«ПТИЦЫ» «ВОСТОКА» ВСЕГДА В НЕБЕ

Как воины-дальневосточники подписали контракты и пошли на фронт дроноводами

Здесь слышен не грохот залпов, а тихий писк моторов и шорох винтов. В одном из подразделений группировки войск «Восток» операторы беспилотников сутками не выпускают из рук пульты, выискивая вражеские колонны, замаскированные танки и скрытые блиндажи.

Именно эти люди срывают ротации ВСУ, отражают удары по населенным пунктам и останавливают контрнаступление врага.                                                                                 

О ПОЛЬЗЕ КОМПЬЮТЕРНЫХ ИГР                                                                                     

Оператор БПЛА с позывным Псих на СВО с 2024-го. Контракт подписал сразу, как только ему исполнилось 22 года. Решение назревало давно, и, по словам парня, в какой-то момент просто стало невозможно его откладывать.                                                                                      

За время службы Псих побывал дома лишь однажды – прошлым летом, когда съездил в отпуск. Увиделся с родными, друзьями, убедился, что с ними все хорошо, и вернулся обратно на передовую. Причем вернулся не один: притянул нескольких друзей, как он сам говорит. Теперь парни служат в одном батальоне, но в разных подразделениях.                                                                                           

В роту войск беспилотных систем боец пришел, не имея специальных навыков, – до этого управлять дронами не приходилось. Когда формировалось подразделение, командир собрал личный состав и спросил: «Кто хочет пойти в операторы БПЛА?» Псих поднял руку сразу, потому что хотел летать.                                                                                 

Первым делом – учеба. Сначала симулятор: монотонные часы в виртуальном небе, отработка посадок, поворотов, точных заходов. Сдача экзамена. Только после этого – допуск к настоящим беспилотникам. Опыта управления техникой у него не было, зато был иной – игровой. На гражданке Псих много времени проводил за компьютером.                                                                                               

– Это очень сильно помогло, потому что моторика рук была уже развита, – говорит оператор.                                                                                      

Руки помнят, как держать джойстик, мозг привык мгновенно реагировать на меняющуюся картинку – теперь эти навыки конвертировались в реальные боевые вылеты. Полетная самостоятельность пришла быстро.                                                                                  

– С нуля я обучился, наверное, недели за две и стал летать на дроне. На самом деле это не так сложно, как может показаться. Если вникать, то все хорошо будет, – уверяет воин.                                                                                     

Сегодня он – один из тех, кто непосредственно останавливает перемещения живой силы ВСУ и срывает переброску техники. Недавно его расчет перехватил и уничтожил около десяти солдат противника и три машины.                                                                                         

– Во время одной из последних операций остановили вражескую ротацию. Поразили их несколькими ударными дронами. Мы пикировали сами. Три дрона использовали на три единицы техники. Еще наши соседи помогли, которые управляют оптоволокном, – рассказывает Псих.                                                                                            

НЕБЕСНЫЙ КОНВЕЙЕР                                                                                  

В подразделении «производственный цикл» доведен до автоматизма. От голого каркаса до готового к старту ударного FPV-дрона – считаные минуты, если за дело берется опытный инженер. С учетом времени на подгонку, установку электроники и снаряжение боевой частью на подготовку одной «птицы» уходит в среднем до 10–15 минут. Но это если работать неспешно. В боевой обстановке время сокращается.                                                                                    

– Чтобы с нуля подготовить дрон и снарядить его зарядом, требуется не больше 15 минут. Все зависит от опыта инженера. Если давно этим занимается, то сделает очень быстро. Хватит даже пяти минут, – объясняет Псих.                                                                                                

Чтобы сократить паузы между вылетами, многое оборудование готовится заранее: корпуса, взрыватели, крепления, проводка. На позиции дежурят уже полностью собранные аппараты – перед стартом остается лишь проверить связь и систему управления.                                                                                      

За сутки расчет запускает более 30 БПЛА – это и разведывательные, и корректировочные, и ударные дроны. Они поражают живую силу, бронетехнику, склады, отдельные огневые точки.                                                                                        

– Сейчас активно работаем. ВСУ пытаются наносить удары по населенникам, в которые мы заходим. Отражаем эти удары общими усилиями, – говорит оператор.                                                                                         

Каждый такой поселок – отдельный участок противостояния: противник старается бить по домам, улицам, укрытиям, в которых закрепляются российские подразделения.                                                                                                         

