  не  целясь,  по  од-

ной,  по  другой.  Секундное  дело.  -  Давай   поживей  Большаков, бой

предстоит  нешуточный.

       …Вот  такая  короткая  собачья  жизнь.  Секунды  между  жизнью

и  смертью.  Всего  лишь.  И  не  могилки  и  не  прощального  салюта

над  ней.  А  заслужили,  по  праву  своему  солдатскому  и  то  и дру-

гое.  Но  видно  не  судьба  им  такие  почести  на  их  коротком  соба-

чьем  роду. 

      …  И  замечал  Никита  во  время  этих  отчаянных  собачьих  бросков

к  наступающим  немецким  танкам,  что  нет-нет,  да  и  подернет  вла-

жная  пелена  на  глаза  майора.  Крякнет  он,  негодуя  и  досадуя,  и

матюгнется  иной  раз  залихвастски.  Такого  от  него  раньше  днем  с

огнем  не  услышать.  А  тут…  А  в  коротких  перерывах  между  атака-

ми  мрачно  смолит  одну  за  одной  неизменную  «Беломорину»,  не

глядя   ни  на  кого,  тяжело  вздыхая.

        Несладко  ему,  горше  остальных – он  командир,  он  за  все  в

ответе.  И  судьба  отряда  и  судьба  каждого  в  отдельности  в  его,

командирской  власти.  На  смерть  других  посылать  тоже  его  право.

Тяжела  ноша  сия.  Не  каждому  по  плечу.  На  войне  она  в  десятки

раз  тяжелей.  Потому  и  неподъемной  для  иных  бывает.  А  когда

выбор  стоит  между  жизнью  и  смертью  -  оплошать  никак  нельзя.

Тут  уж  секунды  решают,  потому  и  на  раздумья  мгновения  отпу-

щены.  Но  про  то  ни  в  одном  боевом  уставе  не  написано.  Сам  все

решай,  на  то  твоя  командирская  власть. И  ты,  как  никто,  за  Роди-

ну  в  ответе.                                                                                                                           

Глава 14.  Кровавая  страда.

 

               В  последний  месяц  боев  они  мотались,  как  заведенные,  с

одного  участка  фронта  на  другой,  закрывая  собой  все  бреши  и

прорехи  на  танкоопасных  направлениях.  А  таковых  с  каждым  днем   становилось  все  больше  и  больше.  Линия  фронта  неумоли-

мо  смещалась   к  столице.  Все  ближе  и  ближе…  Беда !

     А  противотанковой  артиллерии  катастрофически  не хватало.  И

они  были  стопроцентным  шансом  и  мобильным  резервом  там,

где  казалось  уже  никто  и  ничто  не   сможет  остановить  стальные

вражеские  щупальца,  хищно  сминающие  на  своем  пути  к  заветной

цели  хлипкую  линию  обороны.  Рвуться,  гады,  к  Москве,  как  огла-

шенные !  Эх,  сорокопяток  бы  сейчас  сюда, да  только где  их  взять?!

Нет  и  не  предвидится  в  ближайшее  время.   А   ПэТэРы*,  чего  греха

таить,  прозванные  тут  же  пехотой  «Прощай, Родина!»,  должного

эффекта  не  имели,  по  сравнению  с  тем  оружием,  какое  было  в  их

спецотрядах.

      Это  оружие  всегда  «било»  без  промаха.   И   сам   чорт   ему  не 

страшен,  не  то,  что  какой-то  там  фрицевский  танк.  Эка  невидаль..

      Сколько  сейчас  было  таких  отрядов  по  всему  фронту  он,  конеч-

но же,  не  знал.  Не  виделись  они  практически  ни  с  кем.  Не  до  того

в  такой  адской  круговерти,  даже  если б и  захотели.  По  остальным

отрядам – всего  лишь  скудные  отрывочные  сведения  в  штабных

блиндажах.  И  все…  И  сведения  такие,  лучше  бы  о  них  не  знать,

одна  кровавая  мешанина.  Этот  отряд  попал  под  бомбежку,  полно-

стью  погиб.  Этот   напоролся  на  засаду  фрицевских  диверсантов

поздней  ночью  и  понес  огромные  потери.   Этот  еще  хуже.  А  полу-

чилось  с  ними  так…  В общем  безрадостные  вести. Худо-то  как  все,

хуже  не  бывает.  Выходит  -  не  одни  они  горе  мыкают.  Война  прок-

лятая,  мать  ее  за  ногу!   Будь  она  трижды  неладна,  бесовское  от-

родье !

Примечание:      ПТР  -  противотановое  ружье,  обслуга  2  человека,

собственно  сам  стрелок  и   второй  номер,  помощник.  В  начальный

период  войны  состояло  на  вооружении  в  стрелковых  частях.

     …. Вчера,  при  подходе  к  передовой  «мессеры»  разнесли  в

щепки  одну  из  их  полуторок.  Люди  погибли,  а  вот  несколько

собак  чудом  уцелело.  И  по  прибытию  они  тут  же  пошли  в  дело.

Фрицы  весь  день  неистово  штурмовали  этот   державшийся  из

последних  уж  сил   участок  стрелкового  полка.  Еще  немного  и  все-

-  хана.  Но  они  вовремя  прибыли.  И  ситуация  спасена.  Надолго ли?

И  собак  и  людей  в  их  отряде  практически  не  остается.  Обещали

подмогу.  Да  только  где  она,  эта  обещанная  подмога?  Жди  ее, как

манны  небесной,  вовек  не  дождешся.  Хреновая  стуация !  Паскуд-

ная.

        В  штабе  армии  перед  их  убытием  командарм  хмуро  и  веско

бросал,  как  камни,  слова:

        - Держитесь,  сколько  можете  майор.  Знаю  трудно,  но  надо.

Артиллерия  уже  на  подходе.  Сами  понимаете,  передвигается  толь-

ко  ночью.  Как  только  прибудет ,  вас  отведут  с  переднего  края. Все,

вперед!  По  машинам!

         Дважды  Ковалеву  повторять  было  не  нужно.

         И  когда  майор  подымался  по  скрипучим  ступенькам  блинда-

жа   к  выходу,  генерал  окликнул  его: 

        - Погоди,  майор…!

        - Лучше  тебе  знать,  чем  слухи  разные  дойдут – генерал  протя-

нул  ему    черно-зеленую  пачку  «Герцоговины Флор» - Закуривай.

        И  когда  оба  сделали  по  первой  затяжке  скупо  сказал:

         -  Капитан  Скворцов  погиб.  В  одной  из  моих  дивизий.  Их  ос-

тавалось  всего  ничего.  Бои  тяжелые.  Вообщем,  прямое  попадание

снаряда  в  землянку.    И  собаки  и  люди.  Всех…  Никого  в  живых…

Вечером  они  должны  были  убыть  с  передовой.  Артиллерию  уже

туда  подтянули.   Но  видать  не  судьба.  Нда-аа…

       Колька  Скворцов  погиб ?  Да  не  может  такого  быть ! Эх, Птаха,

Птаха…  Как  же  так ?  «Вечером  они  должны  были  убыть  с  пере-

довой»  и - на  тебе.   Крепко  они  сдружились  за  те  несколько  меся-

цев  в  учебном  центре,  « на  базе»,  как  говорили  все  они,  бывшие

пограничники.  Когда  это  было ? Совсем  недавно,  а  кажется  целая

вечность  пролегла.  И  вот  теперь и  Птахи  нет  в  живых.  Колька, Ко-

лька ! …  Кто  бы  мог  подумать ?  Эх-хе-хе-ее…            

           Моложе  был  его  капитан  Скворцов,  но  дело  свое  обожал

больше жизни.  Погрничник,  каких  поискать  надо.  Прирожденный.

На  том,  наверное,  и  сошлись  сразу.  Потому  и  дружба  их  была –

неразлей  вода.   Ни  в чем  он  не  уступал  Ковалеву: ни  в  мастерстве,

ни  в  смекалке,  ни  в  других  армейских  премудростях.  Ни  в  чем.

          И  тоже,  как  и  его  старший  товарищ,  начинал  службу  на  мань-

журской  границе.  И  кинологом  был  от  Бога.  Только  теперь  и  нав-

сегда – «был».  Птаха,  Птаха…

        - Разрешите  идти,  товарищ  генерал-лейтенанат ? -  майор  глыбой

возвышался  над  дощатым  столом  у  стены  блиндажа.

        - Иди,  майор.  И  помни:  до  прихода  артиллерии  и  моего  пись-

менного  приказа – ни  шагу  назад.  Держитесь!

    …Сколько  раз  им  уже  говорили  «держитесь!».  И  они  держались.

Держались  и  делали  свое  дело.  Артиллерии по-прежнему   было ми-

зер,  на  все  стрелковые  части  не  хватало.  Ее  попросту  не  было  вов-

се,  как  в  этом,  изрядно  поредевшем  за  пару  дней  боев  полку,  ис-

терзанном  бесконечными  атаками   фрицев  и  непрерывной  бомбеж-

кой.  И  им,  спецотряду,  сегодня  порядком  досталось,  если  не  ска-

зать  больше.  Личного  состава  раз-два  и  обчелся.  А  собак  -  и  того

меньше.   Как  тут  продержаться !   Как ?!   Ну   скажите   на  милость, 

как ?! 

       … Вечерело.  Хмурый  октябрский  день  угасал.  Но  фрицы  и  не

думали  успокаиваться.  Сейчас  очухаются  и  попрут  по  новой.  Так

и  есть,  зашевелились,  сволочи.

    -    Вот  что,  лейтенант.  Я  понимаю  -  тяжко  тебе,  но  ситуация  без-

выходная.  Сам  понимаешь…  Леда  тоже  пойдет  в  «дело».  Снаря-

жай  ее.  -  и  будто  ожидая  от  Никиты  какие-то    возражения,  майор

резко  развернулся  и  пригнув  плечи  шагнул  по  траншее  к  землянке

комполка.

       А  на  окраине  деревни,  вдруг  разом  заполыхавшей  в  ранних

октябрских  сумерках,  заурчали  утробно  фрицевские   танки.  Верный

признак  того,  что  сейчас,  суки,  вновь  полезут  в  атаку.  Ну,  гады !....

     Никита  понимал,  что  рано   или   поздно  это  случится.  Чему  быть,

того  не  миновать. И  майор  здесь  не  виноват.   Он  и  так,  как  мог,

оттягивал  момент  и  очередь  Леды.  Вышло  так  к  этому  часу,   что

черед  ее  оказался  не  бесконечным.  Надо  и  ей  идти  на  танки.  Ни-

куда  не  денешся – надо.  Будь  проклята  это  слово «надо!...»

        Он  держал  на  поводках  Леду  и  Бурьяна,  и  слезы  душили его.

Он  глотал  и  глотал  разинутым  ртом  воздух,  как  контуженный,  и

кадык  на  худенькой,  еще  мальчишеской  шее  ходил  ходуном  верх-

-вниз,    верх-вниз.

         Собаки  притихли    у  его  ног,  понимая  состояние  своего  обо-

жаемого  хозяина  и  всю  ответственность  предстоящей  работы.

         Размывая  ладонью  слезы  по  грязным  щекам,  всхлипывая  и

шмыгая  носом,  Никита  повторял  одно  и  тоже:  «Эх,  Бурьян, Бурьян,

что  же  ты  наделал…» 

 

                                                                                                              Сверхсекретно,

                                                                                                              Государственно

                                                                                                              важности,

                                                                                                              экземпляр единственный.

 

Из  внеочередного  донесения №____

Адмиралу Канарису.

 

 

        ….Нами совместно  с Вермахтом  проведен  ряд  операций  по  поиску  и  уничтожению  русских  диверсионных  отрядов  с  собаками-минерами,  осуществляяющих  нападение  на  нашу  бронетехнику из  засад,  в том  числе  и  в  нашем тылу.

       Днем «___» октября  с.г.  при  получении  сведений  от  воздушной  разведки

об  обнаружении  такого  диверсионного  отряда  противника  во  время  нападения  на  нашу  бронетанковую  колонну,  действовавшего  в  нашем  прифронтовом  тылу ( подчеркнуто  адмиралом Канарисом) ,  силами  трех  спец.подразделений  Абвера и Вермахта ( усиленного  батальона на «Ганамаках»*)  было  организовано  преследование  русских  диверсантов.

Примечание: «Ганамак» - колесно-гусеничный бронетранспортер, состоящий на

вооружении в моторизованных частях  Вермахта.

     В  результате  спецоперации  противник  был  окружен  неподалеку от места

нападения и  подвергнут интенсивному  обстрелу ( в т.ч. и минометному огню).

Авиация  не  привлекалась  из-за  резко  ухудшившихся погодных  условий.

   Часть  русского  отряда  была  уничтожена  на  месте. Большая  часть (опять

подчеркнуто Адмиралом Канарисом)  сумела  прорваться  через  кольцо  окружения,  несмотря  на  большие  потери  и  углубилась  в  лесной  массив.

      Было  организовано  преследование  по  всем  направлениям (возможным путям  отхода  русских).

     На  одном  из  таких  направлений  наша  группа  преследования  встретила отчаянное  сопротивление  нескольких  русских  диверсантов,  осуществлявших

прикрытие  основных  сил  своего  отряда.

     Огонь   по  нашей  группе  велся,  в  том  числе  из  пулемета  МГ,  что  не  давало  вплотную  приблизится  к  ним  и  окружить.  После  того,  как  у  противника  кончились  боеприпасы   им  было  предложено  сдаться.  Один  из  них  встал в  полный  рост,  подняв  руки.  При  подходе  группы ( кольца  окружения) вплотную  к  нему  внезапно  раздался  мощный  взрыв.  По  всей  видимости  он  привел в  действие  взрывное  устройство в которое,  судя  по  огромному  количеству  осколков,  входили  и  гранаты Ф-1 ( русские Limonoff),  имеющие  радиус поражения  до  двухсот  метров.

     В  результате  этого  ужасного  взрыва  группа  преследование  была  практически  уничтожена  на  месте.  Часть  оставшихся  в  живых  покалечена (множественные  осколочные  ранения).  Многие  представители  диверсионного  отряда  скончались  на  месте  из-за  большой  кровопотери (оторваны конечности).

    Однако  в  этот  раз  нам  удалось  взять   в   плен   нескольких   русских,  раненных. 

    Тут  же  был  проведен  допрос  одного  из  них  со  степенью  устрашения: выколот  глаз  и  отрезаны  уши.  При  отрезании  пальцев рук,  по  свидетельству командира  одного  из  наших  диверсионных  отрядов,  он  скончался  на  месте от  большой  кровопотери ( осколочные  ранения  обеих  ног),  так  ничего  и  не сказав.

     Другому  пленному  была  оказана  первичная  медицинская  помощь:  перевязана  нога  ( осколочное  ранение) и  снят  болевой  шок  (лекарственный  препарат  был  в  наличии  в  одной  из  рот  приданного  батальона  мотопехоты).

Для  полного  психологического  воздействия    допрос  обоих  русских  проводился

одновременно.  Наблюдая  за  муками  своего   товарища,  который  громко  кричал,  тем  не  менее,  он  ни  в  чем  не  признался.  Через  переводчика (немец  прибалтийского  происхождения),  он  же  штатный  пулеметчик  диверсионного отряда,  русскому  было  сказано,  что  ему  дается  одна  минута  на  размышление,  иначе  его  ждет  та  же  участь.

      Во  время  применения  степени  устрашения ( отрезание  пальцев  на  руке)

после  отказа  отвечать  на  поставленные  вопросы  он  изловчился и, выхватив  «Вальтер»  из  кобуры  на  поясе  у  одного  из  державших  его  (пистолет,

как  оказалось,  был  на  взводе),  произвел  несколько  выстрелов  по  личному

составу  отряда.  Все  пули,  выпущенные  русским,  попали  в  цель.

        В  результате  чего  был  тяжело  ранен  командир диверсионного отряда

(выстрелом практически в упор в область сердца)  и убито еще два диверсанта. Трое других наших диверсантов получили тяжелые огнестрельные ранения.

Одни  из  них,  как и командир диверсионного  отряда,  вскоре скончался на месте, а  двое других  скончались  по дороге в госпиталь.

       Русский был заколот финками.

      Третий из захваченных пленных, придя в  сознание, так же ничего не сказал.

К нему была также применена степень устрашения (выколот глаз и отрезано

несколько пальцев на обеих руках). Однако  при этом он только хрипло выкрикивал  проклятия в наш адрес и страшно матерился. После переводчик признался, что он еще никогда не слышал от  русских такой изощренной  площадной брани…  Когда  русский  стал  плеваться  кровавой  пеной ( тяжелое сквозное ранение в грудь) в державших его,  был застрелен   несколькими выстрелами в упор.

      В рапорте (отчете  об  операции)  командира  одного  из  диверсионных  отрядов  было  отмечено,  что  он  бы  при  всем  желании  не  удержал  своих парней,  озверевших  после  стольких  потерь,  после  ужасного  взрыва,  устроенного русскими, выведенных из  состояния  равновенсия  их  непонятным,  невиданным  упрямством.

     Четвертый пленный  русский (взрывом оторваны  ступни  ног) был  срочно перевязан и выведен из состояния шока  уколами  морфия ( из тех же медицинских запасов приданного мотопехотного батальона). Так и ничего не сказал. Молчал и после применения к  нему степени устрашения. Незадолго до кончины стал громко  стонать, выкрикивая по-русски одно-единственное  слово «мамочка».

Скончался от большой кровопотери.

     На  месте  боя,  где  были  взяты  в  плен  вышеуказанные  русские, обнаружены  останки  собак  (уничтожены  разрывами  мин  при  обстреле  мотопехотного  батальона), которые  вне  всякого  сомнения  являются  немецкими  овчарками (Авторское  отступление:  тут, наверное  адмирал  Канарис  поневоле должен  был  вздрогнуть… Еще  бы,  это  была  любимая  порода  собак  самого Фюрера.  Известный  факт,  как  Гитлер  нежно  и  трепетно  относился  к  своим овчаркам,  особенно  к  своей  любимице  Блонди. Узнай  он  о  том,  что  русские уничтожают  танки  с  помощью  немецких  овчарок (нонсенс!),  тотчас  же пришел  бы  в  неописуемую  ярость.  Несдобровать  тогда  многим  высокопоставленным  генералам  Вермахта…).

