АРМЕЙСКИЕ КУЛИБИНЫ ИЗ ПРИМОРЬЯ

В соединении разведки, действующем в составе группировки войск «Восток», дроноводы применяют в обучении молодого пополнения ноу-хау собственной разработки.

Территория учебного центра гвардейцев-разведчиков из Приморья, тыловая зона проведения СВО. Прибыл сюда, чтобы осветить ход тренировок операторов БпЛА по . . .

организации взаимодействия со штурмовыми группами. В ожидании проводника к месту занятий замечаю странную картину: один из военнослужащих чуть в отдалении колдует с металлопластиковыми трубами. «Водопровод, что ли, тянут?» – подумалось тогда. Заметив мой интерес, представитель подразделения предлагает пройти прямиком к этому месту.

– Сейчас покажем вам изобретение наших Кулибиных – ахнете! – заинтриговал меня сопровождающий офицер.

На месте выяснилось, что насчёт труб я не ошибся: они и правда металлопластиковые. Гнутся относительно свободно, главное – не переусердствовать.

Но здесь-то этот стройматериал зачем? Военнослужащий с позывным «Алый», который занимался манипуляциями с трубами, представился инструктором по подготовке операторов FPV-дронов.

«Рассказывайте, что происходит?» – попросил я его и тут же заметил внутри этой конструкции из труб… беспилотник.

– Это наши учебные «птички, – раскрывает секрет Алый. – «Птичка» в клетке», или просто «Рама». Дрон помещён в самодельный каркас из труб, который предотвращает разрушение беспилотника в условиях жёсткой посадки.

Можно сколько угодно ронять дрон, он останется целым. Данная конструкция предназначена для обучения молодых операторов. Кроме того, и бывалые дроноводы могут с помощью такого приспособления совершенствовать навыки пилотирования.

– «Рама» удобна тем, что благодаря защитной конструкции из лёгких, но прочных труб она делает коптер «птицей» многоразового использования, – рассказывает Алый. – Это в боевой обстановке у наших «камикадзе» одноразовое применение, билет в один конец. На тренировках же мы стараемся беречь каждый экземпляр. «Рамы» имитируют атаки и, падая, остаются невредимыми.

– И правда, вы настоящие армейские Кулибины! – восхищаюсь я. – Дёшево, просто, практично. Отлично придумано.

Интересно, что процесс обучения может охватывать военнослужащих сразу двух родов войск – тренировать можно и оператора FPV, и штурмовика. Работая с «Рамой», дроновод должен настичь цель в виде движущегося стрелка (в его роли как раз и выступает штурмовик). В свою очередь, задача последнего – уклониться от «птицы», обмануть оператора.

По словам Алого, штурмовикам пройти такую подготовку на полигоне очень полезно.

– Важно научиться подавлять страх, – считает инструктор, – уметь вовремя услышать шум приближающихся винтов. В такой обстановке нужно действовать собранно и чётко. Поддался панике – вражеские «птицы» тебя попросту «заклюют»!

Инструктаж на полигоне краток: хочешь выжить в бою – внимай словам инструктора. Наставления Алого сводятся к тому, что вступать в противоборство с дронами можно и нужно. Например, если военнослужащий заметил летящий дрон на открытом участке местности, ему ни в коем случае не стоит замирать на месте. Обездвиженная мишень – это всегда лёгкая добыча для оператора вражеского FPV.

Помимо этого, разумеется, нельзя ни на секунду упускать вражеский дрон из виду. Никогда не стоит поворачиваться к нему спиной, нужно сразу открывать прицельный огонь из стрелкового оружия. Лучше, конечно, дробью.

Если же не получается сбить «птицу» из автомата или ружья, то на расстоянии не менее пяти метров нужно метнуть в приближающийся дрон что-то из снаряжения, например, шлем, и тут же отпрыгнуть в сторону. Упал, сгруппировался, чтобы максимально повысить шансы уцелеть после взрыва. Это основной алгоритм действий, который, по словам Алого, был неоднократно испытан в боевой обстановке.

– Схема вполне рабочая, – отмечает Алый, стоя перед строем новобранцев. – Но, повторюсь, важно соблюдать одно условие: в ступор не впадать. Сегодня мы учимся на наших «Рамах»: моторы коптеров звучат так же, как и у тех, что состоят на вооружении у противника. Только разве что «морковки» (боеприпас в устройстве для сброса) у них нет.

Наблюдаю за тренировкой на «открытке» (открытой местности). Партия «Штурмовики против операторов войск беспилотных систем». Охота, по большому счёту, ведётся обоюдная. Задача у каждого своя, хотя, конечно, во многом они схожие: обнаружить и уничтожить.

«Штурмам» сложнее: им надо постараться сделать это с земли. Дроноводам, казалось бы, проще, так как им сверху видно всё, но там надо всё правильно рассчитать – угол атаки, скорректировать скорость «птицы». А иной раз качественному обзору мешают погодные условия – туман, ветер, дождь не позволяют точно прицелиться для удара.

В тот раз забег штурмовиков по пересечённой местности полигона с элементами противодействия БпЛА прошёл результативно. Малыми группами, по два-три человека, обучаемые преодолевали дистанцию 200 метров. Почва разбухла от прошедшего недавно дождя, земля на подошвах обуви стала подобна пластилину… Тем не менее было на практике отработано всё, о чём до этого говорили инструкторы. И стоит отметить, что у многих, кто недавно пополнил ряды штурмовиков, результаты оказались вполне приличные.

 Что же касается операторов FPV, то и они отточили навыки: заходили на цели, наводились. Надо отметить, что в реальном бою эти направления – земля и воздух – как правило, тесно связаны. Операторы дронов являются глазами любой штурмовой группы. Ведут, предупреждают об опасностях впереди, сообщают штурмовикам о составе противника, поддерживают наступающих сбросами.

К тому же в последнее время дроноводы всё чаще становятся транспортниками, доставляя грузы на передовую воздушным путём. Единственный нюанс, чтобы погода не подводила. Ненастье может вывести дроноводов из игры… Тем не менее, насколько я понял, взаимодействие на передовой пехоты и дроноводов выстроено устойчивое. Каждую победу они воспринимают как общую, а если и делят боевые заслуги, то поровну.

Игорь ШВЫТКИН

Фото ТАСС

«Суворовский натиск» № 120 (20137)

Газета Ордена Ленина Краснознамённого Ордена Суворова Восточного военного округа

г. Хабаровск