В небе над этими селами почти постоянно дежурят «птицы» – и обычные FPV, и аппараты, идущие по оптоволокну, менее уязвимые для РЭБ.                                                                                       

СВЯЗАННЫЕ ОДНОЙ ЦЕЛЬЮ                                                                                         

Работа выстроена четко. На переднем крае – наблюдатели, корректировщики, те, кто чаще всех смотрит на противника через оптику и тепловизоры. Они первыми замечают движение.                                                                                                  

– Сначала разведчики видят, что идет какая-то техника. Сообщают нам, и мы уже запускаемся. Нас несколько расчетов. Мы слаженно работаем, – поясняет Псих.                                                                                               

Информация о цели проходит свой путь по отечественным средствам связи и радиостанциям: от разведки – к командованию, от командования – к операторам БПЛА. Никаких лишних слов, все по стандартному алгоритму.                                                                                                            

Если на направлении замечена тяжелая техника с РЭБ, удар по ней делится на этапы. Сначала в воздух поднимается КВН – специализированный дрон, который «распахивает» оборону, срабатывает по вражеским средствам радиоэлектронной борьбы. А следом идут ударные FPV, уже на добивание.                                                                                             

– Например, чтобы подбить танк, достаточно двух дронов – КВНа и обычного ударного беспилотника, – считает специалист.                                                                                 

Так было и в одном из боев. На позиции поступила информация: в их направлении движется вражеский танк. Времени на размышления – считаные мгновения.                                                                                     

– Через пять минут дроны уже находились в воздухе. Мы поддерживали связь с нашим командованием и оптоволоконщиками. В течение 10 минут танк поразили. При этом уничтожили шестерых вэсэушников, – вспоминает оператор.                                                                                       

После выполнения задачи – доклад в том же порядке.                                                                                                  

– Когда поразили заданные объекты, мы сообщаем, что отработали по цели, что все хорошо, – спокойно констатирует он.                                                                                                      

ЕДИНЫЙ ОРГАНИЗМ                                                                                                

Старший оператор БПЛА с позывным Маэстро тоже пришел в подразделение без «летного» опыта, но сегодня является одним из самых результативных «пилотов». Позывной получил почти случайно.                                                                                           

– Меня прозвали так, потому что, когда постригся, был похож на актера из кинофильма «Сволочи», – улыбается он.                                                                                            

За этой шуткой – человек, который за год с небольшим превратил пульт от дрона в продолжение собственных рук.                                                                                       

– Во время боевой работы чувствую, что становлюсь единым организмом с «птицей». Особенно когда лечу со снарядом и вижу в курсовой камере наконечник, который срабатывает при взаимодействии с поражаемым объектом, – признается Маэстро и добавляет: – Есть какой-то азарт, особый интерес в том, чтобы летать со снарядом и бить противника. Так и работаю – помогаю своим ребятам, с которыми делаем одно дело.                                                                                             

Он почти всегда находится «на подлете» к зоне боевых действий. Когда штурмовые группы работают по укрепленным опорникам, дрон должен быть рядом, чтобы вовремя подсветить амбразуру, танк или вражескую группу, пытающуюся уйти.                                                                                                

– Я всегда в небе при выполнении штурмовой задачи, ведь «птица» должна помогать парням. Привыкаешь к этому, – говорит старший оператор.                                                                                               

Сначала он пытался вести счет пораженным целям. Но в какой-то момент бросил это занятие.                                                                                                          

– Поначалу считал, потом сбился. Вести учет уничтоженной бронетехники закончил где-то на 50-й единице, – констатирует Маэстро.                                                                                                   

«ДОМ», В КОТОРЫЙ ЗАЛЕТЕЛ ДРОН                                                                                             

Один из самых показательных эпизодов в практике нашего собеседника – работа по блиндажу, в котором, по данным разведки, прятались солдаты ВСУ. Узкий вход, низкий потолок, проходы – едва шире корпуса FPV-дрона.                                                                                                 

– Получил задачу найти группу противника, – вспоминает он. – Залетаю в блиндаж, завожу дрон прямо в проход, и один человек сам на меня выбегает. Он не ожидал, что я буду там висеть.                                                                                              

То, что сейчас кажется почти фокусом, – на самом деле результат регулярных тренировок. На симуляторе операторы отрабатывают полеты в стесненных условиях, проходят коридоры в несколько десятков сантиметров шириной, учатся чувствовать габариты «птицы».                                                                                             