       Поиски  на  месте  боя  дистанционных  взрывателей,  предположительно

радиоуправляемого  действия,  ни  к  чему  не  привели. 

          Накануне  этого  боя  и  после,  всеми  командирами  диверсионных  отрядов  было  доведено  еще  раз  до  личного  состава,  что  первый  (или  группа

диверсантов),  кто  обнаружти  этот  взрыватель,  годный  для  идентификации  будет  предствавлен  к  Железному  Кресту  и  внеочередному  отпуску  на фатерлянд.

      …. Дальнейшее  преследование  русских  не  проводилось  из-за  необходимости

Срочной  эвакуации  тяжелораненых  во  всех  трех  задействованных  диверсионых  отрядах ( личный  состав  приданного  батальона  мотопехоты  тоже имел  потери  и  раненых,  которым  была  необхдима  срочная  госпитализация) и  сгустившихся  сумерек.  Преследование  в  такое  время  противника  в непроходимом  лесном  массиве  бессмысленно  и  чревато  новыми  большими  потерями.

      Кроме  того,  как  было  указано  выше,  в  бою  погибли  два  командира  отряда.

     Личный  состав  отрядов  был  сведен  в  одну  боевую  группу  (диверсионный

отряд) и  под  руководством  единственного  оставшегося  в  живых  офицера

выведен  в  срочном  порядке  из  боя.

      В  подробном рапорте ( отчете) им  так  же  был  отмечен  такой  факт….

      Когда  русские,  прорвавшись  через  кольцо  окружения,  стали  углубляться

в  лес, он  лично  видел  (наблюдал  через  бинокль),  как  быстро  и  организованно

они  управляли  собаками.  Последние  четко  выполняли  команды  своих  проводников.  В  дальнейшем  ни  он,  ни  весь  личный  состав  диверсионных  отрядов, опрошенный  им  после  боя,  не  слышал  лая  собак.

      Это,  по  его  мнению,  говорит  о  высочайшей  дрессуре  собак  и полнейшем

взаимопонимании  в  единой  связке:  человек-собака.

     Все  это  лишний  раз  свидетельствует  об  несомненно  великолепной  подготовке  русских  в  специальных  учебных  центрах,  наличие  которых  возможно  только  в  системе  НКВД.

     Косвенный  факт  принадлежности  спецотрядов  противника  подтвержден  такими  фактами…  При  осмотре  на  плече  у  одного  из  убитых  обнаружена

татуировка   с   изображением   в   лучах  солнца  силуэтов  гор  ( у  русских  это 

звучит,  как  «сопки»)  и  надписью «Дальневосточная  граница» 1939-1941гг».

Цифры  указывают  на  дату  срочной  службы  убитого,  возможно  на  одной  из

застав  на  Дальнем  Востоке.

      А  также  в  вещмешке  у  одного  из  убитых  обнаружена, кроме небольшого

остатка  продуктов питания  и  патронов  к  автомату  ППШ, иссеченная  оско-

лками  (русский  был  убит  во  время  минометного  обстрела)  пограничная  фуражка.

     Уточняю,  что  погранвойска  входят  в  систему  НКВД  и  подчиняются  непосредственно  самому  Лаврентию  Берии.

    …Мною  отдан  строжайший  приказ  всем  командирам  диверсионных  отрядов  восточного  направления  Абвера  запретить  допрос  пленных  русских

(спецотряды  с  собаками-минерами),  в  том  числе  и  раненых, захваченных  на

месте  боя, с  применением  к  ним  различных  степеней  физического  устраше-

ния,  в  связи  с  его  полной  неэффективностью.

     Допрос  пленных  (особенно  раненых)  проводить  только  с  разрешения  руко-

водства,  по  прибытию  к  месту  постоянной  дислокации  диверсионных  отря-

дов.  При  этом  допускается  только  психологическое  воздействие.

    После  их  полного  выздоровления  вести  допросы  по  ранее  разработанным

методикам  ( и рекомендациям)  с  возможным  применением  различной  степе-

ни  психологического  и  физического  воздействия.

     Прошу  Вашего  содействия  через  медицинско-санитарное  управление  при

группе  армий «Центр»  о  беспрепятственном  и  срочном  лечении  пленных

русских  ( из  указанных  спецподразделений)  и  при  необходимости  длительной  госпитализации  до  их  полного  выздоровления.

     Кроме  того,  мною  срочно  отдано  распоряжение,  чтобы  при  любой  возмо-

жности   вывозить  тела  и  вещи  русских  спецотрядовцев,  убитых  в  бою  к

месту  постоянной  дислокации  диверсионных  отрядов  и  только  после  этого

подвргать  их  тщательному  осмотру.

     Убедительно  прошу  Вас  выделить   необходимое   по  штату  количество 

переводчиков  для  диверсионных  отрядов  (  желательно  из  числа  прибалтийс-

ких-остейских-немцев)  в  связи  с  гибелью  нескольких  человек (переводчиков)

за  последний  период  времени,  о  чем  изложено  выше.

 

                                                                                                            «____»  октября  1941 г.

                                                                                                            Начальник Восточного

                                                                                                            управления Абвера,

                                                                                                            генерал-лейтенант

                                                                                                                              «__________»

                                                                                                           Smolensk, Восточный  

                                                                                                           фронт.    

 

 

Резолюция  адмирала Канариса  на  данном

докладе (внеочередном  донесении).

 

         Недопустимо  проникновение  в  наши  прифронтовые  тылы  диверсионных

отрядов  противника,  а  особенно  спецотрядов  русских  с  собаками-минерами.

Последние  должны  с  особой  тщательностью  блокироваться  всеми  имеющимися  силами  и  средствами  (  в  том  числе  и с  воздуха)  и  беспощадно  уничтожаться.

       Анализ  последних  событий  показывает,  что  пленение  их  практически

невозможно.   Поэтому,  при  обнаружении  их,  открывать  огонь  только  на 

поражение  и  полное  уничтожение,  самим  избегая  неопраданных  потерь.

 

      В  самое  ближайшее  время  в  Ваше  распоряжение  будет  выделено  необходимое  количество  переводчиков.

 

      Руководство  Абвера  вышло  с  ходатайстом  к  Рейхсмаршалу  Герингу  о создании  совместно   с  командованием  люфтваффе  группы  армий  «Центр»

специальных  авиаподразделений  по  разведке,  обнаружению  и  полному  истреблению  русских  спецгрупп  (отрядов)  с  собаками-минерами.

       По  необходимости  Вы  будете  вправе  активно  задействовать  такие  силы   люфтваффе    при  проведении  Вами  совместных  операций.  И  впредь  использовать  все  приданные  Вам  подразделения,  в  том  числе  и  люфтваффе, по  максимуму.

 

      Раненных    пленных  русских    не  подвергать  на  месте  захвата  различным

степеням  устрашения,  а  передавать  в  ближайшие  санитарно-госпитальные

подразделения  Вермахта.

    Мною  уже  отданы  на  сей  счет  распоряжения  через  объединенный  штаб

Фельдмаршала  фон  Бока  медицинской  службе  группе  армий   «Центр»  всячески   оказывать  содействие  по  нашей  первой  просьбе  в  лечении  и  спасении жизни  доставленных  Абвером  раненных  пленных  русских,  доводя  их  до  полного  выздоровления.

 

                                                                                                              Адмирал  фон  Канарис

                                                                                                              «______»  октября  1941г.

                                                                                              Берлин, Штаб-квартира  Абвера.

 

Глава  15.     Тайное  становится  явным.

 

        Наделал,  конечно  же….    Не  мог  не  наделать.

         Помотала  их  фронтовая  судьба  за  последние  горькие    безотрадные    полтора  месяца.    Будь  она  неладна!

И  горя  и  лиха  -  всего  нахлебались.  На  всю  оставшуюся  жизнь.  Люди  извелись,  с  ног  падают  от  смертельной  усталости,  а  на  собак

и  вовсе  смотреть  жалко.  Каково  им  на  войне?  Не  приведи  Господи…   Но  лучшие  куски  им  из  своего  незамысловатого  пайка отдавали  проводники.   Знали  какая  им  предстоит  работа.  Знали,  что…

Да  что  говорить – оттуда  не  возвращаются.  И  этим  все  сказано.

А  слова…  Слова  пустое.

     … Вот  и  случилось  у  Леды  и  Бурьяна  то,  что  и  должно  было 

случиться   от  недогляда  и  скученности  людей  и  собак.  Да  и  порой

в  укрытии,  лесочке  каком,  при  выдвижении  на  позицию  собаки

частенько  были  без  присмотра.  Не  уследишь  за  всеми – хоть  ты

тресни!    И  как  тут  уследишь  в  изнурительной  толчее,  где  смерть

каждую  секунду настойчиво дышит  тебе  в  затылок.  Где  и  бытовые

условия – точнее  полное  отсутствие  таковых -  по  принципу:  не  до

жиру,  быть  бы  живу.  Это  на  «базе» все  было  по  максимуму:  ухожженные  домишки  для  офицерского  состава,  обжитая,  по-домашнему,  казарма  для  рядовых  и  сержантов.  А  четвероногим  питомцам  и  вовсе  хоромы,  не  то  что  у  них на  заставе  под  Брестом.  Чистенькие,  ухоженные  вольеры  каждому  псу.  Загладенье!

      …Первым  заметил  неладное  Никита.  Но  решил  до  поры  до  времени    ничего  не говорить о своем открытии  командиру  отряда.  Но

шило,  как  известно,  в  мешке  не  утаишь.  А  тут  такое…

      -  Леда  у  тебя  щенная ?   Не уследил ?   Бурьян  постарался?  -  от 

Вездесущего  майора  Ковалева,  их  Сан  Саныча,  ничего  не  скроется.

-  Не  ко  времени  все  это.  Не  ко  времени.

       Так  тайное  стало  явным.

       - Ну  не  казни  ты  себя  так.  -  Майор  решил  приободрить  захандрившего  Никиту.  -  Что  случилось,  то  случилось.  Вспять  не  вернешь.

        И  вдруг  неожиданно  улыбнулся,  красивая  была  у  него  улыбка.

-  Может  еще  все  образуется,  а-аа ?  Как  сам-то  думаешь ?  И  отправим  Леду  на  базу.   Щенки  породные  будут,  классные. Вон  Бурьян какой  -  и  стать  в  нем  и  рабочие  качества  отменные.  Любо -дорого посмотреть.   Редкий,  племенной  пес…

      По  глазам  Никита  видел,  что  хотел  майор  сказать – «жаль  такого  терять».   Но  промолчал,  зная,  что  сейчас  творится  на  душе  у

лейтенанта. 

      Но  «все  еще  образуется»  так  и  не  суждено  было  стать  дополнением,  как   следствие,  «к  лучшему».  За  несколько  часов  обстановка на  их участке фронта, как  и  на  всем  фронте,  катастрофически  изменилась.  Немцы  начали  массированное  наступление.  Оборона  трещала  по  швам.  Да  и  швы  те  -  жиденькие  стрелковые части, обескровленные  в  предыдущих  изматывающих  боях.  И  всем  казалось, что  катастрофа  неминуема…  Немец  прет  и  прет,  как  оглашенный.

И  танки  у  гада  на  острие  атак.

       До  Леды  ли  теперь ?  А  уж,  тем  паче,  до  будущих  щенков… 

Здесь  каждый  пес-подрывник  на  вес  золота.  Какие  уж  тут  нежности,  скажите  на  милость ? А  противотанковых  средств,  по-прежнему,  с  гулькин  нос.  Вовсе  нет.  Вот  такая  она  страшная  арифметика  войны. 

       Или  -  или…  Все  предел !  Отступать  дальше  некуда.  А  раз  так,

ПТРы  пехоты  не  в  счет,  вся  надежда  командармов  только  на  них,

спец.  подразделения  НКВД  СССР.  Выручайте,  псы  пограничные,  из

беды  столицу-матушку.  Час  ваш  пробил !

      То,  что  он  пробил,  хорошо  все  понимали  в  отряде  и  мотались

от  одного  участка  фронта  на  другой,  как  заведенные.  Где  было

тонко  и  где  рвалось,  как  назло  чаще  всего.  Хоть  и  падали  с  ног

от  смертельной  усталости.  Но…

   -  Не  ныть,  не  хныкать,  не  поддаваться  обстоятельствам.  Делать

свое  дело,  чему  вас  учили,  товарищи  лейтенанты.  Вбейте  это  себе

в  голову  до  самого  окончания  войны.  -  И  эти  слова  майора  в  прифронтовом  лесочке  перед  выходом  на  позицию  и  приказ  и  наставление,  и напутствие.  И  не  только  для  них.  Для  него  самого  тоже.

      И  не  хныкали,  и  не  ныли,  и  не  поддавались  обстоятельствам.

Но  силы   отряда  таяли  не  по  дням,  а  по  часам.  Велики  были  потери.  Слишком  велики.  И  не  только  в  их  отряде…

        Цена  их  потерь  мало  кому  ведома,  на  то  они  и  секретные

спецподразделения  грозного  ведомства.   Их  учет  по  «л/с»  не  в

армейских  штабах   вовсе.  Прибыли,  сделали  свое  дело  и  дальше.

Если  есть  еще  кому  делать.  Но  ни  один  вражеский  танк  не  про-

шел,  где  были  они.  Люди  и  собаки  делали  свое  дело.  А  для  этих

немногословных  людей  все  же  собаки  были  на  первом  месте.

И  не  потому,  что  каждый  выход  на  цель  -  это  смерть,  и  не  по-

тому,  что….,  и  не  от  того,  что….,  а  исключительно  по велению  ду-

ши.  Только  так,  а  не  иначе.  А  иначе  им  было  просто  не  победить

в  этой  смертельной  мясорубке,  когда  на  карту  было  поставлено

все:  Родина  или  смерть.

Любовь….  Душа….

        Лихая година,  кровавая  страда – до любви  ли  тут?  А-аа?  Да  и

цена  ей,  где  смерть  лютая  постоянно  с  тобой  в  жмурки  играет и,

не  церемонясь,  обжигает  лицо  своей  гиблой  ледяной  близостью,

совсем  ничтожная.  Грошовая.  А  уж  тем  паче  не  до  собачьей  любви.  Это  уже  точно.  До  них  ли,  до  собак,  когда  -  куда  не  кинь  взор

- человек  хлебает  лихо  горькое  через  край,  взахлеб?  Не  время  разбираться  в  их  собачьих  чувствах,  не  время.

                      Но  как  знать,  как  знать…

       Ведь  у  жизни,  как  не  крути,  свой  расклад  имеется.  Непридуманный.   И  для  любви  в  нем  всегда  есть  место.  Особое.   Даже  на такой  страшной  войне  как  эта.  И  даже  для  бывших  пограничных псов,  ныне  по  воле  человека  ставших  смертниками.    Эх  собаки, собаки – цены  вам  нет…

       А  что  касается  виновника  «торжества»,  то  Бурьян  по-большому

счету  герой.    Потому  и  рассказ  об  этом  особый.

      … Покрошили  они  тогда  «  брандербуржцев»  в  капусту.  Было  дело…  Никому   уйти   не  удалось.  Всех  положили  на  той  лесной  поляне,  где  они  устроили  засаду  на  их  отряд.  Еще  бы  немного  и…

Но  исход  скоротечной  схватки «  кто-кого»  оказался  не  в  пользу  спецподразделения  Абвера.  Наша  взяла!  Ну  а  по-большому  счету  все  это  благодаря  Бурьяну.  Честь  ему  и  хвала.  Он  и  потом  выру                                                                                                                              

чил  их,  когда  они  чуть  было  не  нарвались  на немецкую  разведгруппу. 

      … Вообщем ,  досталось  «брандербуржцам»  на  все  сто.  А  дело

было  так…  Выходили  они,  как  всегда, лесом  возвращаясь  после

удачного  рейда  по  фрицевским  тылам,  когда  успешно  подкараулив  на  проселочной  дороге  танковую  колонну,  всю  ее  и  уничтожили.  А  часть  танкистов,  в  спешке  покидавших  свои  горящие  машины,  расстреляли  в  упор.  Сан  Саныч,  как  окрестили  в  отряде  Ковалева, строго  - настрого  приказал  Бурьяна  в  дело  не  пускать:  «Успеется.  Не  минируй  его».  Леда  в  этот  раз  на  дело  в  рейд  с  ними  не  пошла.  По  известной  причине.  Осталась  за  линией  фронта  при

водителях,  охранять  их  бесценные  полуторки.

       Зная,  что  Бурьян  чужого  определяет  за  версту,  а  то  и  за  три

( «Ну  чисто  волк  -  ты  только  посмотри  на  него!»  -  цокали  языками

от  восхищения   в  отряде),    Никита   по   приказу  Ковалева,  шел  с 

ними  впереди  в  группе  из  трех  человек.    Что-то  наподобие  разведдозора.  По   подсчетам  оставалось  до  своих  позиций  недалече.  Какой-то  час-два  скорой  ходьбы.  И  тут…

        Замер  Бурьян.  Встал  как  вкопанный.  Скалит  пасть.  Клыки  пока-

зывает .  Все  ясно  Никите:  впереди  затаился  чужак,  их  караулит.

Засада!  Ай  да  Бурьян!  Молодчина !

       Вот  и  на  границе  тоже  так  бывало…    В  секрете  вдруг  весь  напрягется ,  клыки  показывает.  Мол  знай  Никита,  товарищ  младший

лейтенант,  за  Бугом,  на  той  стороне,  враг  затаился.    Я  его  чую.

Во-оо-н   в  том  направлении,  куда  я  морду  свою  скалю,  притаился

вражина.   Спрятался.  Но  со  мной-то  в  прятки  не  поиграешь,  дудки.

Там  он,  Никита,  там.  Он  нас  не  видит,  но я  его  за  версту  чую. Будь

спокоен,  дорогой  товарищ,  я  его  не проморгаю. 

       Вот  и  здесь,  на  фронте,  глаза  и  уши  отряда  -  это  Бурьян.  Уши  -

это  уже  точно.  Не  уши,  а  чудо  - локаторы.  И  нос  такой  -  дай  Бог

каждому  зверю.  Да  и  стать  у  Бурьяна  -  загляденье.  Все  профессии-

ональные  кинологи,  лишь  глянув ,  оценивали  эту  стать  по  одному

единственному  критерию  -  Красавец !   Только  для  племенной  работы….

