«ДВАДЦАТЬ ВТОРОГО ИЮНЯ, РОВНО В ЧЕТЫРЕ ЧАСА…»
Александр Савченко рассказал о жизни своей семьи в годы Великой Отечественной войны в тылу, в селе Георгиевка 22 июня 1941 года – одна из самых страшных дат, с которой связаны утраты в каждой семье. Память о войне – прежде всего память о людях: . . . о тех, кто воевал, кто не вернулся из боя, кто держал «второй фронт» в тылу. Память – это и бережно сохраняемые пожелтевшие фотографии, и треугольники солдатских писем, бесценные документы истории Великой Отечественной войны. Старые снимки! С каким вниманием глядят черно-белые лица. Что-то в этих фото завораживает и притягивает как магнит. Может быть, то, что они – беспристрастные свидетели. «НАШЕ ДЕЛО ПРАВОЕ! ВРАГ БУДЕТ РАЗБИТ!» 22 июня 1941 года в Хабаровске было солнечным. Воскресенье, выходной день. В афишах масса интересного: гастроли кукольного театра из Москвы, цирк-шапито – укротитель тигров Макс Борисов. В «Совкино» показывают фильм «Назар Нечай», в «Гиганте» – «Фронтовые подруги». У Хабаровска с Москвой – семь часов разницы. И вдруг страшная весть: война… Военный историк Александр Филонов рассказывает: «Выступление Молотова хабаровчане услышали в семь часов вечера. 22 и 23 июня прошли митинги и собрания, на которых жители края поклялись отдать все силы разгрому врага». Домохозяйки призывали всех женщин края овладевать военными знаниями. Так появилось движение сандружин. Шла запись на курсы медсестер. Примечательна кампания под лозунгом «Сушеные овощи – фронту!». Горожане организовали сушку овощей со своих личных огородов. Каждый комсомолец должен был подготовить по 10–15 кг. «ПОДРУГИ! ИДИТЕ НА СТРОЙКИ!» Завод им. Горького приступил к изготовлению агрегатов для самолетов, выпускаемых заводом №126 Комсомольска-на-Амуре (ныне КнААЗ им. Ю.А. Гагарина), а также к производству лыж для бомбардировщиков. Рабочие завода №106 им. Молотова (впоследствии «Дальдизель») постановили «широко развернуть оборонную работу». Уже 5 августа был установлен профиль предприятия по изготовлению минометов, авиабомб, мин, гранат. А завод им. Кирова приступил к выпуску военных кораблей. В июне женщины двух заводов – «Амурстали» и Хабаровского ремонтного – обратились с призывом: «Подруги! Идите на стройки! Овладевайте мужскими профессиями!» За пять месяцев 1941 года на предприятия Хабаровска пришли 1 513 женщин. В сентябре в крае развернулось движение по сбору и отправке посылок с вещами на фронт (белье, теплые вещи, обувь, туалетные принадлежности, табак, продукты питания). В Госбанке был открыт счет, на который поступали добровольные пожертвования в Фонд обороны. Так, пионеры Хабаровска собрали деньги на строительство боевого самолета «Хабаровский пионер». На личные деньги горожан были куплены две эскадрильи бомбардировщиков «Хабаровский комсомол», колонна тяжелых танков «Хабаровский осоавиахимовец» и корабль «Морской охотник». А еще начался сбор подарков для фронта. Первый такой эшелон для защитников Москвы отправили из Хабаровска в декабре. По состоянию на 12 декабря трудящиеся края сдали в Фонд обороны 84 462 791 рубль. Население Хабаровска в 1941 году насчитывало 242 тыс. человек, включая детей и стариков (в 1945-м – 192 тыс.). Каждый пятый житель участвовал в войне против немецких оккупантов. «РУССКАЯ БАБА ОТКРЫЛА ВТОРОЙ ФРОНТ» А теперь заглянем в деревню. Среди тех, кто открыл трудовой фронт, были и мои родные. Наша семья переселилась на берега Амура из Белоруссии, из Могилевской губернии, в конце XIX века. А прадед Кирилл