Дорога ложка к обеду. Рассказ

Нынешним аэропассажирам удивительно читать о переживаниях по поводу оставленных в карманах куртки обратных билетах. Сейчас это странно читать, странно слышать. Огромное достоинство современных полетов: отсутствие . . .

необходимости иметь бумажный билет в любую сторону.                                                                        

В первом десятилетии нового столетия (и тысячелетия) без таких билетов было ни улететь, ни прилететь, а уж если билеты потерял: пропали твоим денежкам. И не малые!                                                                

Вот такая история есть у автора в запасе. Это было давно, так давно, что и не верится, что такое вообще было. Летали самолеты отечественные ТУ-154 по дальним маршрутам с несколькими посадками для дозаправки. Пассажиры в промежуточных аэропортах выходили из самолета, оставляя ручную кладь в салоне. А в самолетах был деревянный пол из обыкновенной половой лаги, под ковриком.                                                                             

Вот такой перелёт совершала молодая бабушка, 48 лет, с годовалым внуком. К пассажирам с детьми относились ещё очень трепетно: почти как в Советском Союзе. Для них в первую очередь были места в начале салона, с большим откидным столиком перед сидушками. И не надо было заранее предупреждать и заранее такие места заказывать.                                                                                   

В соседях с этой парой оказалась 18-летняя мамаша с 11-месячной доченькой. Дети по очереди спали и по очереди плакали, доставляя неудобства всем пассажирам в течение полета.                                                                                    

Отчество у молодой мамаши было Феликсовна. А отчество у молодой бабушки – Александровна. В промежутках, когда детки ненадолго успокаивались, Феликсовна и Александровна немного беседовали. Но суть разговора проходила как-то мимо сознания, записывая какие-то фрагменты в дальних уголках памяти, видимо, на подкорку. Дети весь перелёт вели себя очень беспокойно! Полёт долгий. Две промежуточные посадки.                                                                                  

Экипаж жалел эти две пары, и на посадках им с детками разрешалось из самолета не выходить: пережидать дозаправку самолета и уборку салона (да-да! Проводили при таких посадках и уборку салона от пыли) на своих местах. С мест только и вставали для того, чтобы пылесос там поработал.                                                                              

На второй посадке уборка пылесосом их мест совпала с приходом службы по проверке документов и билетов. Каждый раз при посадке и билеты, и документы у них проверяли. Перед новым взлетом.                                                                               

Вот во время второй проверки они разбрелись по салону: одна в одном конце салона своего внука качала, а другая в другом конце дочку. Дети плакали на два голоса: устроили одновременную перекличку именно в этот момент. В суете и та, и другая подали на проверку свои документы одновременно: паспорта, свидетельства о рождении детей, билеты. После проверки каждой из них документы вернули. Александровна увидела, что Феликсовна заглянула в свой паспорт, хотела сделать то же самое (тот ли документ вернули), но малыш расплакался в очередной раз, и, покачивая мальца, она держала в руках документы, намереваясь заглянуть, а то ли ей вернули.

Потом места от пылесоса освободились, и обе пары сели на свой ряд. У Александровны так мысль и осталась: надо заглянуть в документы. Потом от этой мысли осталась только часть: надо. И это «надо» так и сидело в её сознании до 11 часов следующего дня.                                                                            

А в тот момент последний перелёт прошел как-то достаточно быстро, дети, оба, умаялись и уснули, удалось вздремнуть и «нянькам». Выходили из самолета рядом, как давние друзья. Александровна всё что-то хотела спросить у Феликсовны, но каждый раз вопрос ускользал куда-то, вновь появлялся в неподходящий момент, но так с языка и не слетел.                                                                               

В здании аэровокзала к Феликсовне первой подошли встречающие, на которых Александровна так и не взглянула, отыскивая своих встречающих, лишь рукой махнула Феликсовне на прощание.                                                                                

Во время Александровну не встретили, доставив и переживаний, и хлопот. Малыш совсем раскапризничался. Устал за дорогу. Пора и о деньгах сообщить. Стоимость перелета была в пределах десяти тысячи рублей на двоих в один конец. С собой на неделю отдыха у Александровны тоже было десять тысяч: рублей. Таким образом, ею допускалась трата в день не больше одной тысячи рублей и три тысячи, н/з (неприкосновенный запас на «мало ли что»).                                                                                    

Мысли из подкорки вытеснились беспокойством: встретят ли их, и куда идти, если не встретят. Слава Богу, хоть и с большим опозданием, но и за ними прибыл встречающий. Добрались до временного жилища.                                                                       

Был поздний вечер: ужин и приготовление ко сну заняли оставшиеся часы бодрствования. Усталость от сложной и далекой дороги взяла своё. Приятное состояние расслабления всех мышц увлекало в немедленный сон, и лишь где- то в уголках памяти нарисовалось это слово:  «Надо», а что надо и когда надо провалилось в ночь.                                                                      