       Ну  что  тут  скажешь ?  

Ишь  как  щерится  верный  пес.  Недоволен,  что  врагов  много  затаилось,  изготовилось  напасть  на  них.  Не  ходи  туда  Никита,  не  ходи!

       Из  разведуправления  штаба  фронта  было  известно,  что  против

них  задействованы  лучшие  силы  абверовцев.  Враг  серъезный  и

коварный.  Подготовка  у  него  ого-го !  Плюс  боевой  опыт  по  всей

Европе  и  против  нас  эти  спецы  из  Абвера  были  задействованы  уже  за  день  до  начала  войны.  Шороху  навели, гады,  по  нашим

тыловым  коммуникациям,  до  сих  пор  икается.  А  сколько  паники

и  неразберихи  было  ими  посеяно  в  первые  месяцы  на  дорогах,

забитых  войсками  и  беженцами,  скопом  бредущими  на  восток ?

Сколько  пакостей  и  беды  они  тогда  понаделали, а-аа ?  Страшнее

налета  вражеской  авиации  был  суматошный  крик  -  Прашютисты!

Диверсанты !  А  может  это  кто-то  из  диверсантов  кричал,  во  всеобщей  сутолоке и неразберихе  затесавшись  в  ряды  отступающих ?

        И  все…  Бардак,  хаос,  неразбериха.  Никто  командиров  уже  не

слушает,   кто  куда .  Врассыпную.  И…  И  всеобщий  драп,  обуревае-

мый  звериным  ужасом  -  Диверсанты ! Парашютисты !  Это  конец !

        Какая  уж  тут  боеспособная  армия ?  Так,  толпа  обезумевших

людей.   Которых  без  танков  и  самолетов  можно  брать  тепленькими.   Оружие  -  то  солдатики  от  страха  побросали  и  деру.

       -  Вот  так вот,  Ковалев  -  предупредили  его  накануне  -  противник

опытный,  шутки  с  ним  плохи.  Смотри  в  оба,  неровен    час…  Ловко

и  грамотно  действует  из  засад,  особенно  в  лесной  местности.  С  таким  в  открытом  бою  встречи  нежелательны.  Да  и  лучше  избегать  их  при  возможности.  Вообщем,  будь  на  чеку  каждую  минуту  и 

людям  своим  расслабляться  не  позволяй  ни  секунды.  Усек ?

         Усек,  конечно  же,  усек.   Предупрежден,  значит  вооружен.  А

коль  так,  то  и  мы  тоже  «кое-что  могем».  Лаптем  щи  хлебать  нашему  отряду   непресуще.    У  нас  тоже  против  вас,  гадов,  кое-что 

имеется.  Собаки  наши,  например.  Один  Бурьян  чего  стоит !  Посмотрим  еще  возмет.

        … Послали  одного  человека  предупредить  Ковалева.  А  Бурьян

умница  -  голос  не  подает,  а  только  щерится  и  мордой  показывает,

где  вражеская  засада.

 

 

Справка

о  спецподразделении Абвера

на Восточном  фронте  « Брандебург 800»

(Из  книги  Сергея  Михеенкова  о  подвиге  подольских курсантов

«Примкнуть  штыки !», стр. 330-335,  М.: Яуза, Эксмо,  2009г.)

 

   «Специальное  подраздление«Brandenburg   zur  besondere  Verdinste

800» , сокращенно  и  в  русской  транскрипции  -  Учебный  полк  особого  назначения «Бранденбург-800»,  было  сформировано  абвером в  начале  Второй  мировой  войны из существовавших с 1939 года диверсионных  отрядов   «Эббингхауз».  Именно  боевики «Эббингхауза» 25 августа 1939 года захватили Яблонковский перевал и перебили польских пограничников, спровоцировав таким образом пограничный конфликт, который разросся в войну между Германией и Польшей.

    8 сентября 1939 года взвод боевиков «Эббингхауза», переодевшись

в форму польских  саперов, влился в колонну  отступающих войск и беженцев. Польская армия отходила за Вислу. Через два дня колонна подошла к мосту Демблине. Мост имел стратегически важное значение.

Взводом командовал фельфебель Кодон. Он доложил польскому офицеру,  начальнику охраны моста, что  его отряд  прибыл для того, чтобывзорвать мост перед наступающими войсками противника.  Одновременно диверсанты перерезали телефонные провода, чтобы прервать связь охраны моста со штабом. Начальник штаба несколько раз безуспешно пытался связаться с начальством. В конце концов он приказал своим людям покинуть посты, построиться и увел их на восток. Немцы быстро и без всяких помех сняли заложенную взрывчатку. Вечером по мосту через Вислу уже шли танки и бронетехника передовых немецких частей.

      За время  проведения  польской  кампании   абверовцы  потеряли                                                                                                                           

больше половины личного состава своего спецподразделения, выпол                                                                                                                             нявшего диверсионные задания.  Не все оперции проходили так  же

гладко,  как захват демблинского моста. 15 октября 1939 года остатки групп  «Эббингхаза» были сведены в одну роту и переброшены в Бранденбург.  В  Бранденбурге подразделение пополнили  и  сформироли секретный отряд, дав  ему номер и название 800-го строительного полка особого назначения. Штаб полка находился в Берлине. А  его батальоны квартировали в различных городах Германии. Их готовили к активным боевым действиям в странах военных интересов Третьего рейха. Первый батальон дислоцировался в  Бранденбурге. В его состав входила парашютная рота. Батальон комплектовался из прибалтийских

немцев, «фольксдойче» из стран  Восточной Европы, русских, украинцев, белорусов, поляков, немцев.  Его  готовили для действий на территории Советского Союза.

     Главными задачами «бранденбуржцев» были: разведывательная

работа в тылу противника,  диверсионная деятельность , захват мостов, тоннелей, важных коммуникационных узлов, объектов военных и экономических интересов Германии и удержание их до подхода  основных сил.  От личного состава требовались высочайшие физические и психологические качества, способность выживать в экстремальных условиях. Кандидаты на службу в «Бранденбурге-800» отбирались из числа солдат и офицеров, в том числе и войск СС. Кандидаты должны были знать языки стран, против  которых велись военные действия, культуру и обычаи живущих там народов. Особо ценились склонность к риску и авантюрам, а также дисциплинированность и жестокость.

Подбирались  также узкие специалисты: снайперы, парашютисты, лыжники, связисты, автомобилисты, мотоциклисты, врачи. Многие из кандидатов в первый батальон к моменту вторжения в СССР прошли опыт военных операций во Франции, в Бельгии, Норвегии, Польше.

Некоторая часть вернулась из госпиталей и приступила к усиленной

подготовке. Желание служить и воевать в составе элитного подразделения было велико.  На тренировке снова и снова отрабатывались навыки скрытного передвижения, ориентации на местности, маскировки, стрельбы из различных видов оружия, в том  числе трофейного, отработка владения холодным оружием – штык-ножом, ножом, шомполом,  просто тяжелым подручным предметом. Проводились марш--броски, в ходе которых также выявлялись особенности качетва каждого курсанта.

      При выполнении  заданий  «бранденбуржцы» часто действовали

под видом гражданских лиц   или  в  военной форме  противника. Формально это противоречило  нормам  международного  права,  но Гитлер,  как  известно,  освободил  своих  солдат  от  соблюдения  всякого права  и  норм,  в  том  числе  и  религиозных,  по отношению  к  славянским  народам и  их  армиям.  Крупные  подразделения  и  отряды передвигались    видом    санитарных   обозов  и   транспортных  колонн,  иногда  беженцев.  Переодетые  в  форму  железнодорожников, почтальонов, шахтеров,  под  видом  сторожей  и  беженцев , «бранденбуржцы» проникали  всюду,  иногда  в  глубокий  тыл,  в  непосредственную  близость к  интересующим  их  объектам.  Действовали дерзко,  решительно, беспощадно.

      В  ночь  с 21  на  22 июня  1941 года отряды  «Бранденбург-800»

Скрытно проникли на  советскую  территорию. Ко времени вторжения Первый батальон передислоцировался в Ольштын, в непосредственНую  близость к  границе  с СССР.  Активно  накапливалось  трофейное оружие и  форма  бойцов  и  командиров  РККА.  Надо  заметить,  что слова «рота», «батальон», так  же  как  и  «полк»,  в  приложении  к этому  подразделению  абсолютно  условны.  Рота  могла  насчитывать до  батальона  личного  состава,  а  батальон,  соответственно,  до  полка.   Поэтому  так  легко  к  концу  войны  полк  «Бранденбург-800»  развернулся  в  дивизию  СС  под  тем  же  наименованием. В  те  дни  один из  отрядов  под  командованием  лейтенанта  Каттивица  углубился

на  советскую  территорию  на  двадцать  километров  и  захватил  мост через  реку  Бобр.  В  полосе  действия  123-й  пехотной  дивизии  вермахта   другая  группа  вырезала  несколько  пограничных  застав, открыв  путь  своим  войскам  к  беспрепятственному  переходу  границы.

Отдельные  группы  «бранденбуржцев»,  действовавшие  также в  тылу РККА, сумели  ликвидировать  несколько  командиров  и  политработников  РККА  в  районе  Сувалок,  Гродно,  Рудавки,  Августова, Голынки.    Но  главной  целью  диверсантов  в  период  проведения  войсками   вермахта  крупных  наступательных  операций  оставались  мосты.

Там,  где  охрана  проявляла  бдительность и  не  давала  себя  застать врасплох,  диверсантов  встречали  огнем.  В  это  время  первый  батальон,    действовавший    в   полосе   наступления   группы   армий «Центр»,  нес  значительные  потери.  25  июня  одна  из  групп  попыталась  захватить  мост  в  районе Молодченко, но  была  вовремя  обнаружена  и  полностью  уничтожена. Однако  успешно  был  захвачен мост  через  реку  Двину  под  Двинском  и  удерживался  до  подхода  танков  из  группы  армий  «Север».  Здесь  действовали  перодетые в форму  советских  солдат  диверсанты  8-й  роты.   29-30 июня  первый батальон «Бранденбурга» и  батальон  «Нахтигаль»,  сформированный из  украинских  националистов,  захватили  Львов  и  устроили  резню евреев.   В  те  же  дни  вышел  приказ  ОКВ,  согласно  которому  800-й учебный   полк   был   усилен   17-й  и   18-й  ротами  спецназначения. 

Вместе  с  «бранденбуржцами»  в  той  или  иной  операции  зачастую Действовали  подразделения  и  уже  названного  батальона  СС «Нахтигаль»  («Соловей»)  и  батальона  СС  «Роланд».

      Летом 1941 года первый батальон «Бранденбурга» провел ряд успешных операций:   уничтожил батарею зенитных прожекторов на  мысе Пеклый и  обеспечил  переправу  румыно-германских  войск с Керченского  полуострова  на Таманский, на  десантных  планерах  десантировался  на  эстонский остров Эзель  и  уничтожил  здесь  заграждения  и укрепления.  В  августе  провел  серию  диверсий  на  стратегически важных  железных  дорогах  СССР.

      В  октябре  1941 года  9-я  рота  «Бранденбурга»,  переодетая  в  мундиры  советских  солдат  и  офицеров,  высадилась  на  парашютах под Москвой  в  тылу  войск  Западного  и  Резервного  фронтов. Одной  из задач  диверсантов  был  захват  и  удержание   мостов  через  реки  и  речки  на  Варшавском  шоссе  до  подхода  танков  наступавшего здесь 57-го  моторизованного,  12-го  армейского  корпусов  и  подразделений  дивизии  СС  «Дас  Рейх».  Свою  задачу  9-я  рота  в  полной  мере  выполнить  не  смогла.  К  примеру:  мост  через  Угру  в  районе деревни  Палатки,  который  историки  и  краеведы  чаще  называют  Юхновским  мостом, «бранденбуржцы» вначале  захватили,  но  удержать не  смогли.  Затем  снова  захватили, но  к  тому  времени  мост  оказался   сильно  поврежден.  Тяжелую  технику  немцы  по  нему  переправлять   на  восточный  берег  опасались  и  вынуждены  были  навести понтонную  переправу.  Большинство  небольших  мостов  оказались взорванными  отходящими  советскими  войсками.   То  же  произошло и  со  складами  боеприпасов  и  продовольствия,  с железнодорожными  стрелками  и  другими  объектами,  уничтожение  и  вывод  из строя  которых  прямо  или  косвенно  замедлял  темпы  продвижения войск  вермахта  к  Москве,  затруднял  из  обеспечение,  увеличивал число  потерь.  9-я  рота  впоследствии  была  выведена  в  немецкий ближний  тыл,  доукомплектована,  в  том  числе  и  из  числа  советских  военнопленных,  и  активно  действовала  против  партизанских

формирований  и  окруженных  советских  частей  в  районе  Вязьмы,

Дорогобужа м Смоленска.  Но  это  будет  уже  весной  и  летом  1942

года.  Об  этом  будет  рассказано  в  свое  время  и  в  другой  книге.

      Как  уже  было  сказано,  Учебный  строительный  полк  особого назначения  «Бранденбург-800»,  о  котором  в  период  описываемых

событий  и  сами  немцы,  особенно  из  простых  армейских  частей,

знали  мало  или  не  знали  ничего,  будет  развернут  в  штатную  дивизию  СС.  Дивизия  получит  свои  знаки  различия,  эмблемы  на  рукав  и  кепи,  а  также  нарукавную  ленту, как  знак  особой  доблести, проявленной  в  выполнении  приказов   и  заданий  фюрера.  Но  это будет  потом.  Потом.  После  Московской  битвы.  А  она,  в  нашей  истории,  только-только  начиналась.»

 

Глава 16.  На  рассвете.

 

         … Ковалев  с  ходу  решение  принял.  Даром  что ли в  таежном

сибирском  краю  вырос   и  сызмальства  с  дедом  и отцом, потомственными охотниками-промысловиками,  на  зверя  ходил.  А  подрос и сам,  уже   самостоятельно, счастье  свое  охотничье  в  тайге  искал.

И  удача  редко  изменяла  ему.  Дед  бывало  восхищался  его  успехами -  Ну,  паря,  везет  тебе!  Тайга  она  того  уважает,  кто  и  к  ней  с

уважением  относится. Помни  это – и  напутствовал  внука – Давай и

впредь  так.  Не  подводи  нашу  фамилию.

     Знатным  охотником   мог  стать  Санька  Ковалев.   Он  со  своими 

лайками  на  месяц  мог  забраться  к  чорту на кулички, куда и самые

отважные не решались заходить. И все подмечали,  как  любит и понимает  он  своих  собак.  И   собаки  платили  ему  любовью  за любовь.

А  важнее надежнее и  расторопнее  четвероногих  помощников в  таежных  дебрях  нет.  Об этом каждый бывалый  охотник  знает.

      Раз  подранил  медведь-шатун  одну  из  собак.  Другой  бы  на  месте Саньки пристрелил  пса  и  вся  докука. И  собаке не мучаться  и  у

человека  голова  не  болит.  Но  молодой  охотник   перевязал  ее  и  на  руках  вынес  к  зимовью, отогрел.  Долго  и  старательно  ухаживал,

лечил  настоями  из  трав,  секреты  заготовки  которых  передавались

в  их  роду  из  поколения  в  поколение.  Хлопотное  это дело лечить

собаку, беспокойное.  Особенно  в  одиночку,  без посторонней  помощи.  Но  известно,  что  упорство  терпенье  и  труд -  все  перетрут.  И чудо – собака  встала!  Поднялась и передвигалась самостоятельно,  без

помощи хозяина. Повеселела, ожила. А  раз  дело  пошло  на  поправку-

- повеселел  и  хозяин,  вздохнув  облегченно.  И  вскоре   все вместе,

всей стаей,  собаки  отправились  вслед  за  молодым  хозяином  на

охоту.

        А  спасенная  лайка  будто  второе  дыхание  обрела.  Еще  долго  и

верно  служила Саньке  Ковалеву.  И  решительнее  и  отважнее  ее  не

было.  И  бежали  года  за годами, и   стал Санька Ковалев к  своему

восемнадцатилетию  первым  среди  первых  во  всей  необъятной

 

таежной  округе.  Но  слава  не   вскружила  молодому  парню  голову,

потому-то, наверное  удача  будто  сама  искала  его  и  безропотно шла

навстречу  ему  из  таежной  глухомани.

      А  вскоре  и  служба  военная  подоспела.  И  связала  крепко  его 

военная  стезя    на  дальневосточной  границе.  Поэтому,  когда  он говорил  перед  строем  своего  отряда,  еще  тогда,  в  учебном  центре,

что  Ингус  самого  Карацупы  ел    у  него  с  ладони,  -  это  было  не

бравадой,  а  сущей  правдой.

      … А  теперь  вот  на  его  отряд  устроили  охоту, «двуногие  звери».

А  эти  звери – всем  зверям  звери.  Этот  зверь  почище  любого  дикого  будет.  Матерый  зверюга.  Ну  да  ладно,  где  наша  не  пропадала!

Вот  и  встретились  значит.  Со  свиданьицем,  гады  проклятые.

      Быстро  решение  он  принял,  не  рассусоливая.  Решение  самое

простое  и  как  оказалось,  самое  верное  принял    майор  Ковалев.

Безошибочное.  Чего  там,  тайга,  лес – его  родная  стихия,  если  к  тому  же  есть  такой   пес  как  Бурьян.  Разделились  на  две  части.  Одна

в  обход  пошла  вместе  с  Никитой  и  Бурьяном.  Их  задача  -  обязательно  в  тыл  засаде  зайти.  Во  что  бы  ни стало  опередить  против-

ника,  чтобы  он  не  успел  первым  открыть  огонь  по  основным  силам   отряда.  Кровь  из  носу,  а  подобраться  к  нему  скрытно  и  незаметно… .

       Отряд,   изрядно  вымотавшись  за  несколько  бессонных  ночей,

еле  держался  на  ногах.  И  ноги,  сокращая  путь,  сами  вывели  их

на  это  место.  Ну  не  продираться  же  с  собаками  сквозь  густые  заросли ?   Куда  бы  они  все  неминуемо  -  вышли,  если  бы  не  чуткий

нос  Бурьяна,  это   хорошо  просматриваемое  пространство. Да  и  уже

начало  светлеть  на  востоке.  Еще,  конечно,  не  рассвет,  но  вот-вот

скоро  забрежжит.  А  это  засевшим  -  ой  как  на  руку!  Солнце  будет

слепить  отряд,  не  давая  никому  прицельно  стрелять.  Огромный

плюс  тем,  кто  подкараулил  их.

