СТАЛЬНОЙ ХАРАКТЕР «ВОСЬМИДЕСЯТКИ»
  |
Экипаж танка Т-80БВМ рассказывает о своей машине Боец с позывным Аза говорит без лишних эмоций, по-деловому, как о проверенном товарище, подчеркивая особую надежность своего «боевого коня»: по любой грязи проедет и по воде, уверенно разберет вражеские опорники, огневые точки в строениях и лесополосах. Ведь именно такова ежедневная работа танкового экипажа бригады группировки войск «Восток». ГОТОВНОСТЬ. ЗАДАЧА. МАРШ Рабочий день для танкистов начинается с ожидания на исходном рубеже. Экипаж – командир, наводчик и механик-водитель. Все в полной готовности. – Потом поступает задача, садимся в машину, запускаемся, едем или сразу в район, или на наши позиции, чтобы забрать пехоту, – поясняет командир. – Танк здесь – это не только огневая мощь, но и транспорт для пехоты. Десант размещается прямо на броне. Они сидят у нас в коробе над трансмиссией танка. Доставляем их, предварительно отработав по противнику, по тем местам, где он засел. Высаживаем пехоту, огнем поддерживаем парней. Схема отработана до автоматизма: выход, огневая работа по выявленным и вероятным целям, десантирование штурмовых групп, дальнейшая поддержка. РЫВОК НА СОПКУ О своем механике-водителе командир говорит с нескрываемой гордостью: – Он у меня – профи. На сопку на «восьмидесятке»-бэвээмке влетает на скорости 60 километров в час. За нами мало кто поспевает. А в это время пехота сзади сидит. Скорость и маневр – главные составляющие живучести танка в современных условиях, когда противник активно применяет артиллерию и ударные БПЛА. – Вот на днях в очередной раз удачно доехали, – вспоминает Аза. – Несмотря на то, что по нам артой били, «птички» атаковали. Зашли на точку, завели пехоту, они там закрепились, и мы уехали. На базу вернулись без проблем. Отдельная тема в рассказе Азы – противодействие дронам. Экипаж не полагается только на штатную броню – дорабатывает машину прямо в полевых условиях. – Наша защита дронам ВСУ не по зубам, – уверенно говорит танкист. – Благодаря обварке удар фэпэвэшки не чувствуешь вообще. Из металла сперва делаем основу. Потом уже бока, крышу – все сами дорабатываем. Работа эта не разовая: броня и обварка живут той же боевой жизнью, что и экипаж. – Если что-то не понравилось, исправляем, – продолжает Аза. – Ведь все предназначено для нашей безопасности. Эти приспособления реально спасают танк. Благодаря варке мы и заходим, и выходим. К защите относятся основательно, используют все доступные средства. – А еще некоторые наши экипажи «ежики» вешают, укупорки с землей – все помогает, – перечисляет Аза. – Так что танки запросто выдерживают удары «птичек». ПОД АТАКОЙ БПЛА В зоне боевых действий вражеские дроны-камикадзе стараются попасть в любую доступную точку боевой машины. – Когда едем на задачу, дронами могут ударить в двигатель, стенку или крышу, – объясняет командир. – Ощущается небольшой такой толчок, но мы уже даже внимания не обращаем. Порой защите требуется ремонт или замена. – Иногда приходится обвес обновлять, – признается танкист. – Однажды борт отлетел один, потом новый сделали. Особая гордость экипажа – самодельные цепи, располагающиеся спереди машины. – Они не мешают ни наводчику, ни механику-водителю, но от БПЛА хорошо защищают. В первую очередь – мехвода и башню, потому что фэпэвэшки взрываются от удара по цепям, а не по самой машине. И дальше едешь, задачи выполняешь, – рассказывает Аза. РАЗОБРАЛИ В ПЫЛЬ Боевых эпизодов у экипажа было немало. – Помню, как-то ехали в район дач в одном поселке. По пути разгромили опорные пункты, точки управления БПЛА, а заодно и технику вражескую подбили – Bradley, – говорит боец. Картина боя воину запомнилась до деталей. – Машина тогда очень громко взорвалась. Просто разлетелась на куски, – вспоминает танкист. – Стояла БМП. Стреляем – ничего не осталось, чистое поле. Та же логика и в работе по опорным пунктам и лесополосам. – Если по лесополке осколочным зарядишь хоть разочек, то деревья все ложатся как подкошенные. В этом случае у противника шансов выжить попросту нет. Он даже понять не успевает, что произошло, – поясняет Аза. СВЯЗЬ И «МАВИКИ» Т-80БВМ дает экипажу возможность действовать по целям на разных удалениях. – Работаем на любых доступных дистанциях, – говорит командир. – «Восьмидесятка» и на 10–12 километров стреляет. Частенько и по близким объектам бьем. Два-три километра до них, то есть цель видишь прямо перед собой. Важнейшие составляющие современной танковой работы – устойчивая связь и постоянная корректировка. – Независимо от того, как далеко уходим от своих позиций, постоянно находимся в контакте с командиром, – подчеркивает Аза. – Это позволяет в режиме реального времени корректировать работу, наносить точные