Почему мы забыли о хлебе?

Рубрика:  

Хлеб. Тысячелетия прошли, а хлебное зерно и поныне остается чудом природы. Маленькое зернышко весом в тридцать пять—сорок миллиграммов вобрало в себя тепло солнечных лучей, соки земли, ласку дождей, силу и мудрость пахаря, самые ценные для организма человека вещества. Хлеб не только едят, им живут. Это наше национальное достояние.

Нынче же село и его проблемы исчезли из общественного сознания. Идёт, скажем, жатва, напряженными усилиями сельчане добывают главный продовольственный продукт страны. А наши СМИ в упор не видят, не замечают этого, заполняя телеэкран, эфир и страницы газет абы чем: развлекаловкой, сплетнями, «клубничкой».

Когда наша семья переехала в новый дом, мама сперва внесла в него хлеб-соль. Когда женились мои старшие братья, молодоженов встречали у порога хлебом-солью и вдобавок осыпали зернами пшеницы — на счастье, на доброе чадородие. Человек извечно жил заботами о земле и хлебе. Из-за земли все войны затевались на свете. Да и теперь в основе почти всех международных конфликтов — земельный вопрос. Это и понятно. Численность населения планеты быстро растет, а площадь для его проживания заметно сокращается.

Живую землю-кормилицу повсюду загоняют под бетон новых аэропортов, тысячекилометровых шоссе, под гигантские стадионы, промышленные здания, железнодорожные магистрали. Плодоносящей почвы остается все меньше, поэтому она и дорожает, оттого обостряется в мире борьба за каждый её клочок. И только в нашей стране удивительное бесхозье: земля объявлена ходовым дешевым товаром, а земледелие черной дырой, сферой неэффективной деятельности. Более 46 миллионов гектаров сельхозугодий, где ещё не так давно выращивались злаки, ныне выведены из оборота, зарастают кустарником, бурьяном. А в это время мясо, молоко, овощи, фрукты Россия везет из-за границы. Продовольственный импорт нарастает, давит, парализует отечественного сельского товаропроизводителя. Но почему российские земледельцы и животноводы пасуют перед зарубежными? Почему в 90-е, в разгар ельцинских реформ, в стране повсеместно развернули массовый забой скота, когда под нож шло даже дойное стадо? Почему в считанные годы порушили тысячи свиноферм и коровников? Почему сельчане опускают руки, разуверившись в своём доброделии, теряя уставшую надежду наладить на земле свое достойное житьё-бытье?

Народные пословицы гласят: «Хлеб — всему голова», «Будет хлеб, будет и песня». Высокий урожай всегда являл собой большой праздник, ибо создавался он потопроливным трудом, восходил с рабочих ладоней сеятелей и хранителей.

Нынче люди работают в поте лица, но праздника не ощущают. До песен ли, когда трудимся себе в убыток? За тонну горючего шесть тонн хлеба отдай! А пожелаешь приобрести новый комбайн, вконец разоришься.

— Похоже, нас подводят к мысли, что выращивать хлеб — дело убыточное для нас, россиян, — с грустью рассуждает вологодский хозяйственник Евгений Николаевич Попов.

Ему вторит знатный оренбургский комбайнер Василий Макарович Чердинцев:

— В дни хлебоуборки в нашей области в доперестроечное время работало одновременно 22 тысячи комбайнов, теперь девять, треть которых старые, латаные-перелатаные. Жатва вместо четырёх недель затягивается подчас на два-три месяца, нередко часть неубранных полей уходит под снег. Завершая хлебоуборку, сельчане ныне реже и меньше стали петь, но чаще и больше пить. Горькую. От безнадёги.

— Казалось бы, самим Господом Богом российскому народу даны огромные пространства с богатыми недрами, плодородными землями, великими реками, лесами, лугами. Живи и радуйся жизни! Ан нет. Не дают работать по совести и по уму. Всюду разор и нужда. Но почему?

Да поймите же наконец, что при теперешних поднебесных ценах на горючее, на технику, на удобрения, при издевательски низких закупочных ценах на хлеб земледелие разорительно!

Взять, к примеру, закон о фермерстве. С самого начала передачи государственной земли частникам всем была ясна ее главная разрушительная цель: разогнать совхозы и колхозы. Но цель прикрыли яркими лозунгами-призывами: дадим крестьянам землю, освободим от командно-административных шор, и они начнут творить чудеса!

Хуторская форма земледелия, фермерская кустарщина — вчерашний день сельскохозяйственного производства почти во всех странах мира. В Америке и вообще на Западе уже лет двадцать идет повсеместное сокращение мелких хозяйств, слияние их в крупные фермерские корпорации, где сподручнее внедрять новые технологии.

А в России так было испокон веков. История начиналась с объединения. Вот одна из них. 40 молодых мужчин приехали из Закавказья в село Петровка Ростовской области для подготовки переселения остальных духоборцев на вольные целинные сальские степи («Трава была такая высокая, что не было видно даже всадника на лошади»). Зимовали они в «леску», что недалеко от теперешнего села Хлебодарное. Заготавливали лес, другие строительные материалы, доставляя их со станции Атаман (станица Егорлыкская) по бездорожью; вместе с лошадьми и подводами проваливались под лед. В первую же зиму из 40 человек пятеро умерли (предположительно от брюшного тифа). Похоронили их там же, в «леску». Этот исторический экскурс важен, пожалуй, для напоминания того, как стал осёдло жить человек в бывших сальских степях. И, как бы ни пытались сейчас принизить и умалить плюсы коллективизации, зарождения коллективного агарного труда, нужно все-таки помнить, что это давало толчок к обустройству на новом месте.