      Нехорошее  место…  Здесь  тропинка  петляла  вдоль  ручья,  а  на

взгорке  вдоль  лесной  опушки,  где  могучие  сосны,  это  место,  как

на  ладони  просматривается.   Лучше  места  для  засады  и  не  придумать.

     Ковалев  повел  основную  часть  отряда,  скрадываясь  за  густым ельником  по  руслу  ручья.  Вроде  бы  есть  они,  а  вроде бы   и

нет  их.  Попробуй  определи  сколько  их ?  Майор  чувствовал  нутром

бывалого  таежника,  что  засада  ждет  их  на  взгорке,  к  которому

они  неизбежно  должны  были  выйти  из  ельника,  едва  покинув его

надежное  укрытие.  Не  подвело  его  чутье…

      Группа  Никиты  тем  временем  заходила  с  тылу  к  абверовцам.

Задача  была  бесшумно  подобраться  на  бросок  гранаты.  Вроде  бы

все  предельно  ясно,   но  только  вот  попробуй  подберись  скрытно,

да  еще  с  тылу,  когда  времени  в  обрез.  Наверняка  у  тех,  кто  организовал    засаду    и    секрет  в  тылу  выставлен.  А может  и  не  один.     

Или   того  хуже:  заняли  круговую  оборону.

      Но  и  здесь  Бурьян  не  подкачал.

      По  команде  Никиты  ползком-ползком  двигался  с  ним  в  одно

касание,  чутким  своим  носом  определяя  где  засел  невидимый

враг.   Вот  где  пригодилась  великолепная  выучка,  помноженная  на

природный  талант  собаки.  Ага,  вот  и  они  субчики !  

      В  первых  проблесках  мутного  рассвета  на  фоне  кустарника  у

 деревьев  качнулась  одна  голова,  другая.  Двое – вражеский  секрет!

Никита  условными  жестами  указал   ползущим  следом  за  ним  товарищам,  чтобы  обошли   секрет  с  двух  сторон  и  одновременно  напали  на  них.   - Едва  заметный  кивок  головой  означал  -  принято,  командир.    Везенье  сегодня  было  на  их  стороне  еще  и  потому,  что   лучи   солнца   слепили   глаза  врагу,   четко   обрисовывая  в этот  ранний  час  их  укрытие.  Все  -  точка !  Точный  расчет,  мгновенный  бросок,  молниеносный  удар  ножом.  Считанные  доли  секунды

и  уже    одно  вражеское  тело  и  другое  -  оба  с  перерезанным горлом  -  судорожно  трепыхаются  под  навалившимися  спецотрядовцами.   Никто  и  пикнуть  не  успел.  Так,  теперь  отдышаться.  Замерли,  лежа  прямо  на  поверженных  врагах.  Фу-уу,  хорошо  сработали,  любо-дорого  посмотреть.  Снова  Бурьян  знаки  подает.  Щерится.  Но

по-особому.  Как  бы  бесшумно  поскуливает  и  лапами  перебирает

в  нетерпении.

     Ну  коль  так,  значит  враг  рядом,  совсем  близко  и  много  его.

Беспокойство  за  хозяина  пес  выражает  - Смотри, Никита, за  моей

мордой,  вон  они.  Видишь ?  Смотри,  не  проморгай !   

      Молодец   Бурьяша,  отличный  пес,  хороший ! Никита  потрепал

ласково  собаку  по  загривку.  Умный  Бурьяша,  ой  какой  умный !

Люблю  тебя…

      С  секретом   покончено,  теперь  самое  главное.  Тут  самый  глазастый  в  их  группе,  залегший  в  короткую  цепь,  жестом  указал –

«Вижу  противника !  Вот  он»  Ага  точно !  Впереди,  в  нескольких

десятках  метров,  на  вершине  холма  виднеются  фигуры  в  камуфляжных  комбезах,  распластавшиеся  возле  стволов  могучих  деревьев.  Засада !  Пулеметы – раз, два,  три,  четыре  -  на  изготовке.  Стоило бы  только  отряду  выйти  из  ельника  обратно  на  тропинку  вдоль ручья,  их  встретил  бы  кинжальный  огонь  четырех  МГ.  Не  считая автоматического  огня  в  упор.   И  тогда  все !  Полегли  бы  все до единого  человека  под  разящим  роем  свинцовых  шмелей,  посылаемых несколькими  стволами  МГ  на  холме.   А  в  довес  им  автоматный хлесткий  огонь  из  засады. 

       …Никита  подал  знак  -  «Приготовить  гранаты !».  А  сам  полушепотом  на  ухо  приказал  Бурьяну  лежать.  Знал,  что  верный  пес  будет  беспрекословно  лежать  не  шелохнувшись,  пока  не  поступит  новой  команды. Час,  два,  сколько  надо…  То  что  было  усвоено  на  заставе,  доведено  до  совершенства  в  центре  подготовки  и  проверено  -  не  единожды -  в  боевых  условиях.  Да  такую  собаку,  как Бурьян,   еще   поискать   надо!   Чего   лукавить:   такому   псу  надо  в  ноги  кланяться  и  Богу  на  него  молиться.  Есть  за  что…

       А  сейчас  осторожно,  осторожненько  надо  ужом  проскользнуть

оставшиеся  десятки  метров  до  залегших  в  засаде  немцев.  Чтобы

разом  и  всех  закидать,  забросать  гранатами. Главное  внезапность  и  чтобы  никто  не  ушел  отсюда  в  живых. Чтобы  никто  не  успел  развернуть  пулемет,  не  посек  их  кинжальным  огнем.  Пот  заливал 

глаза,  тело  от  напряжения  гудело  и  было  будто  чужим.  Ну  еще

немного,  еще  чуток  приказывал  сам  себе  Никита,  еще,  чтобы  наверняка,  чтоб  на  точный  бросок  «лимонки».  Фу-у,  пока  все  здорово  получается !  Хорошо…  Но    тут  под  одним  из  них  предательски хрустнула  ветка.  Зараза !   Ну  теперь  только  вперед.  Держитесь,  сволочи! Они  в едином  порыве  набегали  на  засаду, уже не  таясь  хруста веток,  трещавших  сухими  винтовочными  выстрелами  у  них  под  ногами.   Бросок – руки  синхронно  еще    совершали  по  инерции  движжение  вслед  за  страшным  оружием  смерти,  а  тела  их  тысяче-

кратно  заученным  движением  уже  припали  намертво  к  земле,

что  есть  силы  вжимаясь  в  нее.  Боже  упаси  попасть  под  разлет

своих  же  осколков !  Верная  смертушка !

     … Внезапность  сыграла  им  на  руку,  не  дав  ни  секунды  опомниться    залегшим  в  засаде  абверовцам,  уже  предвкушавшим  скорую  расправу  с  уставшим,  измученным  отрядом.  А  вышло  вон  оно

как…  Кто-то  из  них  суетливо  пытался  развернуть  в  их  сторону  пулемет,  кто-то,  даже  не  веря  своим  ушам,  лишь  успел  повернуть

голову  -  Что  там,   чорт  возьми,  происходит ?!  - ,  оторвавшись  на

миг  от  прицела.  Кто-то  дико  орал  от  ужаса  «Фойер,  фойер!»  -,

выпустив  длинную  очередь  в  никуда  из  автомата.  Напрасно.  Все

для  них  бло  кончено  с  первым  броском  гранат.

       А Никита  орал,  как  оглашенный:

       - Гранатой,  Огонь !

       Пауза – и  снова  крик:

       - Гранатой  огонь !  О-оо-нь !...

       Полтора  десятка  человек  были  обречены.  Кто-то  их  них,  затравленно  мыча,  кубарем  скатился  по  склону.  За  ним  другой,  а  вон  и еще  один,  неловко  приседая  на  подвернутую  в  горячечной  спешке ногу,  повалился  на  тропинку  у  ручья.  Поздно!  Отряд  встетил  уцелевших  шквалом  огня.   А  на  холме,  по  склону  еще  продолжали

рваться  гранаты.  Они  рвались  часто  и  густо,  кромсая  на  куски  податливую  человеческую  плоть,  безжалостно  корежа  и  ломая  оружие.  Все !   Все  было  кончено  в считанные  мгновения.  В  живых никого  не  осталось.  Да  и  у  них  приказ:  никого  в  живых  не  оставлять и  «языков»  не  брать  ни  в  коем  случае,  будь  он  хоть  генерал.  Так, по-возможности  лишь  выпотрошить  из   него  сведения,  коль  важная шишка,  в  темпе  вальса  и  -  все  дела.  А  как  «выпотрошить»  и  еще плюс  «в  темпе  вальса»,  ясно  спецназу  по  обе  линии  фронта.  Кто бы  церемонился  с  живым  врагом, захваченным  у  него  же в тылу?

Чего-то  там  сюсюкать:  на  страшную,  мученическую  смерть  обречен

враг,   если  сразу  не  выложит  все  сведения,  что  требуют  от  него,

если  вякать  гад  начнет  не  по  существу,  а  хуже  того,  если  и  стращать  начнет  захвативших  его  в  плен.  А  так,  смерть  легкая,  если

выложил  все  и  сразу,  один  удар  финкой  и  никаких  мучений.

       … Пленных  не  было.  Да  и  лишняя  обуза  ни  к  чему.  Брали,  как

всегда  оружие,  патроны  и  документы  -  то  что  может  еще  пригодится.  Патроны,  конечно  же,  были  дороже  всего.  К  своим-то, с  боем  прорываться  придется.  А  там  как  повернется  никто  не  знал.

                                               Светало…

     Обыскали  тех  двоих,  которых  сняли  в  секрете,  и  троих,  что уложили  возле  ручья. 

      И-ее-мое !  Надо  же,  такое  они  увидели  впервые.

      - Ишь  ты,  ножи  десантные   выкидные,  чтобы  стропы  парашютов  резать,  смотри-ка  «Вальтеры»  у  каждого,  и  экипировка  совсем  не

простая,  я  вам  скажу.  Шустрые  ребятки  на  нас  охотились,  шустрые.

Худо  было  бы  всем  нам,  если  бы  Бурьян  вовремя  их  не  учуял.

Нда-аа…  -  Невесело  констатировал  Ковалев.

        А  сам  подумал:  неизвестно  еще,  как  бы  оно  повернулось.  Но

что  вышло,  то  вышло.  Наша  взяла.  Ладно,  что  сетовать – времени в

обрез,  каждая  минута  на  счету.

        Бегло  просматривая  протянутые  ему  документы  убитых,  хмы-

кал  удивленно.  Чудеса! Красноармейские  книжки,  продаттестаты,

командировочные  удостоверения – все  чин  по  чину,  не прикопаешь-

ся.  Впрочем,  подлинники  или  нет -  некогда  разбираться.  А  у  самго  кошки  на  душе  скребуться.  Муторно.  Значит  сведения  подтвердились .  Все  произошедшее -   тому  свидетельство.  Не  зря,  ой  не  зря  предупреждали  его  в  штабе  фронта  накануне  рейда…  За  ними

устроили   настоящую   охоту   спецы   Абвера   из  команды  «Бранденбург-800».     По  тылам  нашим  шастают  сволочи,  как  у  себя  дома. Штаб   дивизии   недавно   вырезали   подчистую  вместе  со  взводом охраны.   Ловки,  гады !  Ох,  ловки !

       Рассовывая  документы  по  карманам,  кратко  подытожил. – Все

понятно,  кто  такие.  Так  я  и  знал:  «Бранденбург-800»  собственной

персоной.  Волчары  еще  те. Матерые  гады. Ну  все,  а  теперь, братцы,

ходу!  Светает !

         Ходу-то  дали.  Рассвет  торопил.

 

Глава  16.   На  рассвете (окончание)

 

        … В  тот  день  им  еще  раз  повезло.  Если,  конечно,  считать  везеньем  то,   что  приключилось  с  ними  на  финишном  рывке.  Хотя,

честно  говоря,  такое  везеньем  не  назовешь,  язык  не  поворачивался.   В  стычке  с «бранденбуржцами»  все  обошлось  без  единой царапины,  а  тут…   Семь  человек  убитых  и  половину  собак  потеряли. Беда !

      Напоследок,  когда  уже  до  своих  оставалось  всего-ничего,  рукой

подать,  немцы  навалились  на  них  так,  что  не  вздохнуть - не охнуть.

Обложили.  Еле-еле  ноги  унесли.  Выкорабкивались  уже  из  последних  сил.   Патроны  не  экономили.  Все  оставшиеся  гранаты  в  ход пошли,  в  том  числе  и  трофейные.   Прорвались  с  горем  пополам. И то,

если б  не  группа  прикрытия,  что ждала  их  в  условленном  месте (таких  мест  по  разным  вариантам  отхода  было  несколько  и  соответственно  несколько  групп  прикрытия)  и  вовсе  бы  туго  им  пришлось.

Чего  лукавить:  хана  была  бы  всему  отряду,  если б  группа  прикрытия  не  отсекла оголтело  наседавших  немцев  умело организованным

огнем  нескольких  минометов.  Ну  и  пулеметчики – низкий  поклон

им  -  огня  не  жалели…

      Всех  своих,  и  раненых  и  убитых  вынесли.  Ковалев  приказал  радисту  ( благо  тот  был  бывший  артиллерист)  корректировать  огонь

минометчиков  группы  прикрытия,  когда  уже  своим  худо  стало.

 Так  и  прорвались,  неся  на  себе  убитых  друзей  и  погибших  собак.

Ковалев  никогда  не  приказывал  выносить последних.  Но  в  отряде

сложился  в  последнее  время  неписанный  закон:  никого  в  беде  не

оставлять.  Никого.  Собак  тоже.

      С  недавнего  времени  им  придали  двух  радистов.  Одного  тяжело  ранило  в  бою  неделю  назад.  А  второй  угрюмый  и  ершистый

( «чего  мне  по  лесам  шастать,  я  же  артиллерист,  минометчик, мне

стрелять  надо…»)   спас  сегодня  отряд  от  нименуемой  гибели  уже

на  финишном  рывке.

       … На  связь  они  выходили  редко,  в  самом  крайнем  случае.  Оно

и  понятно:  рейд  по  тылам  противника,  могут  и  запросто  засечь.  За

милую  душу !   А  тогда  жди  напасти.  Или  преследование  начнется,

белый  свет  в  копеечку  покажется.  На  пятки  будут наступать, накры-

ваяя  минами  пути  отхода.  Это  фрицы  мастаки  делать.  Здорово сво-

лочи  поднаторели  на  этом.   Ничего  не  скажешь…  Или  того  хуже:

авиацию  на  подмогу  вызовут.  Вот  тогда  точно  все.  Спасения  не  будет.  Можно  смело   точку  ставить  на  существовании  всего  отряда.

       Но  сегодня  -  тьфу !  тьфу ! тьфу !  -  с  погодой  несказанно  повезло.  Нелетная,  слава  Богу.   Светало,  но  небо  хмурилось,  хмурилось,

нагоняя  низкие  свинцовые  облака  над  головой,  пока  не  разразилось  бесконечным  злым  дождем,  какие  бывают  только  в  конце поздней  осени.  Но  скверная  погода – только  им  на  руку,  верный помошник  в  их  нелегком  ратном  деле…

       Ковалева  на  всем  пути  следования – от  места  стычки  с  абверовцами  до  момента  драматического  финишного  рывка  через  линию фронта – навязчиво  сверлила  одна  и  та же  мысль.   Засела  проклятая  в  голову – хоть  ты  тресни ! Где,  когда,  почему  и,  главное,  как они  дали  промашку ?  Явно,  явно  где-то  допустили  промах  и  потому-то  «бранденбуржцы»  караулили  их,  заняв  выгодную  позицию.

Хотя…   Ни  сегодня,  ни  вчера и,  тем  более,  позавчера  они  на  связь

не  выходили.  Запеленговать  их  не  могли,  исключено.  Значит…  Значит  остается  только  одно:  абверовцы  просчитали  их  путь  возможного  отступления.  Ага,  уже  теплее.  Так,  так…  А  что ?  Прикинули, сопоставили,  как  бы  они  сами  выходили. Поставили  себя  на  их  место и  устроили  засаду  в  нужном  месте  и  в  нужное  время.  Ловко  сработали  суки,  ничего  не  скажешь,  ловко.  Получается  так,  что  палец в  рот  им  не  клади. Оторвут  махом  всю  руку.  В  момент.  Если  бы не Бурьян…

      Вот  и  сейчас  Ковалев  нес  ра  руках  живого  и  невредимого  Бурь-

яна,  главного  героя  минувшей  ночи.  Нес потому,  что  так  надежней.

Ни  пуля,  ни  осколок  не  заденет  собаку.   Никита  не  мог:  осколком

зацепило  руку.  Вот  же  гадство – не  вовремя.  Ну  да  ладно, переживеем.  Где  наша  не  пропадала.   Ковалев  чудом  успел  в  пылу  боя прехватить  поводок  собаки  и  перебежками, пребежками  продвигался  вперед.  Раз,  два,  три  и-плюх  на  землю!  Во  время  коротких остановок,  лежа,  накрывал  пса  своим  могучим  телом. И  снова  -   раз, два, три – и опять  со  всего  разбегу  в  грязь  лицом,  подминая под  себя  спасителя  отряда.  Фу-у-у ! Пронесло !

       И  все  же  хоть  и  с  потерями,  но  они  вырвались  из  кольца смерти.   Прорвались  к  своим.  Хоть  и  не  так  удачно,  но  объегорили  лохматую  с  косой.  Еще  как  объегорили ! Фигу  с  маслом  ей  показали

напоследок – получай ! Что  морщишься, гадина  -  не  нравится ? А-аа,

тотоже…   И сейчас,  отдуваясь,  Ковалев  нес  -  из  последних  уж сил –

- их  спасителя.  Валился  от  усталости,  но  нес.  Еще  немного,  еще  чуть-чуть.  Ну  а  теперь  все – дошли.  Хрипя  от  натуги,  приговаривал,

утирая  соленый  пот    вперемежку  с  грязью:

      -  Ну  и  здоров  же  ты,  Бурьян !  Ох,  тяжел  ты  парень.  Мужик,  мужик…   Скоро,  скоро  папашей  станешь.  Живи  долго  пес.