удары. Командир батальона и начальник штаба буквально ведут экипаж по маршруту. – Весь путь нам диктуют. С неба наши «мавики» нас снимают, корректируют, – продолжает танкист. О себе дальневосточник рассказывает буквально несколькими фразами. – Если коротко, то отучился на электромонтера, – говорит он. – Пошел на СВО в 19 лет, после окончания училища. Вообще, всегда мечтал служить. Мечта же в итоге и привела его в танковое подразделение бригады. – Службу по призыву проходил в Хабаровске, – вспоминает Аза. – Там подписал контракт. Приехал после учебки. Так и оказался в танковом подразделении нашей бригады. Я доволен, мне все нравится. ПЕРВЫЙ БОЙ И ОРДЕН МУЖЕСТВА Механик-водитель танка Т-80БВМ с позывным Адвокат признается: самым сложным оказался не наиболее тяжелый выход под обстрелами, а самый первый. – Больше всего запомнилась дебютная задача, – говорит он. – Потому что еще не было боевого опыта. Тогда мы на танке завозили пехоту на опорный пункт. Чувство ответственности помогло воину справиться с нервами и страхом. – Я хорошо осознавал, что их надо довезти туда и вернуться обратно с экипажем, живыми и здоровыми, – вспоминает механик. В итоге первый выход прошел достаточно успешно. – У меня все получилось, – рассказывает Адвокат. – На скоростях залетели туда, остановились, парни десантировались. Я развернул танк. Добрались до базы без повреждений. За выполнение этого боевого задания механик-водитель был награжден орденом Мужества. – Именно за то, что завели пехоту и вернулись обратно без потерь, – говорит он. – Хотя нас постоянно атаковали дроны. Мы тогда так быстро и маневренно двигались, что они просто не могли попасть, мимо били. АДРЕНАЛИН ЗАШКАЛИВАЕТ О своей машине Адвокат рассказывает с уважением и даже с некоторым восхищением. – Вообще, «восьмидесятка» – уникальный танк, – подчеркивает он. – Когда 45 тонн мчат со скоростью 60 километров в час, ты понимаешь, что за спиной у тебя махина, мощь. Ну и адреналин, конечно же, зашкаливает. Я такого еще нигде не ощущал. За плечами у мехвода серьезный стаж службы. – На СВО я полтора года, с декабря 2024-го, – докладывает он. – До этого служил почти восемь лет механикомводителем в танковой дивизии. Сейчас здесь. МОСТ ПОД ОГНЕМ Из множества боевых эпизодов Адвокат особенно выделяет тот, в котором пришлось под ударами противника обеспечивать преодоление водной преграды. – Скажу честно, тогда реально страшно было, – признается он. Задача выглядела технически несложной, но выполнять ее пришлось под плотным огнем ВСУ. – Подошли к препятствию, – вспоминает воин. – Речушка метра три шириной. У нас с собой пятиметровое приспособление для преодоления таких преград. Отстрелил крепления, сбросил мост перед собой, перебрались на другую сторону. Следом за танком пошла боевая машина пехоты и штурмовые группы. – В итоге зашли в район, закрепились, выполнили задачу, – завершает рассказ Адвокат. ЭЛЕКТРОНИКА ДЕРЖИТ ЦЕЛЬ Наводчик танка с позывным Соловей отвечает за то, чтобы каждый выстрел был точным. – Работать на этой технике достаточно просто, – говорит он. – Многие процессы автоматизированы: не надо ничего крутить, настраивать. Электроника отрабатывает сама. Современный прицельно-наблюдательный комплекс во многом берет работу на себя. – Компьютер сопровождает цели, – объясняет наводчик. – Его просто подключаешь, и он следит за ними. И командир видит то же, что и я: куда целюсь, куда смотрю. После обнаружения объекта тот уже практически обречен. – Происходит захват цели, после чего система сопровождает ее, – рассказывает Соловей. – Башня и ствол поворачиваются в ту сторону, куда происходит движение. Броневику, машине или другой технике противника уже не уйти. УДАР ПО ЦУБУ Работать приходится не только по технике и опорникам, но и по важным объектам управления. – Бьем и по стационарным целям, – говорит Соловей. – Недавно поразили центр управления беспилотниками ВСУ, их точку запуска. Задача стояла конкретная и четкая: необходимо было разгромить этот пункт. Из него неоднократно запускались тяжелые ударные дроны по нашим войскам. С закрытой позиции положили туда два снаряда. Результат не оставил сомнений. – Судя по всему, там еще и запас боекомплекта хранился, – поясняет наводчик. – Все мгновенно взлетело на воздух, ничего не осталось. Задачу выполнили. В рассказах Азы, Адвоката и Соловья нет громких фраз. В них отражен повседневный труд экипажа: марш под огнем и «птичками», обварка брони и самодельные цепи, рывок 45-тонной машины на сопку, точные выстрелы по технике и центрам управления БПЛА. Все это боевая работа танкистов, которые вместе с другими экипажами приближают нашу победу.
Андрей ВОЛОШЕНКО Фото автора
Газета «Приамурские ведомости», № 18 (8509) 2026 года г. Хабаровск |
