СОКРУШИВШИЕ КЁНИГСБЕРГСКУЮ ТВЕРДЫНЮ

В 2025 году Совет Федерации одобрил законопроект о внесении изменений в статью 11 Федерального закона «О днях воинской славы и памятных датах России». Это решение связано с необходимостью увековечить важное историческое событие, ставшее одним из ключевых на завершающем этапе Великой Отечественной войны. 9 апреля на законодательном уровне официально признан Днём героического штурма . . .

и взятия Кёнигсберга. Именно в этот день 1945 года комендант крепости Отто Ляш объявил по радио о капитуляции, после чего началась массовая сдача в плен немецких войск. Оборона «неприступного бастиона немецкого духа» окончательно прекратилась 10 апреля.                                                                                  

Для понимания значимости взятия Кёнигсберга важно обратиться к мемуарным источникам современников событий. В книге «Дело всей жизни» Маршал Советского Союза А.М. Василевский, командовавший 3-м Белорусским фронтом и руководивший штурмом Кёнигсберга, акцентировал внимание на стратегической, экономической и политической роли Восточной Пруссии для немецкого верховного командования. Он называл Кёнигсберг «цитаделью германского милитаризма», утрата которой означала потерю важнейшего стратегического узла на Восточном фронте. Город занимал особое место и в исторической памяти Германии, на протяжении веков оставаясь местом коронации прусских королей.                                                                                     

В мемуарах «Так пал Кёнигсберг» генерал вермахта О. Ляш также описывал его как «прекрасный древний город, город коронаций», подчёркивая исключительный статус в национальном сознании немцев. Для Германии Кёнигсберг был не просто крупным центром, а символом исторической гордости, культурного величия и военной мощи. Его утрата воспринималась Третьим рейхом как национальная катастрофа и крах многовековой экспансии на Восток, выраженной лозунгом «Drang nach Osten».                                                                                       

Штурм города-крепости Кёнигсберга стал неотъемлемой частью стратегической Восточно-Прусской операции. Основной её целью были изоляция и последующее уничтожение войск группы армий «Центр», отделённых от основных сил нацистской Германии. Это позволяло освободить Восточную Пруссию и Северную Польшу от гитлеровских войск.                                                                                              

Разгром Восточно-Прусской группировки имел решающее стратегическое значение: он обеспечивал высвобождение сил 2-го Белорусского фронта для действий на других ключевых направлениях и устранял угрозу флангового удара по советским войскам, вступившим в пределы Германии и достигшим Берлина. В этих условиях было принято решение не ограничиваться осадой Кёнигсберга, а взять его штурмом как наиболее эффективным тактическим способом достижения поставленных задач.                                                                                 

Подготовка к штурму началась в марте 1945 года. Оборона города-крепости включала три пояса укреплений. Первая линия, располагавшаяся в 6–8 км от центра, состояла из 15 старинных фортов, объединённых системой дотов, траншей, рвов, минных полей и проволочных заграждений, что создавало серьёзные угрозы для штурмующей пехоты. Вторая линия проходила по окраинам и была основана на каменных зданиях и баррикадах. Третья линия окружала центральную часть, где находились девять фортов и замок на берегу реки Прегель. Всё это требовало тщательной предварительной оценки особенностей будущего штурма, в особенности боевых действий в городской застройке.                                                                                         

30 марта советское командование утвердило план, согласно которому Кёнигсбергская операция должна была продлиться пять суток. В первый день войскам предписывалось овладеть основными укреплениями внешнего обвода, в последующие – завершить операцию и полностью взять город.                                                                                 

В штурме участвовали четыре общевойсковые армии. 43-я армия генерал-лейтенанта А.П. Белобородова и 50-я армия генерал-лейтенанта Ф.П. Озерова блокировали Кёнигсберг с севера и востока. 11-я гвардейская армия генерал-полковника К.Н. Галицкого занимала рубеж южнее города. 39-я армия генерал-лейтенанта И.И. Людникова располагалась северо-западнее, чтобы перерезать коммуникации гарнизона и выйти к побережью залива Фришес-Хафф.                                                                                 

Со 2 по 5 апреля советские войска вели длительную артиллерийскую подготовку. В течение четырёх дней артиллерия и авиация разрушали долговременные сооружения, подавляли укреплённые пункты. На авиацию возлагались задачи непосредственной поддержки сухопутных частей при штурме, а также блокирования и дезорганизации работы Кёнигсбергской гавани и морского канала.                                                                                    

Большое внимание уделялось и морально-психологической подготовке. Командиры, штабы, политорганы, армейская печать, партийные и комсомольские организации вели системную работу: публиковали материалы о тактике уличных боёв, организовывали беседы с фронтовиками, разъясняли историческое значение предстоящего штурма.                                                                                

Изначально операцию планировалось начать 5 апреля в 6 часов утра, однако неблагоприятные метеоусловия – дожди со снегом, густой туман, снижение видимости и переувлажнение грунта – серьёзно осложняли действия войск. В связи с этим начало активных боевых действий перенесли на один день. Накануне штурма была проведена боевая разведка, позволившая уточнить передний край немецкой обороны на всём участке прорыва.                                                                                    