       После  этого  рейда  Бурьян  стал  всеобщим  любимцем  в  отряде.

А  незадолго  до  своей  гибели  он  еще  раз  спас  им  жизнь…

      Уже  ударили  первые морозы.  И  надо  сказать  нешуточные.  Коченели,  как  цуцики,  выжидая  в  засадах  танковые  колонны  немцев.

Ух,  ты-ыы !  Ну  и  холодина !   Зуб  на  зуб  не  попадает.  Одна  лишь,

отрада,  что   и  фрицы,  гаденыши,  мерзнут  еще  как.   А  холод,  как и

голод,    известное    дело – не    тетка.   Сильней   бы  морозы  вдарили,

пусть  передохнут  все  на  нашем  холоде  сволочи  окаянные.   Туда им

дорога.

       И  случилось  одно  непредвиденное  обстоятельство… 

       Хотя  на  войне  трудно  угадать,  что  с  тобой  произойдет  через

минуту,  через  час,  не  говоря  уже,  что  будет  через  день.  Тут  гадай-

не  гадай  на  кофейной  гуще  -  все  равно  не допытаешся. А  узнаешь,

лишь  прожив  эту  самую  минуту,  этот  час,  этот страшный  день.

Если…  если  сильно  повезет.

       Наткнулись  они  на  немецкую  разведгруппу  у  себя  в  тылу, когда

скрытно,   оставив  полуторки  на  развилке  дорог,  двинулись  темной

ночью  густым  лесом  на  позиции  пехотного  полка.  Шли  неспешно,

чтобы  не  шуметь.  Им  не  то,  что  шум,  малейший  шорох  ни  к  чему.

Кто  знает,  что  их  поджидает  здесь,  в  прифронтовой  полосе ?  Никто

никаких   гарантий  авансом  не  выдает.  Потому  лучше  и  выдвигаться  так,  чтоб  тебя  никто  не  увидел  и  не  услышал.  А  береженного,

как  известно  Бог  бережет.  И  тут… 

       И  тут  снова  Бурьян  замер,  щерится  недовольно.  Стоп!  Замерли

вслушиваясь.  А  кругом  лишь  непроглядная  темень – незги  невидно.

Да  ветер  шумит  в  кронах  деревьев.  Но  Бурьяна  не  проведешь. Понятно  -  чужие  им  путь  пересекли.  Явно  немцы.  Неужто  опять «брандербуржцы» ? И  носит  же  их  нечистая  сила  по  нашим  тылам.

        Засада ?  Что  делать ?

        Решено  было  пятерых,  не  считая  Бурьяна,  послать  на  разведку:

выяснить,  что  там  и  как  там.  Главное  сейчас  для  Никиты  и  его  товарищей – разведать  силы  врага.  Что  он  там  удумал ?  Надо же, враг у  них  в  тылу! 

                                    Двинулись.

        Остальные  силы  отряда,  разделившись  на  две  части,  принялись

обходить  засаду  с  флангов.  Но  это  была  не  засада.  Это  была  немецкая  разведгруппа  и,  как потом  выяснилось,  с  языком.  Час от часу  не  легче !  Но  этого  они  не  знали,  да  не  могли  знать.  Сейчас, в

этот  момент.  Первая  мысль – опять  «брандербуржцы»  охотой  на

них  занялись.  Ну  и  что ?  Чья  сегодня  возмет ?

       …Сгубил  немцев  мороз.  Он  в  ту  ночь  нешуточный  был,  а  ближе  к  рассвету  и  вовсе  рассвирипел.  Люто  кусался.  Сбились  они  в

одну  кучу  на  небольшой  поляне.  Грелись  по  всей  видимости  перед

решительным  броском.  А  на  морозе  оно  и  понятно:  малюсенькое

тепло  от  плотно  прижавшихся  друг  к  другу  тел  сморило  в  сон.  Волей  неволей  сладкая  дрема  смыкала  веки  и  убаюкивала  сознание-

- сейчас – еще  немного – еще  чуть-чуть.  И  сладкий  липкий  сон  уже

не  дает  пошевелиться,  парализует  волю  и  все  дальше  и  дальше

уносит  на  крыльях,  в  безмятежное  царство  Морфея. 

        Вообщем,  сыграл  мороз  злую  шутку  с  разведгруппой…  А может

они  своими  телами  важного  языка  (армейский  полковник из штаба

по нужде ночью  вышел  и  был   оглушен   в   два   счета  и  бесшумно

утащен  в  лес  в  качестве  важной  добычи)  обездвиженного  и больше  всех  замерзшего  обогревали?  Полковник-то,  как  был  в  одной

гимнастерке,  так и  остался  в  ней.  А  морозяка –то  ого-го – лютый!

С  ним  не  пошутишь. 

      Но  как бы  там  ни  было,  проморгали  немцы  Никиту  и  его  группу,  проморгали.  Дрема    в    тылу  врага    -    ненадежный  товарищ.

Бдительность  на  нет  сходит.  А  значит – пиши  плохи  твои  дела.

Заснули  фрицы,  как  в  яму  провалились.

        …Подползли  вплотную.  По  реакции  Бурьяна  Никита  понял, что

кроме  этих  немцев  никого  больше  нет.  Одна  группа  врага – и то

легче !  Ну  уж  с  одной  группой  они-то  справятся  за  милую  душу.

Тут   главное   внезапность.   За   своими   посылать  смысла  нет.  Еще 

вспугнут  закемаривших   на  опушке.  Тогда  еще  вилами  на  воде  будет  писано  как  оно  обернется.  Надо  атаковать  самим.  Только  самим.  Медлить  нельзя !  Решено…  Никита  решил  рискнуть,  чтобы

окончательно  огорошить врага.  Деморализовать  его.  По  его  команде  Бурьян,  грозно  рыкнув,  бросился  на  дремавших  немцев.  Эффект

рыка  овчарки  был  ошеломляющий,  взорвав   хрустальное  безмолвие  в  морозной  ночи.  Немцы  оцепенели  от  ужаса. 

      Кто-то   из   них    со   сна    лишь    успел  выкрикнуть  приглушенно:

«Volf!  Volf!».  И  все.  И  уже  испускал  последнее дыхание  под  плотно  сжавшейся  челюстью  собаки  на  своем  горле.  Опасен,  ох  как

опасен  был Бурьян  в таких  вот  скоротечных   схватках,  один на один!

Молнией  бросался  на  врага,  слету  вцепившись  ему  в  горло.  Тот

обычно  и  ничего  сообразить  не  успеет,  падая  от  стремительного

броска  громадной  собаки.  Бурьяну  этого  только  и  надо. Ну  а  мощная  челюсть  только   довершает   начатую  работу,   ломая  и   круша, словно  гигантсткие  жернова ,  податливую  человеческую  плоть.  Да и  страх  обуяет  врага,  заставляя  цепенеть  от  ужаса.  -  Volf! Volf!

Волк ! Волк !  И  как  тут  в  штаны  не  наложить,  когда  вдруг  на тебя

бросается  неизвестно  откуда  взявшаяся  разъяренная  лохматая  махина,  оскалив  в  прыжке  клыкастую  пасть.  Секунда и  -  смерть  - Чур, чур  не  меня !  Страх  Божий!...

       Вот  и  сейчас  кто-то  из  немцев  принял  по  всей  видимости  Бурьяна  за  дикого  волка.  Сработало !  Еще  как  сработало…  Мгновение  -  и  уже  вся  фрицевская  группа  попала  под  острые  лезвия  финок.

Кого  не  успели  зарезать,  застрелили  в  упор  из  трофейных  «Вальтеров» ,  захваченных  вот  в  такой  же  стычке  с «брандербуржцами» неделю  назад.

        Когда  подоспел  Ковалев  с  отрядом,  на  опушке  лежали  бездыханные  тела  десятерых  немцев.  Мертвее  не  бывает.  Тут   же,  одиннадцатым ,  распластался  застрелянный  в  горячке  полковник  штаба. В  кромешной  темени  поди  разбери,  кто  свой,  а  кто  чужой.  Да и когда  разбираться ?

       Лишь  когда  осмотрели  убитых,  сообразили,  почему  немцы  задержались  здесь.  Видимо  делали  короткий  привал.  Мало  того,  что

язык  у  них  бременем  был,  так  еще  и  двоих  раненых  на  себе перли.   И  по  всей  видимости  один  из  них  был  командиром  разведгруппы.  Ну  а  с  мертвых  какой  спрос ?  Ни  ответа,  ни  привета.  Одно

успокаивало  Ковалева -  на  «брандербуржцев»   они  не  были  похожи.   И  то,  слава  Богу…  Повезло  им  сегодня.

        Отряд  продолжил  свой  путь.  А  как  прибыли  на  передок,  тут же

доложили  о  случившемся  встречавшим  их  особистам.  Ковалев  обещал  с  рассветом  выделить  самого  шустрого  из  своих,  чтобы  показать  место  стычки.   Осматривали-то  убитых  бегло,  время  поджимало.  Оружие,  конечно же,  все  прихватили.  Ну, а  там  дальше  особистам  решать.  Их  работа.  А у  них  своя.

       Отряд,  значительно  поредевший  за  поледние  дни,  ждал  впереди  изнурительный  страшный  бой.  Кровавая  страда  неумолимо  вершила  свое  лютое  дело.

       И  над  полями  недавних  боев,  поседевших  от  ранних  крепких

морозов,  продолжало  кружить  воронье.

      Долго  же  ему  еще  кружить….

 

Глава 17.  Метаморфозы ( Краснофф-армеец).

      Боль  была  нестерпимой.  И  сильно хотелось пить. Жажда иссушила  всего его.  Все мысли  были только о воде. Хотя бы глоток воды! Но

добротную немецкую флягу пробило русской пулей  и теперь  она болталась  на поясе  бесполезным  предметом. И ни капли  спасительной

влаги в ней.  Мм-мм…

      Вот и закончилось  его везение  -  подумал  он,  теряя  сознание – все

кончено.   Укокошили  его  Иваны.

      …Какая  эта  была  по  счету атака он  не  помнил.  Да и какая теперь

разница.    Вчера   убили    их  ротного,  того самого рыжего  оберлейтенанта,  присланного неделю назад.  Не  промахнулся Иван из  своей трехлинейки.  Бах - и   пуля  вошла  прямо в сердце     командира роты. Только успел напоследок нелепо взмахнуть руками и – готов. Отвоевался.  Этот  проклятый Иван, наверное, был «ворошилофф  стрелок». Носит  такой   значок на своей гимнастерке. И  гордится им.

      Отчаянно  дерутся русские…  Засели  возле  леса у развилки дорог и

ничем их оттуда  не выкуришь.    Перед   ними  хорошо  простреливаемое  поле.  А  на  флангах  они  понатыкали  мин  и  фугасов.  Никак  не подобраться!  И в клещи  не возмешь.  Танки  было сунулись в первый день,    пытаясь   обойти   позиции   Иванов и зайти к ним в тыл, так и  взлетели все на воздух.  Мощные фугасы  у  русских. Толи  командир у них   шибко грамотный,  толи    воевать  они поднаторели. Не сдаются, как  прежде,  целыми пачками,  -  пересчитывать не успеваешь.  И  что удивительно  -  за все  дни  боев  ни  одного  перебежчика. Странно…

      Некому   убегать  от  Сталина ?

      Еще  месяц  назад,  лишь  наступят сумерки то там, то тут слышно:

« Немецкий  комрад,  них  шисеен! Сталин – капут!».  И  каждого  такого  перебежчика,  как  пароль,  листовки,  разбросанные  накануне  с самолетов.  Пробирались к  ним  в  темноте.  Видно  боялись,  что  комиссары  днем  в  спины  постреляют.  Трусливые  твари!  Ишь  ты  усвоили -  « них  шиссен».  Хоть  и  приказано  было  не  убивать  таких  лиц,  но и  сам  Шульце  и  парни  в  их  роте  шибко  не  церемонились  с  ними. Предатель – он и есть  предатель.  Он  завтра и Курту  Шульце  в  спину палить  начнет.  Комиссар прикажет – он и будет стрелять. Галдят сволочи – « дойчлянд комрад…».  Да и какие они нам, к дьяволу, товарищи ?  Чесались у него руки и не раз… Но приказ есть приказ – не убивать.  Чтоб душу отвести, вдаришь «комрада»  прикладом между лопаток и пинка ему под зад  зафутболишь.  Что  не нравится ? Морщишся ?

Смотри, русишивайн, будешь скалиться  -  еще  врежу, так врежу,  что

уже  не подымешся.

       А ты  как думал: за просто так – руки  вверх  -  и ты уже на все готовенькое рассчитываешь в великой Германии ?  Как это у вас, русских

свиней,  принято:  хлеб - соль ?  Ага – держи  карман  шире !  Молись,  

свинья,  что по нашей милости еще жив остался. Не пристрелили тебя.

А надо бы…

       Еще  ему  под зад пинка, да посильней – вали  в фильтрационный

лагерь.  У  нас  24 часа в сутки арбайтен. Яволь? Не будешь теперь на

своей печи разлеживаться. А ну, пошевеливайся ! Шнель, шнель ! 

        А как же от них всех воняет, ужас ! Когда они  под  вязьмой сотнями  сдавались,  жалко  было на них смотреть.  Точнее  противно. Грязные, завшивленные, в коростах. Взгляд потухший. Покорные рабы. И

это солдаты Сталина ? Понятно:  из-под палки у комиссаров  воевали.

Но все же…

       Будь на то воля Курта Шульце, он  бы перестрелял  весь этот сброд.

Всех до одного. Эти пакостные твари лучшего не заслуживают. А чего

еще с ними возиться?   Зачем Германии лишние рабы ?   Раз солдаты

они  плохие,  не  хотят  сражаться  за  своего вождя,  то и работники  из

них  тоже  некудышные.  Так,  балласт.

       Но  это  было  еще  месяц   назад,   ну две недели… А теперь  все по

по-другому.  Странно. 

       Какие-то  метаморфозы  прямо  на  глазах  происходят  с  этими русскими.  Или  комиссары  их  заколдовали ?  Или…  А  может  они  в  Сибирь  свою  дремучую  убегать  не  хотят ?  Вои  и  пойми  их. 

     Уцепились  за  этот  клочок  земли  и  не  сдвинешь.  Да  еще  потери

изо  дня  в  день  наносят  ощутимые.   Дивизию,  как  выкосило. Роты

в  полках  поредели  наполовину.  Где  это  видано,  чтобы  Иваны  так

отчаянно  дрались ?!  Что-то  после  Смоленска  Шульце  не  припомнит

такого…  Но  Смоленск  это,  наверное,  был  особый  случай  за  всю  восточную  компанию.   Как  не  крути,  а  этот  город  немного-немало –

- ворота  к  Москве.  Вот  Иваны  и  озверели.

                             А  что  теперь ?  Непонятно…

       Несладко  им  за  все  эти  дни  боев  пришлось.  Как-то  сразу  незаладилось.  Мало  того,  что  последнего  офицера  в  роте  подстрелили, так  еще  и  морозы  лютуют.   Что  за  варварская  страна:  октябрь  месяц   на   дворе,  а   уже   минус   двадцать !  Надо  же какой  морозяка ! 

Земля  промерзла  так,  что  покрылась  паутиной  трещин.  Плюхнешся

на  нее,  будто  на  глыбу  льда.  Сперва  обжигает  словно  кипятком,  а

потом  весь  коченеешь.  Долго  так  не  пролежишь…  Уже  есть  обморожения  рук  и  ног,  в  том  числе  и  у  парней  в  их  роте.   А  это  верная  ампутация.   Господи,  за  что  им  такие  муки ?  Вот  и  гадай,  что

лучше:  или  русская  пуля  или  этот  нестепимый  чертов  холод  плюс

ампутация ?  Кошмар  какой-то.

      Так  воевать  дольше  нельзя.  Надо  побыстрее  кончать  со  своей

этой  катавасией:  иначе   всем  им  здесь  крышка.  Не  перебьют Иваны  -  ворошилофф  стрелок  -  так  прикончат  русские  морозы.  Как

пить  дать  прикончат.  Довершат  свое  гнусное  дело.

      Холод  проклятый  -  спасу  нет…  Обещали  прислать  теплое  обмундирование – да  где  оно ?   Обещание   так  и   осталось  обещанием.

Буквально  вчера   командир  батальона  обходя  поредевший  строй

мрачно  пошутил: « У  русских  есть  поговорка  -  обещание  три  года

ждется…»  Пусть  ждется  год,  два,  но  им  холодно.  А  у  русских  есть

валенки.  Они  сперва  потешались  над  ними,  увидев  их  в  этой  обувке.  До  чего  только  не  изощряются   эти  варвары.  Но  один  деревенский  староста  им  сказал,  что  именно  в  этой  обувке  можно  пережить  любую  зиму.  Но  они  не  собираются  здесь  зимовать.  Полковник  на  общем  построении  объявил,  что  скоро они  будут  в  Москве.

Валенкофф  им   не   понадобится.    А  командиру  полка  они  верили ,

но…   Но  где  же  обещанное  зимнее  обмундирование ?  Где ?  Добротная  шипованная  подошва  на  сапогах  теперь  их  общий  враг  с  русскими.   На  морозе  она  впивается  в  ноги  ледяными  иглами.  И  надо постоянно  двигаться,  чтобы  не  потерять  ноги.  Вот  же  чортов  русский  холод !  Еще  одно  испытание…

       Парни  клянуться,  что  порвут  всех  тыловых  крыс  на  ремни.  Как

же  можно  так  воевать?  Такие  морозы,  а  они  в  легком  летнем обмундировании.  Поговаривают,  что  Сталин  приказал  выдать  своим

Иванам  теплое  белье  и  портянки.   И  еще  у  них  есть  эти…  бараньи

шкуры.  А  им  что  прикажите – снимать  у  деревенских  жителей  их

шерстяные  носки ?  Или  отбирать  у  русских  теток  их  теплые  платки,

которыми  они  укутываются  до  пояса ? Хороши  они  будут,  солдаты

великой  Германии  в  такой  амуниции.  Тыловым  крысам  легко  обещать  -  они  же  не  трясутся  на  холоде,  как  цуцыки.  А  его  парням  и ему,   фельдфебелю  Шульце,  опять  на  мороз  в  чисто  поле.   Опять 

надо  штурмовать  эти  проклятые  позиции  у  леса,  где  русские  позасели  в  своих  земляных  норах,  как  клопы.   Будь  они  трижды  неладны !  Только  и  слышишь  одно:  «Вперед,  вперед,  вперед !»  И  весь день  в  легком  бельишке  на  такой  холодрыге,  тут  и  богу  душу  отдать  ничего  не  стоит.