Утром хозяйка квартиры сообщила, что ей к 8 часам на работу и Александровна может распланировать свои дни отдыха в соответствии с проспектом, который она оставила на столе.                                                                   

Проснулись с утра гости не спеша. Позавтракали тоже в замедленном режиме: такое состояние всегда после длинного перелёта, движешься как во сне, все движения заторможенные. Заняла ребёнка игрушками и присела к столу, где лежал рекламный проспект. Перелистывая рекламные страницы, присматривала, какие траты предстоят и на какие именно спектакли, концерты, выставки…                                                                        

И вдруг в 11 часов утра в сознании четко нарисовалось слово: «Надо!» Что надо? «А, посмотреть документы, которые вернули при проверке в самолете!» Достает Александровна документы, открывает паспорт, в который вложено свидетельство о рождении, все как надо, и билеты… Что такое? Билеты на обратную дорогу на имя Феликсовны и её дочки. Ну, ничего себе!                                                                              

Александровна давай вспоминать, что о себе говорила соседка по креслу в салоне самолета. Муж у неё морской офицер из Владивостока. «А вот, видно, билет куплен по требованию, номер требования есть». Родители живут в пригороде, к ним она и прилетела. Самое близкое село к городу… «Так, это найдем, это легко». Что ещё? Фамилия? Фамилия по мужу, не найдешь через паспортный стол, вряд ли он здесь прописан. А фамилию родителей Феликсовна не говорила. Сотовых телефонов не было и в помине.                                                                              

Телефон квартирный.                                                                                   

Заказывает путешественница по межгороду аэрокассы, где покупала свой билет перед полётом:                                                                             

–Доброго дня! Я у вас билеты покупала туда и обратно. Утратила обратный билет. Вылет через неделю. Как бы мне восстановить утраченный билет?                                                                                   

–Это вообще невозможно. У нас такое не предусмотрено.                                                                                    

–Как не предусмотрено? Билет куплен по моим документам. Никто не может воспользоваться этими местами, кроме меня, купившей эти места для конкретного перелёта. Дайте справку, что я купила билет на этот рейс.                                                                                   

–Исключено, это не предусмотрено.                                                                                

–Как не предусмотрено!? Мой билет, мой паспорт. Мои места.                                                                                   

–Ничем вам помочь не могу.                                                                                    

–И что же мне делать?                                                                                   

 –Покупайте новый билет!                                                                                  

–Если я куплю новый билет, я не смогу тут отдохнуть, а приехала отдохнуть. У меня не будет на отдых денег.                                                                                   

–У нас там администратор в аэропорту вашего прилёта имеется от нашей компании. Позвоните ему. Может он чем-то вам поможет.                                                                                        

Оператор диктует номер телефон.                                                                                         

Звонок администратору в аэропорт прибытия:                                                                                     

–Доброго дня! Я купила билеты вашей компании туда и обратно. Утратила обратный билет. Вылет через неделю. Как бы мне восстановить утраченный билет или каким-то иным путем воспользоваться оплаченным билетом и осуществить перелёт согласно моим тратам?                                                                                       

–Сталкиваюсь с таким первый раз. Ничем не помогу. Придется покупать новый билет.                                                                                 

–Но до полёта ещё неделя. Может быть, можно как-то доказать, что именно я имею право на перелёт этим рейсом?                                                                                      

–Перезвоните мне завтра. Я проконсультируюсь и посоветуюсь.                                                                                       

Заказываю «07» во Владивосток. Такой был номер межгорода в любом городе.                                                                                       

–Девушка, помогите мне. Соедините меня с финансовым отделом морской части.                                                                                      

 –Номер части?                                                                                 

–У меня только номер требования, по которому продан билет и фамилия офицера, которому требование выписали.                                                                                     

–Ну, знаете ли, я вам следствие проводить не намерена. Давайте номер части.                                                                            

В это время позвонили из паспортного стола: повезло, там работала тетя хозяйки квартиры. Но повезло только в том, что тетя там работала. Естественно, с такой фамилией, как указано в требовании, никто ни по городу, ни по области не зарегистрирован. Звонок в надежде на помощь в компетентные органы, ответ такой:                                                                              

–Исходных позиций мало. Найти этого человека, кому билет по требованию принадлежит, здесь, в пункте прилёта, невозможно.                                                                                   

Ну, какой тут отдых? Если никуда не пойдешь: даже выставка динозавров для детишек стоит денег.                                                                                     

Можно покупать обратные билеты, и улетать восвояси.                                                                                     

Сидит и думает Александровна: ну, что еще может быть? Что?                                                                                       