В первый день штурма советские войска прорвали первую линию обороны крепости на участке протяжённостью около 9 км и промежуточный рубеж на полосе шириной до 5 км. Было взято более 20 укреплённых опорных пунктов, освобождено 43 квартала в южной части города и пригородах. Основные удары наносились по северо-западным окраинам и железнодорожному узлу.                                                                                       

Цель второго дня заключалась в выходе к реке Прегель, её форсировании и окружении гарнизона. Улучшение погоды позволило активнее использовать авиацию. Войска прорвали вторую, промежуточную линию обороны, вышли к южному берегу реки и подошли к третьему рубежу. Хотя полностью форсировать реку в этот день не удалось, были захвачены важнейшие опорные пункты в пригородах, на которые немцы рассчитывали как на основу второй линии обороны. Массированное применение артиллерии, миномётов, танков и авиации привело к разрушению узлов сопротивления и складов с боеприпасами и продовольствием, что подорвало боеспособность гарнизона. К концу 8 апреля под контролем немецких войск оставались лишь центр и восточная часть города.                                                                                     

В ночь на 9 апреля было принято решение о сложной перегруппировке и форсировании двух рукавов Прегеля без предварительной артподготовки, с расчётом на фактор внезапности. В полночь начались ожесточённые бои. Гвардейцы 26-й и 5-й дивизий под огнём переправились через реку, захватили плацдармы и к первой половине дня ворвались в восточные кварталы.                                                                                       

В центральной части развернулись особенно напряжённые бои. Штурмовые группы сражались за каждое здание и этаж. Порой в одном и том же доме на разных уровнях удерживали позиции и советские, и немецкие подразделения. Это создавало угрозу флангам, нарушало связь и делало затруднительным использование артиллерии по площадям.                                                                                

Около часа дня 1-я гвардейская Московско-Минская дивизия приступила к атаке Королевского замка, превращённого гитлеровцами в мощную цитадель. Там находились части 69-й пехотной дивизии и подразделения охраны.                                                                               

Штурмовые подразделения 169-го гвардейского полка под командованием подполковника А.М. Иванникова при поддержке орудий и танков прорвались через проломы в стенах. Более трёх часов продолжались ожесточённые бои внутри замка – в помещениях, на этажах, в башнях. К 19 часам крепость была взята. Вслед за этим гвардейцы заняли здания главного почтамта и телеграфа.                                                                                          

К этому времени 8-й корпус установил связь с частями 50-й армии, замкнув кольцо окружения. 16-й корпус вышел к Университетской площади, где размещался штаб генерала Ляша. 36-й корпус вёл бои в центральной части города и западнее пруда Обер-Тайх. Более 40 тысяч немецких солдат и офицеров оказались в окружении, лишённые укреплений, боеприпасов и надежды на выход.                                                                                   

В 19 часов на позиции 11-й гвардейской армии прибыли два немецких офицера с ультиматумом от коменданта Кёнигсберга О. Ляша с просьбой прекратить огонь и прислать парламентёра. В ответ советское командование направило к нему подполковника П.Г. Яновского с требованием безоговорочной капитуляции.                                                                                           

В полночь 9 апреля 1945 года Москва салютовала победе над «цитаделью германского милитаризма»: 324 орудия дали 24 залпа.                                                                                         

ГЕРОИ ШТУРМА И ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ СЛЕД                                                                                           

В штурме Кёнигсберга участвовали представители всех родов войск. Артиллеристы громили укрепления, связисты обеспечивали управление войсками в тяжелейших условиях уличных боёв, пехотные штурмовые группы квартал за кварталом зачищали город.                                                                                     

В мемуарах И.Х. Баграмяна «Штурм Кёнигсберга» подробно рассказывается о героизме подразделений. Сапёры, рискуя жизнью, разминировали проходы для пехоты. Лейтенанты И.И. Ишкинин и Р.Р. Бабушкин возглавляли штурмовые группы, сумевшие ворваться внутрь укреплений и вынудить гарнизоны к капитуляции. При форсировании канала Ланд-Грабен одним из первых переправился командир самоходной установки А.А. Космодемьянский, вскоре погибший и ставший для однополчан символом отваги.                                                                              

Заметный вклад внесли и женщины. Старшина медслужбы гвардии Е.Б. Ковальчук, несмотря на четыре ранения, вынесла с поля боя множество раненых и погибла в 32 года. Гвардейцы пронесли тело боевой подруги через весь Кёнигсберг, а позднее её бронзовый бюст был установлен в ансамбле монумента Победы. Сержанты Мария Архипова, Анна Зайцева и Татьяна Большакова под артобстрелом регулировали движение на переправах, а водители-фронтовики доставляли боеприпасы, маневрируя между воронками и не останавливаясь даже ночью.                                                                                      

«Примите мои искренние поздравления и глубокую признательность всем этим скромным, но самоотверженным и доблестным советским патриоткам, которые проявляли несокрушимую стойкость и мужество в боевых условиях, не ведая ни усталости, ни страха», – писал генерал К.Н. Галицкий.                                                                                        