          Ну  делать  нечего – надо  наступать.

      … Вчера   убили   рыжего   оберлейтенанта,  вот  также,  на  исходе

дня.   А  сегодня  он,  по  приказу  полковника,  водил  в  атаку  роту  в

составе  батальона.  Бесполезно , Иваны   не  думают  задавать  драпа

как  прежде.  Упертые  какие-то…  В  последний  раз  умудрились  поджечь  несколько  танков,   а потом   пустили  собак  с  минами.  Ну,  со

взрывчаткой,  какая  разница ?

       Всетаки  парни  из  панцер-дивизии  мандражируют  перед  этими

псами. 

       Заосторожничали.  Нет  былой  нахрапистости.  Аа-уу, где ты  былая

безудержная  смелость?...

       Стоит  лишь  русским  подбить  два-три  танка,  оставшиеся  тут  же

поворачивают   на  исходную  позицию.  И  никогда  не  деться  от  этих

проклятых  сталинских  волков.  Сколько  же  у  русских  этих  зверюг ?

Того  и  гляди  -  все  танки  изведут,  варвары.  Командир  танкистов негодует.  В  резкой  форме  гнет  свою  линию  перед  полковником  -  Пехота  виновата.  Бездействует.  И  никаких  контраргументов – баста.

       Бездействует…  Легко  сказать.  А  попробуй,  попади  в  это  хвостатое  исчадие  ада.  Появился  -  выскочил  как  чорт  из  табакерки – прыжок  -  и  уже  под  танком.  Мгновения,  И  прицелиться  не  успеешь.

О том, чтобы попасть или уничтожить огнем,  и речи  быть  не  может.

          И  бомбят  «юнкерсы»  позиции  русских  и  артиллерия  работает

«на  пять»,  снарядов  не  жалея  -  бесполезно.  Ничем  не  выкуришь

Иванов.

        Тут  еще  одна  напасть:  в  деревне  стали  стрелять  им  в  спину.

Вот  так  нонсенс.  Ну  совсем  страх  потеряли  чертовы  варвары.

        Правда  этот  вопрос  был  решен  оперативно.  Разошлись « полюбовно»…

Дополнение к  главе «Метаморфозы»

Только  документы.

Ипостаси войны: Герои и предатели

 

Часть 1.

 

 

                                                                                                  Совершенно  секретно.

                                                                                                  Государственной важноти.

                                                                                                  Экземпляр единственный.

 

 

Выписка  №____

Из Приказа №_______

Начальникам Особых отделов Западного фронта.

 

 

   

        … После  окружения и гибели трех наших армий в кровопролитных боях под

Вязьмой сложилась катасрофическая обстановка на фронте, когда фашистскому  агрессору фактически открылся беспрепятственный путь продвижения к советской столице, городу Москве.

    Несмотря на все  предпринимаемые меры, командованию РККА  не удалось переломить   стратегическую обстановку в нашу пользу…

   ГКО  СССР  под руководством тов. Сталина И.В. делает титанические усилия,

чтобы переломить хребет фашистскому агрессору именно на подступрах к советской столице.

   …Вместе с тем, среди личного состава Красной Армии несознательными военнослужащими  сеются панические и даже откровенно предательские слухи о полном поражении Красной Армии и о сдаче фашистским стервятникам в ближайшее время столицы нашей Родины.

    Имеют  место  распространения такого пораженческого настроения (откровенно предательского) и командирами разных уровней, что крайне отрицательно сказывается на моральном духе вверенных им боевых частей (подразделений)

… Руководствуясь вышеуказанным, приказываю:

1.  Сотрудникам Особых отделов ( всех уровней, вплоть до низшего звена) расстреливать на месте за малейшее проявление паникерских и предательских               слухов всех военнослужащих Красной Армии, не взирая на воинские звания и                  должности, в т.ч. и боевые награды, если обстановка не позволяет иных дей                 ствий.  Сотрудники Особых отделов должны твердо знать: былые заслуги и награды  - не всчет. Идет смертельная схватка с врагом, когда на кону судьба всего нашего государства, судьба всего Социалистического Отечества. И только железная  воля и несокрушимая вера в нашу победу – должны быть несгибаемым стержнем каждого бойца и командира РККА.  Враг будет разбит, победа будет за нами!....   Иного не дано.

 2.  По  мере необходимости сотрудники Особых отделов должны оперативно проводить проверку с целью выявления зачинщиков и круга лиц,из числа военнослужащих, причастных к распространению и нагнетанию пораженческих (предательских) настроений и слухов.  После проведения проверки передавать в срочной порядке таких лиц суду Военного  Трибунала.

 В случае невозможности такого действия ( исходя из складывающейся обстановки на  фронте и непосредственно на  переднем крае самого подразделения, где  выявлены такие лица)  расстреливать  трусов,  паникеров  и  предателей  самостоятельно. Или перед строем своих подразделений в целях воспитательного характера.

 3.  Особое  внимание уделять лицам из числа военнослужащих, призванным (мобилизованным) в  РККА из Прибалтийских Советстких республик, западной Украины  и  Западной Белоруссии.  Оценка оперативной обстановки после событий под Вязьмой  показывает, что  именно эти лица в большинстве своем сеют панику и пораженческие слухи при малейшем изменении  обстановка на фронте, а также при любой возможности переходят (массово) на сторону врага.

 При малейшем  проявлении трусости  такими лицами,  не говоря  уже об откровенном предательстве или паникерстве, беспощадно расстреливать их  без какого-либо промедления перед строем своих подразделений. Это  будет  являться сильным воспитательным  моментом для остальных бойцов и командиров этого подразделения.

 4.   Военнослужащие, причастные к сбору, чтению, хранению и распространению  вражеских листовок, расстреливаются на месте, невзирая на звания и награды,  былые  заслуги и должности. Никакой пощады! Расстреливать таких лиц публично, перед строем своих подразделений (частей)  как прямых и подлых пособников врага и предателей Родины,нарушивших Воинскую  присягу, в трагический для нашей Родины час.               

5.   В случае  выявления и задержания перебежчиков, дизертиров и иных лиц, передящих  на сторону врага, передавать  их в срочном порядке представителям вышестоящих  Особых  отделов, с целью установления связей с вражеской агентурой и иных сведений, предоставляющих особый опреативный интерес.  При невозможности передать таких лиц по инстанции – расстреливать на месте при  задержании ( попытке перейти на сторону врага).               

6.    При нахождении в окопах переднего края спецподразделений НКВД, выполняющих любые указания советсткого командования, в т.ч. и спецотрядов с собаками--минерами, изолировать ( арестовывать) всех лиц, указанных в п.п. 2-3 Настоящего  Приказа,  а  также других лиц по личному усмотрению сотрудников Особых отделов.  При невозможности содержать их под стражей и конвоировать в вышестоящие   Особые  отделы – расстреливать без промедления,  как паникеров и вражеских агентов.               

7.   В  случае проявления некоторыми военнослужащими на переднем крае повышенного  внимания, непростого  любопытства  или сбора каких-либо сведений о действиях,  тактике и средствах, применяемых спецподразделениями ГРУ и НКВД, а также  попытки  установить  какой-либо  контакт с  членами  (представителями)  спецподразделений, - они немедленно арестовываются, допрашиваются и немедленно передаются в вышестоящие Особые отделы.  При  невозможности передать таких лиц по инстанции – расстреливать на месте или перед строем  своего подразделения. Такие лица являются потенциальными  пособниками вражеской агентуры и диверсантов (или уже действующими вражескими  агентами и диверсантами под личиной  краноармейцев), а при случае предателями  - перебежчиками и дизертирами.  Поступать с ними надо по всей строгости законов военного  времени, без проволочек и без всякой пощады.             

8.  Необходимо помнить, что повсеместная и ежедневная, ежечасная работа по               неукоснительному выполнению п.п.1-7 настоящего Приказа – есть первоочередной  долг и святая обязанность каждого представителя Особого отдела.               

9.    Начальники  Особых отделов армий и Управления фронта обязаны знать («обязаны знать»  подчеркнуто   красным  карандашом),  что  продвижение  по  службе,  присвоение званий ( в т.ч. внеочередных) и представление к правительственным  наградам сотрудников Особых  отделов производить только  в  случае   неукоснительного и добросовестного выполнения ими Настоящего Приказа.

 

                                                                                                                              Первый Заместитель

                                                                                                                              Наркома Внутренних Дел,

                                                                                                                              Комиссар Госбезопасности

                                                                                                                              Второго ранга

                                                                                                                              Всеволод Меркулов.

                                                                                                                              Москва

                                                                                                                              «___» октября 1941г.

 

 

 

                                                                                                                               Восточный фронт.

                                                                                                                                  Особая папка,

                                                                                                                                  Сверхсекретно !

                                                                                                                                  Экземпляр единственный.

 

Внеочередное сообщение №__________

Адмиралу Канарису.

 

 

                      В  настоящее время по мере приближения наших войск к вражеской столице

         замечается отток перебежчиков с русской стороны.

              Наверное, объяснить этот факт лишь одним свирепым отношением большевистских комиссаров к своим подчиненным и попыткой установить тотальный контроль  за каждым красноармейцем со стороны Особых Отделов – глупо и непрофессионально. Хотя это возможно и слабое утешение  для идиотов. Речь, кончно же, идет о другом.  Совершенно другом…

              Как ни прискорбно это объяснить, но что-то странное происходит в поведении и

         психологии  самих русских за последний месяц и буквально за последние считанные

         дни.

              Потеряв столько территории за 4 месяца войны, они тепрь в прямом смысле слова  отчаянно сражаются за каждый клочок земли. Еще месяц – полмесяца назад в затяжных боях под Вязьмой , когда практически одновременно то в один, то в другой

         котел угодили несколько русских армии, они сдавались тысячами в плен. А теперь переходят на нашу сторону лишь единицы. Нонсенс !

              От этих перебежчиков, сбежавших от сталинского режима, установлено следующее… 

               Систематически, по всей линии фронта, сменяя друг друга, с интервалом один-два

          дня, реже три, появляются диверсионные отряды русских с собаками-минерами.

                Характерно,  что поялению на  позиции таких  групп (отрядов) предшестует тотальная проверка («общий шмон», по-русски)  рядового и младшего офицерского состава непосредственно в окопах переднего края.

                Перебежчики с разных участков линии обороны вдоль большевистской столицы с

          достоверной  очевидностью утверждают ( фраза «с разных участков» и «с достоверной очевидностью»  подчеркнута красным карандашом. Этим  же карандашом на  полях проставлен знак вопроса возле словосочетания «общий шмон» - ?... Sleng), что

          при этом изолируются лица прибалтийской национальности и выходцы с Западной

          Украины.

                Один из перебежчиков свидетельствует, что посланный с донесением в штаб полка после убытия с позиций батальона спецотряда с  собаками, понесшего  накануне  в  бою большие потери, как, в прочем, и весь батальон, но уничтожившего  много танков (« горели по всему полю, не сосчитать…»), он наткнулся неподалеку  в лесу на  двух  убитых  солдат из своей  роты.  По всей видимости они были уби ты выстрелом в затылок. Это были те прибалты, которых изолировали, а потом  и конвоировали в тыл, особисты перед прибытием диверсионных спецгрупп с соба ками. 

                 Другой перебежчик (военнопленный) сообщил, что у них в батальоне перед тем ,

          как прибыли группы военнослужащих с собаами-минерами, особисты увели в тыл

          несколько человек, среди  которых было три украинца, («кажется откуда-то из-под

          Львова,  как они говорили с Галитчины…»). Правда один из них – со слов перебежчика

          - хранил при себе агитационную листовку-пропуск, сброшенную накануне с нашего самолета, которая призывала русских добровольно сдаваться и переходить на сторону германской армии. («бей сталинских жидов-комиссаров и переходи на нашу сторону…»).

                Одновременно такая листовка является и пропуском при добровольной сдаче.

                Расстрелянный  украинец показывал эту листовку не только своим землякам.

          Перед арестом он как-то обмолвился, что зачем ему «сражаться за Сталина и москалей»,  когда у них (его земляков) есть «ридна Украина и батька Бендера».

                Другие, арестованные особистами солдаты, в том числе и не украинцы («обыкновенные  русские мужики…  пострадали из-за гаденыша – всех шлепнули…») были

          все из одного взвода, сослуживцы. Больше он их не видел. По слухам их якобы застрелили при попытке к бегству, когда сопровождали в шаб полка. («сержант - сука

          наверное заложил; выслужиться  хочет, чтобы  назначили командиром взвода заместо убитого «младшего»; а коли назначат, глянется сержант начальству, там смотришь и кубари  в петлицы  навесят  вместо  треугольников…»).

                -  И обратно по тексту погуляла рука шефа Абвера, поставив жирные знаки вопроса напротив отчеркнутых  красным карандашом  слов «гаденыш» и «шлепнули» -

                 …Еще один перебежчик рассказал,  что перед появлением  спецгрупп с собаками

          особист беседовал с командиром батальона на повышенных тонах. Комбат навиду

         у  всех  завел  шашни ( подчеркнуто красным карандашом и стоит знак вопроса) с молоденькой  санинструкторшей  («такая стерва кому хочешь голову вскружит, вот и

         пустился наш комбат во все тяжкие…»).

               Все прощалось  ему.  Да и сам  комполка смотрел сквозь пальцы на его любовные

         похождения («война-зараза, глянь и пригребет к себе когтистой лапищей, а здесь девка  в полном соку, так что гуляй не хочу – живем однова…»). Майор был мужик геройский,  рубаха-парень, к тому  же орденоносец.  На гитаре играет – заслушаешся! Таких бабы  и  девки  любят .  А  он и сам не промах насчет «сладенького»…(«рубаха-парень»  снова  подчеркнуто все  тем же красным  карандашом и стоит  знак  вопроса

         после слова «уточнить», на  полях…).

                Особист  пригрозил  комбату («а может и самому девка глянулась: дюже сладенькая…»), что этот  роман так  даром  для  него  не  пройдет («нечего на передовой дела  амурные  крутить, когда такое кругом…»). На что майор заметил: двум смертям

         не бывать, а одной  не миновать.  Так  что  расстреливай, тудыт твою в качель,  а

         девку  не  тронь – моя ! На  что  ему  особист язвительно заметил: а вот девку он как

         раз и пустит в  расход  первой. Комбат об столешницу хрясь кулаком – ничего у тебя

         не получится, чекист хренов ! А тот  ему спокойненько так, ну прямо по слогам – получится милок, еще как получится. И дня не пройдет…

                          Вообщем, поговорили  вволю.

            Припомнил ему особист «чекиста-хренового». Еще как примомнил. Аукнулось – и дня

         не прошло…

            В  сумерки  прибыло  в  окопы несколько спецгрупп с собаками-минерами  («Ну и дела,

         вот это  да  - танки  будут подрывать фрицевские …»). Комбат наотрез отказался

         предоставить  им  свой  просторный блиндаж для размещения. И понятно почему…   

          Ни хрена, мои солдаты ютятся по землянкам, спят по очереди. А эти не баре:  перетопчутся   со своими псами в траншеях.

                 Эх, майор, майор !  Зря  он  так…

             С рассвета  атаки одна за  одной.  Белый свет в копеечку  ( И опять пометки шефа

          Абвера – «чортов русский  сленг !»)  показался. Благо хоть погода – снег с дождем. И

          то радость  великая – не бомбят «лаптежники». Вообщем, здорово действуют эти..

          Ну, которые с собаками.  Двенадцать танков изничтожили. Что не говори, а ловко у

          них это получилось.

               Толи погода на фрицев подействовала, толи поняли, что им  тут непрохонжа. Да

          только атаки их в тот день больше не повторялись.

               Потому  и  радость  великая  по  окопам: гуляй рванина – живы остались ! Живы !

          И это после такой мясорубки – даже и не верилось. Вот каждый день бы так: и танки собаками подрываются и тучи над землей стелются. – вот вам «лаптежники»,

          накось-выкуси…  Одно плохо в такую непогодь,  не  обсушиться,   не согреться – слякоть по колено.  Да  тут  еще задержка с «наркомовскими» приключилась… Эх, дела

          бедовые!... И все бы ничего, да видно так на войне не бывает, чтобы все сразу и сладко и гладко… Не бывает…

               Как  только  фрицы  угомонились,  наш  герой-комбат был арестован особистами

          вместе со своей   ППЖ. Прав оказался чекист: и дня не прошло.  Сдержал, значитца,

          слово свое…   М-да-аа,  вот как  оно по судьбе вырисовывается.  И то верно: плетью

          обуха не перешибешь.  ( И снова поработал красный карандаш Канариса – Зер гутт !

          ZoldatenSleng?...).

               А комбатовской крале  вменялось, что она якобы все пыталась выяснить у «мальчиков» (ну-у этих, которые «секретные», с овчарами),  «откуда они».  И как они управляются с такой сворой». Довыяснялась стерва, потаскушка смазливая. Сперва с

          комполка тешилась. А когда ему надоела  –  а может тоже перед  особистами забздел–дружбану своему передал, тоже командиру батальона.А когда того шибко ранило,  не долго горевала. К нашему майору сбежала. А тот  и слюни развесил, втюрился

          по уши, будто никогда баб и девок не видел. Вот и влип , дурень, за свою влюбчивость

          по самое не могу…

                 Не мудрено – по всему  видно  -  девка-огонь. Не устоишь перед такой. Так-то оно

          так,   но  переходящий  красный  вымпел, как в  нашем  МТС, он и есть переходящий.

          Только на этом песенка ее была спета.   (И  снова  пометка  красным карандашом –

          («Что есть  переходящий красный вымпел ?» ).

                  … Комбат  наш  все   пытался    ее урезонить – «молчи дура, под монастырь нас

           обоих подведешь,  загремим под фонфары, к едрене-фене. Как пить дам «загремим».

           А она  опять за свое  -  ты чо,  старлея  какого-то испугался ?  Ну ты, майор, даешь,

           а еще орденоносец…

                   Он  ей  лишь  устало  возражает  - Шлепнут нас чекисты обоих за милую душу и

            глазом не моргнут. Ей Богу  шлепнут.