и прабабка Ефросинья Носиковы были в числе тех, кто основал село Георгиевка. Бабушка Агафья Кирилловна родилась в 1912 году в многодетной семье. Всю свою жизнь проработала в колхозе. Здесь же вышла замуж, родила восьмерых детей. Для меня они люди, о которых писатель Ф. Абрамов сказал: «Это она, русская баба, своей сверхчеловеческой работой в сорок первом году открыла второй фронт. Она в послевоенную пору, раздетая и разутая, кормила и одевала страну, с истинным терпением и безропотностью русской крестьянки несла свой тяжкий крест вдовы, матери погибших на войне сыновей...» Сегодня кажутся невероятными их тяготы и страдания. ДЕНЬ ПОБЕДЫ, КАК ОН БЫЛ ОТ НАС ДАЛЕК… Казалось, что люди той войны не уйдут никуда, всегда будут жить где-то рядом, сохраняя в памяти приметы военного быта, его события, чувства. Потом незаметно это поколение исчезло. Обойди десяток деревень – ни единого живого участника огромной крестьянской драмы, отзвучали их голоса. Хорошо, что можно взять семейный альбом в руки. …Будто в это мгновение она сидит передо мной, подперев голову своей большой ладонью. Я и сейчас вижу скрюченные пальцы: из-за непосильной работы ее рука попала в транспортер молотилки. Нас двое за простым кухонным столом, да еще тишина. Под беленым потолком ярко горит лампочка. В гладко зачесанных волосах бабушки – седина. Глубоко запавшие голубые глаза, худое, темное лицо. Шуршит пленка в магнитофоне. Бабушкин белорусский говор – язык моего детства: очень яркий, сочный, удивительный. «Дай буську!» – говорила она мне. Большинство не поймет, что речь идет всего лишь о просьбе поцелуя в щечку. МЕДАЛЬ ЗА ДОБЛЕСТНЫЙ ТРУД Можно над этими словами утереть слезу, можно сжать кулаки. В трудовой книжке бабушки было всего две записи фиолетовыми чернилами: «Принята в колхоз «Новый труд» дояркой», дата – 1930 год; спустя более полувека – пометка об увольнении в должности зоотехника совхоза. Для лежащей на сельском кладбище – великая биография. А имя на памятнике со звездочкой – это последнее, что от нее осталось. Напомним, что из Хабаровского края на фронт ушли более 120 тыс. жителей. С боев Великой Отечественной войны не вернулись около 47 тыс. человек. За боевые заслуги 78 наших земляков стали Героями Советского Союза. Более 100 тыс. тружеников тыла были награждены медалями «За доблестный труд». Такую награду бабушке вручили не сразу, а спустя годы. А кроме этого, в шкафчике у нее хранились почетные грамоты – их было столько, что ими можно было обклеить весь дом. Работала Агафья Кирилловна до последнего дня в своей жизни, вставала чуть свет и ложилась за полночь. …Сухая, легкая как пух старушка глядит на меня добрыми, все прощающими глазами. Черная кофточка, белый воротничок. И снова – глаза. Кажется, они стали светлее, чем раньше, прозрачнее. Никогда не думал, что с возрастом глаза могут посветлеть. Была ли она счастлива? Ее Федор, мой дедушка, рано ушел из жизни. Простудился на пахоте, надорвался от тяжкой работы. В 40 лет она осталась без мужа с малыми детьми. Она вырастила их одна. Держала огород, скотину, могла нарубить дров, сложить печь, забить гвоздь… На вопрос о счастье отвечала с улыбкой: «Когда была уборка зерна, на полях работал комбайн. После него надо было дособрать колоски. Я ходила и складывала по зернышку. Никакого другого счастья не надо было: целый центнер зерна «намолотила»!»
Александр САВЧЕНКО Фото автора и из фондов музея им. Н.И. Гродекова
Газета «Приамурские ведомости», № 24 (8413) 2024 года г. Хабаровск |