Многие участники штурма после Победы были переброшены на Дальний Восток и продолжили боевой путь в войне с милитаристской Японией. Среди тех, кто штурмовал Кёнигсберг, было немало уроженцев Дальнего Востока.                                                                                         

Так, Владимир Иосифович Ханцевич был призван в Красную армию в 1943 году, в 18-летнем возрасте, Комсомольским ГВК Хабаровского края. В составе 3-го Белорусского фронта он участвовал в боях за Инстербург и Кёнигсберг. Командир автоматного взвода отдельной штрафной роты при 169-м стрелковом полку лейтенант Ханцевич проявил мужество и был тяжело ранен. Награждён двумя орденами Красной Звезды и медалью «За взятие Кёнигсберга».                                                                                       

Уроженец села Аркадьевка Амурской области полковник Василий Максимович Кириленко командовал сводным штурмовым подразделением. Под его руководством бойцы овладели двумя линиями траншей, уничтожили три пулемётные точки и 27 солдат и офицеров противника, взяли в плен 33 человека. При штурме очередного укрепления подразделение Кириленко выполнило фланговый манёвр, обеспечив успех основных сил. Несмотря на ранение, командир довёл бой до победы.                                                                                          

Командир огневого взвода 1716-го зенитного артиллерийского полка 8-го механизированного корпуса Юрий Кириллович Павлюченко, уроженец города Свободного Амурской области, отличился в организации прикрытия наступающих частей с воздуха и был награждён орденом Красной Звезды.                                                                                               

Механик-водитель Виктор Александрович Озерский, родившийся во Владивостоке, проявил высокий профессионализм и мужество при освобождении важной автомагистрали Кёнигсберг – Берлин: в ходе боя он поразил танк противника, несколько противотанковых орудий и пулемётных точек, что способствовало продвижению советских войск.                                                                                

Сержант Василий Матвеевич Божко, уроженец села Каховка Амурской области, в боях на территории Восточной Пруссии лично уничтожил до 10 солдат вермахта, а всего его отделение – около 27. За мужество и самоотверженность 9 июня 1945 года он был награждён медалью «За взятие Кёнигсберга».                                                                            

Этой же медалью были отмечены многие другие дальневосточники, чьи имена вписаны в историю Победы: Николай Тимофеевич Колесников из села Новокрещенка Красноармейского района Приморского края, Михаил Иванович Иевский из города Амурска Хабаровского края, Виталий Иванович Свирелин из Хабаровска, Василий Михайлович Торлов из села Одотымово Сахалинской области и другие.                                                                                                    

ПАМЯТЬ О ШТУРМЕ И ПОСЛЕВОЕННАЯ СУДЬБА КЁНИГСБЕРГА                                                                                                       

Медаль «За взятие Кёнигсберга» была учреждена Указом Президиума Верховного Совета СССР от 9 июня 1945 года. Ею награждались военнослужащие, непосредственно участвовавшие в штурме и взятии города, а также организаторы и руководители операции. Награждение в частях производили командиры, выбывших из армии и флота – военные комиссары по месту жительства.                                                                                    

Вопрос о послевоенной судьбе Кёнигсберга И.В. Сталин впервые поднял ещё в декабре 1943 года на Тегеранской конференции, указывая на необходимость незамерзающих балтийских портов для СССР. Окончательное решение было закреплено на Потсдамской конференции (июль – август 1945 года): лидеры СССР, США и Великобритании согласились передать Советскому Союзу город Кёнигсберг с прилегающим районом.                                                                                

После включения территории в состав РСФСР началось административное переустройство. 7 апреля 1946 года была образована Кёнигсбергская область, а 4 июля 1946 года город переименовали в Калининград в память о скончавшемся «всесоюзном старосте» М.И. Калинине. Область также получила название Калининградской. Немецкое население было депортировано, город заселили переселенцы из разных регионов СССР, что окончательно закрепило его новый статус одного из форпостов России на Балтике.                                                                                           

По разным оценкам, при штурме Кёнигсберга погибли от 7 до 7,5 тыс. советских солдат и офицеров. Крупнейшим местом захоронения павших стал мемориальный ансамбль 1200 воинам 11-й гвардейской армии. Первоначально он носил название «Памятник героям Кёнигсберга».                                                                                       

Память о бойцах, сокрушивших «цитадель германского милитаризма», бережно хранят не только в Калининградской области, но и по всей стране, в том числе на Дальнем Востоке. Так, в мае 2025 года в Якутске представили проект «Кёнигсберг в судьбе якутян», посвящённый участию выходцев из республики в штурме города. Авторам удалось собрать сведения о 536 бойцах из 24 районов Якутии, воевавших в составе Красной армии при взятии Кёнигсберга.

Алина БАШКИРОВА

Фото из архива «СН»

«Суворовский натиск» № 37 (20177)  2026 года

Газета Ордена Ленина Краснознамённого Ордена Суворова Восточного военного округа

г. Хабаровск