И ЗОЛОТЫЕ РУКИ ПРОСЛАВИТЬ МОГУТ

Уникальный резчик по дереву Артур Абрамов с Хехцира украшает нашу жизнь

За окнами автобуса плыли березы. Внезапно лес расступился. И показался дом, похожий на расписную шкатулку.

– Это и есть хабаровское Абрамцево, – сказал мне попутчик. Здесь небо превращается в звездную карту, а кукушка щедро отсчитывает по 100 лет жизни. Резные подзоры стремятся рвануть ввысь и у самой крыши, сталкиваясь, рождают купол.

Листья неведомых трав украшают наличники. Травы переплетаются в завитки, и меж ними плывут узоры, то выпиленные, то резаные вглубь, то барельефами.

ГЕОЛОГ, ХУДОЖНИК, УЧИТЕЛЬ…

На Хехцире, где сходятся север и юг, живет удивительный резчик по дереву Артур Александрович Абрамов. Он поджидал меня у крыльца своего терема. Признаться, представлял я мастера совсем иным: седовласым, широкоплечим, с пронзительным взглядом из-под кустистых бровей. Только руки были именно такие, какие можно увидеть на старых портретах, – ухватистые, жилистые. Издавна в народе величают их золотыми.

В начале нашего разговора он молчал, не зная, видимо, с чего начать беседу, и, похоже, обрадовался, вздохнул облегченно, когда я спросил, почему он заинтересовался деревянными избами.

– Я сам родился в такой избе, – признался Артур Александрович.

Абрамов появился на свет под Брестом в 1938-м. В годы военного лихолетья и разрухи прошел все круги сиротства. Бесприютное полуголодное детство, детские дома. Было трудное время поисков самого себя. Окончил художественную школу в Комсомольске-на-Амуре, строительный техникум, военное училище в Уссурийске, художественное училище в Благовещенске, архитектурный факультет политехнического Института в Хабаровске. Куда только не бросала его жизнь: работал геологом, художником, экскурсоводом, учителем в школе.

В экспедициях исколесил и прошел пешком весь Дальний Восток. Дважды совершил в одиночку пробег на лыжах по Амуру от Хабаровска до Комсомольска-на-Амуре. В конце 70-х прошлого века увлекся деревянной резьбой. Стал известен тем, что, будучи реставратором Хабаровского общества охраны памятников истории и культуры, вернул к жизни целую улицу старого домостроения в Хабаровске. Строил русские избы в Лидоге. В новом веке немало сил отдал возведению церкви Покрова Божьей Матери.

Один из создателей герба Хабаровска. Победитель многих региональных выставок и конкурсов декоративно-прикладного творчества… Для тех, кто впадает в уныние: деревянные кружева и любовь к жизни спасли Абрамова от смерти, вернули ему силы и здоровье.

ТЕРЕМ, ТЕРЕМ, ТЕРЕМОК…

Поймал вдруг себя на мысли, что хочется красоту потрогать, погладить…

Все началось с того, что однажды, во время показа туристам старого Хабаровска, Абрамова потрясли потемневшие от времени узоры на старых домах. Наличники были украшены замысловатой резьбой. Время не пощадило труды старых мастеров. Узоры местами выкрошились, местами обломились, но орнаменты можно было разглядеть, чтобы потом исполнить на свой манер.

– Своеобразие домовой резьбы – амурские мотивы, которые нигде больше не встречаются, – открывает секрет Артур Александрович. – Внешний вид старой избы в Хабаровске – особенный. Избы именно рубили, потому что делали топорами без единого гвоздя. А что у нас делает топор, как не рубит? Вот вам и сруб, и рубленая изба!

Для стен употреблялись круглые бревна, брус и плахи. Большинство срубов обшивались тесом, дощатая обшивка обрабатывалась рустом «под камень». Тяжелые карнизы с кронштейнами под ними, ложные замки в наличниках, пилястры придавали такому дому вид каменного. Особо ценной считалась лиственница, так как не подвергается гниению. Из нее делали окладной венец – нижний ряд, балки под полом и столбы по углам. Для отделки лучше всего годился более мягкий кедр.