«Что я знаю о Феликсовне? Отчество не такое частое. Папу зовут Феликс. Кого могли в те годы Феликсом назвать? Или в милицейской семье, или в «кагебешной». Так, хорошо, принимается.                                                                                

А еще Феликсовна говорила, что её после школы секретаршей на работу приняли. В 17 лет устроиться секретарем-машинисткой, это большая удача. Она возможна только при наличии протеже. Это 100%. Кто и куда мог в 17 лет её секретарем пристроить? Папа. В милицию.                                                                              

И так. Село самое близкое к городу. Вот что важно. А ещё что? Через окно аэровокзала по прилёту привлекло внимание, что Феликсовна усаживалась в «Жигули» желтого цвета».                                                                            

Звонок хозяйке квартиры. Прошел час с момента обнаружения факта обмена билетов с Феликсовной. Ася, так зовут хозяйку, на работе, отрывать неудобно.                                                                            

–Ася, скажи: какое самое близкое село к городу в области? Вот спасибо!                                                                                 

Звонок через межгород дежурному ОВД того села, самого близкого к городу.                                                                                

–Здравствуйте. Вы извините, что я Вас беспокою. Но вот такая проблема. Я прилетела вчера. В самолете мне поменяли билет с другой женщиной. Её отца зовут Феликс. Не работает ли у Вас Феликс, у которого желтые «Жигули», и если работает, то не прилетела ли к нему вчера из Владивостока дочь с внучкой, замужем она за морским офицером.                                                                                

–Да. У нас есть Феликс. И дочь к нему прилетела вчера. Он отпрашивался в аэропорт.                                                                               

–Ой, дайте мне их телефон. Или мой телефон им дайте: вот запишите, пожалуйста, квартирный, в городе. Я на телефоне.                                                                                

–И вы запишите телефон Феликса, домашний.                                                                            

«Ну, вот оно как тут прямо горячо-горячо. Неужели разгадала ребус?» – радостно пронеслось в голове Александровны. Не вытерпела. Не дождалась, сама позвонила. Ответил женский голос.                                                                                  

–Здравствуйте. А можно Феликсовну.                                                                                   

–Нет Феликсовны.                                                                                    

–Я ошиблась номером? –Нет! Она в аптеку пошла. Вчера прилетели, внучка всю ночь беспокойно спала и сейчас всё время плачет. Пошла в аптеку, купить что- нибудь успокаивающее для ребенка.                                                                        

–Ой, пусть она мне перезвонит. Дело в том, что нам билеты поменяли. Посмотрите, пожалуйста, у неё билет сейчас на обратную дорогу – мой, на моё имя. А у меня – её, на её имя.                                                                           

–Я не могу посмотреть. Ребенок на руках, ношу, качаю вот с самого утра. Да и не знаю, в какой сумке у неё документы. Она придет вам перезвонит.                                                                                

Перезвонила Феликсовна с огромной благодарностью: ведь и у неё такая же проблема возникала с обратным полётом. К нашему общему удовлетворению тема проявилась так быстро, не в день вылета, слава Богу.                                                                                   

Договорились о встрече у метро в тот же день в 16 часов.                                                                                

В нужное время Александровна стояла у нужного выхода метро на Московской. С коляской и своим внуком в коляске. День весенний, день прекрасный, суетятся птахи, прыгают по веткам, порхают от дерева к дереву. Солнышко пригревает: через месяц и белые ночи наступят, но уже сейчас, весной, день довольно- таки длинный и теплый, солнечный.                                                                               

В условленное время к ним подошла женщина, одних с Александровной лет, симпатичная, с мудрым взглядом. Из-под шапочки выглядывали темные кудряшки.                                                                                  

–Вы, наверное, Александровна?                                                                                      

–Да.                                                                                

–Вот. Ваши билеты. И игрушка для внука. Я мама Феликсовны. Сама вызвалась на встречу с Вами. Так хотелось на Вас посмотреть, что за женщина такая? Быстро нашла нас. И внучка наша после Вашего звонка плакать перестала. Просто удивительно. Даже успокаивающее не понадобилось.                                                                             

–Дети, они все чувствуют, на уровне эфира.                                                                                   

–Нам-то билет очень важен: его же к отчету прикреплять надо мужу дочери, ведь билет по требованию куплен.                                                                                   

–А я уже взялась и зятя вашего во Владивостоке искать. Фамилия же есть и номер требования.                                                                                 

Вот такое приключение не таких уж давних лет. Как же широко шагнул за эти два десятка лет прогресс!                                                                               

И сейчас хорошо!                                                                          

Лишь бы паспорт по невнимательности не поменяли! По паспорту и билеты бумажные не нужны. Лети себе, куда надо.                                                                      

Впрочем, есть у меня и про паспорт одна интереснейшая история!

Пысина Галина Александровна, старший советник юстиции, член Союза писателей России, член Союза ветеранов госбезопасности по ДВ региону