                   Как в  воду  глядел.

                   А стерве –то  что  -  море по  колено. Опять  за  свое…  Да  и под хмельком была.

            Любила она водочку.  Комбат  даже  часового у входа в блиндаж выставил, чтобы

            не выпускать ее оттуда.  Кого  там…  Что для нее часовой ?  Простой  солдат, так

            тля…   А  она  полюбовница самого майора-орденоносца. Это  вам – не фунт изюму!

            И  нет  для  нее  никаких преград- ограничений. Часовой ? – да хоть десять  выставляйте.  Что хочу, то и ворочу. Моя власть.

                  Эх-ма,  горе-не беда… Да выходит по-всему беда. Да еще какая беда: горе-горькое.

                  Вот это  видимо и переполнило чашу терпения особистов. Прибыло их несколько

            человек вместе с «секретными». И на беду двое особистов погибли на рассвете при

            артобстреле.  Все одно к одному…  А  тут еще  «секретные» понесли ощутимые потери  в бою.  Поэтому  особисты,  не  церемонясь, прихватили  комбата  за жабры

            вместе  с  его  ППЖ.  -  «Загремели под фонфары». Загремели.

                   («Ну и язык у этих проклятых русских! И что значит: «прихватить за жабры»,

            «по   самое   не могу»,    «под фонфары  загремим»?   И как это там у них  - «ППЖ»?

            О, майн готт !  Мой разум отказывается это воспринимать. Варвары и язык у них

            варварский».)

                  … Очевидцы  рассказывали, как  белугой ревела потаскушка – все не верила что

            это всерьез. Дошутковалась стерва. Впрочем, все это происходило на моих глазах.

                    Потом вдруг нашу роту вывели под вечер недалеко в тыл, в лесок. Построили

            нас на опушке. Поначалу думали  на переформировку, слушок такой ходил. Однако

            все вышло иначе…  Страшно до жути вышло.  Вот война, подлюка, какие фортеля

            выбрасывает…

                   Ротный и взводные глаза вниз опустили, не смотрят на комбата. Понимают,

            что к чему. Я вот признаюсь честно, как на духу, в такой исход не верил. Думал попугают для острастки и – делу конец. Отпустят майора и санинструкторшу с миром. Ан нет…  Вон как оно вышло. И на душе муторно и мурашки по телу: неужели и взаправду шлепнут майора нашего и его ППЖ ? Сомнений нет. Вывели отделение.

            Слава Богу, не наше ! Как тут такой грех на душу брать, скажите на милость ?

            Хоть тут повезло. Старший из особистов сорвал орден с груди майора – Не позорь

            награду !

                    Девка ему бухнулась в ноги – Дяденька, миленький, прости меня дуру ! Не со зля

            я…  Дя-я-день-ка-аа…  

                   И сапоги ему целует – Беременная я ! Ребеночка жду, дяденька. Про-оо-сти-и-ии…

                   На особиста  -  е- мое – смотреть страшно. Бледный , как полотно. Желваки на

            скулах играют.  Видать тоже переживает, волнуется. Не так-то просто в своих

            стрелять, будь ты хоть и тысячу раз чекист.  Но…  Но видать сделаны они из другого теста, чем  мы грешные.

                    И как обвал  камней, прозвучали в напряженной тишине его слова, - Я решений

            своих не меняю и приказ не нарушу. И никому не позволю.

                    Сказал как отрезал.

                            Все.

                    Расстреляли  -  и вся  недолга  -  комбата  и его ППЖ.  Судьба  знать у них на роду

            такая написана: от своей   пули  умереть.  Так вот выходит.  Нда-аа.

                     …  Комбат  и здесь в труса не сыграл. Мужик, что не говори – геройский.Смерти

            окаянной   не раз в глаза смотрел.  Дерзко поглядывал на особистов и все пытался

            урезонить свою подругу, подбодрить.

                  - Не реви, дуреха. Сама  виновата.

                 Встань, не унижайся. Ну же…

                 Опосля  уже в батальоне всем объяснили, что комбат нарушил Присягу и фактически стал пособником немецких агентов.     Только мы в душе не верили. Враки все

           это.  Наш комбат  и немецкий прихвостень ?  Ерунда  это, на постном масле – вот

           что я  вам скажу !  Но молчали, молчали… Молчанье, как известно  золото. Да и проще оно так. 

                  Но Особист   и    тут подсуетился…   Понял – а чего ж  тут не понять ?  - почему   

           его слова  встречены нашим угрюмым  молчанием.

                   Потому и выдал в заключении.

                   -  Факт  морального разложения в батальоне на лицо. Это-то всем  ясно ?  Кто     

            не  согласен со  мной  -  два  шага  вперед !

                    Никто не  вышел.  Дураков нема  девять  граммов  свинца  от своих в  лоб  получить.

                  …Из показаний еще одного русского военнопленного, добровольно сбежавшего на

            нашу сторону.

                  Обстоятельства были такие, что «на все-провсе» у него было времени «с гулькин нос».  Иначе и его бы, «загребли» особисты «под белы рученьки» и все  -  «хана

            ему» тогда.

                   (И снова пометки, пометки, пометки красным карандашом: Что это название

             спецоперации – «на все – провсе» - или окопный сленг русских?).

                    Их ротный, у которого он был вроде посыльного и ординарца (ординарцы пола-

             гались начиная с комбата и выше), частенько в подпитии высказывал крамольные

             мысли о тридцать седьмом годе и особенно о коллективизации ( «большевистские

             колхозы, герр Адмирал»…), когда они оставались в землянке в узком, «своем» кругу.

             Отчаянной храбрости был капитан, одна беда – выпить любил и это его сгубило.

             Под хмельком, приняв сто граммов «наркомовских», мог болтать о том, о чем бы

             лучше молчать. «Нес пургу», вообщем. Да еще какую…

                    Заложил  его  видимо  ротный старшина, который был «и нашим и вашим». (И

             снова пометка красным карандашом…). Эта сука могла сочувственно поддакивать

             ротному, когда тот « был уже хорош». И тут же бегал закладывать его. Шестер-

             ка она и есть шестерка. А в последнее время и вовсе зачастил «налево», гнида. Ту-

             да – сюда, туда – сюда.  Ну словно чисто помазок. Думал  наверняка, что «покрови-

             тель» отмажет его от передовой и он благополучно перекантуется в тылу.  Но

             нет, не вышло…  Промашка.

                   Жалко ротного, хороший мужик, простецкий, без закидонов. И солдат своих жа-

             лел, зря  никого на смерть не гонял. Жить бы ему да жить. Да только видно не су-

             дьба.

                   …Вообщем, был ротный в очередном подпитии. А тут они пополнение получили.

             Пополнение, к слову сказать, одни Чурки из Средней Азии. Киргизы или туркмены –

             - да хрен их вообще разберешь.  Ни бельмеса по-русски.   Придуривались  в основном

             конечно.  Воевать  не  хотели просто и потому « моя-твоя не понимай». Да  все

             они понимали, нехристи узкоглазые.

                    Бои как раз  тяжелые были накануне. Роту, как выкосило. Да и во всем баталь-

             оне солдат чуть больше роты наберется. Вот и прислали этих чучмеков. Одно хо-

             рошо…  Подали список на боевые потери на день позже. Это чтобы «наркомовские»

             на погибших мужиков получить. Не пропадать же добру.  Вот тут ротный на халя-

             ву  и «захорошел».

                    Он может бы и не пил, а тут еще один повод, да какой:   фрицы внезапно поути-

              хли.   Не лезут на рожон.  Затихарились вовсе. Будто их и нет. Вот, мать честная,

              что-то  не  похоже  на  них  совсем.  А может раны зализывали, как и мы?  Ну не ле-

              зут и не лезут  -  и нам хорошо, перекур выдался. В пору и передохнуть не грех…

                    Так что,  выпал  ротному шанс  гульнуть,  и он его   не упустил. Ну и нам лафа,

              хоть мужиков помянем без лишней суеты. И, конечно, чуркам из пополнения «хрен

              на рыло», а не наркомовские. Ротный самолично распорядился. Нефиг им, мусуль-

              маннам, русскую водку глушить. Обойдутся. А сам по такому случаю перебрал ли-

              шку.  Благо и тишина стоит, фрицы словно вымерли. Ну, а как переберет – извест-

              ное дело: языком молотит благо он у него без костей.

                    А эта гнида, ну старшина значит, тут, как тут. Подливает ему – Помянем на-

              ших, товарищ капитан.  Давайте, не чокаясь.

                    Вот же сучара ! Тамбовский волк ему товарищ. Ну, а ротный что, - как заложит       

               за воротник,  ему и море по колено… Беда !

                     Вот то-то и оно, что беда. И надо же такому случиться: тут особисты, как

               снег на голоу. А за ними, уже в сумерки, спецгруппы с собаками. Изготовились – на

               рассвете говорят фрицы попрут.  И танков у них немерено.  Вот так дела, елы-

               - палы:  значит тихорились гады не зря, силы копили. 

                    …Ротный наш, как только посторонние зашли в траншеи, с пьяных глаз устро-

               ил  переполох – Кто такие ? Почему ? Доложить  немедленно !

                   Ну ему и «доложили»…  Скрутили   его мгновенно, ППШ, один из немногих в роте,

               отобрали.  И то верно, он бы еще пальбу по своим устроил. Ему начштаба полка,

               что прибыл с «гостями», чуть ли не с мольбой – Уймись, капитан ! Светает, дело

               нешуточное предстоит.

                     А тото заладил свою волынку – Это вам не тридцать седьмой. Кончилась ваша

               власть. Натерпелись.

                    И вслед – мат-перемат. Ну все – пошло-поехало. Нашла  коса на камень. Неуго-

               монится пока не протрезвеет. Вообщем, особисты выходку его терпели не долго.

               Сгребли капитана в охапку и поволокли в тыл. Говорят расстреляли… Чтоб не бол-

              тал лишнего. И так перебор вышел: наговорил сдуру такого, что на десять расст-

              релов выйдет.

                    Эх-хе-хе-хе …   Вот что воевал геройски  -  сам тому свидетелем был, как-никак

              от самого Белостока,считай,до Москвы дочапали – так это не всчет. С самого пе-

              рвого дня войны лиха хлебал через край  -  и на тебе. Расстрелять…

                    А на утро страшный бой. Немец попер, как оглашенный. Атака за атакой, ата-

              ка за атакой. Ну я, грешным делом думал хана нам.В лучшем случае драпанем, бла-

              го и лесок в тылу неподалеку, в худшем – заутюжит нас  германец танками.  Как

              пить дать заутюжит. Не раз приходилось видеть такое. Страх божий…  Смерту-

              шка лютая…

                   Исход боя решили спецгрупповцы.   Действовали,  как боги.   Косили  штабелями

               фрицевскую пехоту из своих ППШ.  При них было еще два трофейных МГ. Так пуле-

               метчики вообще творили чудеса.  Любо-дорого посмотреть. И где они такому то-

               лько поднаторели ? Загадка…  И танков пожгли своими собаками – видимо-невиди-

               мо.  Я такого еще никогда не видел. Одно слово: чудеса творили да и только. Вот

               таких бы вояк да с первого дня войны! Глядишь и драпать бы до самой Москвы не

               пришлось.Еще у самой границы всю немчуру под корень бы извели.С такими-то во-

               яками это уж точно.

                    Кисло немчуре в тот день пришлось. Еще как кисло. Поняли гады, что такое рус-

               ское накось-выкуси.   Тото же и оно.    Не все вам   сволочугам,   нас   колошматить.

               И вам красную юшку подпустили, да еще какую – закачаешся ! А то – не все  коту

               масленница.  Поминайте,  суку,  вашу гитлеровскую маму, чтоб ей пусто было.

                    Вот так-то оно воевать можно. Одна заковыка только, да, пожалуй, самая су-

               щественная. Спецотрядовцы побыли и ушли, перебрасывают их на самые опасные

               участки.  А артиллерии как не было, так и нет. Вот и повоюй тут… Хоть и попол-

   

           нение  не только в роте, а по всему полку – вроде бы живи и радуйся – ан нет. Какое

           из чурок пополнение, едрена вошь, а-аа?

                  Вояки они некудышные, прости меня господи, бздуны все до одного. Только-толь-

           ко    атака началась, так они засели на дно траншей и про оружие забыли. Глаза от

           страха таращат.  Вонь от них стоит несусветная. Выходит не только перебздели,

           а в штаны еще наклали.  Так курвы и просидели, пока бой к вечеру не закончился. Фри-

           цы атакуют, а им все по фигу. Пинка ему врежешь – подымайся стреляй. А ему хоть

           бы хрен. Не   подымается  чурбан  проклятый.  Башкой своей трясет, как истукан и

            глаза таращит. Не хочет воевать и все тут – хоть ты тресни. Режь его убивай –

           - бесполезно.  Не подымется.  Чурки, они и есть чурки.

                  Но и особисты, не промах… Взяли с каждого взвода по нескольку человек, отвели

            в лесок неподалеку от позиций батальона и  расстреляли.  Так они сразу поумнели. А

           то  заладили свое – моя твоя не понимай. Подействовало лекарство в девять грам-

           мов. Залопотали по-русски. Некоторые так чешут, будто из пулемета строчат. А

           до этого придуривались выходит.

                  Пошерстили особисты мусульманское пополнение по всему батальону после боя.

           Здорово пошерстили. И сразу все пошло на лад. Выходит, что – с ними только так и

           надо поступать?  По другому они не понимают?...

                 А ротой в бою командовал один из особистов, старлей. Лихо командовал, надо

           сказать.   Толково, грамотно. В труса не играл и за спинами других не прятался. По

           всему видать не всегда в особистах ходил. Видно сразу – бывший пограничник,  как и

           другие спецгрупповцы.  Как я определил ? А запросто. Срочную-то я служил не пер-

           вый год и под Белостоком, у самой границы.  А у погранцов, особенно у командиров,

           особая стать. За версту сразу видно кто есть кто. Вот и смекитил я в тот раз,что

           и среди спецотрядовцев все сплошь и рядом погранцы, и не просто погранцы, а млад-

           шие командиры. Ну лейтенанты там, или «младшие», но именно командиры.

                  Хоть старлей из особистов не только мне одному  по душе пришелся, но нашего

           ротного мне все равно жалко. Сгорел не запанюх табаку.  Да через такое пекло с

           ним прошли – не каждому доведется.

                 (А красный карандаш еще не раз и не два  гулял по тексту, подчеркивая странные

          русские выражения и проставляя знаки вопроса на полях…).

                 В том бою старшина-стукачок, шестерка поганая, без обеих ног остался. Оття-

          пали ему ноги по самые помидоры. Бог, он-то, шельму метит. Мина – «огурец»  ра-

          зорвалась в окопе прямо перед ним. А у нее сколки острее бритвы. Никуда не спряче-

          шся.  Так что сразу место ног – каша сплошная.  Как он там теперь в медсанбате ни-

          кто не знает. Уж  за него точно никто пить не будет…

               Что-то неуютно я стал чувствовать себя после того, как ротного замели.То один

         из нашей «былой» компании к особистам загремел, то другого бесследно конвоирова-

         ли в особый отдел.  Скоро и мой черед  на распыл настанет. Тут любой поймет.. Тем

         более я последний остался. Пора драпануть к германцу. Иначе загребут и меня под          белы  рученьки товарищи особисты.  Как пить дать загребут. Хрен его знает этого

         стукача-курвеныша, что он «там» про меня наплел.  А  наплел это уже точно.

             Послали как-то  меня  вместе с одним «чебуреком» в секрет на нейтралку. Ночью.

         Вот  он  -  мой шанс !  Больше такой  везухи может и не быть.

             Или фрицы что-то  учуяли,  или  так… Но давай  нас минами обкладывать. Лупану-

         ли  так лупанули ! «Чебурек» с перепугу деру дал назад, к окопам. А у фрицев каждый

         метр пристрелян.  Не думаю, что он благополучно добежал. Вряд ли.

            А я так  смены и не дождался. Наши, наверное, решили.Что меня и в живых-то поди

         уже нет.  А что с мертвяком валандаться ? Себе дороже…  Ползай ночью по нейтрал-

         ке.  Чего доброго на свое минное поле напорешся.

              Чуть забрезжило я ползком по нейтралке и прошмыгнул к немцам. Благо один из

         немногих знал ( еще  от ротного) проход в  минных полях.

               Страху натерпелся, мама дорогая. Фрицы по мне такую пальбу устроили – белый

         свет  в  копеечку ! Думал в живых уже не останусь.  И  назад  уже пути нет.  Отрезал

         я свое прошлое на этой нейтралке. Навсегда.

               … Конечно, вы  меня  в  расход пустите, герр комендант. Немчурой и фрицами вас

         называл.  Проклятий немало на вашу голову посылал. Что верно, то верно… Но вы же

         сами просили, чтобы я откровенно признался, почему к вам перебежал. Нужда заста-

         вила. В расход значит ? …  А мне  все едино: что свои загребут и  укокошат, что вы к

         стенке поставите, так что кончайте…

              Одно верно – предатель, он и есть предатель.  Какое ему прощенье…

              Ну а тебя сволочуга, старшина – стукачок, я и на том свете отыщу. Свидимся.

         Покедова, пока !... 

               … Показания бывшего  колхозника, дизертировавшего в первые дни войны из Крас-

        ной Армии, герр Адмирал,проливают свет на так называемую загадочную славянскую

        душу.  И  так… ( Показания его датируются приблизительно теми  же  днями, что и

        остальных пребежчиков).

             …Вечером через нашу деревню прошел взвод красноармейцев. Раненных у них было

        много…   Как водится Сычиха их приветила. Она, к слову сказать, всех привечала  со

        своим стариком,  кто через нашу деревню проходил. Да и дом их стоит на повороте

        дороги, на взгорке, так что никак его не минуешь.  Командир  отступавших,  лейте-

        нант, мальчишка совсем еще зеленый, попросил сохранить, припрятать значит, зна-

        мена – дивизионное и полковое. Подальше от деревни, значит, они отойдут и дадут

        последний бой гадам.  А  знамена  надо  сохранить во-что бы то ни стало.

              … Я извиняюсь, герр комендант, это так тот мальчишка-лейтенант выразился.