– Моя подготовка позволила это сделать. Ведь есть симулятор, на котором можно тренироваться. И потом любая щель, любое отверстие не преграда для тебя. Залететь можно хоть куда. Главное, чтобы позволяли частоты, – объясняет воин.                                                                                               

Сам Маэстро в зоне специальной военной операции уже почти год. На гражданке он учился в агропромышленном техникуме, получил диплом мастера сельскохозяйственного производства.                                                                                            

Решение отправиться на СВО было, по его словам, личным и окончательным.                                                                                               

– Пошел и подписал контракт, ни о чем не сожалея. Потому что кто, если не мы? – уверенно говорит молодой человек.                                                                                        

Дома его ждут мама, папа и четверо младших братьев. Родители переживают, но поддерживают. Маэстро это чувствует и уже планирует, что будет делать после возвращения.                                                                                                

– Мечтаю открыть свое дело. Может быть, учебный центр по подготовке операторов дронов. Это мое, как раз то, что мне нравится, – говорит он. До армии у дальневосточника не было никакого опыта управления беспилотниками.                                                                                        

– Раньше, до заключения контракта, даже в компьютерные игры не играл. Пульт только здесь впервые взял в руки. Обучиться можно всему, – уверен Маэстро.                                                                                              

В свободное время, которого совсем немного, старший оператор слушает музыку. Его любимый исполнитель – Виктор Цой, группа «Кино». Маэстро мечтает научиться играть на гитаре.                                                                                           

– Когда-нибудь займусь этим делом. Сейчас мы выполняем другие задачи, у нас другие цели, – тихо добавляет воин.                                                                                                 

ОХОТА НА «ЗВЕРЯ»

Начальник расчета операторов БПЛА с позывным Малой говорит коротко, но готов рассказать немало интересных историй. Один из последних боевых эпизодов – обнаружение замаскированного танка.                                                                                            

– На днях шла плановая разведка местности. В лесополосе обнаружили «Леопард». Он стоял и стрелял навесом по нашим позициям, – вспоминает Малой. – Засекли координаты, передали данные артиллеристам, и они нанесли удар. Танк был подбит, а остальную работу мы уже FPV-дроном завершили – уничтожили бронетехнику.                                                                                                  

Дроноводы его расчета активно работают и с нашей пехотой. Ночью штурмовики продвигаются по лесополосам, по посадкам, заходят в населенные пункты. В темноте их глазами становятся операторы БПЛА.                                                                                        

– Еще группы заводим по лесополкам. Мы их направляем, указываем, куда идти, – объясняет оператор.                                                                                 

С воздуха он видит не только перемещение своих и чужих войск, но и российские флаги, которые поднимаются над освобожденными населенными пунктами.                                                                      

– В населенниках фиксируем появление флагов над зданиями, когда наши штурмовики продвигаются вперед. Много таких случаев было. Парни и сейчас практически без остановок идут, – рассказывает дальневосточник.                                                                                         

ПРОТИВ МАКЕТОВ И МАСКИРОВКИ                                                                                                           

Враг старается скрывать свое присутствие, насколько это возможно. Выбор мест для позиций, грамотное использование ландшафта – все направлено на то, чтобы обмануть оператора. Но это сделать не так-то просто.                                                                              

– Противник обычно пытается маскироваться, перемещаться незаметно. Но у него это не получается, потому что сейчас у нас очень много расчетов. Работаем постоянно, чтобы не допустить контрнаступа. С этим у нас все нормально, – уверенно говорит Малой.                                                                                             

Он рассказывает, что во время разведки иногда долго не удается увидеть позицию. Но есть мелочи, которые всегда выдают присутствие людей: не до конца убранные стройматериалы, случайно выброшенный мусор, блеск металла.                                                                               

– Бывает, когда разведываешь местность, не сразу обнаруживаешь противника. Он старается максимально замаскироваться. Но всегда есть косвенные признаки присутствия людей: бытовой мусор, свежая земля. Начинаешь приглядываться, искать рядом – обнаруживаешь позиции. Можно рассмотреть генератор или, например, вход в блиндаж. Нужно быть очень-очень внимательным, когда управляешь беспилотником, – подчеркивает начальник расчета. Оказываются в кадре и ложные цели. С высоты они могут выглядеть как настоящий танк или БМП, но сосредоточенный оператор всегда раскроет обман.                                                                              