В детстве все любили считать кольца на спиле дерева. Сколько колец на спиле – столько и лет дереву. А если присмотреться, то можно заметить, что эти кольца смещены к одной стороне – к северной. Плотность древесины в этой части больше. И это свойство тоже использовали при закладке дома. Существовало понятие – северить бревна. То есть их укладывали северной стороной наружу, что позволяло строению дышать.

Постройки имели башенки и шатрики, веранды и террасы, обращенные на южную сторону. В летнее время года они служили местом отдыха. Орнаменты состояли из птиц и рыб – треугольников, зубчиков, ромбиков, кружочков, крестиков – и напоминали древние личины Сикачи-Аляна…

ГЕРБ МАСТЕРА – ПАЛИТРА С БУКВОЙ «А» В КУБЕ

Войдя в дом, я сразу же оказался в музее. На полках, на полу и на столе стояли туеса, резные доски, солоницы, берестяные горбатые хлебницы, разного калибра корзины, исконно русская обувь – лапти. Здесь пахло березовой рощей.

Удивила светелка наверху – теремок с оконцами, изукрашенными узорочьем. И названия древние: кокоры, шеломы, потоки, косящатые и волоковые – как в песне. Со стороны посмотреть, так кажется, будто одно бревно сквозь другое пропущено. Секрет в том, что на одном конце делается вырубка до середины, круглая как чашка. Поэтому и говорят: «Углы в чашу рублены». Бревна ложатся вырубками, а концы их торчат наружу.

Дверь – не просто вход и выход, а круг на фасаде с вырезанными на дереве знаками. Выяснилось, что это – герб мастера. Палитра с кистью, изображающая букву «а» в кубе.

Заглянули мы в мастерскую. Ух, сколько же тут инструментов! Ими увешаны стены, забиты до отказа полочки.

– Такой у нас днем с огнем не сыщешь! – хвалится своей лучковой пилой.

Абрамов вытащил из плахи несколько стружек, узор приобрел знакомые очертания китайского лимонника. И вот уже в сквозном теле липовой доски заиграл солнечный свет.

– Смотрю я на дерево в листьях. Интересно! Сколько там накручено разных линий, фигур. Зеленое разглядеть нетрудно. Но белый цвет – самый тонкий, – сдувает он золотистую пыль.

Глядя на то, как легко пила ходит по деревянному бруску, я подумал, что не случайно к Артуру Александровичу едут люди со всей округи. Кто двери заказывает, кто – рамы оконные или рамки под мед, а кому и ульи нужны. Да не простые изделия, а все – штучный товар!

РАЗРУШАЯ СТАРИНУ, ОБРЫВАЕМ КОРНИ

Посетовал Абрамов на то, что когда-то Хабаровск славился своим деревянным зодчеством. Увы, теперь от былой красоты – крохи.

– Накануне Тихоокеанского конгресса 1979 года многие дома были снесены под предлогом создания в городе музея под открытым небом. И где теперь тот музей? – вопрошает Артур Александрович. – Кроме того, разрушая старину, обрываем корни…

Сравнил Абрамов дома с деревьями. Каждый корешок, каждый корневой волосок на учете, а уж тем более те корневища, что уходят в глубочайшие водоносные пласты… Но еще не перевелись Абрамовы в Хабаровском крае – их имен не найдешь на афишах, но они самое лучшее в нашей жизни. Именно на них, а не на столичных, «успешных» мастеров оглядываешься с земляческой гордостью…

Счастью и любви нельзя научить, их надо показывать.

 

Александр САВЧЕНКО

Фото автора

 

ПРИАМУРСКИЕ ВЕДОМОСТИ № 33 (8371) - 2023

г. Хабаровск

Комментарии

Дочь Абрамова Артура

Спасибо за статью. Но папа умер 1 декабря 2022 году.

Очень жаль. Светлая память

Очень жаль. Светлая память останется в его творениях.
Примите соболезнование по поводу кончины Вашего папы. Хороший, талантливый был человек.