        Разрешите сигарету ? Благодарствую премного, герр комендант.

             … Немцы – говорит – по пятам идут, а им с раненными не оторваться от преследо-

        вания никак.  Выручай, отец !  Это он, значится, так к мужу Сычихи обратился. Сосед-

        ка моя, к которой тот лейтенант сперва обратился, к Сычихе-то его и направила…

        Баба она тертая, до войны в сельпо заведовала. Ушлая, одним словом, баба. Сообрази-

 

 

        ла, чем  дело пахнет.  И отказать  не  отказала и  направила  по назначению. Сычиха,

        что – у нее пять сыновей в Красной Армии и домину им колхоз за год до войны отгро-

        хал: любо-дорого посмотреть. Не то, что наша кособокая изба. Хоромы…

               - Есть, не отвлекаться от сути, герр комендант. Так я это… того… -  самую суть

       и излагаю. Есть, герр комендант…

              Вообщем, слышала соседка моя тот разговор про знамена. Потом, опосля, когда

      немцы вошли, тоесть ваши, герр комендант, она, как бы невзначай, и проболталась

      мне. Почему именно мне ? Да кто его знает. Доверие ей, наверное, внушаю.

             Вот той же ночью по всей видимости и изчез старик Сычев. Дело ясное,  как  тут

      не догадаться, - в лес подался… Там, поговаривали, председатель колхоза и наш мест-

      ный участковый уже и партизанский отряд сколотили. Они всегда в друзьях ходили…

      А Сычиха со стариком своим всегда  у них доверием пользовались особым. Все они одна

      шайка-лейка.

           - Разрешите  еще  сигарету, герр комендант ? («Ну хватит, так хватит, зажилил,

      падла,  говна ему своего фрицевского жалко… Ладно, наше дело – сторона»).

           Только,  как немцы вступили в село, я все и рассказал их начальнику: и про знамена и

      про   странный отряд с собаками. Старика Сычева к тому времени и след простыл –

      - ищи-свищи ветра в поле…  Все как есть рассказал, без утайки.

            Ну, немцы («ваши то есть, герр комендант») Сычиху-то быстро за шкирку прихва-

      тили.  А ну, сознавайся, старуха, где знамена ?  Не молчи, хуже будет…

          Да кого там…  Все ведьме проклятой нипочем.  Сколько не били ее, не  пытали, - так

      и не призналась  зловредная старуха, куда они сховали те знамена. Солдаты весь дом

      и сарай верх-дном перерыли. Только все это были напрасные хлопоты. Как испарились!

      Да не испарились  никуда  они.  Уволок их, наверное, старый леший той же ночью к пар-

      тизанам.

           - В лесу они, герр комендант, в лесу… По всей видимоститам. И старик Сычев там.

           …Хоть и уверяла Сычиха, божилась, что старик подался вместе с красноармейцами,

     да только кто же ей поверит.

           Что касается странного отряда…

     Перед рассветом, когда лейтенант увел свой взвод, всю деревню нашу разбудил небы-

     валый грохот. По всей видимости бой шел за лесом у шоссе. Или взрывыали что…  Да

     только кто его знает ?  Но грохот был частый и жуткий. Потом в одночасье все зати-

     хло.  Тогда-то вскорости и появился этот странный отряд…

           - Есть, герр комендант, как можно более подробно с этого места.

          …Лай они подняли на всю округу. Наши деревенские  псы разошлись, не унять ничем.

         Отряд-то этот, странный, с собаками был… Но собаки у них вышколенные, с полусло-

     ва все команды исполняют.  Особо  ретивых наших деревенских шавок, что махом через

     ограду и на них бросились, ну на их овчарок, они тут же молча пристрелили на ходу.

           Шел  этот отряд организованно, хоть и с собаками, в темпе марш-броска.  Все оде-

     ты в масхалаты, но на разведку не похожи.  Собаки… На них подсумки брезентовые. На

     каждой.  Что еще ?  Не  припомню я,  да и  час ранний был, не разглядеть.  Я-то  вышел,           

     гляжу  мой кобелина валяется у  калитки в луже крови. Пристрелили значит… Я его

    всегда   на  ночь  во  дворе  с  цепи  спускаю.  Всполошилась одним словом деревня.  Ах, 

    да-чуть не забыл…  Все бойцы в отряде том, как на подбор. Молодые. Примерно все

    одного возраста.  И выправка и манеры, - ну, вообщем, не простые это солдаты. Кто

    такие – поди разберись…  Еще пристрелят  не раздумывая, как моего пса. Что у них на

    уме – догадайся…

           Ага вспомнил… Оружие у них – сплошь автоматы и ППШ наши и немецкие. Споро, го-

    ворю шли.  Но при этом несколько человек спереди и сзади  успевали автоматы на избы

    наводить.  Словно ждали нападения. Да ловко это у них получалось, сразу чувствуется

    особая выучка.

           - Нет-нет, герр комендант. Эти группы, что в охранении были спереди и сзади отря-

    да,  без собак бежали. Сколько всего ? Человек  сорок  -  сорок пять .  А может и того ме-

    ньше…  Я говорю, когда к калитке вышел,  они уже удалялись. Благодарствую, герр ко-

    мендант, за сигаретку.  Разрешите закурить ? 

          … Только Сычиха и здесь отметилась…  Хоть и споро, почти бегом передвигались эти

    странные бойцы,  она зачем-то  обратилась к их командиру.  О чем они беседовали не

    известно.  А может просто о сыновьях своих спрашивала, теперь-то не узнать…

           После того, как отряд ушел, она все уверяла соседок-старух, что это были погранич-

    ники.  Слышал я краем уха этот разговор. Как она определила, что это были именно по-

    граничники, - одному Богу известно. А может от того, что оба младших сына – близне-

    ца  у нее на границе в Белоруссии служили?  Но с началом войны, понятное дело, от них

    ни слуху-ни духу…  Да и как ?...

         Когда  Ваши вошли и я все рассказал, ничего не утаил.И про лес,и про партизан тоже…

    А  еще, когда ваши вошли, я начальнику-то  и рассказал не только про знамена, а еще,

    как Сычиха меня жизни пыталась лишить. И не раз  это было.

         Разрешите еще, закурить, герр комендант, волнуюсь я…  Ага, спасибочки, премного

    благодарствую за угощенье.

        … Так вот, когда лейтенант-мальчишка со знаменами к ней обратился, я скумекал,

    что или она сама или Андросиха еще сболтнут чего лишнего про меня и сховаться по-

    спешил.  Береженного, знать, Бог бережет… Во время успел, затаиться. Точно стерва

    старая рассказала про меня. Это уже потом мне Андросиха рассказала, что и у нее иска-

    ли, все вверх дном в избе перевернули – Где твой полюбовник, сознавайся подстилка ди-

    зертирская ? Найдем, шлепнем вас обоих! – натерпелась страху.

         Затаился я на другом конце деревни, в заброшенной баньке, там и до лесу рукой по-

    дать,  ежели чего…

         И во второй раз мне повезло… И то уж верно-прямь в рубашке родился.  Ну, это когда

    отряд  «пограничников» с собаками проходил…

          Только глянул я мельком на своего кобеля – сообразил, и со мной чикаться не станут.

    Буду  валяться вот так же в пыли у дороги. И что есть мочи припустил туда же… К ба-

    ньке.   Где я прячусь даже Андросиха не знала. Баба-то она ладная, в самом соку, да гре-

    шок за ней один водится. Трепливая больно. Языком мелет, как помелом метет. Одно

    слово – сельпо. И хорошо, что не говорил где хоронюсь… Сболтнуть могла по бабьей

     глупости своей. А ежели, как следует прищучить ее, то такого наговорит…

          Эти, ну которые с собаками были, даже в подполье в картошку у нее стреляли – мо-

    жет я там зарылся. Жахнули   раз, другой – нет никого.  А в моей избе гранату в печь

    бросили.  Разворотило все… Спасло меня, что спешили они. Ваши по пятам  шли. А так,

    чего доброго, пустили бы еще собак по-моему следу. Ну тогда все – пиши пропало. Точ-

    но пристрелили  бы – раз плюнуть. И не разговаривал бы я сейчас с вами .

        Это все Сычиха – дизертир, дизертир, предатель Родины…

        Ну и поделом ей, старой ведьме… Хрычу бы ее старому надобно еще ноги  повыдерги-

    вать,  чтоб не шастал по ночам в лес к партизанам. Пересекутся с ним еще наши сте-

    жки-дорожки. Поквитаемся за все…  Все гнобил  меня до службы в армии на колхозных

    собраниях – лодырь, лентяй, непутевый.  Ладно сочтемся теперь…  Не век же ему в ле-

    су куковать, хрычуге мерзкому.     

           Сычиху, как мать пяти сыновей – красноармейцев, муж который уволок в лес к пар-

    тизанам сталинские знамена   прятать, вздернули на березе перед домом. Приказ был

    неделю не снимать. Это для устрашения значит. Притихла деревня. Дошло быстро до

    сволочей, что германец с ними не намерен в бирюльки играть. Кончились их колхозные

    собрания. Хана советам. Баста.

          А дом Сычихи спалили дотла…  Хороший доюбротный дом. Колхоз им перед войной

   ставил, как самым  заслуженным родителям в районе. Еще бы: двое из сыновей, красные

   командиры-орденоносцы. Отличились значит в финскую… Портреты их все газеты обо-

   шли.  Сам Калинин им ордена в Кремле вручал.

         - Признаюсь, как на духу, герр комендант: это я ей петлю на шею накинул. Плюнула

   мне в лицо еще напоследок, паскуда старая – За меня Сталин отомстит!...

          Ага, как же ! Держи карман шире.  Болтайся на березовом суку до второго пришест-

   вия.  Ничего-и муженька твоего скоро рядышком верх ногами подвесим.

         - Я –то  сам решил отсидется до поры-до времени, пока все не уляжется. В первые

   дни   по ранению в госпиталь попал. Как лучше стало, дунул сюда .  А что ? Кругом леса,

   есть где отсидется.  Одно понятно мне было с первого дня: германец- это силища. Как

   попер – не остановишь. Все на своем пути сомнет. Куда там Советам с ним тягаться –

   - кишка тонка…

          Ну, а теперь я на службе у вас, герр комендант. В местные полицаи  меня определи-

   ли.  Служу новому порядку.

 

  PS.

 

Герр Адмирал!

 

              Как Вы и просили, я сохранил в этом донесении   весь колорит русского языка  при

     допросе пленных ( перебежчиков) и дополнительно передал весь их окопный сленг.

           При составлении донесения их показания (речь) не адаптировались. Речь живая и      

      зачастую фольклерная… (Примеч.)

 

                                                                                                                                 Начальник Восточного

                                                                                                                                 Направления (отдела)

                                                                                                                                 Абвера,

                                                                                                                                 Генерал лейтенант

                                                                                                                                Фон__________________

 

    «_____» октября

                     1941 г.                  Smolensk.

 

           

       Примечание:    Начальник Восточного направления Абвера, фон________ знал в совер-

       шенстве  русский язык, свободно владел им, как, впрочем, и рядом других славянских

       языков.  По происхождению остейский немец он в свое время блестяще закончил сла-

       вянское отделение ___________ университета со степенью магистра.

   

 

                  Резолюция

                  Адмирала Канариса:

 

          1.    Использовать (после тщательной проверки) перебежчиков на профпригодность

          для обучения в наших диверсионно-разведывательных школах по направлениям: раз-

          ведка, диверсии, агенты-челноки, резидентура и т.д.

         2.    Донесения, в т.ч. допросы военно-пленных (перебежчиков) впредь составлять то-

         лько в адаптированном изложении.

         3.    Проверку указанных лиц  проводить с особой тщательностью, чтобы избежать

         проникновения в нашу  разведовательно-диверсионную сеть агентов НКВД (методы

         устрашения, пытки, в том числе присутствие кандидатов на вербовку и при самых

         изощренных пытках их товарищей по фильтрационному лагерю для психологическо-

         го  воздействия  т.д.).

         4.    Объяснить этим лицам (кандидатам на вербовку), что в случае их предательст-

         ва: перехода на сторону Советов и перевербовки органами НКВД, - серьезные  послед-

         ствия  незамедлительно наступают  для ближайших родственников, которые будут

         все поголовно уничтожены, невзирая на пол и возраст.

         5.    Кандидаты на вербовку в первую очередь отбираются из  лиц   прибалтийской на-

         циональносьти, как наиболее лояльно и сочувственно относящихся к Третьему Рейху,

         а также из числа лиц западно-украинских и западно-белорусских националистов, вра-

         ждебно  и бескомпромиссно настоенных против большевистской власти и чья нена-

         висть к советам искусно и умело подогревается и всемерно поощряется  прогерман-

         ски (проарийски) настроенной униатской церковью.

         6.    Необходимо искать в фильтрационных лагерях для отбора кандидатов на вербо-

         вку   также и лиц из  числа бывших немецких колонистов ( так называемых немцев

         Поволжья и Урала), имеющих давние и отлаженные связи с фатерлянд.

         7.    Из славянских народностей (русские, украинцы, белорусы) отдавать предпочте-

         ние в  первую очередь лишь тем, кто действительно пострадал от репрессий НКВД

         и в период, так называемой, сталинской коллективизации и добровольно изъявил же-

         лание с оружием в руках бороться с большевиками.

         8.     Лица, не прошедшие проверку в кандидаты на вербовку, уничтожаются, невзирая

         на пол и возраст.

 

 

                                                                                                                                      Адмирал

                                                                                                                                      фон Канарис

                                                                                                                                      «____» октября 1941 г.,

                                                                                                                                      Берлин,

                                                                                                                                      Штабквартира Абвера.

 

 

 

Дополнение к главе «Метаморфозы»

 

Только документы.

 

Ипостаси войны:  Герои  и предатели.

Часть 2.

 

                                                                                                 Совершенно  секретно

                                                                                                                          Государственной важности,

                                                                                                                          Экземпляр единственный.

 

 

Выдержка из доклада №___________

Заместителю Председателя ГКО СССР,

Наркому внутренних дел,

Генеральному Комиссару Госбезопасности,

тов. Берия Л.П.

     

                  …  Спец. отряд №____  (командир майор Ломакин В.В.) после разгрома вражеской

     танковой колонны из  засады  в  придорожном лесу (неподалеку от села _____ во, ____го,

     района, смотреть карту квадрат (…..обозначение), по улитке (обозначение….) в  вечер-

     нее время суток «….» октября с.г., уходя от преследования, должен был отступать по

    запасному варианту №…..( указан).

             Рененные и погибшие с немногочисленной группой сопровождения (водители вышед-

    ших из строя автомашин) были заранее эвакуированы на двух оставшихся полуторках

    в тыл ________ой армии.

           Путь отряда по вышеуказанному варианту отхода пролегал через село____во,___-го

    района. Отряд продвигался марш-броском пешей колонной вместе с оставшимися соба-

    ками.

          На окраине села к командиру отряда обратилась его жительница Сычева А.И.  Она

   представилась, как мать  пяти сыновей воюющих в Красной Армии, двое из которых пог-

   раничиники в Западной Белорусии. (Справки о сыновьях – Сычевых  прилагаются).  Коман-

   диру она объснила по секрету, что они, вдвоем с мужем, являются доверенными лицами

  командира партизанского отряда «Мститель»  в _____ -ом урочище.  Путь отхода спец-

 отряда,  как раз пролегал через это урочище, сложное для прохождения даже специально

  обученных и подготовленных людей (завалы, заболоченная местность, бурелом и т.п.).

          Сычева А.И также объяснила командиру, что за час до них через село проходил взвод

 красноармейцев, командир которого лейтенант Кружилин являлся к ней с просьбой спря-

 тать и сохранить знамена  N-ской  стрелковой дивизии и трех ее полков ( номера пере-

 числены).  Свою просьбу молоденький  взводный мотивировал тем, что за ними неотсту-

 пно следует противник, от которого им никак не оторваться, т.к. у них на руках много

 раненных  и кончаются боеприпасы.

        Муж Сычевой,   Сычев    Георгий Алексеевич, сложив знамена в холщевый заплечный ме-

 шок, отправился в лес  к партизанам. Прощаясь, он сказал.  -  Это самое надежное место,

 сынки. Сохраним, не переживайте. Головой ручаюсь. Обещаю: уберегем святыни, - сыновь-

 ями клянусь…

       Еще он сказал, что места эти знает досконально, «сызмальства», и доставит знаме-

 на  в  отряд  «Мститель» затемно.   После этого красноармейцы покинули село, чтобы дать  свой последний бой на_________шоссе.  И действительно на рассвете оттуда слы-

 шался шум боя, но непродолжительное время.

       Обращаясь к командиру отряда майору Ломакину, гр-ка Сычева А.И. указала точные

 координаты и ориентиры выхода на партизанский кордон и спецпароль. Она попросила,

 «посодействовать» и «спасти знамена». Муж ее, хоть и вызвался добровольно идти в

 лес к партизанам, вряд ли осилит такое расстояние с больным сердцем, да еще в ночное

 время, в одиночку, без посторонней помощи. Не доберется он до партизанского кордона.

      Майор Ломакин дал ей обещание разыскать старика Сычева А.Г. и спасти знамена.

      Продвигаясь по указанному маршруту, сообщенному Сычевой А.И., не дойдя примерно

 Полтора километра до означенного партизанского кордона разведдозор спецотряда на-

 ткнулся на тело  мертвого старика. При нем было двухствольное охотничье ружье, пат-

 ронташ и холщовый заплечный мешок, в котором действительно были вышеуказанные

 знамена.

       Предположительно причина смерти Сычева Г.А. ( которого опознали партизаны с кор-

 дона) – сердечный приступ.

      По требованию командира спецотряда на кордон был вызван командир партизан (быв-

 ший  начальник местной поселковой милиции и начальник штаба (председатель того же

 колхоза). Майор Ломакин пояснил, что спецотряду запрещено заходить на партизанские

 и иные базы без особого на то разрешения командования и попросил содействие (провод-

 ника) для прохождения через данное урочище. Помощь была оказана без  проволочек в ли-

 це местного лесника   (действующего члена партизанского отряда  «Мститель»)  и его  

 15-летнего внука. Благодаря им, спецотряд беспрепятственно вышел в квадрат….(ука-

 зан), а оттуда, не входя в боестолкновение с противником, в расположение….-ой армии.