– Иногда попадаются макеты техники. Смотришь: как будто настоящий. Но когда начинаешь вокруг облетать и рассматривать его, оказывается, там просто фанерный корпус. Противник это делает, чтобы спровоцировать удары нашей артиллерии и выявить позиции, откуда ведется огонь. Естественно, сообщаем командирам обо всех таких ловушках, – рассказывает Малой.                                                                                    

КОГДА КОЛОННА НЕ ДОЕЗЖАЕТ                                                                                  

Работа ведется вдоль всей линии боевого соприкосновения.                                                                        

– В расчете четыре человека – начальник и три оператора. А на передовой таких расчетов очень много. И мы не допускаем прорыва сил ВСУ, – объясняет командир.                                                                                     

Как только на мониторе оператора дрона появляется вражеская колонна, включается отлаженный механизм взаимодействия с артиллерией и штурмовиками.                                                                                

– Стоит только обнаружить противника, как он тут же уничтожается, – говорит Малой.                                                                                 

На его личном счету десятки вражеских машин. Об одном из боевых эпизодов – попытке вражеской группы захватить населенный пункт – он рассказал подробнее.                                                                                            

– Лично я засек несколько единиц техники, в том числе четыре «Абрамса» и две БМП-2. Когда они попытались зайти в село, мы бронемашины сразу сожгли дронами. А четыре танка попробовали уехать. Но наши штурмовики не дали им уйти – подбили из РПГ. Потом артиллерия подключилась, FPV полетели. Все вместе мы отразили атаку, – рассказывает он.                                                                                         

Из всей колонны тогда из деревни смогла выехать лишь одна единица техники. Но и та ушла недалеко.                                                                                           

– Эта машина проехала метров 150, и у нее просто осколками колеса посекло. Она дальше никуда не смогла деться. Ее потом добили ударными беспилотниками, – без лишних эмоций подытоживает Малой.                                                                                                    

«ПТИЦА» ВОЗВРАЩАЕТСЯ ПО ДУГЕ                                                                                          

Война дронов – это всегда игра на двоих. За каждым полетом нашего беспилотника может следить противник. Он пытается сопровождать его, чтобы вычислить место старта и посадки, а затем ударить по нему. Поэтому построение маршрута – это особая часть работы оператора.                                                                                               

– Когда возвращаем домой «птицы», мы не летим напрямую, стараемся в обход, по хитрой траектории. Делаем круг, чтобы вражеские дроны не смогли отследить точку пуска и прилета нашего БПЛА, – объясняет Малой. – Они ведь могут сопровождать, когда ты сделал дело, скинул снаряды на их позиции. То есть прилетаешь первый раз, второй, а на третий тебя сверху ждет вражеский разведчик. Тогда уже меняешь маршрут и по-другому пути летишь домой.                                                                                  

ЧЕЛОВЕК ЗА ПУЛЬТОМ

Объединяет всех этих людей одно: каждый пришел сюда сам. Псих подписал контракт, Маэстро – тоже. Малой вспоминает, что всего за сутки решил свою судьбу.                                                                         

– В армию пришел сам, добровольцем. Просто за один день решил, собрался, никому ничего не сказал, – рассказывает он.                                                                               

Первый день в подразделении он помнит до мелочей.                                                                              

– Когда пришел, командир взял пульт, сказал: «Учись». Так теперь и работаю, – говорит Малой.                                                                              

У каждого – свои мечты о будущем. Маэстро видит себя в роли наставника, открывшего учебный центр по подготовке операторов. Псих уже исполнил задуманное – воюет рядом с друзьями, которых привел с собой. Малой говорит, что семья смирилась и он вернется к людям, которые его поддерживают. А это для бойца очень важно.                                                                             

Сегодня, пока идет боевая работа группировки войск «Восток», их «птицы» почти не знают отдыха. В небе они висят сутками: то уходят в пикирование, то, описав сложную дугу, возвращаются обратно.                                                                             

Каждый их вылет – это сорванная ротация, несложившееся контрнаступление, предотвращенный удар по мирным домам. А за каждой аккуратной траекторией на экране – конкретные люди, которые однажды просто взяли в руки пульт и сказали: «Кто, если не мы?»

Андрей ВОЛОШЕНКО

Фото автора

Газета «Приамурские ведомости», № 21 (8512) 2026 года

г. Хабаровск