Сегодня у нас наоборот: расщепление, дробление, развал крупных хозяйств. Сельчанам навязывают то, что противоестественно и здравому смыслу, и давнему укладу их артельной жизни, их национальному менталитету.

Радикалов-реформаторов не остановили, не разубедили доводы самых авторитетнейших, самых опытнейших земледельцев-учёных, мнение природных хлебопашцев, всех здравомыслящих людей, и закон о купле-продаже земли был всё-таки принят. За его принятие дружно ратовали не только российские «демократы» и немалая часть депутатов Госдумы, но и заграница, уверенная в том, что земельную реформу российская криминальная номенклатура проведет по образцу приватизации промышленной собственности: землю из оборота она начнет выводить таким же способом, то есть мошеннически распродавая ее. Так оно и вышло. Поскольку у крестьян денег не было, землю скупили и продолжают скупать пронырливые спекулянты. Приобретают её не для того, чтобы пахать и сеять. Ждут момента, дабы подороже перепродать ее. И такой земли, купленной, но не работающей, выведенной из оборота, ныне миллионы гектаров.

Много лет Россия собиралась вступить в ВТО и наконец вступила. Конечно, выход на мировой рынок всегда заманчив для всякого товаропроизводителя. Но с чем Россия сегодня может выйти на него? С нефтью, газом, древесиной, металлопрокатом и еще с каким-нибудь сырьём.

А вот продукции животноводства и полеводства путь туда закрыт. Хотя продукция эта хороша сама по себе, но неконкурентоспособна, так как производится в сравнительно сложных климатических и технико-экономических условиях. Проще говоря, по себестоимости она в несколько раз затратнее продукции зарубежной.

Предоставляя трибуну учёным-аграриям, руководителям АПК, министрам, депутатам, предпринимателям, фермерам, склоняешься к однозначному выводу: с земельным вопросом в России зашли в тупик, никто нынче не знает точно, сколько пахотных угодий в наличии и в чьих руках они находятся.

А ведь в истории российского землепользования страсти кипели из-за земли, ключевая роль отводилась ей в жизнедеятельности людей прошлых столетий. Не хотят понять наши щелкоперы, что лишь то государство бессмертно, в котором царит культ труда. Если сказать совсем кратко, стоит тревожный вопрос: чей хлеб мы будем есть завтра — свой или чужой?


 *    *    *

Те, кто проезжал в первой половине дня 14 июля по автодороге Казанская — Мешковская (Ростовская область), могли видеть, как шла уборка поля, расположенного рядом с дорожной насыпью между поворотами на хутор Гормиловский и посёлок Придонский. По полю ходили комбайны, к которым периодически подъезжал грузовой транспорт, чтобы собранное зерно отвезти к месту складирования.

Руководитель СПК «Придонский» Николай Фалынсков: «В нынешнем сезоне уборочная площадь в СПК «Придонском» составляет 386 гектаров. За полных четыре рабочих дня мы убрали 60 процентов уборочной площади. Урожайность, а это 30 с лишним центнеров с гектара, нас радует. Мы её ожидали, так как очень конкретно занимаемся технологией выращивания. Посев проводим с удобрениями, весной вносим подкормку, обрабатываем поля против болезней и вредителей. Сейчас мы видим уборку семенного участка, заложенного с зерноградским институтом имени Калиниченко. Здесь выращена пшеница сорта «Аскет». Начали убирать участок утром и к обеду планируем его закончить. На поле работали три комбайна: два «Дона» и новый «Акрос».

Под палящим солнцем настоящую битву за урожай вели механизаторы Иван Викторович Исаев, Илья Егорович Козлов, Николай Александрович Дёмин и Юрий Юрьевич Масликов. Собранное зерно с поля отвозили на трёх машинах Александр Иванович Яковлев с сыном Андреем и Сергей Михайлович Губин.

В СПК «Придонский» хорошо подготовились к приёму хлеба нового урожая: сделали новый склад-ангар, на механизированном току работает зерноочистительная машина «Пектус», которая проводит первичную обработку намолоченного зерна.

— Люди заняты на складах даже ночью, — говорит руководитель хозяйства Фалынсков. — А вот в поле работа идёт только в светлое время, с семи утра до восьми вечера: работникам на складе надо успеть разобраться с зерном, которое собираем днём. Весь процесс уборки у нас налажен. Соблюдаем пожарную безопасность: рядом с полем стоит бочка с водой, трактор с плугом, есть дежурные работники. И с питанием для тружеников у нас нет проблем. Организованы с подвозом в поле обед в двенадцать часов и ужин в шесть вечера. Все труженики довольны по-домашнему вкусной едой, приготовленной поваром Светланой Валерьевной Масликовой.

В середине июля в некоторых сельхозпредприятиях района уборка озимых завершалась, а в других была в самом разгаре. В это время недалеко от СПК «Придонский» на вершинах задонских гор шла уборка в СПК «Клён». Этот сельхозкооператив не такой большой, как «Придонский», поэтому уборку пшеницы вёл один комбайн «Вектор» под управлением комбайнёра Вячеслава Сергеевича Попова. Спустившись под гору в хутор Гормиловский, мы встретили на току председателя СПК «Клён» Михаила Козырева, который подкидывал высыпанное зерно в зерноочиститель. «Уборка идёт нормально. Работаем четвёртый день, за это время убрали пятьдесят гектаров. Зерно, как видим, продовольственное, четвёртого класса, урожайность 22 центнера. Для сложившихся у нас условий — нормальная».

Автор Полина Ефимова

 

Военный архив » История